Аркхейм

А чего я сижу, надо под эпизод шаблон готовить/потирает руки/

Цитата: Лицо со шрамом от Сегодня в 14:45:05А есть возможность играть как бы третьим лицом?
поясняю: Мой персонаж - исполнитель условных заказов и целей, которые ему передает его координатор-нпс, который как разсостоит в парфорссе или имеет хорошие связи с парфорссой(Оно же склоняется, да?)?

Это что-то типа Бейна из Payday?

+

Магическая клятва — занесённый над головой небесный серп, опустить который на шею способен только он сам. Инфирмукс почти никогда не давал клятв кому-то конкретному. В основном, все они были обращены к миру или к самому себе. Исключения случались, ведь он человек, а не бог и не дьявол, как некоторые фанатики думали. Шанайра выглядела ошеломлённой; Инфирмукс догадался, что она прежде не сталкивалась с этим аспектом мира. Тем проще. Хроническая клятва — не то, с чем следовало бы играть. Теперь их нити с Климбахом настолько тесно переплетены, что девушка в его руках едва ли могла осознать даже каплю из этого океана; он и сам до конца не осознавал, с чем имеет дело. Бытие хтоника отличалось от того, что теперь составляло жизнь Шанайры, и вместе с тем было на неё неоспоримо похоже. Как отражение в зазеркалье.

Он соблюдал хтонические клятвы всегда, даже если из-за этого рисковал пострадать. Иногда Инфирмуксу казалось, что Эреб презирает клятвы, считая себя выше любых заветов, а в минуты кризиса, когда цена соблюдения клятвы становилась слишком высока, он обязательно прокомментирует ироничной насмешкой: предложит клятву не соблюдать и даст обещание, что платы за её нарушение не последует.

Инфирмукс не проверял. Возможно, Эреб ему лгал, но, зная своего хтона примерно как самого себя, он скорее допускал, что наказания действительно не последует, а хтон таким образом всего лишь удовлетворяет свою страсть к показательному превосходству. Подобное всегда казалось Инфирмуксу абсурдным, потому что он привык отвечать за свои слова, и если Владыка не станет исполнять хтонические клятвы, то это не Владыка, а мусор. Его воли и могущества неоспоримо хватит на то, чтобы до конца жизни исполнять данную Шанайре клятву бесконечное число раз. И он не разбрасывался подобными вещами попусту.

— Выглядит пугающе. Туда точно стоит заходить?

— Далеко не всё, что кажется пугающим, станет тебе вредить. Воды источника похожи на кровь, но только похожи. Они не опасны, наоборот — помогут.

Её ноги напряжены, тело, словно натянутая струна, дрожит и вибрирует, дыхание сбилось, и рефлекторно Инфирмукс подался вперёд, словно опасаясь, что она вот-вот потеряет сознание и кубарем скатится по каменным ступеням вниз. Воздух здесь напоён теплотой и магической влагой, его кожа чуть блестит в красных переливах водных бликов, словно покрытая звёздной россыпью и лишь слегка натёртая маслом, — это концентрированная энергия источника через воздух окутала его с ног до кончиков волос, проникая сквозь клетки в тело, наполняя силой и жизнью.

Платье минуту назад соскользнуло на тёплый камень его трудами, но она всё равно осталась в белой ночной сорочке. Он не стал её снимать, хотя и полагал, что девушка сама её стянет после его слов о необходимости обнажить кожу. Нет, подобное не явится проблемой: источник примет даже воина в тяжёлых доспехах. Но, во-первых, обычные не артефактные ткани здесь портились, во-вторых, эту её стыдливую интимность и страх пора уже было искоренять. Вопросы близости, если ты чей-то Инвокат, довольно... сложны, потому что... как можно бесстыдно и всецело питаться энергией другого существа, полностью приникнув к его магической сети, позволив связать себя самой крепкой из пуповин, гораздо более крепкой, чем у матери и младенца, но при этом бояться даже посмотреть на нагое тело своего источника? Словно это что-то постыдное. А ведь иметь подобную прямую связь с чужой энергетической паутиной для мага порой куда более взаимопроникающая вещь, чем любые брачные обеты.

