[Симбер Ресинджер]

Мы умираем дважды - я понял одну из истин... (- с -)

[Леонард Дарг]

      Кабинет некроманта освещался скудно - Лео не любил яркое освещение без надобности. Лаборатория, созданная в лучших медицинских традициях своего времени, холодное помещение, выложенное белым мрамором, оснащенная всевозможным оборудованием,  освещалась превосходно, здесь же, в  святая святых, этого не требовалось. Тут Лео думал, отдыхал и даже мечтал, здесь было тихо, уютно, устроено все в сдержанных кофейно-серых тонах, тут было много полированного драгоценного дерева, тонкий изысканный шелк оконной кисеи, обрамленный в плотные шторы оттенка кофе с молоком, такой же ковер на полу, темные на светлом ковре  провалы мягких кресел и камин, в минималистическом стиле, в виде жаровни с вытяжкой, круглая медная чаша на гранитной ноге. Иногда в ней горели бумаги, иногда плоть и не всегда мертвая. Настроение - очень тонкая эмоция.
Тут обычно пахло дорогим табаком и дорогими духами - запахами, олицетворяющими достаток и спокойствие, иногда примешивался запах кофе, иногда - дорогого коньяка или иного алкоголя, но редко, крайне редко, такие изыски держались для гостей. Сам хозяин не употреблял наркотические вещества, по крайней мере, не нуждался в них, но привычка - вторая натура, и он продолжал курить и пить кофе.Это было приятно делать в одиночестве, в перерывах между экспериментами или в качестве моральной компенсации, после общения с работодателем, с каждым годом вызывающее все большее раздражение. После каждой такой стычки в коллекции некроманта появлчялся новый свиток, упоминание о редкостях или заветный ларец пополнялся очередными драгоценными артефактами, но все это не могло компенсировать.. Впрочем, сейчас не о том.

"...именно по этой причине, мой дорогой друг, я воспринимаю "невозможно" как личный вызов, шоры этики ограничивают наше искусство весьма серьезно, порой имеет смысл отбросить условности чтобы отыскать саму суть явления. Предположу серьезные изменения  в этой области уже в результате следующего прорыва, скорей всего потребуются плетения школы прото и пространства. Иногда я думаю что напрасно использовал  управляюще-ментальную магию, чем отрезал себе возвращение в мир большой науки.."

Стило в руке некроманта замерло, взгляд остановился, мужчина замер, прислушиваясь.
- Господин, - прошелестело откуда-то от дверей, - прогнозируемая магическая аномалия.
- Да, можешь идти. - Слуга (живой) аккуратно закрыл за собой дверь, а холеные пальцы некроманта сжались в кулак. Янтарные глаза словно смотрели куда-то в невидимую точку, все тело напряглось. Стило хрустнуло в кулаке.
"Как не вовремя! Климбахские бури - проклятье для некоторых манипуляций"

Развернувшийся магический экран перевел внимание некроманта на себя, продемонстрировав помощника, отправленного в подпространство для контроля за полигоном, выглядел он разодранно-растрепанным с безумными глазами. Не успев проявиться он быстро тихо заговорил:
- Господин Дарг, аномалия нарушила течение эксперимента,  контур полигона, он резко расширился, выплеснувшись в город. Поражены два квартала с живыми.
- Кто? - Мысли оставались холодны, сердце билось спокойно, мысль работала предельно быстро.
- Эльфы в основном. Ювелиры, артефакторы. Есть еще элементали.
- Спрячься где-нибудь, не отсвечивая. Я сейчас приду.
- А..
- Они - сопутствующие потери, мы не можем сейчас остановить эксперимент, личи пока не управляемые, расползутся по городу, и ты сам знаешь чем это кончится. - Янтарные глаза твердо смотрели в перепуганные карие. - Жди.

Изображение как-то резко дернулось, обрываясь.
- Опять помощника искать, - проворчал Дарг, поднимаясь с кресла. С сожалением глянув на неотправленное письмо, свернул магический экран до удобного случая, дорогой безымянный друг подождет, сейчас было не до высокого вдохновения поиска истины.

В городе творился кошмар. Умертвия успели выжрать несколько домов, к месту катастрофы прибыли маги в надежде блокировать зараженный участок. Дарг понимал, пространственники довольно быстро восстановят повреждение, только вот пузырь подпространства уже включает в себя живые души, обреченные им на смерть.
"Что ж, мертвому атрефактору не нужна пища, конечно, слабое утешение, но оно хотя бы есть"

[Инфирмукс]

Последние десять лет, с 3 310 года, Инфирмукс жил в домене Бахрейн, отвоевав себе поместье на краю небольшого города, в одинокой старой усадьбе. Предыдущего хозяина — потомственного эльфа — постигла традиционная для дикого Климбаха смерть. Жаль лишь, что его мясо после убийства оказалось отвратительным на вкус даже с обилием самых острых специй. До 3 310 года хтоник успел пожить и в приморском Иардане, и на парящих островах домена Лхаса, и даже в холодном Коците, после которого поклялся больше никогда не выбирать северные города, перебравшись в жаркий Бахрейн. А еще сотню лет назад он с энтузиазмом скитался по дикому Климбаху, ночуя под открытым небом — в жарких пустынях или густых лесах, — будучи не менее диким, чем эта безумная планета. Казалось, так будет всегда.

Инфирмукс ненавидел большие дома; главная их проблема — содержание. За годы даже самый роскошный особняк превращался под его управлением в филиал ада. Не по злому умыслу, просто... вы сами пробовали в одиночку содержать целое поместье без бытовой магии? Общаться с людьми хтоник не любил, поэтому не нанимал персонал, да и пришлось бы постоянно ломать голову, чем им платить. Ломать голову — не для Инфирмукса. Лучше кости кому‑нибудь ломать.

