[Виорика]

Щупальца были повсюду.

Они извивались перед глазами закрывая обзор. Они лезли в уши - лишая возможности слышать. Забивали нос - не давая дышать. Склизкой своей массой проталкивались в глотку, вселяя поистине панический ужас.

Это конец! Конец!

Единственная безотчетная мысль набатом стучала в висках.

Виорика и сама не до конца поняла, каким чудом ей удалось, извернувшись, перерубить сжимающую тисками ее горло руку с тентаклями за компанию. На размышления времени не было. Пнув искромсанного монстра в живот, она шарахнулась в сторону, лихорадочно пытаясь избавиться от все еще извивающихся щупалец и откашляться. В воздухе причудливыми праздничными шарами висела полупрозрачная жижа, что заменяла монстру кровь, но тварь и не думала умирать! С содроганием вивенди наблюдала, как младенец покидает тело матери с несвойственной детям в этом возрасте проворностью. И ее собственные иллюзии рушились с треском ломающихся ребер.

Это какой же надо быть идиоткой, чтобы полезть спасать монстра?! — Виорика непременно закричала бы от злости на саму себя, но из горла вырвался лишь придушенный хрип.

Оставив самобичевание на потом, больше не сомневаясь и мгновения, Виорика метнулась вперед, к еще не до конца освободившейся твари, метя обломком катаны в голову монстра, туда где у младенцев находится родничок. Попала?

Вновь отросшие щупальца, приветственно устремились навстречу, заставив Виорику опять шарахнуться назад, оставив на откуп свою катану.

И именно в этот момент вивенди удосужилась оглянуться, чтобы заметить приближающегося к ней дрона с парадом смерти из всевозможных монстров тянущихся за ним хвостом.

Чтож...живи сегодня — сражайся завтра...

Не производя лишних телодвижений, Виорика как могла не заметно скользнула в операционную, притворив за собой дверь шлюза, надеясь что у оператора дрона хватит смекалки увести свой хвост дальше по коридору, а у нее будет возможность вернуться назад.

[ИИ «Гермес»]

Амира отстранила Калипсо резким движением, приступив к самостоятельному осмотру раненой. Кровь разливалась по пространству, парящие капли впитывались темными пятнами в одежду всех трех девушек. Безопасница принялась накладывать на грудь дроу давящую повязку... на что коготь внутри среагировал. Он мигрировал в тканях, желая забраться поглубже. Сешекра почувствовала, как промахиваясь мимо сердца, чужеродный организм уходит через подмышку в левую руку. Ее пальцы свело судорогой, словно это ее сейчас огрели шоковой дубинкой.

Профессор Лайм тем временем занимался диагностикой спасательной капсулы, считывая логи ошибок и аварийных отказов. Проблема была не в механизмах отстыковки. Неисправна оказалась криокамера. Человека внутри убило медленное удушье вперемешку с переохлаждением, которое сложно было назвать гуманным. Система почему-то не поддерживала нужную температуру и газовый состав. Сигнал вызова медиков сработал, но никто не пришел. Предохранитель же просто не дал капсуле отстыковаться с неисправностью. Через тринадцать минут после кончины датчики зафиксировали возобновление биоактивности. Еще через шесть — опасную вибрацию на защитном стекле. После чего отказали замки фиксации.

Ученый не был профильным специалистом по криогенике или спасательным системам. Но его знаний хватало, чтобы произвести модульный ремонт. Детали можно было добыть одним способом — разобрать аналогичную криокамеру-донор. Требовалась дверь целиком вместе с приводом и замками для блокировки. А также печатная плата управления циклом заморозки — без нее капсула была лишь грязным гробом.

Самыми очевидными аналогами, которые сразу пришли на ум Лайму и Амире, были другие криокамеры в спасательных капсулах. Если, конечно, такие удастся найти — пара капсул могла сохраниться в других секторах палубы. Профессор, благодаря профилю своей деятельности, и Амира, знакомая с основными директивами при чрезвычайных происшествиях, почти одновременно подумали еще об одной зоне: изолятор медблока. Там хранили пациентов, которым не могли оказать помощь на судне.