Инфирмукс осознавал, что цивилизованный мир их бы не понял, потому что там не существовало многих социальных связей, что были актуальны на Климбахе и составляли его основу. Сам концепт образования семей по духовному принципу они называли стайностью хтоников, приписывая этому феномену безумные черты. А уж то, какой именно вид отношений должен быть у хтоника и его духовной сестры они бы не поняли. Она часть его ка-тет, он буквально для нёё билет в жизнь — и это не в метафорическом смысле. Инвокация подобного уровня встречалась крайне редко, и если они на этапе рождения начнут разъединяться... то Шанайра просто погибнет, как погибнет плод, если его отсечь от пуповины. Учитывая то, что ему ещё приходилось подпитывать Сущность в её теле, любые эмоции, рождённые из стыда, из страха, что он или переступит границу, или, напротив, выскажет недовольство излишней близостью, — всё это ударит по их связи небесным серпом. И разрушит её. Подобная связь на начальных этапах всегда достаточно хрупка, а они только-только начали её укреплять.

Кажется, предобморочное состояние девы уже связано именно с тем, что в чаше её ждал чужой мужчина, а не со страхом пойти ко дну в кровавой воде. Инфирмуксу оставалось только понимающе вздохнуть и подумать о том, как всё-таки снять с неё эту сорочку, чтобы Шанайра не решила, что он передумал и теперь действительно намерен её опорочить. Чужой стыд, страх, какое-то невероятное по уровню смущение, паника — всё это било по его собственным рецепторам, заставляя напрячься. Держа её хрупкую ладонь в своей, он и сам почувствовал себя «за стеклом», потому что с Шанайрой следовало вести себя осторожно. Она — дева из древнего клана, где существовал свой налёт цивилизации, но где не учили никаким другим человеческим динамикам общения, кроме «родители — дети», «сёстры — братья», «супруги». Она просто не знала, что бывает иначе и... возможно, даже не поняла, что в поведении Бездны не содержалось ровно никакой порочности, однако разум Айры сам собой приписывал всему чисто человеческие качества. Сколько раз чужие люди приписывали ему многочисленные романы с собственной свитой, совершенно не понимая аспекты связи, опошляя то, что в своей сути не имело ни капли похоти. Мол, якобы нельзя так держаться друг за друга, если вы не связаны кровью или инстинктом размножения. Со временем Инфирмукс просто перестал обращать на подобные заблуждения внимания, но сейчас он видел в глазах Шанайры, что ей тоже предстоит разрушить город из своих аберраций и понять, что взаимосвязей куда больше, чем её учили в детстве.

Шанайра прикрыла глаза, будто бы не в силах больше этого выносить. Он в ответ крепче сжал её ладонь, но сам не двинулся и не стал склонять её к движению. Неожиданно её тело подобралось, будто бы сгруппировалось, и, в чём-то знакомой походкой, она начала спускаться к нему, словно враз растеряв весь свой страх. То был не шаг, а нисхождение. Слишком выверенное, слишком нереальное для существа, которое ещё мгновение назад вздрагивало от каждого его действия. Весь прежний ужас Айры отступил в один ровный выдох. Бездна «вибрировала» в его восприятии не хуже, чем сердце Пандемониума. В том и состояло его личное бедствие: всякий, кто рождён на костях Лжебога, неизбежно становился частью этого извращённого аккорда. Инфирмукс как правило таких убивал быстрее, чем они к нему подбирались. На красивом лице девы снова вспыхивает эта знакомая ему улыбка. Она движется столь быстро, что внутри Инфирмукса за мгновение пережигается легион эмоций, а пепел и зола забиваются в лёгкие, и ему хочется отпрянуть, а лучше... здесь её и утопить. Чисто инстинктивное желание, словно у собаки Павлова. И он знает, что сам таким образом разрушает их пуповину, потому что для его собственного разума связаться даже в одной миллиардной доле с наследием Уробороса — это... невыносимо.

Сердце бьётся быстрее, кровь струится по венам и артериям, рёбра болят, а кожа горит, словно его снова пытают огнём и высшими печатями в застенках Пандемониума. И всё-таки стоит отдать павшей власти должное — с ним обращались хорошо. Как и следовало с главным мятежником Некроделлы. Никто не позволял себе лишнего касания или даже порочного взгляда, потому что в этом и состояла важная часть их борьбы: уважение к своему главному противнику. Уважение такого уровня заслужить практически невозможно, но оно было взаимным.