Переписываться инкогнито в некромантской среде не было чем‑то из ряда вон: когда ваши некро-практики вне закона, остаётся не так уж много способов профессионального контакта, а если вы ещё и хтоник‑отшельник, способов куда меньше. Изначально он вёл переписку с девятью разными «мастерами искусства смерти», но очень быстро все ему наскучили. Сплошная брехня и бахвальство, а таланта — сущие крохи. Все, кроме одного.

== отрывок из письма Инфирмукса ==

«...я пытался запрограммировать зомби на домашнюю работу, но они отлично выполняют только роли стражей. У меня стражей больше, чем кухарок. Стражей уже с два десятка. Ни один не может нормально приготовить спагетти болоньезе. Я делаю всё правильно, даже поднял повара из местной закусочной. Так он взял вилку, нож и пошёл охранять конюшни. Отлично охранял, кстати. Но у меня нет лошадей на содержании. Думаю, проблема во мне.

Всё из‑за ментальной составляющей: моя личность деформирует их личность. Хочу дать им больше свободы, но пока не знаю, как сделать нужное плетение управляюще‑ментальной магии. Типовая вязь того же Дарга накладывает сильные ограничения на мастеровую и хозяйственную нежить. Впрочем, могу понять. Счастье, что таких, как он, вообще в печать цензура пропускает. Высшую Некромантию слишком сильно табуируют, особенно на Лирее и Алькоре. Там даже в библиотеках не найти формул создания Высших личей.

Кстати, пока не забыл: если не буду отвечать пару дней, то это я переезжаю. Не могу больше тут жить, замонало. Решил двинуть в столицу...»

Инфирмукс вздохнул, отложил артефакт и лениво потянулся. Эреб как раз закончил жарить в пламени своих рогов разделанные тушки кроликов. Хтоник хотел сказать куда больше, но опасался стать навязчивым, как те некроманты, которых он сам «слил». Они даже не знали имён друг друга — только первые буквы. Его — И, у таинственного друга — Л. Д.

— Ты снова зависаешь на своём сайте знакомств? Иди уже на кухню, я дожарил кроликов и теперь у нас нет столешницы, — огромная черепушка Эреба выглянула из квадратной арки, глядя на хтоника горящими провалами глазниц.

— Это не сайт знакомств, это научный ковен некромантов. Я переписываюсь там со своим другом, и ты об этом знаешь.

— Да, припоминаю. Это тот, с которым ты уже почти пять лет переписываешься и каждое письмо правишь по десять раз? Ладно, любой социальный контакт — это важно, ведь если ты и дальше собираешься жить в лесу, то так мы никогда не убьём Уробороса. Давай, кролики сами себя не съедят, а нам ещё лететь до Пандемониума несколько часов.

— Иду, не нуди. Да... Уроборос совсем жестит последнее время, эти мутанты уже задрали, сил нет. Но убивать... выключай уже эту шарманку. И ничего я по десять раз не правлю, просто не хочу, чтобы уважаемый человек из науки подумал, что я какое‑нибудь быдло.

Не заметить аномалию мог разве что слепоглухонемой мертвец, да и тот бы не прошёл мимо. Словно лавкрафтовский нарыв, гнойный фурункул, она поглотила уже почти пятую часть небольшого города, не так уж далеко от столицы. Подобное зрелище до глубины души возмущало: он понимал, что на дальних окраинах власть едва ли могла контролировать все угрозы, но практически у тебя под носом! Может быть, им нужна помощь?

От аномалии за километры разило некромантией — настолько мощной, что у Инфирмукса не оставалось никаких сомнений: создал её не рядовой некромант, а один из сильнейших мастеров искусства смерти. Значит, он обязан был вмешаться. Когда прорвался сквозь мембрану аномалии, его глазам предстало ужасающие и одновременно привычное своей чуждостью зрелище. Мёртвые жрали живых. Он видел это так много раз, что подобная картина стала почти повседневной и не вызывала ничего, кроме сухого профессионального интереса.

— Эреб, спасаем людей! Будем создавать летающие барьерные сферы и эвакуировать их по воздуху!

— Видишь активировавшуюся вязь по контуру? Понимаешь, что это значит?

Понимал. Он стиснул челюсти и грязно выругался. Здесь собирались пожертвовать людьми. Воизбежание заражения границы аномалии закрыли для простого люда, и никто не спешил их спасать: списанный материал.

— Спасаем. Блять. Людей. Сука. Как же меня это заебало! Везде одно и то же дерьмо!

Он накрыл ближайшие дома подчиняющей нежить вязью и начал продираться вглубь аномалии, спасая всех, до кого мог дотянуться.

Помощник связался с Леонардом Даргом примерно через сорок минут после начала коллапса.

— Господин Дарг, у нас ещё одна непредвиденная проблема. Совершенно непредвиденная! На территорию прорвался высший некромант, нарушил барьерные руны, и сейчас он движется в вашем направлении, спасая людей с помощью летающих барьерных сфер. Под его изоляционным куполом уже несколько сотен человек. Так и болтаются. Среди них есть заражённые.

До живого источника, которым оказался другой некромант, он добрался примерно через полчаса. Источник излучал столь яркую ауру, что Инфирмукс в первую секунду спутал её с аурой лича, но довольно быстро одёрнул себя, мысленно отвесив оплеуху. Дожили: он путает нежить с живыми! Хорошо, что его друг по переписке никогда не узнает об этом провале.

