[Кирион]

@Авирс Ле

[Кирион]

Кирион уже месяц торчал в захолустном городке, населённом преимущественно дархатами. Весьма скверное место, выросшее из шахтёрского посёлка за счёт контрабандистов и мелких купцов до небольшого торгового узла и средоточия цивилизации посреди огромного сельскохозяйственного региона с россыпью деревушек, втиснутых между гигантскими полями с высокими кукурузами и колосящейся пшеницей.

Ему было скучно, несмотря на активную работу над артефактом. Местный граф, знакомый знакомого, слёзно просил его починить затейливой работы амулет. Эта вещица позволяла подчинять своей воле диких дархатов. Местный граф продолжал традицию своего предка и коллекционировал отловленных дархатов, занимаясь на любительском уровне селекцией.

Культура дархатов казалась странной и чуждой. Весьма трудно было представить, как он ловит эльфийского детёныша и дрессирует его как собаку. А как иначе воспринимать диких дархатов? Они ведь взрослеют, пока не станут разумными. Своеобразное детство. Кирион вспоминал свою младшую кузину каждый раз, когда видел кошку-дархата на поводке у графа, которая при виде эльфа начинала шипеть и странно двигаться.

Граф оплатил Кириону жильё, еду и мастерскую. И целый месяц ушёл на то, чтобы выправить узор чар и укрепить основу заклинательного контура, которая за пару веков знатно истончилась. Однако теперь предстояла самая скучная и выматывающая стадия реставрации, когда надо было раз в сутки накачивать магической энергией артефакт. Кириону пришлось небольшой кусок чар полностью заменить на новый, но в месте стыка тонкого плетения было слабое место, которое прорвётся при первом же использовании амулета. Нужно было ждать, пока всё срастётся и станет единой неделимой структурой.

Каждый день он выходил из номера гостиницы и отправлялся верхом на присланном щедрым графом паланкине в мастерскую, где проводил большую часть дня, делая перерыв на обед в той единственной местной забегаловке, что именовала себя рестораном и не пускала тех, кто не выглядел платежеспособным. Кирион считал себя весьма либеральным дворянином, но терпеть запах за посредственной едой было выше его сил.  Беднейшие дархаты, подавляющее большинство из которых было беглыми крестьянами, обладали неприятным запахом. Горняки, гордые и неожиданно обеспеченные работники рудника, причиной оправданно считали то, что беглые крестьяне просто не моются.

Кириону особого дела до них не было. Он считал оставшиеся дни до возвращения домой. Граф ему невероятно надоел — дархат был навязчивым и чрезвычайно общительным.  Даже этот проклятый паланкин был навязан в ходе одной из утомительных бесед. Кириону эта переносная кровать категорически не нравилась, поскольку его в ней укачивало. А ещё сквозь ткань ощущались колкие взгляды горожан.

Дорогой гость графа ожидаемо вызывал безумное любопытство у той части горожан, что скучала во время своего безделия. Кирион с независимым видом уселся на лавочку, развернул местную газету и принялся изучать скучные местные новости. К его изумлению, газетчики делали хорошие кроссворды.

Внешний вид

[Авирс Ле]