Ухватившись за единственную положительную эмоцию, он чувствует, что может это пережить, поэтому не двигается, лишь крепко держит её руку, а после позволяет прильнуть к себе, словно котёнку, который ищет защиты у старшего хищника. Инфирмуксу всё ещё тяжело выдерживать связь, но он быстро учится, потому что отмечает то, насколько она похожа и на него, особенно в этой чисто хищной нейтральности.

— Полегче с захватом тела, — шепчет на ухо, обнимая за талию и плечи, — частое замещение на начальных этапах может ей навредить, — «а ещё и мне...» — тем более, Шанайре следует научиться новым аспектам связи, ты пугаешь её этим опытом, она может окрасить твои действия не в тот оттенок. Если это произойдёт, то она перестанет мне доверять, она уже сопротивляется и с трудом укладывает у себя в голове новые реалии. Возможно... ты могла бы ей лучше объяснить, что такое связь со мной.

Он чуть отстраняет Бездну, рассматривая её. Полы белой сорочки уже ничего не прикрывают, сверху ткань больше не кажется сухой: она увлажнена концентрированной силой, поэтому липнет к телу, не оставляя загадок, сквозь неё проступают твёрдые горошины сосков.

— Она телом возросла, — звучит почти фривольно, учитывая, что он смотрит на то, как выделяется эта интимная часть женского тела, — а разумом — дитя. Ты наоборот, разумом годишься ей в далёкие предки, но тебе стоит понимать человеческий контекст. Я забыл, что следует пояснить... ведь у новорождённых хтоников, точнее, точнее у их хтонов, есть такая же проблема.

Инфирмукс морщится и неожиданно закрывает Бездне рот ладонью, слегка надавливая на щёки:

— Не надо мне в такой ситуации ТАК улыбаться, я тоже не железный и не гарантирую, что на инстинктах не утоплю тебя. Хотя бы приложи усилия.

Скользит пальцами по бретелями ночнушки и опускается ниже до локтей, до запястий, обхватывает их, поднимая женские руки вверх. В следующую секунду стягивает с неё сорочку через голову, отбрасывая на берег к платью. Ему на секунду кажется, что Шанайра теряет сознание изнутри своего подсознания.

— Человеческий контекст важен. Я не знаю, можешь ли ты связываться с коллективным разумом хтонов, вероятнее всего — нет, но благодаря нашей магической связи, ты сможешь говорить с Эребом. Он тебе расскажет. Для начала постарайся ограничивать захват тела. Я понимаю твоё желание оставаться рядом с нами, но пока что наша связь ещё крепнет, и ты же видишь, как Шанайре тяжело её принять и понять. Ей сложно мириться с твоей хищной частью, будь снисходительнее. Нас впереди ждёт сложная миссия, а из-за таких вот казусов, она постоянно нервничает и закрывается. К чему подобное может привести сама знаешь. С одной стороны, даже хорошо, что ты сейчас здесь, — ага, а то с девы пришлось бы стаскивать ненужную ткань, наверное, с боем, — с другой, ты потрясаешь её сознание куда сильнее. Если будешь прятать её каждый раз, когда ей страшно — она никогда не научится быть сильной.

Инфирмукс знал, что человеческая психология — штука сложная. И люди порой не знают собственных границ, а воспринимают их уже постфактум. Он может нарушить их, как уже нарушал неоднократно, но это всегда травма. Хотя разумные, порой независимо от гендера, предпочитают не брать на себя ответственность, просто принимая решение более сильного. Соглашаясь с ним. Так куда проще жить, если всё решили за тебя. В их случае ему просто ничего не остаётся, кроме как разрушить её личные границы, потому что с ними инвокационная магия будет давать сбои.

— Ближе к краю, — он кивнул в сторону, — можно опуститься на дно, вода будет как раз по шею.

Инфирмукс и сам направился к противоположному краю чаши и, усевшись, похлопал рядом с собой по воде:

— Давай сюда.

Секундная пауза. Смотрит уже с улыбкой.

— Эреб!

Пещеру озарило красное пламя, и хтон, несколькими кольцами обвившись вокруг чаши, уставился своим огромным черепом на Владыку; его глазные провалы полыхали похлеще ядерных бомб.

— Удалось что-то узнать?

Эреб перевёл взгляд на Бездну, потом на Инфирмукса, иронично сказал:

— Да, пока ты тут мазохистически развлекался со своими вьетнамскими флешбеками. Как ощущения?