— Эй! — громко крикнул Инфирмукс некроманту. Нет, нельзя проявлять агрессию с первой секунды, совсем не факт, что некромант в чём‑то виноват.

— Эм... у вас там два квартала нежить сожрала. Я спас, кого мог. Открывай барьер и позволь людям уйти. Заражённых надо вылечить. Я готов помочь.

[Леонард Дарг]

Выплеснутый в реальный мир полигон к тайному разочарованию некроманта не разлился полноводной рекой,  а занял всего четверть коротенькой улочки ювелиров,  на которой и домов-то было от силы штук двенадцать. И чего было панику поднимать?
Двенадцать семей это приблизительно восемь-десять эльфов и элементалей в каждой, итого сто двадцать живых душ - говорить не о чем!
Высшая нежить должна чем-то питаться, и где найти достаточно теплой магической плоти в условиях строжайшего контроля за некроманипуляциями? Даже Уроборос, старый псих, не приветствовал подобные экспромты в больших количествах (нечто подобное в этом месяце Лео уже провернул),  остальная Некроделла тихо ворчала и даже порой откуда-то из тени доносилось угрожающее шипение с обещаниями поквитаться. По этой, в целом, объективной причине Лео толком не мог развернуться в своих исследованиях. Как ни крути - правителю нужны подданные, живенькое кладбище его никак не устроит, если добавить к ситуации собственный опыт и собственную м.. пусть будет телесность, то.. то. А что "то"? Да просто, Уро не потерпит у себя за спиной конкурентов, но пока он заинтересован в своей армии, есть возможность что-то урвать для себя. Если в прекрасную Некроделлу будущего добавить еще большее количество блуждающих аномалий (вообще-то на повестке дня стоит вопрос об их увеличении, только это секретная информация) то и особой надобности во всяких разрешительный актах не будет, как и санкций за панорамное применение недозволенной магии.

Все это крутилось в голове грандмастера, пока он, стоя на краю зарастающего на глазах пространственного кармана, оценивал происходящее. Еще несколько минут и полигон будет восстановлен, в нем можно будет работать без помех, пространственники сделают свое дело и уйдут, как обычно.
Он огляделся. Один дом загорелся, в нем слышался треск, крики, задушенный визг, рев нежити, еще два дома тихо вздрогнули, осыпаясь пеплом вместе со всеми домочадцами и нежными юными личами, успевшими туда просочиться. Мертвые маги такие ранимые, они не ожидали столь грубой подставы от живых, они просто хотели есть, что в этом такого?
Выскочивший помощник и неприятное чувство обожгли Дарга одновременно. В их сторону двигался кто-то посторонний и мощный, как бы не ранга самого Дарга, что, собственно, и подтвердил чудом выживший в заварушке Ино, повисший на нарядном рукаве некроманта:
— Господин Дарг, у нас ещё одна непредвиденная проблема. Совершенно непредвиденная! На территорию прорвался высший некромант, нарушил барьерные руны, и сейчас он движется в вашем направлении, спасая людей с помощью летающих барьерных сфер. Под его изоляционным куполом уже несколько сотен человек. Так и болтаются. Среди них есть заражённые.

Мимо Лео в зарастающую пространственную дыру прошмыгнуло несколько детей. Один не успел, зарёванный остроухий мальчишка беспомощно оглянулся по сторонам, увидел двух живых и припустил к ним. Мальчишке было лет десять от силы, он еще недавно такой чистенький, был весь измазан пеплом, останками и слезами, вцепившись в полы сюртука Лео, начал взахлеб рассказывать про то, как что на их дом напали и что стало с мамой и тетей Алией, а еще папа - дальше Дарг не слушал. К нему навстречу выскочил тот самый мальчишка-некромант в окружении почти сотни шаров с условно спасенными жителями этой злосчастной улицы.

Дарг замер, рассматривая красноволосого парня лет 20-23, хорошо развитого, очень подвижного и весьма красноречивого. Кажется промелькнуло что-то знакомое, только Лео, занятый новой проблемой, не обратил внимания сразу. Сильный маг. Некромант. Гранд. Добрый. Чушь. "Добрый некромант это оксюморон, впрочем, может быть у него тут родственники? Никогда этого не понимал, но всякое бывает".
- Мне не нужна ничья  помощь, - Несколько надменно ответствовал Лео, создавая некромантическое, нежное, почти невидимое плетение, призванное сдержать разбушевавшихся "детишек", затем изящным жестом накрывая бегущих к месту сбора мертвецов в попытке призвать их к порядку. - и ты тоже здесь лишний. Уходи. А этих - он указал на пузыри с отчаявшимися жителями, - оставь. Они не могут отсюда уйти и вылечить их тебе не удастся. Они, к несчастью, жертвы эффекта искаженной аномалии, так что брось их, они обречены.
- Господин, а что делать с Николосом?
Рядом стоял Ино, держа за руку давешнего мальчишку, о котором Лео благополучно забыл, отвлекшись на новое действующее лицо. Янтарный взгляд с неприязнью скользнул по магу, заставив того слегка попятиться, прикрывая собой ребенка. Вышитый сюртук некроманта при движении издавал шелестящие, какие-то змеиные звуки, от которых по хребту живых обычно бродили подкованные мурашки. Голос некроманта был спокоен, холоден, безэмоционален, как всегда во время работы:
- Мне все равно, Ино. Возьми себе, скорми личам, продай - не мешай мне сейчас!
Вернув внимание новоприбывшему, задал интересующий больше всего вопрос:
- А скажи-ка мне незнакомец, как ты прошел на мой полигон? Очень интересно знать. Такого не должно было случиться.
Технически локация была закрыта от вторжения, только у парня точно был гранд, он сиял как праздничная яблонька на День Умертвий, и в свете такой квалификации вопрос "чего ты тут забыл", заданный, впрочем, вежливо, был далеко не праздным.
Слева к группе из некроманта, его помощника и мальчика метнулась искаженная тень, в следующий момент мальчишку вырвало из рук Ино.

