[Элизабет Иденмарк]

[Элизабет Иденмарк]

До глобальных изменений четыре года, если заглянуть в будущее. Но это проблема будущего. Сейчас же 5020 год, поздний вечер, а за окнами огни мегаполиса. "Владыка", Новая Утопия. Пока что еще в том виде в котором должна быть по основным планам.

Ранее Рашид уже получил неоднозначное приглашение посетить кабинет в ближайшее время. Ближайшее, правда, подразумевалось в пределах часа, который был отведен. Спорить с заместителем гендиректора было себе дороже и об этом слышало очень много сотрудников. Несмотря на то, что Элизабет занималась имиджем корпорации и причесывала все, что только можно, другими секторами увлекалась, пытаясь помочь всем, кому вообще способна.

Кабинет встречает Рашида не теплом, а порядком. Слишком чисто. Ни одной пылинки не обнаружено. После того, как Рашид входит, двери закрываются и уже не дают возможность выйти и покинуть данное место. Элизабет сидит за своим столом, пиджак брошен на спинку кресла, белая рубашка застегнута почти полностью. Огненно рыжие волосы были собраны сейчас в высокий хвост.

— Садись. Разговор будет коротким, но неприятным, — она не пугает. Голос ровный, деловой, без эмоций. Таким обычно отправляют разбираться с множеством проблем различного характера. Рука небрежно показывает на гостевой стол на котором разворачивается голограмма.

— Три дня назад с полигона ушел пакет данных. Не афишируем, не привлекаем никого, — предупредила. Видимо, была причина почему нужно сделать это тайно и быстро. — Тебе нужно вернуть носитель. Или уничтожить его вместе с тем, кто вынес. Работаешь один. Срок двенадцать часов. Никакой самодеятельности, мне нужен результат, — серьезно, ровно, а еще в придачу указала на карту полигона и нужный сектор. Красная метка на голограмме пульсирует. Три строки данных, но две перечеркнуты.

— Вопросы есть? — откинулась на спинку кресла, давая Грешнику задать любые вопросы, но также и давала понять, что время неумолимо бежит вперед и его остается меньше.

Для вопросов необходимы на каждый вопрос бросок: внимательность/убеждение, без сложности.
Будьте внимательны, "Оператор" всё фиксирует.

[Рашид аль-фарим]

Рашид прибыл на сорок второй минуте после вызова. Уложился в установленное ограничение времени. По коридору "Владыки" шёл ровным шагом, с одинаковой длиной и интервалом. Голова прямо, плечи с погонами обер-штурм-офицера двигались ровно. Не проявлял никаких признаков интереса вообще к чему-бы то ни было. На других сотрудников смотрел лишь тогда, когда требовалось скорректировать траекторию. Иногда проходил мимо офицеров высшего чина - в такие моменты коротко прикладывал правую ладонь ребром к груди, как того требовал устав.

На контрольных пунктах прикладывал ладонь к считывателю - разблокировка турникетов по биометрии была практически мгновенной. Все допуски уже были автоматически оформлены, когда поступил вызов от почти что самого высшего руководства. Пока ещё - только почти что самого высшего.

Последний турникет загорелся зелёным, пискнув.
Личность подтверждена.
Рашид аль-Фарим, "Молот", Обер-штурм-офицер.
Доступ разрешён.

Тёмный парадный китель был застёгнут под самый вверх - в местах наподобие "Владыки" не стоило появляться в боевой вонючей разгрузке. Знаки различия размещены по уставу, карманы закрыты, всё отглажено и отпидорено до блеска. На форме отсутствовало всё, что могло бы указывать на личные предпочтения владельца. У этого владельца не было личных предпочтений. У этого владельца только лишь мелко сокращалась мышца под левым глазом.

"Оператор" автоматически подсветил AR-наложением нужную дверь. Грешник на секунду остановился. Ладонь легла на затылок. По спине пробежала волна мурашек, и через секунду через весь позвоночный столб прошёл короткий болевой "прострел" нейрошины. Штатная ситуация в работе этой дьявольской штуковины. Рашид слегка дёрнул головой, и подошёл ближе к двери, позволяя датчикам считать его персону и инициировать автоматическое открытие.

-Хайль Экзотек. Обер-штурм-офицер аль-Фарим по Вашему вызову прибыл, мэм.

Низкий синтетический голос отзывался металлическим призвуком. Вероятно, он был малость неприятным, малость непринятым... в таких местах. Молотовца, впрочем, это ничуть не смущало. Он не стал выравнивать интонации гортанного модуля, лишь слегка сгладил машинную хрипоту.

Рашид остановился в нескольких шагах от стола. Пробежался глазами по помещению, по лицу Элизабет, в конце остановившись в невидимой со стороны точке прямо перед собой. Белки глаз у этого... хумана всегда были красными, внутри неподвижно стояли серые стекольные круги. Мышца под левым всё ещё продолжала слабо дёргаться.

