[Солар Блэквуд]

Климбах, где-то в Тилании,  март 5010

Равендис, Солар Блэквуд

Эпизод является игрой в в  прошлом и закрытдля вступления любых других персонажей. Если в данном эпизоде будут боевые элементы, я предпочту без системы боя.

Сложности археологии в северных владениях могут привести к: блужданию по местности, обморожению и неожиданным встречам.

[Равендис]

Ты никогда не ждёшь ничего необычного в горах, прекрасно понимая, какие опасности могут поджидать тебя на пути. И вроде готовишься, и вроде не первый раз поднимаешься, а всё равно погибаешь. Но как это происходит с теми, кто не первый раз поднимается в ледяные вершины? Как получается, что ты, осмотрительно спускаясь с вершины в течение пятнадцати минут, что требует ловкого маневрирования, всё равно ошибаешься, застреваешь в сугробах, замерзаешь...
Всё потому, что ты не чувствуешь, как высота медленно входит в твоё тело, проползая в кости постепенно, и ты не сразу осознаёшь, что силы вот-вот заканчиваются, воздух станет настолько разреженным для тебя, что это уже не будет иметь значения. И дышать ты будешь привыкать заново. А потом дрожать до полного изнеможения, пока не очнёшься от обжигающего зова.

Равендис давно перестал считать путников, которые сюда случайно забрели. Впрочем, как и дни, проведённые здесь, на вершинах. Новый дом больше не подчинялся времени, а в окружении льда, тишины и ветра даже думалось как-то легче.
Сегодня тишина была глубокой, что подстрекало немного прогуляться по окрестностям, прихватив своего сизокрылого друга и спутника — ворона.
Тот, как всегда, облетал периметр и первым заметил что-то странное в ущелье.

Чуть спустившись, он встал на уступе, где снег не накапливался. Сегодня было холодно даже для него. А потому он достаточно плотно кутался в длинное северное пальто, сшитое из шкур. Капюшон то и дело норовил сорваться с головы, поэтому он его придерживал. Под его ногами поверхность не трескалась, потому что лёд узнавал его, потому что в этих горах он был не гостем, он был, можно сказать, условием.

Каждый раз, когда он находил замерзающее тело, а обычно либо совсем охладевшее, либо при смерти он не торопился приближаться. Слишком многие не теряли необходимости выявить местожительство беглого наследника Тилании, и слишком многие из его семьи пожелали бы ему смерти. А потому всегда был резон опасаться облав и ловушек. Тонкие искажения магии в потоках влаги, скрытые разломы под снегом, ледяные ловушки, которые не видно, пока не станет поздно — он бы не хотел в них попадаться и проверять их жизнеспособность собственным примером. А потому всегда сначала осматривался, прежде чем подойти.
Подождав, пока ворон обследует периметр и убедится, что в округе никого нет, мужчина продолжил спускаться. Снег хрустел под его сапогами, забиваясь комьями под подол пальто. Он почувствовал его раньше, чем увидел. Тепло. Слабое, нестабильное, только тепло это было совсем чужим.
Чуть шелохнувшись неподалёку, он сначала понаблюдал и только потом подошёл совсем близко.
Находка оказалась ещё живой. Прекрасный парень, абсолютно неземной красоты, с заострёнными ушами и бликами золотистых прядей, торчавших из-под шапки.
Простая одежда, больше похожая на лёгкий доспех. При нём он нашёл сумку, но трогать её не стал. Наученный опытом, оставил её тут. Неподалёку был также найден посох, слегка треснувший и больше похожий на посох волшебника. Его Равендис поручил ворону, а сам, водрузив замерзающего парня на плечо, забрал в убежище.

Чужак был уже на грани, но ничего — отогреется.
Ледяных оков в этот раз он не стал создавать, наученный предыдущими опытами. Мало ли, вдруг и у этого несчастного выявится аллергия на лёд. Повторений прецедентов он не хотел. А потому, раздев по пояс, сняв доспех и укутав шкурами, он оградил периметр ледяными стержнями, которые проросли под самые своды глубокой пещеры.

Его собственное убежище, которое пряталось в углублении скалы, имело сеть коридоров, ведущих к выходу, который было невозможно обнаружить снаружи. Только при определённом угле света ледяная кромка давала слабый отблеск, выдавая тонкую линию входа.
Внутри воздух менялся сразу. Нейтральная температура удерживала его чистым. Холод здесь не обжигал, потому каждый, кто сюда входил не мог замёрзнуть просто так. Тихий камин, встроенный и выведенный, почти не давал дыма, но согревал достаточно.
Неровные стены украшали верёвки, на которых висели запасы трав, гроздья сушёных ягод, грибов и фруктов. Под потолком, на ледяных жердях и свитых там гнёздах, ютились и спали птицы.
Пространство казалось уютным. Здесь имелся стол, укрытый пергаментами и книгами, шкуры на креслах и даже какая-то постель в тёмном углублении, скрытая длинным бахромчатым пологом до самого пола.
Незнакомец же был уложен на огромный белый ковёр, шерсть которого была невероятно мягкой, а ворс — длинным и густым. И ковёр этот был такой ширины, что на нём с лёгкостью уместилось бы несколько человек. Помимо камина здесь имелись подсвечники. Но свечи в них не горели.
Равендис зажёг несколько масляных ламп по пещере, дабы получше рассмотреть пленника, зашёл внутрь клетки (стержни раздвинулись, разлетаясь крошкой из кристалов, и заново сошлись за ним), присел рядом, с интересом разглядывая набирающее краску веснушчатое лицо.

