[Антэль]

Элерим, г. Вистер

Антэль, Микаэль

4853 год, июнь

Эпизод является игрой в прошлом и закрыт для вступления любых других персонажей. Если в данном эпизоде будут боевые элементы, я предпочту стандартную систему боя/без системы боя.

Описание:
Среди неона, металла и стекла.. я все равно быстрее!

[Микаэль]

Новый день. Микаэль и Лиа с самого утра сидели в уютном кафе на окраине города, за столиком у окна с видом на старый каменный мост и свежие новостройки за ним. Утреннее солнце пробивалось сквозь стекло, рисуя на столе светлые квадраты. Микаэль заказал себе крепкий кофе и горячий сэндвич, сытный, но компактный: сочный бекон, расплавленный сыр, сочная котлета, пряный соус и свежая зелень. Пока Лиа выбирала, он нетерпеливо постукивал пальцами по столешнице, поглядывая то на часы, то в окно. Как только девушка подтвердила свой заказ, Микаэль с энтузиазмом раскрыл на столе голографическую карту. Та вспыхнула голубым светом, зависла над поверхностью, показывая окрестности в трёхмерном виде: извилистую дорогу, мост, лесополосу, поля и отметки старых построек. Он коснулся экрана, выделяя маршрут, яркую оранжевую линию, идущую от новостроек через парк, вдоль реки и прямо к старому мосту.
— Вот здесь я поеду, — провёл пальцем по трассе Микаэль. — Дорога широкая, но есть пара крутых поворотов у лесополосы и небольшой подъём перед мостом. На спуске можно разогнаться и мне и от ветра тебе.
Карта слегка повернулась, показывая профиль высоты и зоны с разным покрытием.
— Тебе придётся лететь точно над этой дорогой, — продолжил он, поднимая взгляд на Лиа. — Не отклоняйся слишком далеко в стороны: если уйдёшь в лес или над полями — потеряешь попутный поток, да и я тебя не увижу. А нам важно держаться рядом, чтобы честно сравнить скорость и не жульничать.
Микаэль усмехнулся и решил предупредить девушку:
— А я на спуске открою дроссель на полную. Посмотрим, кто кого. Главное: финиш у моста. Там ровная площадка, будет видно, кто первым добрался.
Он свернул карту, та исчезла с лёгким мерцанием. В этот момент официант принёс заказ: ароматный сэндвич дымился на тарелке, рядом стояла чашка чёрного кофе с тонкой струйкой пара. Лиа получила свой заказ.
Микаэль откусил кусок сэндвича, сделал глоток кофе и удовлетворённо выдохнул:
— Идеально. Значит, после завтрака старт. Три километра туда и обратно. Крылья против мотора. Давай так, если ты выиграешь я тебе куплю кое-что очень сладкое и вкусное. Тут это найти крайне сложно. Ну а ты реши, что получу я, если выиграю я. И пока мы едим, может расскажешь какие именно книги тебя интересуют?
Микаэль подмигнул:
— Пусть победит сильнейший.  Или тот, кто лучше знает трассу. Но это мы скоро выясним.
За окном солнце поднималось выше, освещая мост и дорогу, ту самую, по которой им предстояло соревноваться. Воздух был свежим, утро ясным, а впереди ждал заезд, который должен был показать, что быстрее: эльфийские крылья или ревущий мотор.

[Антэль]

Они проснулись достаточно рано, возможно потому что не было защиты от рассветного солнца, а может дракон за ночь подостыл (рептилия все же) и они подмерзли, но в любом случае это были не комары. И не прочая нечисть. Огнедышащий ящер под боком и правда универсальный пугач для всего неразумного. И слава небу, во сне он все же не чихнул! Так что ни пепла на месте авариэль, ни лесного пожара не случилось. Так, окончательно дотлел их костерок, высохла одежда и обнаглело солнце, буквально протоптавшееся по закрытым тонкими веками глазам. Как минимум так было с Антэль, а ширину барьеров дракона та проверять с линейкой не стала. Так, поднялась, крылья от листьев отряхнула да и пошла собирать вещички, пока живность не адаптировалась, не обнаглела и не сперла всё, несмотря на дракона. Позже растолкался Микаэль. В общем, типичное утро на свежем воздухе. Разве что то, что она была не одна выделялось. И что у нее были планы. Также совместные. Хм. Обычно на утро авариэль не оставалась, но тут как бы и ситуация неромантического толка. И любопытно ей..