Дверь за спиной закрылась. Мягко, беззвучно, автоматически, так же, как и открылась.

После указания сел на предложенное место. Спину держал ровно, по-армейски, к спинке не прислонял. Ладони легли на колени.

"Коротким, но неприятным".

Рашид не отреагировал на эту фразу. Оценка предстоящего разговора, для него она не значила абсолютно ничего. Для приятных разговоров его и не вызывали. Вызов - прибыть, получить распоряжение, приступить к исполнению.

Он поддался вперёд, к голограмме, возникнувшей над столом. Рассмотрел карту, особое внимание уделив отмеченному сектору. Пульсирующая метка отражалась в беспристрастных искусственных стеклянных радужках.

Вернуть носитель или уничтожить. Двенадцать часов на исполнение. Один исполнитель - он. Три дня с момента утечки. Примерно в таком порядке он удерживал формулировки в памяти. Рашид слушал внимательно, не кивал на каждую фразу. Когда Элизабет закончила, поднял взгляд от голограммы.

-Директива принята. Работаю один. Двенадцать часов. Захватить или уничтожить данные. Смертная казнь "крысы" - по усмотрению. Требуются уточнения.

Опухшие глаза вернулись на голограмму. Рашид посмотрел на две зачёркнутые строчки.

-Что означают две перечеркнутые строки данных?

Возможные отвергнутые варианты, или ещё что. Полная информация повышала шанс успеха.

-Что означает пульсирующая метка - это предполагаемое местонахождение носителя или крысы?

Вопросы он выговаривал раздельно, делай небольшую паузу после каждого. Можно было обратить внимательно, что интервал у пауз был одинаковый. Абсолютно одинаковый.

-Личность крысы установлена?

Их ещё называли "кротами". Изначально жаргонное словечко из контрразведывательного отдела "Цербера" уже давно стало почти что стандартным термином во всех секторах Корпорации. Отступник, предатель, дезертир, перебежчик. Крыса.

-Копирование данных с носителя исключено? Если нет - порядок действий при обнаружении копий?

Три дня с момента утечки - за это время похититель мог успеть сделать копии. Никаких намёков самостоятельно расширить задачу - аль-Фарим сохранил формулировку "никакой самодеятельности" дословно.

-Какие угрозы в секторе подтверждены?

Подтверждены или нет - но будут устранены, Грешник позаботится.

-Приоритетом является захват или уничтожение?

Вопрос относился и к данным и к носителю. Причина вопроса была проста - Рашид выбирал наиболее оптимальный путь. А наиболее оптимальный путь - уничтожение. Не важно, данных или людей. Уничтожить всегда проще, чем захватить. Именно поэтому расстановку приоритетов лучше уточнить, иначе цель неизбежно будет помечена как маст би терминэйтед.

Кубы на все вопросы брошены, насколько успешно - на Ваше усмотрение, ГМ :)

[Элизабет Иденмарк]

Синтетический призвук не смущал рыжую, да и в целом не волновал. По ней было видно, что действует она по своей логике и он выбран был специально. Конечно, иначе зачем заместителю генерального директора и главе пиара нужен был бы Рашид? Хотя, коллеги могли бы его напугать, припоминая как их и на выставки тащили за шкирку, так и в роли главных звезд фотосессий. Повезет, если фотосессия для обмундирования, а не пляжных плавок.

Когда ей повторили основную информацию - она кивнула. Конечно, крысу нужно было либо убить, либо допросить. Первое удобнее, просто после достать всю возможную память и довольствоваться этим. После первого вопроса переводит взгляд на голограмму. Зрачки сужаются на мгновение и Рашид может заметить, что ей не нравится что-то там. Возможно, она там была.

— Отсеченные версии. Изначально рассматривались два дополнительных канала утечки - через курьерскую службу и через открытый терминал в секторе 7-А. Оба закрыты. Данные ушли только через 7-С, — Иденмарк не говорит кто закрыл эти каналы и не говорит почему они перечеркнуты, а не удалены. Можно даже посчитать, что эти строки - напоминание о чем-то.

— Предполагаемое местонахождение носителя, — Элизабет встает и подходит к голограмме, сразу приближая к метке. Там появляется время фиксации. — Сигнал активен. Последняя фиксация - сорок минут назад. Крыса все еще в секторе, но двигается. У тебя есть время, пока метка не обозначилась за периметром, — Рашид замечает, что из уст девушки звучит "крыса". Ни сотрудник, ни техник, а именно крыса. Значит, что она уже списала этого человека из штата.

