[Синдбад]

[Новария Сильверхарт]

Зудело всё. Абсолютно всё, начиная от мочек ушей, надёжно скрытых под намотанным в пять плотных оборотов колоссальным шерстяным шарфом цвета пыльной лаванды, и заканчивая кончиками пальцев ног. Последние, к слову, сейчас безуспешно пытались нащупать хоть каплю первородной, чистой маны сквозь неприлично толстый слой токсичной, маслянистой грязи, покрывавшей бетонную палубу этого технологического ада.

Загрязнение Циркона не просто раздражало — оно ввинчивалось в виски Новарии ослепляющей, пульсирующей мигренью. Мегакорпорации могли сколько угодно гордиться своим хромированным величием, бесконечными неоновыми вывесками, уходящими в искусственные небеса, и квантовыми заводами, чей гул разносился на сотни секторов вокруг. Но для Астрального Ткача, чьи клетки физически реагировали на любой техногенный дисбаланс, вся эта суета пахла исключительно химическим смогом, тяжелыми металлами, радиационным фоном и медленной, мучительной смертью планет. От смога кожа Новы нестерпимо чесалась, заставляя её глубже прятать нос в пушистый кокон одежды, а от волнового излучения ныли кости.

А ведь всё начиналось так правильно, так структурированно и цивилизованно. Ей просто позарез нужны были деньги на содержание приюта в её карманном измерении. Попробуйте прокормить, одеть и обучить целую ораву «маленьких неоновых недоразумений», когда твой строгий завхоз и по совместительству главный бухгалтер Лео ежедневно ходит за тобой по пятам с раскрытым дата-падом, скрупулёзно сводит финансовые дебеты с кредитами и ворчит, что Наставница опять спустила половину легального счета на земную выпечку и вязаные пледы! Очередное теневое задание из подпольных сетей казалось идеальным решением: нужно было просто явиться на Циркон и разобраться с каким-то зажравшимся частным инвестором, который спонсирует нелегальное производство магических артефактов. Проще простого для ведьмы со знанием высшей пространственной геометрии.

Новария честно прилетела на Циркон. Честно сошла по трапу. Честно спустилась в этот неоновый улей нижних уровней и... сломалась на первом же километре. Хронический эко-синдром скрутил её с такой силой, что мир перед глазами заиграл пронзительно-изумрудными, злыми и ломаными искрами. Какая уж тут охота? Какое выслеживание?

— К черту, — лениво проворчала Новария вглубь своего шарфа, шумно вздыхая горький, пропитанный машинным маслом воздух сектора. — К черту контракт. К черту инвестора. Если я сейчас же не усну под грудой мягких одеял или не выпью чего-нибудь монументального, что заглушит этот проклятый зуд, я просто схлопну этот сектор в пространственную складку. Вместе со всеми заводами. И вместе с инвестором. Пусть Лео потом сам думает, в какую статью расходов записать уничтожение целого квартала мегаполиса.

Ленивый, капризный эгоизм и тысячелетний дзен окончательно победили расовый долг. Новария безнадежно забила на задание, даже не удосужившись дочитать досье на цель до конца. Прозрачный дата-пад с первыми страницами текста, где подробно описывались финансовые махинации жертвы, так и остался лежать где-то в бездонных, темных недрах её безразмерного оверсайз-свитера, в котором миниатюрная ведьма буквально тонула, напоминая пушистый кокон.

Пряча лицо от едкого тумана, Новария лениво ткнула бледным пальцем в экран коммуникатора, лихорадочно ища ближайший подпольный портал наружу. Экран тут же мигнул кричащей, абсолютно безумной, агрессивно-яркой и совершенно неуместной для этого депрессивного индустриального сектора рекламой.

«Sacret Farts. Пиратский пивной оазис Капитана Моргана! Выпивка, отличная компания и уникальные крафтовые эли, после которых вам захочется подписать отказ от медицинских претензий! Ищите нас прямо в космопорту сектора, третья ремонтная линия!»