В кафе девица все же не удержалась. Нет, это был не варварский набег на кухню, скорее на собственный кошелек, но в какой-то момент их столик начал напоминать тележку со сладостями проводницы на поезде в Хогвартс. Качество было такое себе, но зато много. Не факт, что она сможет съесть всё, но охранять будет похлеще чем драконы злато. И лишь огромной силой воли (и присовокупив молочный коктейль), начала Лиа все же с сэндвичей и нормальной еды. Взяла пример с Микаэля, кивнув на вопрос официантки на тему "вам то же самое?" и лишь потом вякнув сакральное "а еще..". К чести блондинки, она сразу сказала, что за все свои хотелки заплатит сама. Однако вытянувшееся личико официантки надо было видеть. Что ж.. не впервой, не впервой..

В общем, карту Антэль изучала уже зажевывая бекон шоколадом (белки, жиры, витамины есть? Есть. На остальное плевать), потому что до получения первых десертов ее мозг работать отказывался. Получив же в свои лапки сахарную бомбу, авариэль будто успокоилась. Все время что-то грызла, правда. И очень недовольно смотрела, если ей пытались "помочь". Хищно так. Между Свитти и ее добычей лучше не стоять. Итак, карта. Крутые повороты и прямые участки. В целом, Антэ не могла не согласиться, что трасса уравнивала их шансы и не выступала явным преимуществом одной из сторон. Иначе говоря, Мик и не поддавался, и не жульничал в свою пользу. Также крылатая была согласна, что если она срежет через лес – это будет несравнимо даже если она проиграет. Они же тут не тактикой меряются, а скоростью, верно? Верно.

- Да, думаю лучше остановимся на этом маршруте, без разворотов на 180 аля водной эстафеты. В конце концов, что мотоцикл, что мои крылья мало приспособлены для подобного дрифта.

Усмехнулась дожевавшая очередной эклер девица. Как говорится, если у вас были сомнения, чем можно купить авариэль, то отбросьте их. Не во всех случаях сработает, но пока что свежие профитроли были идеальным подарком на любой праздник. Правда дарить их было некому. Никто даже не знал даты рождения Антэлиэлли. Зачем? Ведь все равно кочевница каждый раз оказывается в иной точке в этот день. Да и.. семейный это праздник.

- А ты.. я оплачу тебе тюнинг байка на изображение оникса в разрезе. Черного, конечно. Дизайн потом доработаю.

Рассмеялась девица, вовсе не возражающая против чего-то еще сладкого. Особенно учитывая то, что изначально на интерес собиралась.

- О, меня интересуют сказки. Легенды, мифы, иногда биографии, но реже. Еще ключи к языкам. Я знаю несколько, но легенды записаны самыми разными, поэтому я стараюсь разучивать новые. Иногда беру романы разных эпох, но реже. Они так похожи, если вдуматься. Герой или героиня находят в себе необычайные силы и весь сюжет страдают, что их не замечает ровно одна единица противоположного пола и где-то на трех последних страницах они целуются. Фе. Такая интрига и такая банальщина в эпилоге вечно. Но бывают и интересные, да. Однако спрашивать бульварный роман у специалиста описанного тобой – варварство чистой воды. Разве что эпохи первых воин.

Ожидаемое, все сладкое Антэ не осилила. Но девушка не сильно расстроилась и наложила на оставшееся стазис, пополняя тем самым запас эндорфинов в своем пространственном кармане. Следующим полетело бытовое, очистившее ей личико (да, извазюкалась, бывает), манжеты и стол. Лишь после этого Лиаль протянула уже чистую руку парню и с улыбкой ответила.

- Победит сильнейший.