Менее очевидными и конструктивно более далекими вариантами оставались криокамеры для хранения живых продуктов питания. Такие можно было обнаружить на кухнях ресторанов П1 и П2, где шеф-повара берегли живые морепродукты и мелких зверушек, или в багажном отделении П4.

◇◇◇

Пока в комнате наблюдения каждый был занят своим делом, из дыры в углу с оплавленными краями начали появляться гости.

Сначала один. Потом второй. Третий. Еще. И еще.

Они были разными: размер, число глаз, степень оволосения. Но конструктивно схожие. Маленькие тельца, бледная обожженная кожа, черные склеры. Некрослизни не парили в невесомости, а передвигались с помощью слизи и присосок. Стены, потолок, пол — они стройно обволакивали пространство.

[!] (Ф★) Амира, Сешекра, Калипсо и Хват должны пройти проверку, чтобы успешно покинуть комнату наблюдения, избегая контакта с некрослизнями. Провал засчитывается, но персонаж получает травму. Для определения источника бросьте d2:

• Хитиновые мандибулы: способны процарапывать даже металл, на плоти оставляют рваные раны.
• Ожог кислотой: помимо глубокого химического ожога отравление вызывает лихорадку, галлюцинации или манию преследования.

[!] (Ф★) Любой персонаж без индивидуального источника света должен один раз за круг пройти проверку, если хочет перемещаться по посту охраны в свой ход. При провале он натыкается на некрослизня. Для определения источника бросьте d2 (см. выше).

Виорика баррикадируется. Поднимает руки, и воздух в углу двери начинает гудеть. Давление падает, металлическая створка шлюза слегка прогибается вовнутрь, издавая тоскливый скрежет. Шлюз теперь едва ли открыть без применения спецсредств или магии. Другие проходы закрыты и находятся в ручном режиме. Небольшая зона выглядит безопасным островком, словно позволяя выдохнуть?

Покой не продлился долго.

Какой-то дрон выскальзывает из вентиляции. Точно такой же, а может и тот самый, за которым тащилась толпа некроморфов. Вскоре к нему присоединились подозрительные комочки света. Они не атаковали, просто зависли в воздухе, группируясь вокруг вивенди, словно мотыльки вокруг лампы. Что происходит?

[?] (М★) Поискать что-то конкретное, что здесь по логике может быть.

ВНИМАНИЕ! Ожидаемый срок отписи группы до 16.05 21:00 МСК.

>>> полный список хоумрулов квеста тут <<<

СВОБОДНАЯ ОЧЕРЕДЬ

[Хват]

Тут волчье ухо уловило какие-то посторонние звуки. Как будто мокрой тряпкой вытирают пол. И этот звук – не от дрона, а прямо здесь, в комнате. Ладно, с Вио поздороваемся потом – она и так знает, что это мы пришли на дроне.
Хват снял VR-очки и оглянулся на отвлекающие звуки:
- Кто решил протереть пол?
Он взял настольную лампу, стоящую рядом. Оказалось, это милые розоватые слизни - перебирая крабовыми ножками, они услужливо выполняли работу за людей, с любопытством рассматривая множеством глаз окружающее пространство – явно чтобы увидеть, что протирать дальше.
Несмотря на мимимишный вид и добрые намерения, пахнет от них обожжённой кожей – что не может не настораживать, так что лучше держаться от них подальше.
Почти не спуская глаз с гостей, появившихся, оказывается, из мышиной норы, волколюд осторожно протиснулся в дверь наружу.
- Там полы моют. Не заходите! – громко прошептал он остальным – и увидел, что кто-то ранен. Над раненой склонились двое: Амира перевязывала шрамированную, а русалка её успокаивала, как могла. – Э-э... - только и смог произнести Хват поначалу. – А что случилось?
Не досчитавшись одного из их компании, он заглянул на мостик со спасательной капсулой: как и следовало ожидать, доктор химичит здесь – ковыряется, пытаясь что-то сделать с лопнувшим стеклом.
Пока в комнате наблюдения моют полы, людоволк вспомнил, что ещё хотел сделать: во время полёта на дроне очень не хватало связи. Это же пост охраны! Здесь обязательно где-то должны быть рации! Он стал рыскать везде, где они могут находиться.