[Инфирмукс]

Климбах не прощал ошибок. Здесь сама мораль напоминала серый дым — расползалась, мутировала и никогда не бывала чёткой. Поэтому Инфирмукса нисколько не удивила реакция некроманта на множество трупов среди мирных жителей. Этот взгляд он знал: честолюбивый, властный, холодный. Так смотрели «приближенные» Уробороса — правящая верхушка, жрецы, инквизиторы, кратели. Важные шестерёнки огромной машины власти Некроделлы.

Людей они воспринимали как ресурс. Инфирмукс оправдывал это устройством общества и культурой. На безумной, дикой планете жёсткая диктатура казалась единственным способом не утонуть в хаосе и резне. Но всякий раз, когда он слышал бездушное: «Мне всё равно, что будет с людьми. Не мешайте работать», — его внутренне передёргивало.

Тварей такого полёта Инфирмукс узнавал инстинктивно. Вот опасный хищник. Вот — артефакт, к которому лучше не прикасаться. А вот — внутрисистемный «вельможа» из самого Пандемониума. Инфирмукс уже давно не терзался совестью за съеденное человеческое мясо или принесённых в жертву собственным целям детей. И всё же... это для него не было просто. Он не видел в простых людях мусор.

— Не могу, Мастер, — как учил Эреб, держался вежливо. Перед ним стоял сильный практикующий некромант, и обращение «Мастер» должно было чётко обозначить позицию: чужак лоялен Ковену Некромантов. Не идёт против власти.

— Я понимаю, что люди мешают вашему эксперименту и что я лишаю кормовой базы вашу нежить, но вы же не собирались с самого начала кормить мертвую армию горожанами? — Инфирмукс чувствовал, как предательски дрожат пальцы. — Я вижу, что аномалия вышла из-под контроля и прорвалась в город.

Драться с некромантом он отчаянно не желал не только из-за силы соперника. Просто нужно быть полным идиотом, чтобы пойти против Уробороса. Идиотом Инфирмукс себя не считал. Одно дело — отбиться от стражников или врезать по зубам мелкому архонтьешке. Но этот мужчина был совсем другого масштаба. На таких не нападают. Таким даже не скалятся. Удары сердца грохотали в висках, он давил в себе живую, горячую ярость так, что лоб покрылся липкой испариной.

— А скажи-ка мне незнакомец, как ты прошел на мой полигон?

Правду говорить нельзя. Он ведь взломал барьерные руны. Для этого пришлось долго гонять Эреба вокруг Аномалии, пока тот не нащупал тонкий участок защитного контура. К горлу подступила тошнота. Взгляд Инфирмукса метался между зарёванным мальчишкой в руках Ино и породистым лицом некроманта. Тот казался смутно знакомым, словно он недавно разглядывал его в книге. Неудивительно: в печати часто публиковали фотографии властных элит и самого Владыки.

— Я воспользовался локальным сбоем барьерных рун, — уклончиво сказал Инфирмукс и усмехнулся про себя: как по-разному приходится подавать одну и ту же историю в зависимости от собеседника. Будь на месте Высшего некроманта кто-то помельче, он с удовольствием рассказал бы, как ловко вскрыл заградительный барьер. Но этому врать в лоб опасался. И одновременно считал верхом глупости признаться как есть. Власть Некроделлы отличалась не только жестокостью, но и скоростью расправы.

Пока Инфирмукс судорожно пытался считать эмоции с лица мужчины, справа мелькнула тень. Нечеловеческим рывком мальчишку выдернуло из рук Ино. Чёрная хищная фигура сорвалась с места, и тонкий слух хтоника уловил низкое, довольное урчание. Высшая нежить. Если к такому в лапы попадает ребёнок, на на спасение не больше пары секунд.

— Вот дерьмо! — вырвалось у него.

Инфирмукс отлично понимал, что перехватывать чужую нежить — плохая идея. Но выбора не было: пока он будет сражаться, ребёнка успеют съесть раз десять. Багряная волна хлынула потоком и сформировалась в широкий энергетический серп, ударивший по всему неживому вокруг. Некромагические путы оплели умертвие, медленно проступая на нём линиями подчинения.

Если некромант захватывает твою нежить — это почти всегда большая проблема.

Часто — прямой повод для дуэли.

— Мастер, — голос Инфирмукса ускорился и стал сбиваться, — прошу простить моё вторжение в вашу нежить, но масштаб аномалии уже больше, чем может выдержать один, пусть даже Высший, некромант! — он сам не заметил, как перешёл почти на крик.

Будто в ответ на его слова за спиной взревели боевые личи. Поджарые, жилистые существа в чёрной хитиновой броне бесновались на улицах, выламывали двери, вытаскивали людей из-за баррикад и устраивали пир прямо на порогах домов. Умертвие, схватившее мальчишку, теперь просто держало его на руках, точно заботливая мать, и успокаивающе гладило по голове. Изуродованный челюстной аппарат едва справлялся с речью, и фразы «всё будет хорошо» и «не бойся» звучали жутковатой пародией на утешение.

