[Нега]

Оргтема

[Нега]

Мари Штрих поправила очки, рассматривая своё отражение в стене лифта из отполированной до зеркального состояния стали. Это движение было машинальным, так как в данный момент она прокручивала варианты разговора с генеральным директором Exo.Tech. Секретные данные по весьма масштабному проекту не могли доверить ретрансляторам и, уж тем более, открытым каналам связи. Пусть имплант в её голове и хранил мешанину закодированных файлов, осторожность и секретность были в приоритете. Даже использование порталов и телепортационной сети было под запретом. Пришлось по старинке лететь на челноке до посадочной площадки принадлежащей Exo.Tech в космопорте, а из него лететь на флаере до центрального офиса. Вот сейчас, с, казалось бы, простым поручением, она смотрела на разъезжающиеся в стороны двери гравитационного лифта, переживая всплеск эмоций, словно её собирались подавать в качестве главного блюда на обеденном столе директора. Один из имплантов в мозгу запустил череду последовательного выброса блокаторов нейротрансмиттеров, чтобы выровнять эмоциональный фон и полностью подавить связанные с этим гормональные всплески. Набойки на каблуках словно старались поймать ритм эха, мечущегося в просторах кабинета директора. 
Её непосредственный начальник в данный момент лично принимал участие в координации проекта, поэтому право первичного отчета перед высоким начальством возложили на её, усиленные киберимплантами, плечи.
Мари сдержанно поклонилась, так как получила достаточно четкий инструктаж о крайне нежелательном поведении в данном кабинете. В её привычном состоянии она бы выдала что-нибудь в стиле "экспресс доставка, свежемороженые горячие пирожки", а под действием психоэмоциональных регуляторов она не теряя концентрации сразу приступила к делу. Из полусферы на столе директора она извлекла длинный кабель со штекером на конце, который подсоединила к разъему в основании своего черепа. Передача данных началась, едва замкнулась цепь на последних контактах.
Мари выбрала необходимые фрагменты из общей свалки файлов и сразу запустила процесс их компиляции. Мультипоточное ядро за секунду расшифровало закодированную в собранных файлах информацию по разворачиваемому алгоритму на основе трех ключей. До этих операций, любой получивший исходный массив, не смог бы его разобрать ни техническими, ни магическими средствами. Не плохой вариант квантовой запутанности, когда данные вроде бы есть, но нет даже намека на то, что они действительно есть.
На мониторах развернулись папки, листы аналитики и массивы, к которым они апеллировали.
- Несколько тайных исследовательских миссий успели подать сигнал о перспективных находках, прежде чем связь с ними была потеряна. - По команде Мари развернулась карта сектора с координатами миссий, командами и использованным оборудованием. - В соответствии с принятыми инструкциями были посланы автоматические разведывательные миссии. Не смотря на их боевой потенциал, эффективность их применения не превышает 71%, а расширение миссии резко повышает риск раскрытия целей наших интересов.
На карте сектора погасла большая часть отмеченных точек, отображая размеры увеличения расходов и дополнительное время отхождения от плана
- Аналитический отдел 13 предлагает разморозить проект "обнуленные" по сценарию номер 8. - На втором экране развернулся архив проекта из которого отображались части, на которые Мари акцентировала внимание. - Первоначальный проект стирания памяти с новым обучением или интеграцией искусственной личности оказались слишком затратными и не стабильными. - Над столом развернулась голограмма мозга, на который отразились некоторые из центров мозга. - Восьмой сценарий предполагает стирание памяти по системе прозопагнозии. Коктейль из редукторов нейронных связей вводится в организм в момент стимуляции центров распознавания лиц, запоминания лиц и имен. На позднем этапе, еще стимулируют центр долгосрочной памяти. Испытуемые теряют все воспоминания, связанные с людьми, почти все события жизни и даже представления о собственном лице. Они теряют элементы самоидентификации, но при этом не происходит распада личности. Испытуемые сохраняют основной массив навыков и знаний, которые получали за свою жизнь. В основном страдают знания по истории, но общие представления о хронологии сохраняются, если они были у испытуемых до "обнуления". На основе навыков и кругозора все собранные "образцы" были разделены на три группы. - Развернулись картотеки смертников с полным описанием от цвета глаз и веса нервной ткани, до имени судьи, подписавшим смертный приговор и официального времени смерти, когда тела тайно погрузили в анабиоз, отыгрывая смертную казнь для многочисленных зрителей, и изъяли. - В первой группе разного рода специалисты, которые могут быть использованы в программе без дополнительной коррекции. Вторая группа включает маньяков и лиц с различными психическими отклонениями, которым потребуется минимальная коррекция мотивации. Третья, отбросы. Им рекомендован комплекс программ обучения, который поднимет их потенциал.
Третий экран с самого начала показывал разведывательные спутники, оборудованные отсеками для доставки тел, а так же систем минимального обеспечения.
- Наши корабли смогут тайно сбрасывать эти спутники и контролировать их работу дистанционно с помощью лазерной связи. Так мы минимизируем риск раскрытия основных целей, пока не соберём необходимый массив данных для принятия дальнейшей стратегии.