[Микаэль]

Микаэль сидел за столиком, держа в руке чашку кофе, и смотрел, как официант ставит перед Лиа целую выставку сладостей. Его глаза на мгновение расширились. «Серьёзно?» — пронеслось в голове. Он даже поперхнулся, резко отвёл взгляд, прикрыл рот и тихо кашлянул. Внутри вспыхнуло недоумение: «После такого она вообще сможет взлететь? После такого даже грузовик не сдвинется с места, а она... она же должна вот-вот зависнуть над землёй, как перегруженный дирижабль.» Но потом вспомнил: пухлых эльфов он никогда не видел. Ни в книгах, ни в жизни. Ни одного. Даже старые, мудрые старцы и те были стройны, как древние дубы, а не расплывались от избытка пищи. «Возможно, у них метаболизм другой,» — подумал он. «Не просто быстрый. Как будто каждая калория превращается в энергию, в силу крыльев.» И тогда пришло осознание — и с ним — лёгкая, почти незаметная зависть. «Хоть бы мне такой метаболизм...» — пронеслось в голове. — «Съел — и сразу в гонку. Ни тяжести, ни сонливости. Просто — вперёд.» Он посмотрел на неё краем глаза. Она ела с наслаждением, не спеша, с лёгкой улыбкой, будто каждый кусочек — не просто еда, а маленький праздник. Крем остался на уголке губы, но она не спешила стереть его.
Микаэль доел последний кусок сэндвича, медленно допил остатки кофе и поставил чашку на стол. Взгляд его стал собраннее, движения — чёткими. Утро прошло в лёгких словах и десертах, но теперь наступало время действия.
— Пора, — сказал он, вставая и подождав, пока закончит и соберется Лиа.
Они вышли на улицу. Утренний воздух был свеж, с лёгкой прохладой, но солнце уже грело. Микаэль глубоко вдохнул, потянулся, позвоночник хрустнул, мышцы проснулись. Затем он повёл её вдоль узкой улочки, мимо старых заборов и цветущих кустов, к ряду закрытых гаражей на окраине города. Подойдя к одному из боксов, с потёртой дверью, на которой едва угадывался силуэт дракона, он вставил ключ, повернул замок. Дверь скрипнула, медленно поднялась, открывая тёмное, но ухоженное пространство. В центре окружённый коробками и стеллажами на подставке, под чехлом, красовался мотоцикл. Микаэль снял чехол одним резким движением.
Он стоял перед ними: современный, спортивный, мощный, красивый. Обтекаемые линии, чёрный корпус с тонкими серебристыми полосами, колёса с агрессивным протектором, руль, выставленный под углом для скорости. Каждая деталь, от фары до выхлопной системы говорила о том, что это не просто транспорт. Это оружие на асфальте. Машина для движения, для рева, для ветра в шлеме. Было видно: в него вложили душу. Не просто купили и поставили. Его собирали, настраивали, чистили, любили. Много времени, много ночей, много километров в мыслях. Каждый царапинка на баке, история. Каждый отполированный болт, результат долгой работы. Микаэль провёл ладонью по сиденью, проверил давление в шинах, открыл бак, топливо на три четверти. Хорошо. Достаточно для заезда и запаса. Он запустил двигатель. Тот ожил не сразу, сначала лёгкий щелчок, затем вибрация, и наконец глубокий, насыщенный рёв, будто земля под ногами дрогнула. Звук был чистым, мощным, без хрипов, как голос того, кто знает себе цену. Он обернулся к Лиа, стоявшей чуть в стороне, явно чувствующей вибрацию в воздухе.
— Ну? — спросил он. — Нравится?
Он не ждал просто «да» или «нет». Он надеялся, что она поймёт. Поймёт, что это не просто мотоцикл. Это будто его тень на трассе. Его свобода. И он направил мотоцикл к их линии старта.

[Антэль]

Пожалуй, сейчас авариэль как никогда была близка к технической победе по причине смерти соперника. От удивления. Дракон явно офигел от жизни настолько, что чуть с ней не расстался. Помогать ему и хлопать по спинке девушка не стала, решила подождать до синевы. Не случилось. Что ж, тоже неплохо. Пакостливо так усмехнувшись, Свитти отсалютовала оппоненту эклером.

- Считай это моей форой тебе.

Рассмеялась девушка, не зло, но звонко, как дитя. На деле метаболизм у эльфов и правда был шикарный, но объем перевариваемого тяжесть и сонливость все же вызывал. Другое дело, что лично у Антэль были свои фишки, чтобы не волноваться на этот счет в конкретный момент времени. Что до фигуры.. ну тут да, везет по жизни, жировая ткань у ее рода тупо не образуется, все лишнее выводится почками и печенью просто переставая усваиваться. Однако зимой эта же особенность, к примеру, была в ущерб. Запасов нет, обогрева нет.. Благо эльфы всегда были магической расой и Лиаль не мерзла даже на большой высоте. Если не растрачивала резерв, конечно.