Прошло чуть более полугода с момента когда Авирс впервые осознал себя.
Путник, что вывел ничего не помнящего подростка из лесной глуши, скорее всего был наёмником, что волею судеб оказался неподалёку.
Грузный мужчина великодушно проводил Авирса в довольно крупный город Роуз. На этом его помощь закончилась: доброе дело сделано - пора расставаться.
Скитаясь по городу юноша забрёл в одну из таверен, где в итоге остался работать в качестве подавальщика.
Парень явно понравился местной публике из-за мягкого, милого облика. Хозяйка даже не раз одевала лисенка в женские наряды, выпуская на очередную смену. Таких дней становилось всё больше. Парню всё больше это не нравилось.
Авирс терпел около двух недель, пока не заявил, что уходит. Для него работа становилась малоприятной, ведь смазливому подавальщику не давали прохода не только изрядно выпившие женщины, но и мужчины.
В последние дни Авирс вообще приходил в свою каморку с синяками на заднице от частых щипаний... или с отметинами от чужих рук на своих запястьях когда удачливым завсегдатаям удавалось-таки где-нибудь его зажать...
Хорошо хоть хозяйка старалась пресекать подобные поползновения в сторону своего лучшего работника. Невинность парня оставалась при нем.
Тем не менее владелица бизнеса категорически не хотела отпускать мальчишку. Ведь доходы с его участием возросли вдвое, а то и втрое. Поэтому она пообещала, что жить он будет при таверне бесплатно, кроме того, за свой счёт обучит его читать и писать, подробно расскажет о мире и наймёт вышибалу...
Авирс неохотно согласился. Так минуло полгода.
Хозяйка сдержала своё слово и юноша освоил чтение и письмо. Кроме всего прочего, выходные раз в десять дней имели место быть. Тогда юноша допоздна гулял по городу. Причём, с переменчивым успехом. В этот период Авирс даже умудрился влюбиться в одну довольно-таки важную феечку из дома удовольствий, когда "совершенно случайно" искал себе варианты для трудоустройства.
Но это отдельная история.
Лис всё равно ещё некоторое время оставался подавальщиком в первоначальной таверне.
Что омрачало, так это то, что у юноши всё же появились особо навязчивые поклонники которые ежедневно делали его жизнь невыносимой.
Слишком популярный подросток стал опасаться за свою жизнь и честь. Дело было даже не столько во внешней привлекательности оного, сколько в его милой манере хлопать длинными пушистыми ресницами и весьма завлекательно смущаться...
На Проционе масса невероятно красивых дархатов, но все сплошь и рядом - сексуально зрелые существа, циничные и самодостаточные. А вот таких наивных, как этот бродяжка - малые единицы.
Сам же он считал себя невероятно хитрым и гордился тем, что может влиять на своё окружение. На деле: все попросту относились к нему с трепетным снисхождением.
И всё же не так давно Авирс не на шутку испугался: ему стали подкидывать записки с описанием всех его действий. Даже тогда, когда он оставался вроде бы один.
Последней каплей послужило то, что одна предприимчивая женщина в годах, настояла на том, чтобы угостить юного подавальщика пироженым, в которое тайком добавила снотворное. Благо, бармен заметил сие действие и пресёк накорню...
Авирс решил бежать, решив не ставить в известность свою начальницу.
Собрав свой незначительный скарб, парень всё-таки в одну из тёмных ночей покинул большой город Роуз.
В конечном итоге он забрёл в отдалённый шахтёрский городишко...
Причём мальчишка-лис не осознавал, какую опасность таили леса для одинокого путешественника. Что было бы, встреться ему на пути дикий дархат?..
Волею судеб он добрался до маленького захудалого городка в целости и сохранности.
Беглец нашёл единственный в городке ресторан. Все остальные - казались просто несостоятельными лавками с уличной едой.
С лицевой стороны заведения  располагался парадный вход в сам ресторан.
Авирс заметил, что сюда захаживают довольно обеспеченные персоны. Это означало что, чтобы хоть как-то продержаться дальше - ему необходимо попробовать наняться сюда.
Но перед этим... Для того, чтобы предпринять попытку трудоустройства следовало хотя-бы помыться.
Несмотря на нищету и бродяжничество, лис всё же старался быть чистоплотным...

[Кирион]

Кирион свернул газету и подозвал к себе паланкин исключительно из-за местного этикета, внутренне содрогаясь. Дархаты были чуждыми ему и странными, а местные ещё весьма трепетно относились к иерархии и строили вокруг неё свою жизнь. Видимо, тут сказывалась какая-то особенность хищной натуры. Большинство местных имело черты зверей. Организация общества подчинялась животной натуре.

Положение Кириона в местной иерархии было странным: он чужак и представитель более слабой расы, но является гостем вожака. Кирион в редком припадке благоразумия решил не лезть в чужие порядки и всячески демонстрировать всем свой высокий статус, как это делали абсолютно все в городе, кроме пары престарелых хуманов, которые открыли ресторан. Паланкин местные воспринимали как символ власти: тебя безропотно таскают на руках в богато украшенной деревянной коробке с щёлком и золотом.

В паланкине его опять укачало, а ещё и живот начал настойчиво требовать еды. Кирион был очень прожорливым, поскольку его недуг навязывал постоянное чувство голода. Ещё немного, и он вообще сознание потеряет! И граф его заточит у себя под бдительным присмотром лекарей. Больше никакого Проциона! Местные тут такие же дурные, как порченные жители Климбаха.

Прислуга на своих плечах донесла его до дверей ресторана и принялась ждать на местной парковке между безвкусным лимузином с отвратительно чадящим техномагическим мотором и лёгкой конной повозкой с откидным верхом со скучающим извозчиком.

Кирион прошёл мимо невысокого светловолосого мальчишки, соответствующего по возрасту эльфу 80–90 лет. Он резко остановился, уставившись с высоты своего роста на бродяжку. Оборванный вид и общее впечатление неустроенности были характерными признаками. Беспризорник? Кирион сощурил подведённые золотом и сурьмой глаза, рассматривая маленького дархата. Когда тот вырастет, то точно станет отъявленным сердцеедом. Вон, на него заглядываются прохожие.