[Сешекра]

Поначалу казалось, что сейчас бог заберет Сешекру к себе на золотые луга и кровавые берега, но боль не проходит, значит, тело еще цепляется за жизнь. Кусок когтя не попал в сердце, но при этом прогрыз себе путь к левой руке, после чего затих. Просто так его уже не вытащить, если не дойти до какого-нибудь хирурга. Спиной чувствует руки Калипсо, что подхватила раненую, а потом потащила на стол.

— Аптечка уже не поможет... Осколок перекрыл собой разорванные сосуды... — с трудом говорит культистка.

Да, тут такое дело, что коготь причиняет боль, но при этом выступает предметом, что перекрыл основное кровотечение. Еще один аргумент в пользу того, чтобы не вытаскивать его прямо сейчас. Профессор радует тем, что капсулу можно починить, но в текущем хаосе поди попробуй раздобыть нужные запчасти. Амира тем временем верно говорит, что нужна операционная, чтобы оказать адекватную медпомощь.

— Автодок точно должен быть в медблоке. Кажется, что-то такое мелькало на одной из камер, — Сешекра уже точно не вспомнит, в каком именно отсеке. — Мы не сможем отсиживаться здесь. Нам нужно продвигаться к монорельсу А1 и навстречу Виорике. Я постараюсь не задерживать вас всех, а ты быстрее ищи, что ищешь.

Последнее она с трудом говорит Хвату, который пришел сообщить о «мытье полов». Чем дольше они будут находиться на одном месте, тем больше некроморфов будут привлекать. Не говоря уже о том, что скоро космическая станция взорвется. Сешекра достала из сумки Амиры один из фонариков, так как в посту охраны почему-то стало темно и нужно освещать путь, чтобы не задеть случайно слизня. Но теперь служительница не лезет вперед, но при этом пойдет вместе со всеми, если все куда-то пойдут. Молитва богу сейчас не остается без внимания, незримая сила поможет успешно покинуть комнату наблюдения, не задев ни одного некрослизня.

Ф:2 / М:3 / ★:4 (Чудеса Сфирота)
Лег. травма [4 ◇ ]: ПТСР из детства
Тяж. травма [3 ◇ ]: дырка в теле с инородным предметом

[Калипсо]

— Я?! Я не умею! — ох, если бы руки Калипсо сейчас не были заняты...

Профессор-социопат бормочет что-то нечленораздельное, даже не обернувшись. Не спросил, жива ли Сешекра. Не подал аптечку. Ничего. Ну ничего. Когда ему снова будет нужна помощь...

Русалка зажимает рану сильнее под нервный тик левого глаза.

— Замечательно, мать твою, — шепчет себе под нос, — Просто. Замечательно.

Амира отстраняет ее резким движением. Калипсо машинально сопротивляется со стонами на повышенных интонациях, в итоге все-таки извернувшись и отлетев прочь.

— Отпусти меня! — лопатки касаются потолка, а в руках оказывается зажата банка с чаем.

Окровавленные пальцы сжимают ее, и банка выскальзывает. Затем дива ловит ее снова, не зная зачем. Оглядывается в поисках профессора, чтобы запульнуть ему в затылок.

Глаза цепляются за парящий световой меч. Безопасница держит его в поле зрения, но обе ее руки заняты.

"Возьми."

Да. Лишь протянуть руку. И с ней снова будут разговаривать, как полагается.

