[Леонель]

[Леонель]

Эти гномы возились под землёй довольно давно. Но настал тот день, когда они наконец вылезли наружу. Вначале их надземное строение выглядело скорее башенкой, огороженной стеной. Основательной гномьей башней, скорее крепкой, чем высокой, - с толстой неприступной стеной, которую возможно взять только измором. А когда у гномов там закончится вода и провизия - кто ж их знает? Под землёй же. Возможно, они ею же и питаются.
Но за последние годы башня гномов обросла внушительного размера городом, где, кроме гномов, жили также хуманы, работающие на них снаружи. Конечно, этот презренный народ никто не пустит в святые пещеры - но если полезны, почему бы и не принять их труд? Пусть работают.
Король Брогин, когда-то могучий гном, обеспечивший своему народу славу и богатство, стал совсем стар и занемог, а потому решил, что пора короновать своего наследника. Ведь иначе стоит помереть королю - и сыновья тут же передерутся за трон, причём не саморучно в буквальном смысле, а устроят настоящую кровавую баню в подземном королевстве.
Приглашения на коронацию Брогин велел разослать всем соседям, в числе которых оказались и ближайшие – эльфы Альдариона на парящих островах. Архонтисса Лаурентэ Эстерхази велела своему адмиралу Леонелю Фарналиону подготовить целый флот для делегации ради посещения события такого высокого ранга. Ведь это отличный повод, чтобы наладить новый торговый маршрут.

[Шаксесс Келиндор]

@Леонель
@Лаурентэ Эстерхази

Высокие потолки, стрельчатые окна и проплывающие под ногами облака. Какая же обыденность для тех, кто издавна жил на парящих островах. Но вот о земных обитателях подобного не скажешь. Интересно, что ожидали гномы, приглашая целую делегацию эльфов в свою новую обитель? Первый советник быстрым шагом преодолевает очередной коридор на пути к советному залу Альдариона. В его голове, как и всегда, крутятся тысячи сценариев развития событий. От обычного ничем непримечательного визита к этим низкорослым тварям, до вспыхивания самой натуральной баталии. А главное, чем это все аукнется для самого Альдариорна? За ним по пятам следуют его прямые подчиненные, готовые ввязаться в спор и при необходимости отстоять точку зрения своего начальства перед любым нахалом, за исключением, разве что, самой госпожи Лаурентэ Эстерхази. Хотя, по личному мнению самого лорда–канцлера, иногда и мнение правителя нуждается в легкой корректировке. Но это все глупости, быть может они вообще откажутся от этой делегации и просто тихо мирно понаблюдают со стороны за тем, как соседи вступают в войну или сговор с гномами. Сговор? Нет, они этого не сделают. Мужчина резко останавливается, из-за чего бегущий следом чиновник врезается ему в спину. Эльф брезгливо морщит нос, а затем продолжает свой «забег».

Двери распахиваются тихо, без скрипа. Длинный стол, мягкий рассеянный свет. В помещении уже достаточно любителей поковыряться в мозгах и формулировках, но главные действующие лица все еще не прибыли. Начальство не опаздывает, оно задерживается. А остальные что? Правильно, бесстыдно тратят драгоценное время впустую. Шакссес уже знает содержание письма, сегодня именно он его принес в зал совета. Положил перед всеми участниками на стол, чтобы те знали, а главное – не забывали, что именно является центральным объектом этого обсуждения. Но все подробности позже. Он занимает свое место за столом и складывает руки в замок, наблюдая за присутствующими немного свысока. Шепотки все еще кое-где раздаются, но уже не так громко.

[Лаурентэ Эстерхази]

Перебирать в голове строки письма, получить которое было довольно...неожиданно и одновременно размышлять над собственными решениями на эту тему, было не так трудно, как ей казалось, когда впервые было необходимо думать больше, чем об одной теме одновременно.
Сейчас Лаурентэ направлялась в Зал Совета, где собирала теоретических непосредственных участников делегации, окончательное решение об отправке которой она, скрепя сердце, честно сказать ещё не приняла.
Сколько лет они не получали официальных писем от народа гномов?
Никогда?
А тут сам старый король Брогин приглашает её, архонта парящих островов, на официальное мероприятие для высоких гостей.

«Бородатый коротышка, похоже, впал в маразм, но звать нас к себе, чтобы убить было бы глупо, даже для гномов».