Однако все вышеописанное вообще не мешало растяжению желудка и лишнему весу временно пребывающей внутри массы сластей и ощущению визуальной видимости последнего съеденного профитроля в глотке. В общем, из-за стола девчонка слегка пошатываясь вышла, но дово-о-о-о-ольная. Да, до грации умирающей курицы ей еще было далеко, сказывалась врожденная плавность движений, но скажем так, разница между голодной и пребывающей в гликемическом раю Антэ была.

Воздух и правда был чудесный. Буквально излучающая тепло девушка (еще бы, столько энергии хапанула глюкозой) одета была очень легко. Все также открытая спина, только теперь без крыльев, что прикрывали бы ее от ветра, шорты, голые руки и шея, разве что на груди и животе выреза не было. Иначе эта тряпочка, гордо называемая топом, просто не удержалась бы на теле. И вот при таком раскладе эльфийка достаточно благосклонно встречала утреннюю свежесть, мурашась, но лишь больше улыбаясь. Терморегуляция сейчас была скорее внешней.

Вскоре они добрались до гаража. Стоит сразу обозначить, в железках кочевница смыслила мало и ездила на подобном только в роли пассажира. Во-первых, смысла держать собственную (а значит и осваивать сопутствующие навыки) не было смысла из-за постоянной смены места и планет пребывания. Перегонять машину за кучу денег – это бред. Путешествовать на байке, когда есть крылья – тоже. Если же нужно передвигаться по городу, то логичнее брать такси. Однако не разбираться самой не значит не видеть насколько дорого что-то кому-то другому. И крылатая видела. Видела как в очередной раз загорелись глаза. Гордость, драйв, свобода, счастье. Для дракона этот металлический конь явно был чем-то вроде крыльев для самой авариэль. Разве что она со своей ценностью родилась, а он себе ее создал.

Конь был холеный даже на взгляд дилетантки. Может остроухая и не знала что такое дроссель, но видела обтекаемую форму, с любовью крашенные и перекрашенные детали, чуть ли не силуэты рук на руле, никакой ржавчины, ничего выбивающегося из образа. Лиаль понятия не имела какие у него технические параметры, но оценила вложенную душу. От байка даже слегка "фонило" аурой дракона. Настоящее произведение искусства.

- Очень.

Честно призналась Антэлиэль, разглядывая транспорт и даже немного водя над ним рукой, считывая что-то свое, но не касаясь. Это не ее душа, незачем в нее лезть, коль не звали. Вдоволь восхитившись, девушка отошла чуть в сторону. И пока Микаэль готовился к заезду, активировала свое "ухищрение". Слегка зачесалась печать рода на лопатке, а Лиаль стала где-то на несколько лет моложе. Одежда была та же, Лиа специально выбрала ее утром, однако слегка изменились фенечки и загар. Учитывая давно столетний возраст авариэль, годом больше или меньше – разницы особой нет. Просто в тот день эльфийка не объелась и сейчас как бы загрузила резервную версию, убрав и тяжесть, и неловкость, и ленность после пресыщения сахарами. Потом это вернется, но сейчас у них все же соревнование. Бессмысленно давать противнику настолько серьезное преимущество лишь чтобы потом заявлять, что поддавалась. Это должна быть честная борьба. Да и вдруг стошнит, неловко будет.. Ну пожадничала она, пожадничала!

- Ну что, подкинешь до исходной?

Подмигнула девчонка и кивнула на второй шлем в обозримом пространстве. Явно пассажирский. Да и надо же ей попробовать каково это, ехать вторым номером, если она подпишется на ночной заезд. Или там уже речь про машину шла? Блин, она как-то не уточнила. Ну да ладно, времени у них еще вагон.