Прямо здесь, в доках порта. Да, не открытый космос, но шлюзы космопорта непрерывно вентилировались мощными турбинами, выдувающими тяжелый смог нижних уровней наружу, в атмосферу. И, главное, упоминание каких-то диковинных крафтовых сортов пива с рекреационными ферментами, расслабляющими травами и биохимическими секретами. Для Новарии, чей организм в эту секунду буквально умолял о капле ромашкового чая и покое, это прозвучало как личное приглашение от вселенной.

Через сорок минут её бесшумные босые ступни уже перешагнули порог этого летающего кошмара техно-магии, больше похожего снаружи на гигантскую, помятую пивную банку с приваренными дюзами и бронепластинами. Но внутри... внутри всё было иначе. Воздух здесь был на удивление чистым, отфильтрованным, с густым, дразнящим ароматом свежего хмеля, солода и чего-то неуловимо родного, напоминающего первородные луга Аэтерны.

А еще через час Седая Сова была официально, монументально, космически пьяна.
— До-о-орогая Марго... — ведьма лениво подперла щеку кулаком, едва не утыкаясь аккуратным носом в тяжелую деревянную барную стойку, пахнущую разлитым алкоголем. Её медово-янтарные глаза, обычно сонные, безразличные и глубокие, сейчас заметно плыли, загораясь пьяными, веселыми золотистыми искорками.

— Твой... как ты его назвала?.. «Космический ромашковый лагер»... это лучшее, просто величайшее достижение этой глупой вселенной за последнюю тысячу лет. Серьезно тебе говорю. Мой нос... мой нос больше не чешется. И спина не болит. И кости не ноют от этих мерзких корпоративных глушилок... Налей мне еще кружечку. И плед. Скажи, у тебя есть плед? Большой такой, пушистый, чтобы я могла в него завернуться и притвориться, что меня не существует?

Новария капризно, по-детски дернула плечом, пытаясь устроиться на высоком барном стуле поудобнее. От этого резкого движения огромный ворот её свитера безжалостно сполз в сторону, обнажая изящную, бледную линию ключицы и гладкую ткань матово-черного нанокостюма. Сидящая за стойкой ведьма уже совершенно слабо соображала, где находится её автономная Академия, куда делся её строгий Лео и почему вокруг так оглушительно орут пьяные пираты.

Магическая энергия Астрального Ткача, обычно зажатая Новой в жесткий, беспрерывный узел ради удержания пространственных швов её карманного измерения, под действием алкоголя и уникальных расслабляющих веществ Морганы начала лениво, бесконтрольно сочиться наружу. Радужка её глаз медленно окрасилась в пронзительно-изумрудный цвет биомагии. Прямо под деревянной табуреткой Новарии, взламывая ржавый металл палубы и прорастая сквозь сварочные швы, начали буйно распускаться призрачные, светящиеся космические ромашки. Они лениво покачивались в такт её голосу, источали невероятный аромат луговых трав и тут же растворялись в воздухе серебряными искрами, оставляя после себя островки идеальной чистоты.

— О, гляди, цветочки... — Новария глупо хихикнула, пытаясь поймать пальцем одну из исчезающих призрачных ромашек, но промахнулась и едва не уронила собственную кружку. — Марго-о-о... Ты такая... такая хорошая. И мягкая. И пахнешь так правильно, хмелем и свободой. Не то что эти железные чудовища на Цирконе. Древняя ведьма, под действием крафта Морганы окончательно потеряла весь свой хваленый дзен и растеряла защитные барьеры. Её потянуло на абсолютную, безусловную любовь ко всему живому.
— Я хочу обняться. Марго, ну давай обнимемся! Нам всем нужно больше уюта в этой железной жестянке, — жалобно, с легким капризным прищуром протянула Нова.

Не дожидаясь ответа от удивленной барменши, Новария неуклюже, но с поразительным упрямством рванулась вперед. Запутавшись в бесформенных, длинных полах своего гигантского свитера, который теперь казался ей самой большой деталью интерьера, она смешно задрала бледные босые ноги, сверкнув аккуратными ступнями, и буквально поползла животом через широкую барную стойку.