Вот первое, что подумала Лаурентэ — не сумев побороть и собственное инстинктивное отторжение к самой идее ехать дружить с гномьим племенем.
Затем она, усилием воли, выкинула из головы первую жгучую мысль, поубавила градус отвращения и вспомнила обещание не быть радикальной. Не быть такой, как Данмарис.
Не быть такой, как Данмарис — на всякий случай, повторила себе Лаурентэ, входя в зал и занимая своё место во главе стола. Выдержала паузу. Обвела всех глазами.

— Приветствую всех, господа. Всем вам известна суть новости, собравшей всех нас здесь. Приглашение на коронацию наследника... гномов. Да-а, звучит непривычно. Но письмо официальнее некуда и, на первый взгляд, без подвохов. Со всеми печатями и светскими оборотами речи. Ну... по гномьим меркам. Сперва я думала отказаться. Потом подумала ещё раз. Несмотря на, безусловно, достаточную автономность и самодостаточность Альдариона, мирные отношения с гномами могут быть нам полезны. Через них можно получить некоторые ресурсы, доступные сейчас не в полной мере, или в недостаточном количестве. Все вы прекрасно знаете, что ввиду парения островов, у нас туго с глубокими залежами полезных ископаемых, у нас нет шахт. Меж тем, богатства недр земных — важны. 

[Дайкар Лирелл]

Дайкар явился вовремя. Опаздывать он просто не умел. Чувство времени после работы агентом стало настолько же естественным, как и просто ходьба. Одет в темную деловую одежду без каких-либо узоров, украшений и иных отличительных черт. Привык быть аскетом. Да и, возможно, ему нравилось походить на темное пятно. Волосы собраны в хвост.
 
Подобные сборища постепенно становились обыденностью. Из-за Дайкар ощущал себя все менее не в своей тарелке. Будто он и правда мог тут находиться. Раньше это точно страннее.
 
Кивает всем, кто встречается с ним взглядом, но сам этих взглядов не ищет. О деле не думает, мысленно всегда очерчивая какие-то зоны ответственности. Дипломатия к ним точно не относилась.
 
Поднимается со стула, когда входит архонт.
 
 Лориан Лирелл приучил Дайкара к набору правил, среди которых: молчать пока к тебе не обратятся. И вот это правило, плотно сидевшее в голове после долгих лет натаскиваний и собачьей дрессировки, приходилось постоянно пересиливать на подобных собраниях.
 
Например, сейчас Дайкар посчитал важным сказать:
 
- Эксперты службы безопасности уверены, что ни письмо, ни печати не подделка, - коротко произносит Дайкар, будто у кого-то в этом были сомнения.

[Леонель]

Собрание совета – это отличный повод донести свои мысли и идеи до всех, кто хоть что-то решает в Альдарионе. И обязательно твои мысли и идеи будут отличаться от идей другого сидящего за столом. А потому споры здесь не были редкостью.
Леонеля как адмирала архонта довольно часто звали на собрание совета. В отличие от других, он предпочитал не спорить, высказывая своё мнение или опровергая оппонента, не громко и горячо поддерживать соратника, а молча выслушивать итог, к которому в конце концов придут стороны, а, когда Лаурентэ даст ему прямые распоряжения, отчеканить: «Так точно», «Будет сделано», - или что-нибудь в этом стиле. Придворные его за глаза называли солдафоном, но такие люди нужны в войске, а потому ни один архонт не обходился без подобных ему.
Вот и сейчас адмирал сидел в своём кресле, кивком головы отвечая на приветствия приходящих. И чем их больше – тем более бурными становились обсуждения, хотя заседание ещё не началось.
«Скоро здесь начнётся гвалт», - привычно подумал Леонель, размышляя, кому из капитанов доверить головной корабль.
— Приветствую всех, господа, - начала архонтисса, как только все расселись на места. Гомон тут же утих. Лаурентэ озвучила первые доводы «за» и «против», и все чиновники тут же начали выкладывать каждый - своё важное мнение. Одни во всём поддерживали архонта – это полезно для карьеры. Другие не боялись в чём-то возразить – эти упрямцы считают, что их держат здесь как раз за искренность и недюжинный ум. Кроме адмирала здесь не высказался, пожалуй, только глава Службы безопасности – но этот тёмный эльф вообще всегда предпочитал изображать из себя тень.
«Этим-то понятно – кроме заседания, больше заняться нечем. А у меня корабли не собраны, капитаны не проинструктированы, личный состав страдает от чувства собственного величия старших по званию, как всегда. Нужно обратиться к кладовщикам и оружейникам – всё это будут спрашивать с меня, а не с этих говорунов.»
Сейчас как раз один из них шамкал нечто несусветное в стиле «Я всегда только за – вы только скажите!»