— Отличный вопрос, одобряю подход, — улыбка удовлетворительная. Правильные вопросы она любила, а этот особенно. Открывается вторая голограмма. Личное дело и проекция лица. — Марк Келлер. Техник третьего разряда, допуск к внутренним протоколам полигона. Уволен восемь месяцев назад по статье "халатность". Не обладал критичным допуском к деталям, поэтому работы много над ним не было, — она дает разглядеть лицо, чтобы Рашид запомнил. Только вот ясное дело, что кто-то ему помог. Элизабет не говорит прямо, но всё указывает на это.

Иденмарк склоняет голову слегка вбок. Можно прочитать как "неприятно". Вопрос такой, но он имел смысл.

— Не исключено. Копирование возможно только при физическом подключении. Если Келлер успел, то у него есть копия. Порядок действий: копии уничтожить, носитель по возможности вернуть, Келлера допросить, если возможно. Если нет, действия по желанию и усмотрению, хоть все пытки можешь на нем проверить, которые есть в базе данных, — Рашид может понять, что ей неизвестно будут ли копии. Она знает, как подключается. Девушка открывает голограмму как выглядит сам носитель.

— В секторе двое. Келлер и аноним. Второй - не сотрудник. По данным с камер, которые успели поймать - наемник или одиночка. Вооружен. Камеры в секторе работают с перебоями. Большая часть при угрозе была эвакуирована, кто остался - сидят и не рыпаются, — немного попыталась облегчить задачу рыжая.

— Приоритет - носитель и все его вероятные копии. Келлер вторичен. Если выбирать придется в срочном порядке между попыткой захвата и сто процентным уничтожением - уничтожай. Данные не должны уйти. Люди - вопрос десятый в данный ситуации. Но если притащишь его живым или хотя бы без повреждения головы, то можно будет допросить и узнать кто его возможный сообщник, — рыжая усмехнулась. Разрешено убить, но желательна возможность допроса. Это не приказ, она оставляет Рашиду выбор.

"Оператор" подсвечивает Рашиду строку: "Рекомендация: запросить разрешение на применение летальной силы в письменном виде". Но это не приказ, а просто подсказка системы.

Элизабет отключает голограмму, карта гаснет и оставляет лишь на пару мгновений след метки.

— Время пошло. Двенадцать часов. Если нужна будет поддержка и помощь, то "Оператор" знает как связаться. Но я не хочу слышать "не получилось". И еще. Если Келлер успел скопировать данные, то ты найдешь копию. Даже если придется разобрать полигон по кускам, — предупредила и улыбнулась. Дверь за спиной Рашида открывается автоматически.

[Рашид аль-фарим]

Метка обозначала носитель. Последняя фиксация - сорок минут назад. Слишком уж большой отрезок для движущегося объекта.

Рашид сверился с границей сектора. Двенадцать часов, назначенные ему, определяли предельный срок исполнения. Вот только до выхода носителя за периметр могло оставаться существенно меньше. Текущее положение неизвестно - только где носитель был сорок минут назад, следовательно с каждой минутой актуальность и ценность этой точки снижалась всё больше.

Похвала, как и улыбка Иденмарк, остались без какой-либо реакции Рашида. Под левым глазом только снова сократилась мышца.

Открылась голограмма с личным делом. Марк Келлер. Грешник просверлил его взглядом. Контуры черепа, пропорции лица. Доступные сведения. "Оператор" зафиксировал всё, что удалось получить с голограммы.

Восемь месяцев вне штата. А затем - внезапное появление внутри охраняемого объекта и вынос данных. Чем там "Цербер", интересно, занимаются? Впрочем, Рашиду до этого никакого дела не было. Не разобрались безопасники - разберётся он. Разумеется, учитывая характер задачи, ему следовало учитывать не только текущие последствия, но и причины, которые вообще привели ко всей этой ситуации. Помощь изнутри, как предполагала (или знала?) замдиректора? Вполне вероятно. А может, старые допуски, которые забыли стереть. Недостатки контроля. Вариантов, в общем, хватало, и все они могли давать те или иные преимущества Келлеру, меняя условия перехвата.

Пытки допустимы, становилось проще: какую-никакую информацию, быть может, удастся вытащить непосредственно из самого Келлера. Техник, конечно, обладал стальными яйцами, раз решился на такое дело, но штурмовикам пытать людей приходилось много и часто. И не такие орешки раскалывали. В конце концов, оставался вариант с непосредственным сканом мозгов, предложенный Элизабет - а от такого спасут только какие-то ментальные/псионические техники. В общем, если похищение не было организовано на высоком уровне и из мозгов самого Келлера не стёрли все возможные ниточки, вскрыть это дело удастся если не Рашиду, то специалистам "Цербера" уж точно.

Исходя из этого, Рашид пометил приоритетом, касающемся техника, прежде всего сохранение содержимого черепной коробки Келлера.