Инфирмукс стиснул зубы, снова позволяя своей силе вспыхнуть и растечься по округе. Он припечатал заклятием подчинения высшего лича, который уже тянулся зубами к ноге молодой эльфийки. Лич дёрнулся, когда на шее вспыхнул «ошейник» и прожёг шкуру в районе кадыка. В тот же миг тварь аккуратно отпустила её лодыжку и даже погладила ступню, оскалившись на другую тварь, что подползала сбоку. Её Инфирмуксу подчинить уже не удалось: брать под контроль настолько мощных умертвий сложно даже для некромантов его уровня.

— «На наш случай даже поговорка есть», — вдруг подал голос всё это время молчавший Эреб. — «Свою нежить храни так, будто каждый коллега — вор, а чужую кради так, будто дуэль уже назначена...» — в голосе звучало хтона что‑то непривычное.

— Что? — Инфирмукс пытался одновременно не потерять нить внутреннего диалога и держать под контролем улицу.

— «Говорю, интересная встреча», — протянул Эреб. — «Не отвлекайся. Покажи, на что способен. И успокойся. Ты ничем не хуже этого некроманта...»

— Ты его знаешь?

— «А кто ж его не знает...» — Эреб хмыкнул и внезапно проявился над крышами в своём истинном облике.

От этого ответа Инфирмуксу стало только тревожнее.

— Моё имя — Инфирмукс, — быстро представился он. — со мной мой хтон, Эреб. Просто позвольте мне спасти людей, Мастер. Хотя бы женщин и детей. Если я не смогу исцелить искажение, я сам их убью.

Он отчаянно надеялся, что даже если дело дойдёт до схватки, у него получится объяснить властям: он лишь пытался спасти местных, а не бросал вызов Владыке Уроборосу.

Хтоник хотел добавить ещё что‑то, но мир будто вздрогнул, и сразу два события произошли одновременно. Девушка, которую защищал подчинённый Инфирмуксом лич, выгнулась дугой и начала покрываться чёрной коростой. Царапая землю острыми, как ножи, когтями, она с ужасающей скоростью мутировала в нежить. Сомнений не осталось: Аномалия набирает мощь и вскоре окончательно коллапсирует, продолжив пожирать город. Люди в защитных сферах пока ещё не поддавались насильственной зомбификации, но Инфирмукс ясно чувствовал: это вопрос времени. Как долго некромант сможет удерживать контроль — никто не знал.

[Леонард Дарг]

Плюсом парня оказалась вежливость. Не почтительность, от которой у Дарга скапливалась ядовитая слюна, ибо подхалимами да не оскудеют земли славной Некроделлы, а полная собственного достоинства вежливость, выраженная как должно равному и только потому, как подозревал некромант, что влез в чужой эксперимент без спроса. Не может пройти мимо чужой боли? Здесь? На Климбахе? Серьезно? Ради горстки незнакомцев не побоялся влезть в чужой монастырь со своими пятью археями, не взирая на ранг оппонента и, собственно, хозяина конструкциона...

Спаситель хренов.
И вот как к этому относиться? По всем неписаным законам этой дикой планеты он, как хозяин и, так сказать, "принимающая сторона", должен был навалять альтруисту от души, дабы впредь неповадно было, только имелось два момента. Лео даже потянулся было поддёрнуть рукава по старинной привычке, как успокоился, когда пальцы пробежались по богато вышитым обшлагам, мгновения хватило на усмирение раздражения, тем более он потерял возможность гневаться по-настоящему, за что можно было поблагодарить Уробороса, неприятным образом вернувшего ему жизнь только отчасти. У Дарга после случившегося не наблюдалось серьёзных эмоциональных вспышек, хотя раздражение он мог испытывать, вот как сейчас. А во вторых, судя по всему, поединок именно с этим парнем мог удивить не только Инфирмукса, но и самого Лео, а сейчас явно было не до того, чтобы харизмами меряться, аномалия набирала силу, ползла, постепенно переплетая улицу и начиная поглощать следующий ряд домов квартала. На её пути трескался асфальт, ветшали дома, эльфы, парящие в пузырях над рыжим, начинали выцветать, потихоньку плешь выпила из них жизнь, подпитывая себя. Пространственники закрыли пролом, но сам пузырь некротики оказался условно стабильным, и если бы Лео с помощником были тут одни, никаких добавочных вбросов в энергетический баланс не случилось бы. Однако всё шло наперекосяк, и причина утраты баланса стояла как раз напротив, а вокруг него парили шары с живыми и трансформирующимися в нежить жителями.
Черноволосый сосредоточился на пришельце, не упуская из виду деталей.
Хтоник, впрочем, другие в Некроделле редкость, сильный, судя по манерам — резкий, нет системы в последовательностях, скорее всего самоучка, очень талантливый. Уровень вдохновляющий, Гранды не попадаются вам на каждом углу в темном урочище Уро. Ха-ха.
Что ж, парень-то еще ухо, про периметр явно соврал, но тут Дарг не имел претензий, он и сам сунулся бы в чужой эксперимент и врал бы напропалую, если бы попался. Кстати, Инфирмукс, как он представился, не попался в прямом смысле, скорее предстал, им двигала забота о жертвах аномалии, и вряд ли в его голову забрели мысли о последствиях собственной авантюры, а зря. Нужно в двух словах показать, что бывает, когда тобой правят эмоции а не сухая логика,  слегка надавить, сгустить краски и заставить рыжего посмотреть на ситуацию под другим углом. И на что надавить? Да на милосердие конечно!
Некромант в вышитом сюотуке улыбнулся:
- То есть тебе даже в голову не пришло, что своим появлением ты спровоцировал аномалию на увеличение и за ползущий некроз твои друзья должны сказать спасибо тебе?
Конечно, Инфирмукс здесь не был злодеем, также как и не бы источником беды — аномалия в любом случае забрала бы своё, с ним или без него. Просто эксперимент Дарга изначально не был рассчитан на двух магов, Инфирмукс это тоже прекрасно понимал  с его то уровнем мастерства. Некромант же сознательно сгущал краски, ловко играя на его милосердии, чтобы превратить чужую совесть в удобный рычаг давления и заставить покинуть аномалию без открытого боя.