[Шаксесс Келиндор]

@Лаурентэ Эстерхази 

Серо-голубые глаза следят за ней, фигурой властной женщины, что некогда решила возложить на себя неимоверный груз ответственности. Другая, на ее месте, предпочла бы просто сбежать. Избавиться от своих мучителей и укрыться там, где никто и никогда не осмелиться ее коснуться. Где ей не придется принимать тяжелых решений, а душа почувствует свободу. Но это определенно не про его госпожу. Хотел ли он сам однажды оказаться вольным выбирать свою судьбу? А кто сказал, что он в заложниках? И стоит Лаурентэ закончить свою речь, как на губах советника расцветает едва заметная улыбка. Он внутренне смеется. «Без подвохов, ну конечно. Однако вступать не торопится, к чему спешка в подобных делах, тем более желающих высказаться более чем достаточно. Следующим взгляд падает на главу службы безопасности. Как всегда, лаконичен, ничего не скажешь. И вот тут ожидания разорвались со стандартным шаблоном. Более никто из присутствующих врываться со своим в кое-то веки кому-то нужным мнением не заторопился. Кажется, на лице советника даже дрогнул мускул. Интересно, заметил ли эту перемену хоть кто-то?

— Полагаю, — дождался, когда все взоры вновь обратятся к его персоне, — теперь высказаться следует мне, — он тяжело вздыхает, вновь выцепляя письмо из общей картины.

— Первое, что мне не нравится, Король Брогин не указывает титул наследника. Ни "старший сын", ни "избранный советом". Только имя, — притягивает письмо к себе, еще раз глядя в его строки, а затем протягивает госпоже Эстерхази, предлагая лично все перепроверить, — это либо уверенность, либо спешка. А еще меня помимо самого факта нашего присутствия сильно беспокоит размер делегации. Если гномы нестабильны, демонстрация силы ускорит их консолидацию. Если же устойчивы, тогда малочисленная делегация будет выглядеть слабостью, — он отвлекается, вновь переводя взгляд на присутствующих.

— Глава службы безопасности, Ваши подчиненные или коллеги часом не интересовались в последнее время, как там дела у наших низкорослых друзей? Они не приглашали нас десятилетиями, а теперь зовут на коронацию, довольно необычно, — холод серо-голубых снова обращен к его госпоже, он ждет ее реакцию.

[Дайкар Лирелл]

Слушает лорда канцлера. Дайкар, прямо скажем, не считал, что размер делегации действительно значим. Важно ведь, кто там будет. Но Дайкар также считал, что ему не стоит спорить с господами, которые выше по статусу и происхождению. Ну, по крайней мере, если такой необходимости нет.

С другой стороны, огрехи в официальном письме кажутся дельным замечанием. Нужно поговорить с собственными работниками, не обратившими на это внимание. В конце концов, сообщать о подобном - его обязанность. 

Отмолчаться, впрочем, все равно не выходит, потому что Лорд Канцлер обращается к нему. Дайкар не теряется, хоть это и можно посчитать очередным проколом - недостаточной дальновидностью Службы Безопасности. 

- Боюсь, что слишком мало времени прошло с момента получения письма. Там агентура почти не развита. 

Говорит как есть. Не привык юлить. Когда-нибудь это точно сыграет с ним дурную шутку. 

- Разделяю беспокойство Лорда Канцлера. Думаю, что Ее Величеству не следует отправляться туда лично. Персоны высокого ранга будет достаточно. 

Разумеется, кто-то сразу кивает в сторону самого Дайкара, но тут уже есть вполне очевидный ответ, который темный эльф озвучивает сразу же.

- Я могу быть в делегации, но не могу ее возглавлять. Я темный эльф без родословной. Боюсь, что это точно будет не самый красивый жест на языке дипломатии.

Не улыбается и не усмехается. Говорит буднично и... Ну... Обычно.