А потом из дыры полезли слизни. Да! Она знала — так и будет! Ромашковый чай летит в ближайшую тварь. Попадает. Отскакивает. Слизень даже не замечает? Но инерция броска толкает ликующую Калипсо назад, прочь из комнаты. Она вылетает в коридор, ничего и никого не коснувшись.

Дроу рядом — живая, в сознании и перебинтованная. Русалка подхватывает ее под здоровую руку и крепко придерживает за пояс на талии.

— Тихо-тихо, ш-ш-ш-ш, — ласково обволакивает, почти напевом, — Я помогу тебе передвигаться. Ты никого не задержишь.

Она двигает их к коридору в сторону монорельса, медблока и сбежавшей. Аккуратно оплывая некрослизней на пути, Калипсо останавливается и достает из кармашка помаду. Пишет на стене в освещенном участке, выводя буквы под наклоном с изяществом автографа: «МОНОРЕЛЬС А1».

— Она же не знает, куда мы пойдем, — прячет помаду обратно и вновь берется за Сешекру и фонарь.

— Быстрее, — нетерпеливо зовет всех задерживающихся.

[Амира]

Ожидаемо лучше не стало. Но и хуже тоже. Так что ухватив обратно подвисший световой меч, этна обогнула пару русалка-жрица, рассудив, что хвостатая тут как раз самая мобильная и сможет вырулить даже с грузом. Чем невесомость не толща воды? Кроме сухости чешуи, но уж как-нибудь переживет рыбка временный дерматит. Тут похлеще проблемы. Оставалось надеяться, что Калипсо не спутает слизь некров с секретом улитки и не заюзает тех в косметических целях.

Само появление новых монстров говорило, что время вышло, да и делать там больше без криокапсулы нечего, донести же ту, не раздолбав с другого сектора – это подвиг, где поляжет больше, чем спасется. В идеале выковырять бы Ви из операционной и прошить Сешекру автодоком, но это уже в идеале, а пока надо открыть сам проход, пока сама не откинулась вместе с картой доступа и сканерами сетчатки.

- Двигаемся к монорельсу, по возможности подхватываем элементальшу. Блин, вот жаль, что до сквозняка не дотянула! Мелкая еще, видать.

Пробурчала безопасница, контролируя краем глаза, что Хват и Лайм также знают об угрозе. Если нет, то ранее заглянет к ним и скажет. Однако волчик заметно аккуратно двигался, а Лайма уже растолкали(ла).

- Оперативнее, народ, пока за этой мелочью более хищная не приперлась. Эту капсулу мы уже наврятли спасем. Оставим на крайний случай.

Вздохнула белобрысая, следя, чтобы ее выводок не откинулся от нефиг делать. И пересчитав имеющиеся буйные головы, Ами приложила допуск к терминалу.

[Профессор Лайм]