[Пожар]

Корпорация крайне строго относилась к секретности. Поэтому каждый здесь знал только позывные своих соратников и коллег. Если вдруг кто открылся, сообщив имя, и об этом узнали – тут же жди дисциплинарное взыскание в том или ином виде. И в любом случае кроме этого – перенаправят в другой отдел.
Их команда считалась одной из лучших. Но две недели назад их корабль нашли одиноко плавающим в бездне космоса, а на борту из живых – лишь второй пилот.
В результате расследования выяснилось, что второй пилот с позывным «Пожар» допустил несколько критических нарушений должностных инструкций, что привело к гибели всего экипажа, кроме неё самой.
Миниатюрная девушка, худенькая, ростом всего полтора метра, сидя в зале заседания, слушала обвинения.
 - Это неправда! Меня подставили!
 - Поясните подробнее: что Вы можете сказать в своё оправдание, - попросил судья, жирный, как боров. Даже его губы шевелились так, будто вот-вот хрюкнут.
 - Я ничего не помню – мне диагностировали потерю памяти. Но расследование проводилось спустя рукава – и явно отрабатывало чей-то заказ. Требую провести проверку – что именно случилось на корабле...
 - Это невозможно: из выживших остались только Вы, а записи на корабле кто-то предусмотрительно подтёр. Впрочем, мы это уже указывали ранее.
 - И всё равно...
 - Сядьте, обвиняемая, и слушайте вердикт: смертный приговор через электрический стул.
 - Варвары! Гильотина – и то гуманнее!
 - Это ещё не самая страшная казнь, обвиняемая. Впрочем, если Вы настаиваете, мы можем рассмотреть другие варианты.
В результате обвиняемую пришлось принудительно успокоить препаратами – она никак не желала выходить из зала заседаний и добивалась "справедливости".
Через час её разбудили в камере и повели на казнь. Завели в комнату, где имелся совсем небольшой отсек – метр на метр. Встать туда. С потолка у входа снимает камера – все желающие сейчас смотрят, как казнь приводится в действие. Сверху опускается прозрачная стена.
 - Что со мной будет? – успокоительное потихоньку переставало действовать, и Пожар вдруг заинтересовалась своей судьбой. То есть – уже её окончанием.
 - По Вашей просьбе электрический стул заменили кремацией.
 - Сжигание заживо?..
Но стена уже опустилась, и её претензии больше не слышно.
 
«Ничего. Ни боли, ни беспокойства, никаких ощущений. Так вот ты какое – посмертие?»

[Хоглан фон Айнцберн]

Хоглан понимал, что рано или поздно это должно было случиться с таким, как он. Кого-то достанет слишком сильно и заметно. Где-нибудь наворотит таких дел, что не сразу исправишь, если это вообще возможно. Конечно, одно дело - представлять и думать. Другое дело - испытывать в реальности. И никогда не представлять, что это могло случиться так рано. Правда, даже при всём желании фон Айнцберн не мог бы представить, что в своей жизни сделал бы по-другому. Уйти на покой раньше и успокоиться? Он бы всё равно не решился никогда. А от тайных попыток сохранить привычный образ жизни было бы только хуже.

Разве что это, последнее дело. Которое и стоило ему смертного приговора. Да, там что-то было не так. Всё там было не так. Артефакты, которые он перевозил, были стабильны. Он столько раз проверял и смотрел за ними. Отслеживал всё. Иногда казалось, что всё начало разваливаться прямо у него перед открытыми глазами. Первые взрывы и пожары, колоссальные выбросы магической энергии, с которыми никто не смог справиться. Как ему потом говорили, пересказывая всё до боли в голове и всём теле - потом всё привело к гибели сотен мирных человек. И к последствиям для тысяч других в виде разных травм и болезней. Успокоить происходящее смогли только через неделю-другую.