Локтями она едва не смахнула батарею пустых пивных кружек, которые с жалобным звоном покатились по дереву. Грубая, тяжелая ткань свитера от такого маневра натянулась и задралась, предательски четко и бескомпромиссно обрисовывая роскошный силуэт. Матово-черный костюм анатомически подчеркнул пышную высокую грудь, тонкую талию и крутые изгибы бедер ведьмы, заставив нескольких ближайших пиратов поперхнуться выпивкой. Но самой Новарии было глубоко плевать на производимый эффект. Она упорно штурмовала деревянный барьер стойки, как непреклонный астральный танк, стремясь во что бы то ни стало поймать веснушчатую Моргану в свои удушающе-уютные объятия.

— Иди сюда, моя прелесть... я тебя согрею... у тебя тут сквозняк из шлюза дует... — бормотала ведьма, переваливаясь через стойку и смешно перебирая руками по гладкому дереву, пока её серебряно-белые волосы длинным плотным каскадом рассыпались по барной стойке, переливаясь в свете неоновых ламп. Она окончательно и бесповоротно погружалась в железобетонный, алкогольный трип.

[Синдбад]

Почему люди делают глупости?
Вопрос, разумеется, риторический. И всё же почему-то ужасно не хотелось принимать самый очевидный ответ: потому что люди глупые и делают глупые вещи.
Нет. Решительно нет.
Это была слишком примитивная теория, совершенно не объясняющая тот общеизвестный факт, что даже самые умные, образованные и в целом чрезвычайно достойные представители разумных рас время от времени совершают поступки, после которых остаётся только сесть, налить себе чего-нибудь крепкого и хорошенько подумать о собственных жизненных приоритетах.
Следовательно, причина заключалась вовсе не в недостатке интеллекта.
Причина была значительно глубже.
Люди совершают глупости, потому что так жизнь становится веселее.
А весёлая жизнь, как известно, является одним из важнейших условий человеческого счастья.[1]
Именно этой философской концепцией Синдбад Аль-Рашид сейчас пытался оправдать очередное принятое им решение.
Не то чтобы раньше ему не приходилось этого делать.
Ха.
Если следовать только что выведенной теории, эльф вообще имел все основания считать себя одним из счастливейших существ Аркхейма.
По крайней мере, большинство серьёзных проблем в его жизни появлялось исключительно благодаря собственным стараниям. Синдбад относился к этому почти с гордостью. В конце концов, куда приятнее самостоятельно организовать себе катастрофу, чем полагаться в таком важном вопросе на посторонних.
Такова была его натура.
Его жизненная философия.
Его, если угодно, кредо.
Да.
Определённо.
Всё именно так.
Синдбад задумчиво смотрел в иллюминатор «Шахерезады», наблюдая, как за толстым стеклом медленно смещались огни очередного транспортного узла. Корабль шёл ровно, двигатели работали без нареканий, никто пока не стрелял, не требовал вернуть деньги и даже не пытался объявить его в межпланетный розыск.
Прекрасное начало операции.
Особенно учитывая, что сама операция ещё толком не началась.
Возвращался он после встречи, закончившейся несколько неожиданно.
Синдбад взял небольшую работёнку. Халтурку, если пользоваться терминологией людей, недостаточно обеспеченных, чтобы называть подобные вещи «частными контрактами».
Работа, конечно, несколько выбивалась из привычного амплуа.
Ему приходилось красть деньги.
Документы.
Артефакты.
Коммерческие тайны.
Иногда чужие личности - исключительно в метафорическом смысле.
Но вот людей Синдбад обычно предпочитал не красть. Они много едят, задают вопросы и имеют отвратительную привычку сопротивляться транспортировке.