Маленький отряд спасения каждого, сокращённо МОСК, выглядел, мягко говоря, жалко. Разрозненный и израненный, он больше напоминал угорелую кошку, что мечется, не в силах найти путь к спасению, чем команду. И хотя доктора всё ещё не покинула надежда на спасение, иллюзий на счёт сопровождающих его гуманоидов он более не питал. Что ж. Сложнейшие макромолекулярные машины выполняют свои функции благодаря хаотическому движению атомов. Лайм решил думать, что сработает и здесь. Тем более, разве мог он изменить доставшуюся ему группу? Это же не исследовательский институт, где ты либо умеешь работать, органично взаимодействуя с коллегами, либо находишься за бортом вечной гонки исследовательских лабораторий, конкурирующих за лучшую публикацию, за грант, патент, право первооткрывателя. Уволенный.
Пака что профессор покорно последовал за Амирой, дополнительно подсвечивая себе путь планшетом. Научный сотрудник не стал напоминать, что ещё до прибытия в этот отсек корабля, провал сей, так сказать, экспедиции был предсказан с высокой долей вероятности. Не из благородных мотивов, вовсе нет. Просто человек даже не предполагал, что на этой ошибке кто-нибудь из отряда сможет чему-нибудь научиться.
- Итак? - спросил он безэмоционально.
- Движемся дальше? - доктор скользнул взглядом по Сешекре, кажется, она ещё дышит. Хорошо.
- Кажется, с нами была ещё одна мисс. Боевая такая, у неё был ещё... - он запнулся, не зная названия оружия.
- Своеобразный нож. Такой ужасно спроектированный и отвратительно выполненный, из какого-то низкопробного сплава, - привыкший к скальпелям и знающий в них толк Лайм описал обломок в руках Виорики, как сумел.
- Я послал к ней дрона, но, к сожалению, не имел возможности удостовериться, что он достиг цели. Произошёл непредвиденный сбой оборудования, - он развёл руками.
- Как бы то ни было, я рискну предположить, что теперь мы движемся к несколько большему пулу спасательных капсул. На всякий случай прошу каждого внимательно смотреть: не попадется ли по пути криокамера. Пригодится для починке шлюпки, что осталась там, - профессор неопределенно махнул рукой за спину.
- Лучше иметь ненадёжный альтернативный вариант действий, чем не иметь вовсе никакого. Криокамеры могут быть в мед части. Или, скажем, на кухне, если нас туда занесёт.

Пост ни о чём, одно ворчание, просто перемещаясь вместе с командой до следующей локации.

[Виорика]

Дверь шлюза вздрогнула и, словно, выдохнула, намертво присасываясь к створке, но кажущаяся иллюзия безопасности не обманула Виорику.

Торопливо ощупав лицо, она спешно убедилась, что нападения мертвого ребенка оставило больше ментальных травм, чем физических, обещая, по меньшей мере, несколько месяцев ночных кошмаров! Лихорадка адреналина схлынула и Виорика попыталась выдохнуть. Воздух покинул легкие с явственным усилием, вырвавшись вместе с придушенным хрипом. Вио зажмурилась, пытаясь унять вновь подкрадывающуюся панику, неспешно сделала вдох, кончиками пальцев ощупывая горло. Пальцы ее наткнулись на что то инородное, пластиково-хитиновое, мертвой хваткой вцепившееся ей в горло.

Очередной медленный выдох. Сдирая кожу в кровь, не с первой попытке, но у вивенди все же получилось разжать руку монстра, что причудливым ожерельем, все это время стискивала ее горло. Отрубленная конечность монстра сделала глухой "шмяк" у стены в дальней части операционной, а Вио сделала аккуратный вдох, ощущая как, казалось бы безобидный, тысяча раз пропущенный через бортовые фильтры, воздух наждачной бумагой царапает поврежденное горло.

Опасливо покосившись в сторону ловко орудующего скальпелем автодока, вивенди, на всякий случай, не стала к нему приближаться. Облетев помещение по кругу, Вио заглянула во все подвернувшиеся шкафчики, наивно надеясь найти в них что то полезное, например переносную версию того робота-хирурга или хотя бы электрокоагулятор.

"Возможно с его помощью можно будет останавливать кровотечения?" — так размышляла она, продолжая методично обыскивать ящики.

Но варварский вандализм был прерван не менее варварским вторжением из вентиляции!

— Ониби... — из горла вивенди вырвался лишь приглушенный хрип и, мысленно обругав, сначала себя за самоуверенную беспечность, а затем оператора дрона за преступную недальновидность, Виорика решила, что стоит вернуться к команде.

Надеясь, что в ее отсутствие не случилось ничего непоправимого и, будучи занятые осмотром и ремонтом капсулы, они не ушли уж слишком далеко, Виорика направилась к выходу из операционного блока, благо он был здесь не один...