Зато не смогли успокоить тех, кто требовал расправы. Она вообще оказалась на удивление быстрой в этот раз. Даже не давали никаких звонков и разговоров. Просто поставили перед фактом того, что он доигрался таки. Разумеется, ввели кучу препаратов, чтобы успокоить. Поэтому наблюдал торговец за всем как-то отстранённо. Потом выяснится, что то была диверсия. И что судий подкупили, как и остальных, отвечавших за приговор и арест. Но это потом. Когда уже слишком поздно. Он лишь надеялся, что самые близкие люди не будут смотреть за процессом. Да, они будут переживать. Но он знал Нокса и Лафает. Был уверен, что они справятся. И до других новость дойдёт уже гораздо позже.

А он только так сможет остановиться и замереть. Наконец, в первый раз в своей жизни - не разгребать последствия своих действий. И просто уйти. В голове перестанут крутиться бесконечные цифры. И организм получит долгожданный отдых. Которого, честно говоря, не всегда получал достаточно. Теперь...  Всё просто остановится. Немного жаль времени, которого он не проведёт со своей приёмной дочерью. Нет, именно этого очень жаль. С другой стороны - наверное, так и должно было быть. Однажды. И всё же интересно, кто устроил взрыв и дестабилизировал артефакты? Даже под действием препаратов не смог забыть об этом вопросе. Только в самом конце. Когда, в конце концов, сделали последний укол. Который должен был погрузить мир и жизнь во тьму.

[Нега]

Обычно сознание просыпается как солнце на рассвете. Сперва появляются первые лучи, которые словно прощупывают небо, и только потом яркие всполохи расползаются по небу, набирая яркость и насыщенно голубой цвет.
В этот раз всё оказалось иначе. Словно лампочка в комнате. Полная темнота, и проходит миг, когда одновременно с щелчком выключателя загорается свет, причем сразу на максимальной яркости. Вот так же и сознание вернулось в тело. Внезапно, резко и бескомпромиссно. Только мысли, словно рой москитов, скорее мешали понять происходящее, но и отмахнутся просто так от них не получалось.
Что чувствует тот, кто не знает своего собственного имени, не помнит лиц родителей или близких, не помнит себя?
До того, как страх и паника могли бы разгуляться основательно, тьму прорезала голограмма, которая зависла сразу за толстым прозрачным пластиком. Неизвесная девушка в очках с черной массивной оправой соловно окинула взглядом столь же незнакомые лица, подсвеченные через прозрачные крышки капсул.
- Запись номер восемь. - Огласил механический голос. Если судить по тембру, то можно было догадаться, что здесь был установлен довольно простой искусственный интеллект. Его сменила уже куда более живая речь девушки.
- Если вы не узнаете меня и не помните моего имени, то с данного момента вступает протокол инкогнито. - Девушка поджала губы, а ее брови дрогнули, выражая сожаление. - У меня лишь две новости, и к нашему общему сожалению, они плохие. Ваш мозг был подвержен влиянию аномалии и от этого могли пострадать механизмы самоидентификации. С этого момента вы сможете пользоваться своими позывными, пока самостоятельно не вспомните свои имена. Наши аналитики полагают, что этот вариант будет наименее травматичным в условиях вашей мисии.
На крышках капсул высветился список позывных с обозначением должности:

Капитан Заряд.
Старпом Ветер.
Безопастник Путь
Инструктор Скала.
Пилот-механик Пламя
Второй пилот-навигатор Рассвет.
Пси-поддержка Сияние
Медик Иней
Техник Туча.

Разведчик-исследователь Туман

- У вас не должно быть затруднений с ними, иначе, вместо спасательной миссии, вам придется выживать на планете, пока не будет возможности безопасного прохода через аномалию.
Подтверждая ее слова, строчки с позывными начали с голубого менять цвет на зеленый, обозначая тех, кто смог опознать свой собственный позывной и сделал это безошибочно.
"Заряд" сразу сделал два вывода, что представоенные должности подходят для экипажа космического корабля, хотя плотная упаковка их капсул откровенно намекает на какой-то более компактный способ транспортировки, и что должность "инструктор" это ранговое знание, а не отсылка к профильному специалисту. С таким званием может быть только человек с лидерскими качествами, но что-то ему определенно помешало продвинуться дальше в послужном списке.
Высветиоась дополнительная информация с упоминанием какого-то крейсера. Номер в место названия был прищнаком того, что это военный крейсер, не удостоенный собственного имени, либо, что менее вероятно, экспериментальная модель.