Проследив за тем, как красноволосый зыркает по сторонам и как в нем откликается каждый крик умирающих и мутирующих живых, Лео напрягся, понимая, что парень сейчас начнет действовать. По-хорошему его нужно было выставить вон прямо сквозь стену пузыря, пока тот не натворил дел. А, уже натворил. Очень ловко перехватив управление умертвиями, остановил нападение нежити на живых.
- Я не буду долго объяснять почему, но ты зря тратишь силы.
Проводив настороженным взглядом чужого хтона, Дарг схватил парня за рукав, вынуждая убраться с его пути за спину. Минутой раньше туда предупредительно нырнул Ино, уцепляя из рук лича Николоса и скоренько пакуя его в пространственный карман.
- И совершенно напрасно влезаешь в чужой монастырь.

Взмах призрачного клинка разрубил чужое плетение, наброшенное на нежить. Следом пошла в ход Пирамида, величественно вырастая над площадью поражения, успокаивая и подчиняя себе всё, что попало вовнутрь.
Живые мутировали на глазах, перетекая в разные формы нежити. Девушка эльфийка, золотоволосая и прекрасная еще минуту назад, стала баньши.
- Иди сюда, Золотко, нет, петь не нужно, просто подойди. — Он протянул руку ладонью вверх, а когда она, подойдя, вложила свою холодную ладошку в его ладонь, спросил:
— Что ты умеешь делать, милая?
— Вкусно готовить. — Девица улыбалась просто устрашающим рядом острых зубов. — А еще я умею красиво пе-е-е-е-еть.
Лео повернулся к Инфирмуксу:
— Красивая девушка для талантливого юноши. Это тебе подарок для души, чтобы помнил, к чему приводит самонадеянность.
Его взгляд обратился к Пирамиде.
— А теперь уходи, сложно отвлекаться на постороннее, нужно стабилизировать пространство. Ты мешаешь.
По внутренней  части пространственного кармана пробежали морозные узоры, открывая где-то на уровне крыш неровный разлом прохода.
- Хтон, выводи его. - Негромко сказал черноволосый. Он точно знал что его услышат. - А с тобой я бы хотел повидаться еще раз, только позже. Поговорить о том, о сем.
- Господин, постойте! - Выскочивший Ино обогнул Дарга, направляясь прямиком к Инфи, вручая ему  капсулу.- Забирайте мальчишку, он мне не нужен, а Вам сгодится на что-нибудь.

[Инфирмукс]

Сердце ударилось о рёбра, дыхание перехватило, будто грудь сдавило тисками. Инфирмукс уже осознавал риски, когда в голове вспыхнула мысль прорываться в некротический конструкцион. Маг — это всегда и переменная, и субъект, просчитывающий формулу эксперимента. Для незнакомого Мастера он являлся тем самым неизвестным уравнением.

— ...должны сказать спасибо тебе?

Одно дело — знать, другое — услышать из чужих уст. Инфирмукс стиснул челюсти, усилием воли возвращая себе трезвость мысли. О, нет, он давно перерос ученика или даже адепта‑практика: уже пятое десятилетие Инфирмукс гордо носил титул грандмастера смерти. Раньше он непременно купился бы на подобную манипуляцию. И слова больно ударили бы по самолюбию, совести и гордости. Но сейчас Инфирмукс заранее просчитывал уровень урона, который наносил конструкциону. Урон Мастеру, если говорить о чистоте эксперимента, — на грани фола, но в данном случае некромант давил на жалость, ставя во главу угла людей. А вот для людей Инфирмукс нёс больше пользы.

На Некроделле Владыка даже к правящим элитам относился жестоко‑потребительски, легко карая должностных лиц за ошибки или списывая из-за увечья. Простой люд вообще ни во что не ставили, а потому... не будь Инфирмукса здесь, гражданские пошли бы в расход. Он видел это бесчисленное количество раз во всех доменах, где бывал. Чем столичные земли должны отличаться от периферии? Да ничем.

Но что ответить? Инфирмукс чувствовал себя в западне. Нельзя просто взять и напасть на некроманта, нельзя его обвинить или перейти на любимый быдланский язык в стиле: «ты на кого гонишь, я тут всех некросов шатал». Во‑первых, никого он пока не шатал. Во‑вторых, если он действительно собирается развиваться, вылезать из лесов и обрастать связями, ему стоит следить за языком. Но и оставить подобное заявление без ответа выше его сил. Задетое эго требовало немедленно поквитаться, иначе покоя его мятежное сердце не найдет.

— Отчего же Мастер так решил? Я прекрасно понял, куда ввязываюсь, как только увидел конфигурацию выплёска и структуру конструкциона. Но если Мастеру угодно, — Инфирмукс вежливо улыбнулся, чуть склонив голову, — поставить вопрос ребром, я... всецело понимаю. Владыка Уроборос не терпит и малейших провалов, даже если их невозможно избежать. Жестоко карает и за меньшее.

Инфирмукс не хотел, чтобы это звучало как: «вы перекладываете на меня ответственность, чтобы вам не досталось от Уробороса». На некроманте и так слишком много, а кара Владыки неизбежна, если они продолжат в том же духе. Чисто по‑человечески, на уровне эмпатии, хтоник сожалел о случившемся. Но это никак не меняло его решения помогать людям.