Однако в этот раз он согласился практически сразу.
Не потому, что сумма была хорошей.
Хотя сумма была очень хорошей.
И даже не потому, что заказ выглядел подозрительно.
Хотя выглядел он настолько подозрительно, что любой благоразумный человек после первых двух минут разговора пожелал бы собеседнику приятного вечера и направился в противоположную сторону.
Синдбад же услышал условия и моментально начал продумывать План.[2]
Впрочем...
Чего это я?
Вы наверняка хотите подробностей.
Хватит лить воду.
Некто - разумеется, никто не собирался представляться настоящим именем, мир ещё не настолько деградировал - объявил весьма щедрое вознаграждение за доставку определённой особы.
Живой.
Целой.
И, судя по формулировкам, желательно ещё способной поддерживать осмысленную беседу.
Некая Нова, более известная в определённых кругах как Седая Сова.
Заказчик хотел получить её лично.
Добровольность присутствия, кажется, считалась необязательной.
Обычный человек мог бы задаться вполне разумным вопросом: чем эта женщина заслужила настолько дорогостоящее внимание?
Синдбад задался другим.
Кто именно готов столько заплатить?
Вот здесь всё и становилось интереснее.
Потому что цепочка посредников оказалась знакомой.
Не имена - имена менялись постоянно. Не счета - деньги ходили настолько запутанными маршрутами, что бухгалтер среднего уровня начинал плакать приблизительно на третьей странице. И даже не конкретная организация.
Почерк.
Одна и та же манера строить сделки через несколько независимых прослоек, одни и те же неприметные посредники, знакомые компании, возникающие в документах словно случайно.
Синдбад видел это раньше.
Много лет назад.
Ещё разбирая остатки последнего дела своего отца.
Кто-то когда-то продал маршрут корабля, на котором погибла почти вся его первая семья.
Сам предатель исчез достаточно давно. Возможно, умер. Возможно, сменил имя. Возможно, прекрасно жил где-нибудь на побережье, пил дорогое вино и считал, что прошлое уже никого не интересует.
Синдбад надеялся на третий вариант.
Так было бы приятнее.
Но за предателем существовала другая фигура.
Тот, через кого прошли деньги.
Крупный теневой игрок, не появлявшийся лично практически нигде. За все годы Синдбад находил только посредников, старые переводы, обрывки контрактов и людей, которые либо ничего не знали, либо обладали удивительно развитым инстинктом самосохранения.
Встретиться с этим Некто никак не удавалось.
Приходилось признать: ублюдок был хорош.
Что, разумеется, делало ситуацию только более оскорбительной.
И вот теперь заказ на Седую Сову прошёл через структуру, которую Синдбад уже встречал в собственном расследовании.
Возможно, совпадение.
Но Синдбад прожил достаточно долго, чтобы знать две вещи.
Первая: совпадения действительно случаются.
Вторая: на них совершенно нельзя полагаться, когда есть возможность заработать.
Так что вопрос внезапно перестал быть обычной халтуркой.
Он стал личным.
Немного.
Совсем чуть-чуть.
На каких-то жалких два десятилетия поисков, несколько уничтоженных информационных сетей, бесчисленное количество купленных сведений и одного мёртвого отца.
Пустяки.
Нову, конечно, было немного жалко.
Всё-таки неприятно узнать, что кто-то назначил цену за твою голову.
С другой стороны, Синдбад вовсе не собирался действительно продавать её неизвестным людям.
Это было бы аморально.
Кроме того, совершенно непрактично.