Маяк крейсера "L81-10" - активен
Искин крейсера "L81-10" - неизвестно
Системы наблюдения крейсера "L81-10" - неизвестно
Состояние экипажа крейсера "L81-10" - неизвестно
Состояние энергосистем крейсера "L81-10" - неизвестно
Состояние вооружения крейсера "L81-10" - неизвестно
Общее состояние крейсера "L81-10" - есть констуктивные изменения

Конструктивные изменения крейсера "L81-10" - неизвестно

Девушка на голограмме поставила последнюю точку:
- Если экипаж крейсера не свяжется с вами, то в своем нынешнем статусе вы не сможете попасть на крейсер, если он функционирует. - Девушка ещё раз окинула соювоим виртуальным взглядом два ряда капсул сложенных друг к другу плотным кольцом, прозрачными крышками во внутрь этого кольца. Пять женщин и пять мужчин, с нашивками на одежде, обозначающими их позывные. Сперва могло показаться глупостью, но если каждый знал свой позывной, то остальные, без соответствующей подсказки, не смог бы озвучить, так как в памяти о своих компаньонах не находил даже намеков. - Спасите их и не погибните сами.
Запись резко оборвалась, оставляя чувство недоговоренной фразы. Никто не мог предугадать, смогут ли когда-нибудь подопытные узнать правду, а сейчас идеальный рецепт обмана, сотканный из кусочков правды, переплетенной с восемьюдесятью процентами весьма наглой лжи, которую в крайней степени сложно проверить. Однако размышлять над услышанным не дал искин, озвучивая загруженный в него план, даже не предлагая к рассмотрению иных вариантов. Он развернул карту высот, при этом достаточно приблизительную, где были обозначены цели миссии и место их посадки.
- Посадка ожидается в отдалении от точек предыдущих посадок миссий. Требуется разведка и установление причин провала предыдущей группы и автоматических расчетов. Необходимо спасти выживших и собрать данные для завершения предыдущих миссий, по возможности. - Искин сменил голограмму, отобразив структуру исходного модуля в виде пирамиды, где одну из граней занимала медицинская капсула, которая выполняла функцию исследовательской лаборатории, а венчал конструкцию шар из спаренных импульсных бластеров. - Из-за неопределенного статуса вы не сможете использовать весь функционал модуля. Каждому члену группы будет присвоен персональный рейтинг, на основе которого будут выполняться запросы материальным принтером, при наличии расходников и энергии. Рейтинг пополняется при исследовании местности, сборе расходных материалов и выполнении поставленных задач. Вы показываете свою пользу, в ответ пользу получают все. - Последняя фраза напоминала рекламный слоган, который даже в исполнении искина прозвучал эмоционально. - Дублирующий аналогичный модуль будет высажен на, предположительно, свободном участке, ближе к месту посадки первой миссии. Приготовьтесь к десантированию.
Капсулы начали заполняться вязким медгелем, который обволакивал тело, а добравшись до рта и носа, начал заполнять всё доступное пространство. Чем меньше его движению сопротивляться, тем легче проходил процесс, но рефлексы и осознание того, что по тебе ползет контролируемая искином масса не давали спокойно смириться с подобной участью. Да, гель исправит поврежденные ткани и удалит загрязнения, даже к прочему будет обеспечивать легкие кислородом. Однако это не отменяет ощущения, что то ли ты глотаешь осьминога, то ли осьминог пытается проглотить тебя. Надо быть законченным психопатом, чтобы смиренно принимать эту процедуру первые раз пять, да и потом не будет легче. Просто примириться с неизбежным.
Несмотря на мутный гель, резко посветлело. Обшивка корпуса исчезла и капсулы с десантом, упакованным в медгель начали расходиться в стороны, окружая и опережая центральный модуль.
Неровное зеленое, трепещущее на ветру, море деревьев поглотило десант.
Тормозная система сработала штатно, а гель компенсировал перегрузки, когда капсула под небольшим углом ткнулась в грунт и наконец остановилась. Медгель быстро откачало из капсулы и её крышка приоткрылась, предлагая пассажирам самим выбираться дальше. Три блока с откидными крышками по краю капсулы хранили рюкзак, оружие, набор сухпайка с водой и полевая полуавтоматическая аптечка.
Заряду сверх этого достался тактический планшет, отображающий состояние членов команды и их примерное местоположение.