Ещ1 был второй. Личность не установлена, никакой конкретной информации. Может наёмник со стороны, может представитель возможного заказчика, может ещё одна крыса натянувшая маскировочную личину - камеры, как сказала замдиректора, работали с перебоями, всевозможные сенсоры, которые могли бы раскрыть маскировку так и подавно. В укрытиях были сотрудники - следовательно, всякий замеченный в секторе требовал идентификации, "ликвидировать всё живое" недопустимо.

В затылке постепенно нарастало давление - нейрошину начинала нервировать спокойная обстановка в кабинете и неподвижность тела, начались мелкие сокращения мышц. Аль-Фарим сглотнул, отчего гортанный имплант выступил под тканями шеи.

На сетчатке появилась строка рекомендации запросить разрешение в письменном виде. Взгляд хумана застыл на пустой точке перед собой.

Голограмма погасла. За спиной открылась дверь.

-Запрашиваю официальное разрешение на применение силовых методов и нейтрализацию возможных угроз в рамках операции. По возможности - выслать на "Оператор".

-Дополнительно запрашиваю расширенное досье Келлера - семья, дети, близкие связи, установленные зависимости и психологические уязвимости. Рычаги давления увеличат успех возможного допроса. 

Разумеется, слово "запрос" в обоих случаях было ключевым. Если замдиректора посчитает какой-либо из них лишним, отказ и его причину даже не потребуется озвучивать. В любом случае, дополнительные сведения могли поступить на "Оператор" уже в пути, их текущее отсутствие не было основанием задерживать исполнение. Времени и так было не много. Рашид встал, выпрямившись.

-Директива принята, привожу в исполнение. Хорошего дня, мэм. Хайль Экзотек.

Ладонь правой руки коротко ударила в грудь. Аль-Фарим круто провернулся на сто восемьдесят, направляясь к выходу. Шаг снова отчеканивали равномерный стук.

"Оператору" ушёл запрос на построение наиболее быстрого маршрута к сектора. Следом - отслеживать все возможные обновления в имеющихся сведениях.

[Элизабет Иденмарк]

— Официальное разрешение, — она произносит медленно, как будто пробует на вкус то, что сказал Рашид. — Ты хочешь, чтобы я подписала тебе бумагу на убийство... Что ж, понимаю. Это логично.

"Визоры" слегка сверкают, выдавая поиск необходимого документа. Еще раз сверкнули глаза, а после "Оператор" зафиксировал получение официального документа.

— Готово. Формально - ты чист. Фактически - я наблюдаю. Как всегда, — по голосу можно было определить, что она недовольна. Но не потому что не хотела давать, а потому что это создает след. Она предпочла бы устное разрешение. Меньше документов, больше свободы. Но не отказала, а адаптировалась.

— Досье... — она возвращается к столу и садится, касаясь панели. — Семья, связи, зависимости, — проговаривает вслух, словно фиксируя. — Ты собираешься давить на семью? — не осуждала, даже понимала. Оценивала.

На "Оператора" она отправила ключевые данные. Марк Келлер, сто сорок два года, модифицированный хуман. Жена Анна Келлер, тридцать восемь лет, работает в медицинском секторе, допуск низкий. Дочь Мира Келлер, двенадцать лет. Школа в живом секторе 4-В. Марк развелся с женой восемь месяцев назад при увольнении, официально. Продолжает платить за жилье и исправно платит алименты. По данным не общается лично и только переводы. Из зависимостей у Марка была алкогольная, в последний раз на обследовании в стадии ремиссии. Из психологических уязвимостей отмечен страх потерять дочь. Были эпизоды в личном деле после увольнения о том, что у него нестабильный эмоциональный фон.

— Этого достаточно или тебе нужны адреса? — уточняет, откидываясь в кресло перед тем, как он покинет кабинет.

Рашид может заметить как дрогнули зрачки и уголки губ. Очевидно, что Иденмарк была против применения силы и воздействия на дочь Марка, потому что это невинный ребенок и предпочла бы обойтись без этого. Но она не озвучивает, оставляя эту работу на Рашида. Его выбор, что с этим делать в случае чего. Она позволяет ему решать.

— Еще раз. Носитель. Копии. Келлер. Второй по обстоятельствам, — она проговорила уверенно, а после уже отпустила Рашида с концами. Их разговор закончен.

"Оператор" подсвечивает: Досье загружено. Разрешение получено. Маршрут построен. Время в пути до сектора 7-С: 23 минуты.

Полигон NU.10-7, сектор 7-C

Ночь. Освещение в секторе аварийное. Часть камер не работает. Рашиду известна информация про Келлера и наличие второго. Носитель с активным сигналом, но данные не обновлялись. Копирование возможно только при физическом подключении. В секторе могут быть гражданские.

Необходимые броски:
Скрытность, выживание