—  Я не буду долго объяснять почему, но ты зря тратишь силы.

— Если моя сила спасёт хотя бы одного человека, она потрачена не зря, — упрямо отрезал Инфирмукс.

— «В кого же ты такой пафосный? На Некроделле подобные заявления излишни... думаешь, господину Даргу есть хоть какое-то дело до людишек?» — иронично прополыхал Эреб на краю слышимости.

— Что? — «Даргу... это... тот...» — у Инфирмукса ноги стали ватными, а внутри разорвалось давно забытое чувство. Он растерялся: отвык испытывать благоговение перед известными людьми ковене, в котором и сам мечтал стать значимым. На секунду из головы вылетели все мысли. Он мог думать только о том, что этот человек, во‑первых, один из величайших некромантов мира, а во‑вторых... он помогает Уроборосу? Значит ли это, что методы Уробороса действительно имеют под собой научную, обоснованную подоплёку?

С трудом сдержав лавину эмоций, хтоник взял себя в руки. Его фанаберии здесь делу не помогали вообще.

— «Ты хотел спасти людей, сейчас самое время: в куполе появился разлом. Выхватывай, кого сможешь, и полетели... нам еще обживаться на новом месте...» — Инфирмукс мысленно согласился и в следующую секунду стал свидетелем, как Мастер за раз создаёт сразу две пирамиды контроля нежити. Подобный уровень мастерства когда‑то бы его потряс, но стоило узнать, кто перед ним, — и место удивления заняла холодная тревога. Инфирмукс не хотел стать причиной провала, но и отказаться от своей изначальной миссии не мог. Это было бы всё равно что наступить себе ногой на горло.

— Я уйду, — наконец ответил он. — Надеюсь, Мастер не будет держать зла за это вмешательство. Но я заберу всех, кого смогу.

И тотчас стал выплетать сложнейшую вязь, поднимая в воздух десятки людей, многие — без сознания.

Инфирмукс был готов ко всему, но не к тому, что эльфийка, которая вот‑вот должна была превратиться в высшего лича, вдруг станет баньши — и ещё и в виде подарка от некроманта. На самом деле... Инфирмуксу ещё никогда не дарили подарков другие некросы. На секунду он даже не понял, от чего в груди разлилось сладкое ликование: от того, что подарок сделал лично Дарг, или от более приземлённой причины — этот подарок умеет готовить. Значит, больше не придётся перебиваться пережаренным мясом на рогах Эреба.

— Благодарю, Мастер. К сожалению, сейчас я не имею возможности сделать вам ответный подарок, как подобает нарко... тьфу, — на миг маска непроницаемости на его лице треснула, и наружу прорвалось дикое волнение, но он почти сразу взял себя в руки, — некроманская этика, — выровнял интонацию под мысленный хохот Эреба.

— «Наркоманская этика... ахахах... ну всё, плакала твоя столичная лицензия практика смерти... ахахах...»

Подарки в виде нежити среди высших некромантов имели массу культурных подтекстов и часто обозначали уважение. Ответный дар не был обязателен, только если некромант признавал талант коллеги и сам факт дара. Нередко это было традиционным актом перед совместной научной работой. Этакими расшаркиваниями.

Впрочем, Инфирмукс не обольщался. Талантливые некроманты — люди с заскоками. Мало ли, вдруг у Дарга просто такой уровень щедрости, что он раздаёт нежить кому попало. Или это взятка, чтобы чужак убрался отсюда как можно быстрее?

Забрав мальчишку и баньши, он крикнул напоследок, уже на пороге:

— Могу ли я узнать имя Мастера?

Говорить, что в случае необходимости они могут найти друг друга через сеть хтонов, по мнению Инфирмукса, смысла не имелось. Но и уйти, не спросив имени, он не мог. Дарг должен был сам представиться — если, конечно, захочет.

***

Их с Эребом новый дом находился в неплохом, пусть и не слишком элитном районе, откуда до берега Аламоса было рукой подать. Инфирмукс как раз закончил раскладывать вещи, доставшиеся от прошлого хозяина (живого между прочим), и предвкушал дальнейшую переписку с таинственным Л.Д. Удивительно, но он даже в какой-то степени соскучился по его письмам. Прежде чем рассказывать о случившемся решил прочитать поступившее письмо.

— Хозяин, — раздался сладкий голос баньши, которая в черном накрахмаленном фартуке была неотличима от обычной эльфийки,  — спагетти болоньезе и тарт татен готовы, прошу к столу.

[Леонард Дарг]

Дарг провожал взглядом процессию из улетающих шаров и руководящего ими юношу со смешанными чувствами. Он не ответил на вопрос об имени, высокомерно проигнорировав его в принципе, но про себя отметил мастерское владение сложнейшими плетениями, манипуляции с пространством и мертвой материей, да там по мелочи можно было долго копать. Собственно, осмыслить только что произошедший м.. пусть будет "визит" он и собирался дома, за чашечкой ароматного кофе, а пока требовалось привести тут все в соответствующее состояние, ибо, как это не грустно, но посторонний гранд был абсолютно прав: Уроборос не будет разбираться что произошло, так что нужно думать только о своих интересах и их же защищать, желательно не привлекая излишнего высочайшего внимания.

