[Симбер Ресинджер]

Я тебя собрал из несчастья, «богу» на зло
Когда меня посещал духовный озноб
И превратил тебя сам в этот огненный столп
Альтернатив небесам десять сотен нашел...(- с -)

[Наэрхида Обсидия]

Что такое бессмертие?
Вопрос более древний, чем воздвигнутые смертными или богоподобными созданиями, зыбкие королевства мира. Древнее самых страшных кровопролитных воин всех эпох и народов, более древний, чем первородный совершённый грех. Жизнь, в самом простейшем её проявлении – это ярчайшая вспышка, жаркая искра, вспыхивающая от костра. Мгновение, зависшее между двумя чашами весов. На одной из них начало, сотворение, которое мы не понимаем, на второй его половине, конец, который неизбежен для любой формы жизни. Но разве жизнь всего лишь функция смертной плоти? Сердце, заключённое в костном грудном доспехе, воздух в лёгких, кровь в венах, что притворяется, словно однажды не остынет навсегда. Жизнь всего лишь биологическая случайность, не имеющая иного смысла, кроме гниения и разложения. Однако, учёные Ксенос‐армады, придерживались иной истины. Если жизнь – это нечто большее, чем механизм тела, то её можно украсть, извлечь из более долговечного организма, приближённому к бессмертию. Скопировать и повторить на клеточном уровне. Около четырех миллионов лет назад из энергии Архея и необъяснимою наукой сил воплотились демиурги, подобие божественной силы. Потрясающий материал для экспериментов, чтобы раскрыть секрета перерождения демиургов.
Сознание вернулось рывком, заставив почувствовать все прелести побочных эффектов, возникших после воздействия инъекции на тело. Пару раз её стошнило желчью от голода и противного, горького вкуса зелья. Алхимик же, в тёмном одеянии, только подставил котелок, дал глотнуть воды и продолжил эксперимент. Крепкие, магические кандалы сдавливали ноги и кисти рук, пресекая попытки освободиться. Толстой занозой игла вошла в вену, жалящий укус шприца заставил Наэрхиду скривиться. Все линии пентаграммы, начерченные на алтаре, уже полыхали ярким, но не жгущим пламенем. Она наблюдала, как капельки бесцветной жидкости срываются в пропасть тонкой трубки, идущей от её запястья. Пока алхимик занимался сбором данных, она огляделась по сторонам, желая оценить окружающую обстановку. Её глаза были затуманены, а тело — расслабленным, как будто оно больше не принадлежало ей. Когда Наэрхида заговорила, её голос был едва различим, удивляясь неожиданной трудности произношения, словно неведомый предмет, застрявший глубоко в горле, мешал разговаривать.
- Это тупик. Ни одно из ныне живущих существ не сможет объяснить принцип перерождения, даже сами демиурги,- её бледные сухие губы растянулись в кривой ухмылке.
Это место было наполнено странными устройствами и пузырящимся в колбах зелий, заполненное книгами по алхимии и древней магии. Объём знаний, доступных жрицам Ксенос‐армады, настолько велик, что результаты многих проб можно было предсказывать заранее.
- Всё тайное рано или поздно становится явным. Ты знала, что демиургам доступно отсутствие клеточного истощения. В отличие от других существ, таких организмов клетки не теряют способность к делению с возрастом, которые у обычных существ укорачиваются при каждом делении, ограничивая ресурс жизни. Бессмертные организмы крайне эффективно избавляются от поврежденных мутировавших или стареющих клеток, предотвращая накопление «биологического мусора», который вызывает болезни и упадок функций у других существ. Невероятно, правда? Наш Бог - великий Уроборос, достоин, жить вечно!
- Ваш, лжебог, как гигантские звезды, обладающие колоссальной физической энергией, обречены в конечном итоге на неизбежное исчезновение. Они не могут «знать» как решить проблему своего короткого существования. У них нет, и не может быть никакой свободы выбора. Они обязаны рождаться, двигаться, развиваться и умирать так и только лишь так, как им предназначено, - демиург была беспристрастна в своих словах.
Время ничего не меняет. Метод проб и ошибок вполне пригоден для решения несложных задач. Но если решение спрятано среди сотен или тысяч всевозможных вариантов, путь к правильному ответу может растянуться на долгие годы или вообще оказаться непосильным. Далеко не всякий способен терпеливо перебрать хотя бы сотню вариантов. Нет никакой гарантии, что даже неисчерпаемое упорство будет вознаграждено. Прошли сотни лет с момента её заточения и наложение печати Уроборосом. Учёные приходили и уходили, их желания всегда одинаковы. Наэрхида видела это в прошлом и увидит снова в будущем. Сила, заключённая в таких существах, как она, никогда не могла быть по-настоящему покорена. Люди всегда стремились к большему, чем могли контролировать.
- Повысим дозу, поменяем формулу. Я изменил руны в сигил. В прошлый раз не получилось, но, - алхимик сделал паузу, отходя к столу с приборами разных форм, подбирая нужный. Он взял какой-то пузырёк и развёл три капли содержимого в воде, яркого голубого цвета.
– У нас ещё много времени, чтобы попытаться исправить ошибки и понять твой секрет.