— Ты выбрал неправильное место, чтобы заблудиться, — произнёс он и потрогал лоб незнакомца, проверяя, тёплый ли тот, отодвигая волосы с ушей, чтобы получше рассмотреть заострённый их край.
Не человек.
Но тогда кто?

[Солар Блэквуд]

Не любил Солар находится на севере. Больно холодно было для человека, обожающего тепло. Удивительно что он старался не соваться туда без необходимости. А если нужно было, то всегда в очень теплом костюме и со всеми согревающими вещами, которые могли пригодится. Коллеги даже в шутку называли его тепличным цветков за это. И не без оснований, рыжий постоянно мёрз и предпочитал больше смотреть под ноги чтобы не травмироваться. Ну хоть вялости было меньше, если сравнивать с остальными. Хотя била она куда сильнее обычного. Да и не обижался на правду, когда шутили.
Благо что обходилось без проблем с местными несмотря на особенности местности и погоды. Никто никого не трогал и советовался по мере надобности. Ведь кто-то жил в этих землях ещё до Уробороса и мог рассказать множество интересных легенд и сказок, а то и дать наводку по местности. В какой-то момент рыжий увлёкся разгадыванием тайн древности стоя на морозе и сортируя найденные образцы от интуитивно понятного до неизвестного. Ведь назначение некоторых ещё следовало определить. Уж поди разбери для чего использовалась ваза со слабыми остатками магии. Да она была разбита и от содержимого ничего не осталось, если оно было. Изображения конечно были, но, чтобы иметь представление, осколки следовало хотя бы соединить. Из банального археолог думал, что это она использовалась для нагрева. Постоянного или нет вопрос открытый. Уж не одних элементалей можно было встретить в этих местах.
Эти же элементали иногда были проблемы. Или же другие местные, которым не нравились чужаки. Благо не лезли лишний раз с придирками, даром что местами согласовано было. А если и не было, то и не на их территории проводили изыскания. Что всё равно приводило к проблемам. Как в момент, когда группа была занята руинами древних казарм. Во всяком случае они были похожи на них, хотя до подтверждения ещё нужно было продолжать раскопки. А это было очень сложно в условиях мерзлоты. Технологии и магия помогали конечно, но дело всё равно стопорилось. Больно мёрзлая земля попалась. Но когда за дело взялись пара коренных жителей, которым что-то не понравилось стало лишь хуже. Попытки договорится были восприняты в штыки и как-назло началась сильная буря, которая мешала защититься от нападения. По счастью нападающим тоже не сладко пришлось. Но от блуждания по снегу это не спасло, благо хоть-что-то с собой удалось взять. Увы горы не прощали ничего. Даже подобных случайностей. Блэквуд банально заблудился, не зная в какую сторону шагая. Он старался не останавливаться, прекрасно зная, что стоило только сесть - тихо умрёшь от холода. Это если повезёт, некоторые словно сходили с ума и начали раздеваться от жары, словно тело забыло где находится.
Полуэльф не знал сколько ему удалось пройти и сколько это продолжалось, но в какой-то момент тело не выдержало нагрузки. Он упал в снег пытась найти силы двигаться. Тщетные попытки, когда усталость взяла своё. Одна радость - что смерть придёт тихо и рыжему будет уже всё равно. До момента, когда сознание зацепилось о фигуру, спасшую его из морозного плена. Хотя на тот момент это прекрасное ведение показалось ему самим Археем пришедшим за ребёнком. А затем произошел провал в темноту.
Пробуждение было очень медленным. Удивительно ли после такого приключения? Да и усталость никуда не исчезла, перетекая в вялость. Ещё медленнее приходило осознание что он не был в горах. Было в глазах рыжего замешательство и сомнение в том, что тот жив. Но мягкое прикосновение говорило об обратном, как и тепло.
- Где я? - тихо спросил рыжий открыв глаза и увидев перед собой красивого спасителя. Уж появилась такая мысль, если Солар жив был. Не для последующего убийства его же спасли верно? Ведь имелись способы куда проще - всего то оставить в снегах и убедится, что тело не достанется некромантам.