[ИИ «Гермес»]

Хват находит на столе в комнате дежурной смены зарядную станцию. Панель на шесть гнезд, куда вставлены коммуникаторы, показывает частичный заряд на четырех из них. Еще у одного индикатор отключен, а последний отсутствует. Они позволяют переключаться между несколькими каналами службы безопасности в границах палубы, на которой находятся.

Группа без происшествий достигает станции монорельса, предназначенной для персонала и экипажа. Угловатые линии, массивные решетки и открытый трубопровод говорят о строго утилитарном дизайне, не рассчитанном на глаз пассажира. Свет крайне скуден, сохраняясь лишь островками голубых светодиодов работающих систем и красных аварийных ламп. Оранжевый вагон застыл в глубине мертвым обесточенным каркасом. Предупредительный надписи «ДЕРЖИСЬ ПОДАЛЬШЕ» и сигнальная разметка то и дело мелькают под фонарями и прочими источниками освещения. А в глубине ожидает закрытая гермодверь, отделяющая тоннель к аналогичной станции на второй палубе.

[!] (М★) Быть первым, кто откроет дверь на вторую палубу с поврежденной системой жизнеобеспечения навстречу источнику некроморфов. При провале персонаж все равно открывает дверь, но страдает от стресса.

[?] (Ф★) Собрать все, что есть полезного на станции монорельса на виду и очевидных местах.

[?] (М★) Поискать что-то конкретное, что здесь по логике может быть.

[?] (М★) Запустить вагон монорельса, перераспределив потребление сети. Требует наличия инструментов и инж-трикодера. Одна попытка на всю группу. Для поездки все равно требует ручного открытия гермодвери на П2.

[?] (Ф★) Найти и осмотреть EVA-выход.

[?] (М★) Рассматривать судно через иллюминатор. Можно увидеть две вещи — по одной на персонажа.

[?!] (ФМ★) Любые ваши запросы, связанные с риском и нет.

Виорика двигалась назад. Через изолятор медблока, встретивший ее кладбищенской тишиной. Она скользила вдоль минималистичных стен с криокамерами, в некоторых кто-то остался навсегда. Вивенди просачивалась в щели и перетекала по коридорам. Не осматриваясь, продолжила следовать назад.

Обратный путь занял меньше времени — она уже примерно понимала, где ждать опасности. Но когда Виорика вернулась на пост охраны, ее встретила пустота иного рода. Группы не было. А по стенам, потолку и полу — везде, куда падал свет, копошились некрослизни. Вероятно, и в темноте их было не меньше. На стене прямо напротив кто-то вывел новую надпись красной помадой: «МОНОРЕЛЬС А1».

ВНИМАНИЕ! Ожидаемый срок отписи группы до 20.05 21:00 МСК.

>>> полный список хоумрулов квеста тут <<<

СВОБОДНАЯ ОЧЕРЕДЬ

[Сешекра]

Хвату удалось найти несколько относительно рабочих радиостанций, поэтому Сешекра взяла себе одну. Но прямо сейчас связываться не с кем, но все равно покрутила каналы, а вдруг рядом есть кто-то еще, кто тоже имеет рацию и пытается связаться. Помимо этого заряд тратить не будет.

Удивительно, но получилось достичь станции монорельса без сражения с монстрами, и на первый взгляд в новом пространстве ничего опасного нет. Но уже очевидно, что некроморфы вполне могут лазать в вентиляции или между переборками. Сешекра не стала отказываться от помощи русалки, которая в невесомости чувствует себя явно лучше раненой культистки. И еще догадалась оставить записку на стене, до чего Сешекра не додумалась. За Виорику теперь можно только помолиться и надеяться, что она сможет вернуться и найти группу.

Вагон монорельса, к счастью, здесь, но как будто обесточен. Сешекра плохо разбирается в технике, поэтому пока что вертит головой, пытаясь понять, что нужно делать, чтобы поехать. Можно с уверенностью сказать, что закрытая гермодверь мешает очень сильно. На стене Сешекра видит надпись про наличие EVA-выхода, но его самого служительница найти не смогла, вероятно, просто не знает, что это и как должно выглядеть.