Кирион привык к красоте эльфов и эонов, был в некотором роде пресыщен выдающимся совершенством жителей Лиреи. Наверняка такого симпатичного ребёнка задирали другие беспризорники. Красивому невинному лицу точно дадут больше милостыни, чем скалящемуся шипящему оборванцу с выбитым зубом и неприятным душком.

Лёгкий укол сочувствия вдруг охватил его. В отличие от местных нищих, этот юноша имел что-то особенное во взгляде. Тяга к жизни? Желание действовать? Беглые крестьяне давно опустили руки, предались отчаянию. Они жили за счёт скудного пайка от щедрого графа и побирались на улице.

В руке Кириона появилось в облаке волшебных золотистых искр три монеты в виде местной валюты: электрум с инкрустацией кварца. Меньшей по стоимости монеты у него не было, поскольку граф оплачивал все расходы, а ещё выдавал на содержание. Видимо, амулет представлял для него очень большую ценность. Кирион с этим артефактом так намучился, что проще было сделать новый или просто сбежать домой.

Он молча всучил мальчику монету, подмигнул ему, а затем зашёл в ресторан. Швейцар вдруг бросил на них обоих гадливый взгляд, но Кирион этого уже не видел.

Через несколько минут беспризорник уже выветрился из памяти. В ресторане протяжно пела женщина своим контральто что-то джазовое. Несколько зажиточных господ с чиновниками сидели и курили алькорские сигары. Кирион же с капризным видом поедал фрикасе и морщился от вина. Местные дамы полусвета даже не смотрели в его сторону, смирившись с отсутствием к ним интереса со стороны обеспеченного гостя. А вот несколько затесавшихся жуликов уже несколько дней к нему присматривались.

[Авирс Ле]

"Я что, настолько плохо выгляжу?" - подумал Авирс, когда странный смуглый эльф всучил ему монету электрума, подмигнул и скрылся за нелепо-вульгарными дверьми ресторана. Лис ещё некоторое время пялился на них, вслед ушедшему, явно не местному воображале. Лепнина в виде звероподобных полуголых богинь изображалась на каждой створке двойных дверей. Античные белые образы выбивались из общего контекста здания в стиле Хай-тек. Авирс не знал точного названия стиля, просто обратил внимание на странную несочетаемость дверей и остального строения.
"Какое заведение, такие и посетители," - чуть поджав губы размышлял подросток. Ему не нравилось то, что его причислили к попрошайкам. Он окинул себя критическим взглядом и пришёл к неутешительным выводам: "оборванец... как есть - нищий беспризорник!" Он отвернулся от ресторана, понимая, что идти туда ему пока рано. Полученной монеты как раз должно хватить на комплект более-менее приличной одежды. Собственных накоплений хватило бы дней на 40 скромного проживания в дешёвом хостеле без учёта питания. Авирс сильнее прижал к себе сумку, что висела на ремне на его плече. Монета, полученная от богача - увеличивала его запасы чуть больше, чем в два раза.
Предприимчивый лис решил вложиться в создание образа более успешного горожанина, нежели он проецирует сейчас. Он направился блуждать по улицам в поисках магазина одежды. И когда таковой был найден - с уверенностью зашёл в него. Парнишка тут же почувствовал на себе оценивающие и немного презрительные взгляды персонала. Его не выставили из данного вполне приличного магазина лишь благодаря миловидной внешности. Зрелая женщина лет 50, видимо администратор, в строгом тёмно-синем платье с белым воротником под горло и такими же белыми манжетами поинтересовалась у нищего с виду посетителя - может ли она чем-то ему помочь. Он молча протянул раскрытую ладонь с полученной от высокого эльфа монетой электрума. Лицо женщины-дархатки сразу смягчилось и она лично подобрала юному покупателю комплект одежды и даже обуви. Обувная лавка прилегала к магазину и принадлежала одному владельцу. Авирс потратил на выбор одежды около двух часов, но примерив, сразу же снял с себя обновки, понимая, что сперва следует всё-таки помыться. Оплатив покупку, юноша отправился на поиски индивидуальных  помывочных или общественных бань. Результаты не заставили себя долго ждать: яркая неоновая вывеска с изображением фигуристой девушки, обмотанной полотенцем, залезающую в большую деревянную бочку - сразу бросилась в глаза.
Завидев возле крупного строения небольшую очередь из потных, запылённых крупных дархатов в рабочей робе, Авирс всё же не рискнул идти туда мыться. Идея с общественной баней отпала сразу. Парень продолжил поиски.
Наконец, возле очередного дешёвого хостела, лис обнаружил несколько кабинок - индивидуальных помывочных. Авирс бросил несколько своих монет и  автоматическая дверь кабинки приглашающе раскрылась. Процедура мытья тела и волос заняла минут тридцать. Встроенная сушка феном тоже входила в стоимость. Из кабинки парень уже вышел совсем другим. Юноша с удовольствием  надел на себя обновки: классические светло-серые зауженные брюки в цвет глаз, тонкую белую, чуть облегающую рубашку и тряпочные мокасины цвета мокрого асфальта. Расчёска у него была своя. Чтобы меньше походить на девушку, лисёнок заплёл на макушке высокий хвостик, перетянул его имеющейся узкой белой лентой. Никаких бантиков он не завязывал - просто узел со свисающими чуть ниже самих волос концами. Напоследок рассчесал свой хвост и немгого пригладил гребнем шерсть на ушках... Довольный результатом Авирс направился в сторону того вычурного ресторана.
Хмурый швейцар, казалось, будто бы и не узнал гостя или, что более вероятно: сделал вид, что не узнаёт. Тем не менее пропустил, открыв перед миловидным  подростком двери.
Авирс прошёл в холл заведения непроизвольно от волнения прикусив нижнюю губу. Ему нужна эта работа. Нужны деньги. Быть нищим бродяжкой уже не устраивало лиса. На миг стушевавшись, он последовал в общий зал, стараясь сильно не пялиться по сторонам и хлопая длинными пушистыми ресницами. Всё вокруг выглядело дорогим, но по мнению самого посетителя - безвкусным. На небольшой сцене пела красивая женщина в ярко-красном платье и прилизанной ретро-причёской с приколотой в волосах алой розой. За несколькими столиками в кумарном полудымке от сигар - вальяжно сидели явно обеспеченные гости ресторана. Кстати, тот странный смуглый эльф тоже присутствовал. Авирс мазнул по нему взглядом и отвернулся, нацелившись на свою задачу.
Он успел сделать несколько шагов в сторону администратора, как вдруг его перехватил какой-то напомаженный дархат со скользкой улыбочкой. Он пригласил юношу сыграть в покер с ним и его другом. Пообещал даже оплатить обед, если лисёныш скрасит их компанию. Авирс хотел было уже вежливо отказаться, как вдруг его живот издал довольно громкое: "Уурк!" и подросток всё же принял приглашение...