Гораздо разумнее выглядело доставить Седую Сову туда, куда её так настойчиво приглашали, получить вознаграждение, заставить заказчика показать хотя бы часть своих карт, выяснить связь с интересующим Синдбада человеком, а затем уйти.
Вместе с Новой.
И деньгами.
И, если обстоятельства позволят, с чем-нибудь ещё, плохо прикрученным к полу.[3]
Идея была надёжной.
Точно вам говорю.
Разумеется, существовала одна малозначительная деталь: Синдбад пока понятия не имел, согласится ли сама Нова принять участие в этом блестящем предприятии.
Но это был вопрос переговоров.
А переговоры являлись его сильной стороной.
На случай же, если переговоры почему-то начнут проходить с использованием огня и прочих аргументов, Синдбад совершенно не планировал подставлять под них исключительно собственную шею.
У него имелась Моргана.
Надёжная опора.
Старая подруга.
Практически семья.
А семья, если верить многочисленным произведениям массовой культуры, должна помогать друг другу в трудные времена.
Например, при похищении незнакомых людей.
Справедливости ради, профессиональным похитителем не являлся ни Синдбад, ни Моргана.
Но две головы всё-таки лучше одной.
Даже если одна из них принадлежит человеку, придумавшему всю операцию.
Поэтому «Шахерезада» взяла курс на Циркон, где Моргана как раз собиралась некоторое время поторговать, отдохнуть и попиарить одно особенно дорогое её сердцу заведение.
То самое, где имелось пиво.
С того дня, как Моргана открыла для себя этот напиток, Синдбад регулярно наблюдал удивительный пример того, как вполне разумное существо способно добровольно отказаться от хорошего вкуса.
Они даже спорили.
Неоднократно.
Синдбад настаивал, что вино представляет собой вершину тысячелетней культуры, истории и мастерства.
Моргана предпочитала пиво.
Каждому свои недостатки.[4]
К счастью, привычки делали людей предсказуемыми.
Корабль Морганы обнаружился в доках примерно там, где Синдбад и ожидал. Дальше оставалось только найти саму хозяйку, что тоже не представляло особенной интеллектуальной задачи.
Он добрался до знакомой пивной, толкнул дверь и практически сразу заметил нужную фигуру у стойки.
Прекрасно.
Хотя бы одна часть плана сработала без осложнений.
Пока.
Синдбад проверил, что на лице присутствует именно та улыбка, с которой обычно сообщают друзьям новости, способные существенно ухудшить их вечер, и направился к Моргане.
- Марго - негромко произнёс он, остановившись рядом и слегка наклонившись к ней. - У меня для тебя есть одно предложение.
Пауза.
Это прозвучало подозрительно.
Поэтому Синдбад поспешил исправить впечатление:
- Очень хорошее предложение.
Стало хуже.
Он задумался на секунду, после чего достал коммуникатор.
- Ладно. Давай начнём сначала.
Несколько движений пальцами - и на экране появилось полученное вместе с заказом изображение сереброволосой женщины.
Синдбад положил устройство на стойку так, чтобы Моргана могла спокойно рассмотреть фотографию.
- Вот её зовут Новария. Ещё её называют Седой Совой. За то, чтобы доставить её в одно определённое место живой и желательно целой, предлагают совершенно неприличные деньги.
Он сделал короткую паузу.
- Поэтому нам нужно её похитить.
Ещё одна пауза.
- Но прежде чем ты начнёшь задавать разумные вопросы, хочу обратить внимание: продавать её мы не будем.
Синдбад поднял палец, будто это обстоятельство автоматически превращало всё сказанное в серьёзный и хорошо продуманный деловой план.
- Мы только сделаем вид, что собираемся.
Улыбка стала чуточку шире.
- Ну что? Развлечёмся?