Но зато нашла иллюминатор и взглянула в загадочность космоса. Но вообще ее больше интересует наличие чего-либо вокруг видимой части станции (спасательные капсулы, некроморфы, разрушение отсеков, спасательный корабль Галактических Рейнджеров и тп.).

После начала обыск помещения на предмет какого-нибудь оружия, брони, аптечек, дополнительных фонарей. Вдруг тут что-то спешно перевозили на мостик для обороны, но не довезли. А если удастся найти что-то полезное в виде электронных ключей, будет вообще шик.

— Обращайте внимание на дырки где-либо, — тихо произносит Сешекра с фонариком в одной руке и дубинкой в другой. — Не хотелось бы, чтобы опять какие-то слизни полезли. Профессор или Амира, вы умеете управлять монорельсом?

[Профессор Лайм]

Как это ни странно, до станции внутрикорабельного монорельсового поезда добрались без приключений. Если, конечно, не заострять внимание на том, что доктор пару раз поскользнулся в коридоре, пока бежал вместе со всеми. Лайм предпочёл не рассматривать, во что именно он наступил. Были ли это внутренние органы очередного несчастного или уже готовая к новому циклу жизни и смерти изменившаяся ползучая дрянь?
Судя по внешнему виду, транспортная ветка не претендовала на звание "Вынесенный в космос парк аттракционов". Профессор много раз видал подобные системы в крупных больницах и больших исследовательских комплексах. Там полностью автоматизированный монорельс развозил среды для клеточных культур, стерильные халаты, лабораторный пластик и ещё множество других мелочей, которые в процессе работы расходуются килограммами. Единственное отличие клинического транспорта заключалось в том, что его контейнеры были относительно невелики, не более двух кубических метров в объёме, и потому не могли считаться вагонами. И располагались они не на рельсах, а под ними.
- Так-так... - пока остальные осматривали помещение в поисках хоть чего-нибудь полезного и пытались окинуть взглядом наружную обшивку корабля через иллюминатор, доктор подошёл к пульту управления поездом.
- Ха! - он ткнул в фирменный логотип, красовавшийся рядом с сенсорным экраном.
- Та же компания обустроила такую же систему в моем институте! Немного, конечно, поменьше. Но управление очень похоже, - Лайм пару раз нажал на кнопку.
- Однако, разумеется, и тут всё полетело, - проворчал он. С кряхтением профессор присел и подлез под панель управления. Достал из инструментов, предусмотрительно собранных Амирой, отвёртку, что-то открутил. Посветил в переплетения проводов, что-то пробормотал. Вылез из-под пульта и долго копался в ящичке с инструментами!
- Ага! - доктор ликующе поднял нечто, похожее на стакан, до половины покрытый резьбой. Предохранитель.
- Так, вот сюда... - экран управления монорельсом приветственно загорелся.
- Ну тут, конечно, нужен ключ доступа, это же, фактически, технический лифт. Госпожа Амира, у вас ведь есть карточка?
Вагон пришел в движение и с гудением и каким-то неприятным скрежетом подъехал к станции "Гномы".
- Ну-с, - Лайм потёр руки.
- Мы в любой можем ехать.
Конечно же, маленький отряд не бросился сломя голову в полутёмное транспортное средство. Поспешность - плохой помощник. Сначала надо закончить свои дела...
...
...Поездка, в целом, тоже прошла гладко. Вот и "Кадуцей". Профессор с энтузиазмом взялся за массивную ручку шлюза. Надо сказать, этот человек, эта, фактически, лабораторная крыса держалась удивительно стойко. Да ещё и подбадривал остальных. То ли он не до конца понимал, что происходит вокруг, то ли... То ли опять чувствовал себя директором своего института, требовательным, но готовым до последнего отстаивать интересы каждого своего подчинённого. Ведь, как известно, смел не тот, кто сам не боится. Смел тот, кто боится, но за других.
Однако на сей Фортуна изменила доктору. Только выглянув за дверь, он вновь её захлопнул. Отшатнулся, будто его удалили Лицо профессора осунулось и как-то постарело, это было видно даже через стекло защитного костюма.
- С... Сердце...