[Кирион]

Кирион сидел спиной ко входу, поэтому не заметил появление нового посетителя. Он доел самое невкусное в Аркхейме фрикасе и уже активно поедал десерт. Местный мильфей оказался, к его глубочайшему удивлению, очень сносным.

Благоразумно заказав травяной чай, он наслаждался ароматом позднего лета с ложечкой душистого мёда. Тарелки официант унёс, поэтому на столе появилось свободное место для книги. Кирион с головой погрузился в чтение «Минералы Проциона», делая заметки в маленькой записной книжке.

Но тут к его столу подошла женщина в красном платье и села напротив, не спрашивая разрешения. Это была певица, которая решила сделать небольшой перерыв.

— Ну привет, месье, — низким грудным голосом сказала она, откидываясь на высокую спинку, — Как жизнь молодая?

Кирион со вздохом оторвался от книги и изобразил улыбку на лице. Ещё не хватало ему грубить девушкам!

— Добрый день, мадемуазель Колтрейн, — сказал он с лёгким кивком, — Как ваши дела?

Она вытащила тонкий серебряный портсигар и достала длинную вытянутую сигарету, которую вставила в мундштук. Кирион магией поджёг кончик сигареты. И девушка сделала мощную затяжку, а затем выдула колечком дым.

— Ты бы был поаккуратнее, — начала говорить она, слегка покусывая клыками мундштук, — Тут на днях мне птичка шепнула, что кто-то про тебя спрашивал.

Кирион серьёзно кивнул в сопровождении тихого перезвона своих многочисленных зачарованных украшений.

— Благодарю вас, мадемуазель, за предупреждение, — вежливо поблагодарил он.

Певица резко встала и ушла, круто виляя бёдрами под цокот выкрашенных в красный ланьих копыт. А затем вдруг остановилась и обернулась через плечо.

— Спасибо за приятную беседу о музыке, месье! — хихикнув, сказала она громким голосом, — В этом городе поразительно мало ценителей и знатоков музыки!

