⠀⠀
Ободряющая речь фон Айнцберна о том, что опытный охотник вроде Нагли точно справится со своими проблемами и скоро нагонит их, самую малость, но убедила Васкеса. Совсем не хотелось стать причиной гибели или увечья одного из довольно известных и уважаемых в своих кругах последователя демиурга Упорядоченности, что вполне может стать причиной неприязни или, чего хуже, их стычек с орденом «Эль'Ран». Да и в целом весьма полезно для жизни иметь в знакомых опытных людей, и, желательно, живыми, если нет способностей в некромантии.
Хоглан с облегчением снял с себя респираторы, и Лазарь впервые смог увидеть лицо торговца. Это был вполне молодой мужчина, но с очень уставшим видом, как будто бы он не высыпался уже пару недель, что немного не вязалось у Васкеса в голове с недавней активностью и ловкостью Хоглана. Человек, освобождая лицо от громоздких фильтров, ворчал о работе респираторов.
— Да, в них довольно душно, но зато безопасно. — Лазарь вспомнил свой последний опыт ношения респиратора, но, кажется, это было не на этой планете. Дархат снял с головы капюшон и опустил шарф, продемонстрировав мелкие царапины на лице, оставленные песчаной бурей, или, точнее, песчинками. Опасно это было только для глаз, но их Васкес успешно прятал под капюшоном, удерживая его руками, а вот с щек и носа шарф периодически слетал. Саднило неприятно, но пройду они за пару дней.
Внезапно относительная тишина в космолете прервалась отчетливым знакомым звуком. Возвращаясь домой с долгого и изнурительного задания, Лазарь часто перед тем, как завалиться спать, иногда устраивал чаепитие с бесцельным сверлением глазами невидимой точки на стене. В такие моменты он часто просыпал сахар на металлическое покрытие пола. И звук сейчас был практически такой же. «Неужели дюна сошла? Корабль не герметичен?» — первое, что пришло в голову исследователю, когда он опустил взгляд пол, в угол недавно закрытой Хогланом двери. Оттуда сочился песок и, словно это не песок, а змея, передвигался вглубь коридора космического корабля. Спустя время песчинки слиплись вместе, а затем и вовсе приняли форму гнома. Двалин, как и обещал, оказался с ними внутри. Первым делом охотник поинтересовался о состоянии товарищей.
— Мы в порядке, — кивнул ему Лазарь, отметив, что его комментарий не относится к самому Паладину.
— Давайте отойдем глубже в корабль, чтоб эти роботы на гарантировано не достали. — Двалин снял свой шлем, дав свободу густой гномьей бороде. И хотя в двери пока никто не ломился, но доля правды в его опасениях есть. Возможно, у роботов есть другой путь проникновения на борт? Лучше к этому моменту уже выполнить задание и уйти.
Лазарь прислушался к темным коридорам космолета. Никакого цоканья и скрежетания. Скорпион скорее всего их услышал и спрятался в укромном месте. Пробирки, заранее убранные из рюкзака поближе в карман, были целы. Увы, сам рюкзак так и остался снаружи. Васкес сбросил его, чтобы легче уворачиваться от атак роботов, и совсем не было времени подобрать его, забегая внутрь космолета, любезно открытым фон Айнцберном. А там ведь лежала банка с ящерицами, с помощью которых исследователь надеялся выманить явно голодного скорпиона. Что ж, теперь придется осматривать все темные углы космического судна.
— Скорее всего, скорпион от шума забрался в какой-нибудь темный угол. Если заметите его, лучше не делать резких движений и звуков. Есть небольшой шанс, что нам не придется с ним драться. — Пока что путь был лишь один — прямо, и следов пребывания паукообразного видно не было.
Ободряющая речь фон Айнцберна о том, что опытный охотник вроде Нагли точно справится со своими проблемами и скоро нагонит их, самую малость, но убедила Васкеса. Совсем не хотелось стать причиной гибели или увечья одного из довольно известных и уважаемых в своих кругах последователя демиурга Упорядоченности, что вполне может стать причиной неприязни или, чего хуже, их стычек с орденом «Эль'Ран». Да и в целом весьма полезно для жизни иметь в знакомых опытных людей, и, желательно, живыми, если нет способностей в некромантии.
Хоглан с облегчением снял с себя респираторы, и Лазарь впервые смог увидеть лицо торговца. Это был вполне молодой мужчина, но с очень уставшим видом, как будто бы он не высыпался уже пару недель, что немного не вязалось у Васкеса в голове с недавней активностью и ловкостью Хоглана. Человек, освобождая лицо от громоздких фильтров, ворчал о работе респираторов.
— Да, в них довольно душно, но зато безопасно. — Лазарь вспомнил свой последний опыт ношения респиратора, но, кажется, это было не на этой планете. Дархат снял с головы капюшон и опустил шарф, продемонстрировав мелкие царапины на лице, оставленные песчаной бурей, или, точнее, песчинками. Опасно это было только для глаз, но их Васкес успешно прятал под капюшоном, удерживая его руками, а вот с щек и носа шарф периодически слетал. Саднило неприятно, но пройду они за пару дней.
Внезапно относительная тишина в космолете прервалась отчетливым знакомым звуком. Возвращаясь домой с долгого и изнурительного задания, Лазарь часто перед тем, как завалиться спать, иногда устраивал чаепитие с бесцельным сверлением глазами невидимой точки на стене. В такие моменты он часто просыпал сахар на металлическое покрытие пола. И звук сейчас был практически такой же. «Неужели дюна сошла? Корабль не герметичен?» — первое, что пришло в голову исследователю, когда он опустил взгляд пол, в угол недавно закрытой Хогланом двери. Оттуда сочился песок и, словно это не песок, а змея, передвигался вглубь коридора космического корабля. Спустя время песчинки слиплись вместе, а затем и вовсе приняли форму гнома. Двалин, как и обещал, оказался с ними внутри. Первым делом охотник поинтересовался о состоянии товарищей.
— Мы в порядке, — кивнул ему Лазарь, отметив, что его комментарий не относится к самому Паладину.
— Давайте отойдем глубже в корабль, чтоб эти роботы на гарантировано не достали. — Двалин снял свой шлем, дав свободу густой гномьей бороде. И хотя в двери пока никто не ломился, но доля правды в его опасениях есть. Возможно, у роботов есть другой путь проникновения на борт? Лучше к этому моменту уже выполнить задание и уйти.
Лазарь прислушался к темным коридорам космолета. Никакого цоканья и скрежетания. Скорпион скорее всего их услышал и спрятался в укромном месте. Пробирки, заранее убранные из рюкзака поближе в карман, были целы. Увы, сам рюкзак так и остался снаружи. Васкес сбросил его, чтобы легче уворачиваться от атак роботов, и совсем не было времени подобрать его, забегая внутрь космолета, любезно открытым фон Айнцберном. А там ведь лежала банка с ящерицами, с помощью которых исследователь надеялся выманить явно голодного скорпиона. Что ж, теперь придется осматривать все темные углы космического судна.
— Скорее всего, скорпион от шума забрался в какой-нибудь темный угол. Если заметите его, лучше не делать резких движений и звуков. Есть небольшой шанс, что нам не придется с ним драться. — Пока что путь был лишь один — прямо, и следов пребывания паукообразного видно не было.