Дарг всегда был наблюдательный малый, а после условной смерти, когда насильственным образом (о, это точно не было случайностью) у него отсекли эмоциональную составляющую, аналитика порой даже мешала, переходя местами в паранойю, теперь же эта его математически холодная часть прямым текстом подсвечивала две очевидные вещи: рыжий - не случайная единица, хтон его знает откуда он взялся, но теперь придется учитывать его в политическом ключе. Почему? Потому что Гранд. может ли он составить конкуренцию? Кто может об этом сказать с уверенностью? Парень вызывающе  талантлив, реализует свой талант в какой-то первобытной манере, в нем нет академической шлифовки, зато имеется дерзость первооткрывателей. Интересный коллега, одним словом. Подберет ли его Владыка (Дарг слегка поморщился, как всегда делал, если его не видели при воспоминании о главнюке Некроделлы) вопрос даже не стоит, им все равно придется встречаться время от времени да хотя бы при дворе.
Но об этом он подумает позже. А сейчас некрос напрягся, собирая оборванные чуть ранее нити управления уже вылупившимися умертвиями, и наблюдая за перерождением тех бедолаг, которые не дотянули до пришествия спасителя.
***
Через несколько часов он вернулся домой, все такой же застегнутый на все пуговицы, непроницаемо-холодный, нарядный, весь с иголочки, и глухо злой. Аудиенция получилась неприятная, рыжик как в воду смотрел. с другой стороны ничего удивительного, в некоторых вещах Уро фанатично последователен, например его мясом не корми, дай террор устроить.. Лео считал это унылым

"Когда-нибудь", - думал  раздраженный некрос, разоблачающийся перед ростовым зеркалом в своей гардеробной  с помощью слуги (живого), -"Уро выхватит от Мироздания по полной программе за все свои гребаные выкрутасы. Жизнь циклична, правление даже такого сильного ублюдка не может продолжаться вечно, обязательно найдется кто-то честолюбивый, у кого хватит силы духа и смелости построить свое королевство на костях старого змея".
Плюбовавшись собой некоторое время, уже остыв, подумал: "Впрочем, надеюсь, это произойдет не скоро, ибо кто еще даст мне такой простор для творчества?"

Слуга подал своему господину домашний сюртук, травянисто-зеленый, вышитый серебром и черным кристалитовым бисером, игравшим в свете магических светильников волшебными бриллиантовыми искрами. Дарг поправил кружевной воротник, открывающий мертвую точку на его теле - яремную ямку, смотрящуюся странно на фоне остальной белой кожи. Как раз на сером пятне расположился амулет в виде каменного зеленовато-черного жучка, держащегося за кожу лапками. Жучок - "подарок" Владыки, шпион, доносчик, контролер. Дарг привык к нему, он ему не мешал. Некромант говорил мало, после и вовсе забрался в магический интерфейс и подпортил канал аудиотрансляций, так что теоретически Уро не должен был слышать в прямом эфире разговор с новеньким. Последующая аудиенция это подтвердила, а вопрос о шпионе как-то не всплыл, и слава демиургам.
На столе дожидалось неотправленное письмо, некромант минуту смотрел в ту сторону, пока его из медитативного состояния не вывел голос слуги:
- Ужин будет как всегда в семь, мой господин. Вам подать что-нибудь сейчас?
Рассмотрев предложение, некрос кивнул:
- Пожалуй, Ло, я не откажусь от чашки кофе с чем-нибудь сладким. Или нет, погоди. У нас остались грибы из Моря Слез?
- Несколько маленьких сладких гроздьев, мой господин.
- Хорошо. - Такая редкость припасена была только для самых редких случаев. - Принеси мне несколько штук кофе. И еще. На всякий случай стоит пополнить наши кладовые редкостями. - Слуга кивнул. Грибы, вина,  редкое мясо, специи, приправа для грибов - очень дорогие приятные мелочи, дань статусу.
- Господин ожидает гостей? - Уточнил эльф.
- Да. Эм.. Нет. не знаю пока.
-Как  пожелает мой господин.
Через некоторое время он вернулся с небольшим подносом, на котором стоял серебряный кофейник, тончайшая снежно-белая фарфоровая чашка на расписном блюдце и небольшая розетка с несколькими неправильной формы грибами. Грибы больше всего по размеру походили на орехи, цвет имели серовато-фиалковый, пахли абрикосами и на грибы не походили вовсе. Живой деликатес, если долго за ними наблюдать, можно было увидеть как они двигаются. Ло  сервировал на краю прекрасного стола из розового дерева маленький перекус, положил рядом белоснежную, пахнущую снегом салфетку и испарился, а Дарг, неторопливо пройдясь по кабинету туда-сюда, успокоился, привел свои растрепанные чувства в относительное равновесие и вернулся к столу.
Раскрыв письмо, пробежал по тексту взглядом, выкинул рассуждения о научных исследованиях. Что толку? Это нужно показывать. Как же он соскучился по научным диспутам! Память снова подбросила рыжего, Лео, собравшийся было писать о некромантических опытах, свернул тему, в заключение написав:

...мне думается, нас в скором времени ожидают некоторые перемены, качество и количество событий уплотняется, что отчетливо видно внимательному наблюдателю. Вы упомянули о своем переезде, и  я был бы счастлив видеть Вас у нас, в  Некроделле. К сожалению тут имеются  некоторые неудобства, связанные с излучением радиалиса. Иной возможности встретиться я не вижу, как Вам известно, я сам не могу покидать Климбах во избежание неприятностей, однако, если у Вас все-таки получится выбраться в Некроделлу, приходите в Звезду смерти, очень приличное заведение в столице. Я там каждый день обедаю, буду счастлив познакомиться лично . Л.Д.

И только отправив письмо Лео вспомнил, что никогда не говорил своему визави по переписке, где он живет.