В певицей он иногда болтал о всяких мелочах. Она умела быть приятным собеседником и создавала приятное впечатление. Однажды попросив у него у входа прикурить, эта девушка стала считать его кем-то вроде приятеля. Возможно, основной причиной такого расположения были его деликатные манеры и отсутствие неподобающего поведения. Дархаты были весьма несдержанными. На его глазах, прямо посреди оживлённого публичного места, они друг другу делали неприличные намёки. И Кириону тоже доставалось. Его традиционный лирейский наряд казался слишком «девчачьим» со всеми вытекающими проблемами. Лирейский этикет и акцент воспринимали как жеманство и манерность. Но Кирион был кузнецом, поэтому горняки сразу к нему прикипели и стали воспринимать как своего.

Через несколько минут тихий контральто под завывание саксофона ведал о прекрасном времени лета и чувстве тоски. А Кирион беззаботно вернулся к чтению справочника, чихая от резкого запаха сигаретного дыма, который проникал через наведённую магией защиту от запахов.

Левая рука уверенно водила перьевой ручкой по бумаге с лёгким нажимом, едва поспевая за бегом мысли. Кирион мягко подпевал песне, слегка улыбаясь и отдаваясь приятным размышлениям. Чуждая планета, странные аборигены, назойливый граф и томительное чувство ожидания завершения важного этапа реставрации — всё это осталось где-то там, далеко от него.

[Авирс Ле]

Авирс скромно сел на предложенный стул, внешне пытаясь показать невозмутимость. Хотя хвост периодически дёргался, выдавая нервозность. Да, бывало, что его вот так вот приглашали и он знал как этим пользоваться. Но всё-таки что-то в этих двоих настораживало. Пригласивший его мужчина всячески старался расположить юношу. Представил своего друга - внешне отталкивающего дархата с чешуей на скулах. Тот пытался дружелюбно улыбнуться, что выглядело немного пугающе. Авирс сначала явно пожалел, что согласился, но когда те заказали для него самые дорогие блюда, лис немного расслабился.
"Опять я продался за еду..." - внутренне сокрушался парень, хмыкнул и улыбнулся собственной самоиронии.
Принесли заказанное: голодный лис весьма шустро принялся уплетать угощения. Он почти не чувствовал вкуса, ведь последний раз он перекусывал два дня назад - скудными лепешками, которые он взял в дорогу, украв из таверны, где работал.
Пока парень ел, мужчины расспрашивали о нем. Разумеется, Авирсу нечего было скрывать, потому он без опасения рассказал новым знакомым о том, что помнит себя всего лишь чуть больше полугода. Пища сделала своё дело. Лисёныш расслабился.
Терпеливо дождавшись пока парень наестся, первый дархат представившийся Грэйхом предложил проверить, есть ли у Авирса способности к карточной игре.
Так и оказалось. Лису везло. Спустя час весьма азартной игры, запас его личных сбережений - увеличился более чем в три раза.
За игрой Авирс даже не обратил внимание, что на столе появились алкогольные напитки. Особенно ему понравился кисло-сладкий коктейль с ароматом мяты. Он заедал его кусочками сыра. Мистер Грэйх и его друг, имя которого Авирс так и не запомнил, казались ему уже не чужими, а вполне хорошими знакомыми. Парень сидел на высоком стуле с крашеной красной кожаной обивкой, покачивая ногами не достающими пола. Всё-таки мебель подбиралась под более крупных гостей.
Захмелевший впервые лис хихикал над шуточками собеседников, под влиянием которых решил сыграть на всю имеющуюся у него сумму плюс сверху столько же в долг. И каково же было его удивление, когда карты перестали приносить ему удачу. Сквозь пелену опьянения, осознав масштаб проблемы, Авирс прижал ушки к голове, побледнел и вжался в стул. Дыхание стало частым от испуга. От этого голова кружилась ещё сильнее. Мысли сбивчивым роем кружили в голове: "Что делать? Бежать? Без денег... Куда? Я пропал! Может... уговорить?"
Тяжёлая ладонь опустилась на голову парня. Грэйх успокаивающе погладил лиса между всё ещё прижатых к голове ушей:
- Ничего. Отработаешь. Мы же не звери какие...
Первое, что подумал Авирс, так это то, что сейчас последуют неизбежные домогательства. Но Грэйх удивил. Он незаметно наклонился к уху должника, да прошептал легонько кивнув в сторону высокого рыжего эльфа:
- Видишь того разряженного в.. Пфф... Эм... халате?
Юноша медленно кивнул. Грэйх продолжил рассказывать о нем, подводя к тому, что нужно будет забраться к тому в мастерскую и добыть крайне важный артефакт:
- Ты всё понял? Мне же не нужно объяснять... иначе?
- Понял, - тихим дрогнувшим голосом произнёс поникший должник...