— Как будто у меня есть выбор. На вопрос отвечай.

— Выбор для слабых. Согласен. Да, мы вышли на предположительное убежище, одно из, Ваалберита. Он продался Культу Возрождения Лжебога, чему я не удивлюсь. Культисты Возрождения всегда били особенно болезненно, и они неискоренимый вечный плющ. Сколько веков прошло, а всё там же...

— Кто?

— Ваалберит продался Октагону. Подозреваю, что продался с потрохами, взамен на силу и знания позволил на себе паразитировать.

Пар стелился между ними, оставляя на коже мелкие капли. Источник начал работать: тонкие, почти неощутимые разряды пробегали по магическим каналам, выравнивая поток.

— Октагон — сильный противник. Мы не можем на него выйти уже несколько десятков лет. Подозреваю, что ему помогает укрываться культ Чернобога, они тоже охотятся за наследием Уробороса, — Инфирмукс вздохнул, прикрыв глаза, — если сумеем поймать Ваалберита, то, возможно, и выйдем на Октагона, — Инфирмукс взглянул на Шанайру (Бездну?), — это не человек, это... что-то вроде... сложно описать, представь себе что-то вроде грибницы, но нейронной. Его ядро сокрыто в одном из зиккуратов Уробороса, но в каком — мы не знаем. На самом деле зиккуратов тысячи, мы проверили практически все, которые обнаружили, но ядра там не нашли. Октагон паразитирует на тех, кто даёт ему своё тело, проникает в разум... и берет со временем под контроль.

Цитата: Лицо со шрамом от Сегодня в 14:45:05А есть возможность играть как бы третьим лицом?
поясняю: Мой персонаж - исполнитель условных заказов и целей, которые ему передает его координатор-нпс, который как разсостоит в парфорссе или имеет хорошие связи с парфорссой(Оно же склоняется, да?)?

Думаю, такой вариант взаимодействия имеет право на существование но с соблюдением следующих условностей: поскольку у информатора (однако информатор информатору рознь, там тоже могут "крыски" водиться) может отсутствовать интерес в лишении своих коллег по цеху "хлеба", тот может выдавать сведения, поддающиеся внутри теневого коллектива сомнениям, или продавать информацию, всё с сохранением конфиденциальности (при этом координатор даже не обозначает своей принадлежности/связи). Вроде того.
Т.е что-то пошло не так — наш дом с краю, никто ничего не знает.
Возможно, такой способный наёмник в дальнейшем хотел бы более тесного сотрудничества.)

- Эх. А когда мне пытались поставить имплант, довольно простой, кстати говоря, я там чуть не помер, — с лёгкой улыбкой проговорил парнишка, сверкнув глазками, когда она пододвинулась совсем-совсем близко в целях демонстрации. С того дня прошло уже ох и немало времени, а ведь ещё совсем недавно он не мог вспомнить без страха те давние, тёмные для себя времена. Его склонность к псионике сказала своё твёрдое «нет», а ведь на тот момент он даже понятия не имел о своём необычном даре. Конечно, всё это индивидуально, и ему повезло гораздо меньше, чем той же Карме в этом аспекте, но всё относительно: лучше так, чем никак. Будь у него сегодня вместо дара парочка дешевых имплантов, скорее всего, его бы уже и не было после всех катаклизмов родного мира.
- Нормально так, кстати, устроилась. уже покровную броню себе заимела. У меня до сих пор старая, который разве что свойство призыва пришили, — а вот тут Арлен притих, явно концентрируясь на экране своего ноутбука. Рано или поздно защита должна была пасть, пускай и лишь самый внешний её слой. Написание и компиляции собственной библиотеки, которая реализует стандартную функцию вывода времени, всегда выводящие разницу в тридцать миллисекунд. Этого оказалось достаточно, чтобы обмануть анти-отладчик по таймингам.

О том, что это тоже не начало, а так, предварительные ласки, он предпочитал не думать.
- Кое-что получается, но прогресс, конечно, очень медленный. А ведь мы воюем не только со временем, но и с, так сказать, конкурирующими фирмами. Как думаешь, сколько нам заплатят, если мы придём на финиш вторыми? — риторический вопрос, не правда ли? Сколько-то заплатят, но явно не столько, чтобы оправдать несколько дней кропотливой работы. Пускай это всё ещё будет и лучше, чем не прийти на финиш вообще.