[1] Исследование проводилось на выборке из одного эльфа. Результаты признаны им полностью репрезентативными.
[2] Синдбад всегда мысленно писал слово «План» с большой буквы. Особенно если ещё не знал, в чём конкретно он состоит.
[3] Синдбад категорически осуждал бессмысленное воровство. Воровство обязательно должно иметь смысл. Хотя бы декоративный.
[4] Сам Синдбад, разумеется, недостатков не имел. Имелись лишь некоторые особенности характера, которые окружающие почему-то упорно классифицировали неправильно.

[Марго]

Пожалуй, если бы не то, что Синдбад периодически находился на Цирконе, бар Sacret Farts едва ли стал одним из самых долгожданных заведений в порту планеты. Моргане здесь не особо нравилось, потому что при каждом выходе наружу железы, призванные очищать организм от токсинов, приходилось использовать на полную и даже помогать себе немного магией. Воздух был омерзительным.
Впрочем, именно местный воздух послужил субстратом для довольно оригинального и популярного в узких кругах сорта пива "Хтонический друже", который за счет своих ингредиентов при должной дозировке способен был отправить в пьяную отключку даже некоторых хтоников. В состав вообще входило довольно много нестандартных ингредиентов, бродильную цистерну после первого же производства приходилось выбрасывать, а разливалось пиво не в стандартный алюминий, а в специально синтезированный Морганой полимер... Но главным был творческий процесс и наличие ценителей.
И сегодня скромный бар на пару сотен посетителей настиг настоящий ценитель.
Моргана давно не встречала человека, который с такой готовностью подписывал все ее отказы от претензий, а затем не только пробовал выбранный напиток, но еще и допивал до конца. Немного смущала, конечно, ее любвеобильность, но кто в этом мире был без греха? К тому же, девушка давно научилась генерировать собственных временных клонов при особо большом наплыве народу, и сейчас технически Новария страстно обнимала пучок ее щупалец, рискуя лишить их хозяйку. Пожалуй, не стоило вестись на то, что девушка пришла в полумертвом состоянии и вручать ей сразу пиво на основе того странного цветка с Абберата. С другой стороны, за это пиво ей могли больше заплатить... Нет, в целях безопасности собственных конечностей следовало ее немного расслабить. И заодно протестировать новую активность, которую Моргана придумала совсем недавно и горела желанием ввести на ближайшем ежегодном турнире бара. Просто потому что довела до совершенства свою серию особых напитков.
- Погоди, погоди, давай попробуем еще кое-что. Я уверена, что ты это оценишь. Потому что это даже лучше ромашки. - С этими словами девушка услужливо пододвинула посетительнице сооружение из десяти небольших бокалов, расставленных в ячейки некоего вращающегося блюда, похожего на барабан десятизарядного револьвера. В центре торчала стрелочка, которая указывала на один из бокалов и приводилась во вращение специальным рычагом с пружиной посередине блюда. В бокалах уже плескалась заботливо налитая жидкость разной степени насыщенности. Градиент начинался от теплого светлого золота лагера до темного непроглядного стаута. Это был венец пивоваренной мысли, серия напитков, которую Моргана разрабатывала с самого начала своих занятий пивоварением. Все вместе пиво называлось "Балтика" в честь самой первой купленной цистерны, название которой Марго в свое время прочитала неправильно, но решила не исправляться. Вся "Балтика" готовилась на одном и том же наборе субстратов, но с разными пропорциями и добавками в виде особых ферментов от шеф-пивовара. При этом, каждой разновидности "Балтики" присваивался свой особый номер. Под номером ноль здесь выступало досадное недоразумение, с которого и началась карьера девушки как пивовара, - пиво, но без алкоголя. Она специально оставила его в этом пивном семействе просто для того, чтобы помнить, как тернист путь к совершенству, и как легко каждому допустить ошибку. Это была неотъемлемая часть философии всей серии напитков. Последующие цифры были новыми шагами к совершенству. Большинство посетителей предпочитало остановиться на цифре "6", потому что дальнейшие сорта начинали работать уже больше как мощный транквилизатор или что-то похуже. "Девятка" однажды вывела из строя случайно встретившегося Моргане хтона. Но это было недолго и заставило девушку еще полгода торговать ограниченным ассортиментом пива в порту, пока чинится отсек пивоварни, который этим хтоном был вероломно откушен. Официальная легенда звучит именно так. Потому сорт все еще производился, но нес с собой не самые приятные ассоциации.
Тем не менее, даже девятка пока не приводила к летальному исходу, потому Моргана выставила свое сооружение перед любвеобильной посетительницей, готовясь проверить данную теорию еще и на ней, когда в бар зашел Синдбад.
Уже по его фирменной улыбочке почуявшего наживу барыги стало понятно, что день обещает стать более насыщенным. Насколько самой Моргане это понравится - было уже другим вопросом. Но скучать точно не придется.
И мужчина полностью оправдал ожидания, тут же начиная с фразы, после которой любому здравомыслящему человеку следовало отказаться продолжать беседу без участия своего юриста. Однако, высокий интеллект совершенно не гарантирует, что его будут применять в нужное русло. Моргана всегда вписывалась в эти авантюры даже после того, как ей излагали суть дела. И потом почему-то с завидной регулярностью вынуждена была либо лечиться, либо откуда-то с трудом выбираться. Впрочем, похищений, да еще и с элементами работорговли в ее послужном списке еще не было. И девушка была чрезвычайно довольна таким обстоятельством.
- Не уверена, что смогу выбраться из настоящей тюрьмы, если нас поймают. Что-то мне подсказывает, что это твое "сделаем вид" ведет именно туда. Во что ты умудрился ввязаться? Ты помнишь, что у меня иждивенец на попечении и свой бизнес в... - она на секунду задумалась, вспоминая, где они сейчас, - на Цирконе. И насколько мы вообще уверены, что нам удастся ее поймать? - Это предательское "мы" ломало всю старательно выстроенную оборону, безвозвратно меняя все планы Морганы на этот вторник. - Кто она такая? Как хоть выглядит?