Я постарался изобразить, что мой пост - это начало и конец эпизода с монорельсом. Пожалуйста, заполните середину.
И я надеюсь, на сей раз я нигде не накосячил.

[Хват]

Волколюд очень обрадовался: нашёл, что искал! Целых пять раций! Похватав все, раздал каждому не глядя. Правда, профессор Лайм почти сразу понял, что ему досталась разряженная...
Хват волновался за Виорику. Поэтому как только все дошли до станции монорельса, он снова надел взятые с собой VR-очки и дроном последовал за самурайшей – она чуть было не ушла без него. Но не вписался в поворот – изображение погасло.
 - Почему они их делают такими хлипкими? – удивился людоволк, снимая уже не нужные очки. С грустью глянул на единственный оставшийся дрон и, вздохнув, решил поискать, что здесь можно найти полезного.
А что может быть полезного на станции, когда вокруг ходят некроморфы? Грязь, мусор – всё это в полутьме... Хоть волком вой.
Ещё и эта надпись «Держись подальше» прямо намекает, что им отсюда пора сваливать.
Непривычно деловой профессор меж тем, увидев новые приборы, оживился и начал в них ковыряться. И вскоре действительно подъехал вагон.
 - Неужели мы уже покинем эти «Гермы»? Я уже чувствую, что в другой палубе всё будет совсем по-иному, - Хвату частично передался настрой доктора, а само наличие работоспособного вагона – действительно внушало надежду.
Как ни странно, в нём даже не оказалось мёртвоживых почерневших иссохших воющих и иных организмов. Все с удобством расселись и на время успокоились.

[Калипсо]

Наконец-то движение.

Калипсо устала сидеть на месте в ожидании, пока очередная тварь вылезет из дыры или из-за угла. Теперь они сами форсируют события, отправляясь навстречу большей опасности, но ощущается психологически легче. Особенно на парадоксальном контрасте с тем, насколько легким оказался путь.

Она демонстративно игнорирует профессора Лайма и держит Сешекру от него подальше, пока его слова позади сливаются в единый гул тревожника. Хвост монотонно толкает стены. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Было бы уже неплохо освежиться...

— Вот мы и на месте, сейчас сядем в вагон, — сухо сглатывает, — И все будет хорошо. Все скоро закончится.

Русалка вертит головой, пытаясь разглядеть хоть что-то в скудном пятне света фонаря. Вместе с Сешекрой безрезультатно озирается в поисках EVA-выхода, также как и она имея мало представления что это и зачем.

— Как здесь неуютно, — поежилась с косой усмешкой, — Даже карцер выглядел гостеприимнее.

Долго смотрит в сторону значков туалета с напряженной шеей. Заглядывает в глаза Амире и Хвату, не захочет ли кто-то зайти с ней? Она лучше высохнет до закуски к пиву, чем пойдет туда одна.

Следует за дроу к иллюминатору. Калипсо любила космос. Он успокаивает своей пустотой, своей бесконечностью, своей чернотой. Словно морская пучина. Она проводит ногтем по стеклу, следуя границе между обшивкой и тьмой. Где-то на умирающем корабле может быть даже остается кто-то живой кроме них.

— Красота.

***

Калипсо занимает место у окна, наблюдая за своим уставшим отражением. Ненадолго веки опускаются, но от скорой остановки ресницы вздрагивают, словно от внезапного удара.

Массивная. Закрытая. Непреодолимая. Гермодверь.

— Мы же проедем? — выдыхает, ахая, — Это же не тупик!? Скажите, что это открывается. Пожалуйста.