- Я даже спрашивать не буду, откуда у тебя такой опыт. Кстати, не слишком заморачивайся по поводу этих двух сотен архей и вообще любых переводов — может, это сам наш злодей всё сам себе перекинул с другого кошелька. Так, для правдоподобности. В восхитительном мире открытых финансов такое не проворачивает разве что ленивый, — немного подумав и чуть приподняв голову наверх, к небу, он прикрыл крышку ноутбука, опуская его в спящий режим. У него появилась идея, но она явно требовала согласование с напарницей, ныне вальяжно раскинувшись на крыше.
Вероятно, настало время отрабатывать свой хлеб.
- Если мы хотим стать первыми, нам нужно действовать нестандартно... И немного рискнуть. Я тоже считаю, что вирус занесли извне. Кто знает, вдруг мы найдём чип с вирусом в ящики стола?
Хотя куда вероятнее найти чего-нибудь на камерах наблюдения. Если вирус не поразил и их, само собой.
- Это и впрямь корпораты. ЦИРКОН-Мета, если быть точным. Наниматель не давал координат, но по логам там всё понятно: нам в северо-западный пригород Лоссума, в склады. Одно из административных зданий. проблема в том, что не факт, что нас туда пустят через парадный вход. Особенно в выходной день, — вряд ли технические склады всякого цемента и прочих пиломатериалов охранялись как тюрьма строжайшей секретности, но и лёгкой прогулки он точно не ожидал. Кого попало охрана точно не пустят, даже если они по делу. Будь что они хоть трижды по делу, без пропуска — держи карман шире.

Карму никто за язык не тянул, но раз она таким образом подсаживала вирусы, значит, сможет и высадить. Баланс Вселенной должен быть восстановлен.
- Если ты не против, то... Ты не довезёшь меня до точки? Или мы это, без пафоса на автобусе? — без пафоса, без подозрений, без угроз, но и без чести. По внешнему виду девушки в маске что-то ему подсказывала, что она предпочитает мотоциклы, но вдруг у неё в наличии автомобиль? Всё-таки он хотел бы немного потыкать клавиши в процессе транспортировки, на байке это вряд ли реально.
Такие мысли, как будто бы у него есть выбор. Что дадут, то и будет.

Цитата: Сусанна от Сегодня в 14:25:02Добрый день!
Возможно, в рамках концепта заинтересует роль в одной группировке.)
https://arkhaim.su/index.php?msg=556868

А также прочие акции рассмотрите.

А есть возможность играть как бы третьим лицом?
поясняю: Мой персонаж - исполнитель условных заказов и целей, которые ему передает его координатор-нпс, который как разсостоит в парфорссе или имеет хорошие связи с парфорссой(Оно же склоняется, да?)?

1. Имя и фамилия персонажа
Аэнар Эстерхази

2. Раса и год рождения
Высший эльф, 4610 год рождения, 417 лет

3. Место проживания, род занятий и состоятельность
Климбах, Некроделла, доминион Альдарион
Легионер Коалиции рас, военный консультант архонта Альдариона по линии специальных операций

4. Цвет магической энергии и ориентация
Темно-красный цвет энергии
Гетеросексуален