[Пожар]

Она очнулась резко – р-раз – и всё вокруг яркое, шумное, всё тело болит, особенно кожа, будто она отсидела вообще всю себя, а не только ногу. Зная, что надо двигаться и перетерпеть, чтобы болело хотя бы меньше по времени, девушка попыталась так и сделать – но боль ожидаемо усилилась.
На появившейся голограмме какая-то очкастая заявила, что у неё две плохие новости. Ну молодец! Тут итак помираешь от боли в глазах, ушах и вообще везде, а она ещё и "подсластила пилюлю".
- ... можете пользоваться своими позывными, пока самостоятельно не вспомните свои имена, - продолжала говорить она.
«В смысле? А как меня зовут?» - девушка вдруг поняла, что не помнит ни одного имени – даже лица в воспоминаниях словно расплывались. Хорошо хоть, лицо очкастой видно нормально – а то можно было бы подумать на зрение.
- пилот-механик Пламя; - всё никак не могла остановить поток речи очкастая, называя позывные и должности.
«Хм, "Пламя"... Что-то знакомое. А ведь у меня был другой позывной. Нечто похожее – но не этот», - общее состояние мешало нормально думать и вспоминать, оказывается, кроме физической боли тут ещё и сумбур в голове...
Высветилась информация о крейсере – «Оказывается, он у нас без нормального названия, имеет только номер "L81-10". Новый совсем, что ли?»
- Если экипаж крейсера не свяжется с вами, то в своём нынешнем статусе вы не сможете попасть на крейсер, если он функционирует.
«То есть, как это понимать? Разве я не вхожу в состав экипажа?» У неё что ни фраза – так возникает новый вопрос, а голограмма явно на них не ответит – это ж просто запись.
- Спасите их и не погибните сами, - добавила она, и запись оборвалась.
«Кого спасать? Это вообще мне предназначалось? Может, это меня должны спасать? По ощущениям – так и есть», - девушка продолжала шевелиться, пытаясь унять боль. Теперь она закрыла глаза, а хотелось закрыть ещё и уши – шум, гул и непривычные шорохи так и мешали думать, шевелиться и просто существовать. «Как же было хорошо до того, как... А что было перед тем, как меня разбудили? Почему ощущаю себя так, будто только родилась?» - паника начала нарастать.
Отвлёк роботизированный голос, который сообщил, что спасать кого-то всё-таки надо. Девушка открыла глаза – голограмма показывает какую-то пирамиду, одна из её частей – медицинский отсек или лаборатория, бластеры...
- Из-за неопределённого статуса вы не сможете использовать весь функционал модуля. Каждому члену группы будет присвоен персональный рейтинг, на основе которого будут выполняться запросы материальным принтером, при наличии расходников и энергии, - продолжал робот.
«Короче, каждый выполняет свою работу ради блага всего экипажа. Нам это тыщу раз говорили...» - иголки по телу стали проходить, и сразу захотелось спать.
- Приготовьтесь к десантированию, - ошарашил голос и замолчал.
«Что? Куда? Как? Зачем? Почему сейчас?»
Спиной вдруг почуяла влажность - вся капсула стала заполняться гелем. «Всё нормально, - попыталась успокоиться девушка, - это медицинский. Я кучу раз через это проходила.» Несмотря непрошенные панические мысли типа «он ведь зальётся в лёгкие!» и неприятные ощущения, она смирилась – да и больше ничего не остаётся.
Обшивка корпуса открылась, её капсула полетела в зелёное лесное море. Гель скомпенсировал перегрузки в атмосфере, капсула покрылась пламенем.
«"Пожар" - вот как меня звали!»
Приземлилась, куда-то воткнувшись. Гель откачали, крышка открылась.
Несмотря на лень, девушка поднялась, посмотрела, что ей выдали в поход. Рюкзак, автомат, сухпай, воду отдельно, аптечку. Она запихала всё в рюкзак, от чего тот сразу распух, рассовала по карманам магазины, оружие повесила на плечо и огляделась.
«Что нам там говорили? Кого-то найти и каждый должен выполнять свои обязанности? Но мне пока нечего пилотировать – да и чинить тоже. Сначала надо найти хотя бы друг друга.»
Вокруг лес. «Куда идти? У нас есть радар, обозначающий своих? А переговорные устройства? Надо было всё же посмотреть, что лежит в рюкзаке.»