5. Биография

Всем известно, что быть ребенком очень богатого и влиятельного лорда хорошо, но есть нюанс. Этот самый нюанс Аэнар ощутил на себе едва ли не с рождения: богатый и влиятельный лорд-отец оказался контрол-фриком без родительских чувств и моральных императивов, а сам Аэнар — не любимым наследником, а одним из многих.
Ну, может быть, и не настолько все плохо, но суть та же: рождение в большой семье, где дети = инструменты, однозначно накладывает отпечаток, и вот конкретно на Аэнара этот отпечаток был наложен лично отцом и его паучьими планами.
Аэнар не был ни старшим, ни любимым (если такие у Данмариса Эстерхази существовали как концепция), ни уж тем более единственным сыном, но унаследовал довольно обычное для своего клана свойство, а именно — высокий потенциал магического резерва. А вместе с ним — сомнительную честь быть вписанным в планы Данмариса.
Его не воспитывали — его ковали и затачивали, словно клинок, предназначенный для одной лишь цели; там, где старших братьев обучали наукам управления и изящным искусствам, а сестер — быть милыми, покорными и манипулятивными, Аэнара учили терпеть и бить. Не одного его, разумеется: из детей Эстерхази он был не единственным, не уникальным и даже не самым сильным, так что роли будущих убийц, оперативников и солдат получали и другие. Но какое ему дело для других?
У него было очень мало того, что принято считать детством.
Мало тепла — много ожиданий. Даже с родными, братьями и сестрами, не говоря уже о матери, Аэнар виделся достаточно редко: их заменяли те, кто спустя время все-таки выкуют из него то, что должно. Инструмент. Конкурентоспособный достаточно, чтобы пройти отбор в Легион коалиции: амбиции Данмариса распространялись и туда, в его планах по обретению власти над Некроделлой определенно было место для своих в рядах межпланетных суперсолдат. Зачем — тайна, покрытая мраком, ведь почтенный отец довольно редко раскрывал детям свои планы.
Вместо изящных искусств — сугубо прикладные, ответственные науки. Вместо отдыха — дополнительные тренировки. Вместо типичных увлечений юных эльфов — жесткие, порой даже жестокие занятия по укреплению воли, в том числе в контакте с сущностями, про которых не принято говорить. Эстерзхази не был нужен дворянин и наследник.
Он заточен и натренирован на одно, и им и стал. Оружие. Тактика. Выживание. Магия. Острое мышление. Все — виды оружия.
 
Вступление в ряды Легиона состоялось. Состоялись десятилетия и века службы. Все, как и планировал отец: улететь подальше и не мешать, "устанавливать связи", зарабатывать репутацию, благодаря которой лет через триста про род Эстерхази с Климбаха будет известно в определенных кругах далеко за пределами родной планеты. Что дальше планировал старый лорд — тайна, покрытая мраком, потому что его планам не суждено было сбыться.
Аэнар сражался в бесчисленных операциях, отрезанный от родного Климбаха и родного домена; новым домом стали оперативные базы, новой семьей — не менее дисфункциональной, как и прежняя — сослуживцы. Безжалостность, холод, эффективность. Просчет. Воля, отключающая страх и сострадание. Это было непросто и небыстро. Иногда — кроваво.
Данмарис просчитался в одном: игнорирование проблемы не решает ее. Обращение, как с инструментом, не дает безусловной лояльности.
И когда маленький контингент Легиона высадился в Некроделле, привлеченный волнениями и слухами о смене власти в доминионе Альдарион, его командир... не нашел ничего, вызывающего подозрений в действиях новой правительницы.


6. Образ
Холодный. Этим словом можно и обойтись, оно проскальзывает во всем. В тембре голоса. В движениях и мимике. В осанке и манере поведения. В эмоциональном выражении на лице. В мыслях. По крайней мере — тогда, когда Аэнар не наедине с собой. Это маска, приросшая настолько, что неясно, стоит ли различать, где маска, а где плоть.
Он собранный. В постоянном напряжении. В готовности. Тот самый эльф с белыми волосами и лицом, словно вырезанным из камня. Недобрым. Незлым. Функциональным.
Его кожа — бледная, как у его народа — груба и покрыта шрамами и татуировками. Его глаза — серо-голубые, привыкшие прищуриваться при взгляде в прицел — в любой миг могут загореться отблесками магической энергии, а волосы — не то белые от рождения, не то седые от десятилетий бесконечных, всеобъемлющих напряжений.
Аэнар не излучает пафос, опасность или самодовольство, словно изнеженный и жестокий от своей пресыщенности дворянчик; он не смотрит на окружающих, словно на мусор или оружие. Он просто не тот эльф, к которому будут лишний раз подходить.


7. Уровень персонажа и вид источника

Уровень персонажа: 
7 (акция в вакансии)

Вид источника: инвокационная магия

8. Связь с игроком
лс

9. Как вы нас нашли?
по баннерам

10. Вид проверки анкеты

приватная проверка через личные сообщения форума

Цитата: Лицо со шрамом от Сегодня в 14:18:10Хаюшки. Интересен кому концепт персонажа - грабителя? Этакий современный наемник, при поддержке невидимого координатора и современных техноштучек грабящий различные банки и ворующий у разных организаций данные за определенную плату?

Добрый день!
Возможно, в рамках концепта заинтересует роль в одной группировке.)
https://arkhaim.su/index.php?msg=556868

А также прочие акции рассмотрите.