[Микаэль]

Микаэль внимательно наблюдал, как Лиа разглядывает его мотоцикл, медленно, сосредоточенно, будто считывает не просто линии корпуса, а историю каждой детали. Она водила рукой над поверхностью байка, не касаясь, лишь ощущая исходящее от металла тепло и энергию.
— Можешь коснуться, — мягко сказал Микаэль. — Он не кусается.
Микаэль с гордостью следил за её движениями. Ему было приятно видеть искренний интерес, не просто вежливое восхищение, а настоящее, глубокое любопытство эльфа. Чуть погодя он заметил кое‑что странное: Лиа словно стала чуть моложе. Черты лица смягчились, кожа приобрела едва заметный золотистый оттенок — лёгкий, едва уловимый загар, которого не было ещё минуту назад. В волосах будто прибавилось блеска, а линия плеч стала ещё более изящной, почти невесомой. «Она что, немного... меняется? Жульничает? Жаль я так не могу» — подумал он с лёгкой завистью. Но он ничего не сказал. Не стал задавать вопросов, не стал уточнять, лишь улыбнулся, прощая ей эту прихоть.
Лиа, кивнув на второй шлем попросила:
- Ну что, подкинешь до исходной?
Микаэль кивнул, без слов, с лёгкой улыбкой и протянул ей второй шлем: компактный, тёмно‑синий, с серебристой полосой вдоль кромки.
— Надевай. И закрепи покрепче, — коротко бросил он.
Как девушка его надела он надел свой шлем, чёрный, с зеркальным визором, и сел на уже заведённый мотоцикл. Двигатель урчал ровно, терпеливо, будто знал: сейчас начнётся что‑то интересное. Как только Лиа устроилась позади, он предупредил он, не оборачивался:
— Держись крепче. Поехали.
Мотоцикл плавно тронулся с места, мягко покатился по гравию, выехал на асфальтированную дорогу. Микаэль не спешил: старт был недалеко, гнать на полную не имело смысла. Да и не хотелось раскрывать все козыри заранее, пусть будет сюрприз для соперницы. Он держал среднюю скорость, достаточно, чтобы почувствовать отклик байка, но без резких рывков. Руль чутко реагировал на малейшее движение, подвеска сглаживала мелкие неровности, ветер пока лишь ласково толкал в грудь, а не бил наотмашь. Вдалеке уже виднелся мост, их ориентир, место старта. Микаэль плавно сбросил скорость, свернул к сломанному фонарному столбу. Мотоцикл замер, двигатель перешёл на тихий холостой ход.
— Приехали, — сказал Микаэль, слегка повернув голову.
Микаэль встал у едва видимой меловой полоски, стартовой отметки, почти стёртой предыдущими заездами. Он поставил мотоцикл в исходное положение, слегка наклонил его вперёд, проверяя устойчивость, и бросил взгляд на девушку.
— Старт отсюда, —чётко произнёс Микаэль, глядя на неё. — Ты поднимаешься прямо надо мной, даёшь отсчёт — и мы начинаем. Договорились?

[Антэль]

Получив разрешения, девушка аккуратно погладила железного коня. Тот, конечно, не фыркнул ей в руку, как дикий мустанг, но тоже, кажется, был доволен. От металла, стоявшего в гараже, не шло жара раскаленного солнцем, но он все равно был теплым. Как бок того же дракона. В чем-то они похожи, это точно. В конце концов, даже любимый транспорт выбирается по подобию, если не внешнему так внутреннему.

Заметить разницу эльфийского возраста на сотом году жизни практически невозможно. Но заметить просто разницу в целом реально. Чуть иной загар, чуть иной макияж (если тот вообще был), чуть другая прическа. При всех талантах визажиста (нет, но магия решает эту проблему) и хорошей памяти на детали, Антэль не могла воспроизвести себя точь в точь. Хотя с другой стороны, можно было выбрать, к примеру, временной отрезок сегодняшнего утра, когда все было подобно, однако тут авариэль и правда слегка сжульничала. Пару лет назад она была в просто отменной форме из-за некоторых событий, заставивших ее тренироваться больше обычного.

Однако откровенным надувательством подобные откаты к резервной копии Лиа не считала. Они что изучают? Могут ли крылья обогнать современные скоростные байки. Логичнее всего исследовать это на пике физиологической формы, а не просто от балды. И даже если спросить девушку в лоб – она скорее всего признается. Правда приуменьшит возможности печати, незачем Мику знать детали. Лишь бы за демиурга не принял, объясняться потом, что не божество. Еще прибить в научных целях решит, а она как бы через сто лет не воскреснет. И позже тоже. Вот вообще.

Пассажирский шлем налез хорошо, даже уши не сильно прижало, впрочем, авариэль их предусмотрительно прижала. Дальше было веселее. Попросить попросила, а вот вторым номером на байке не сидела как-то. Хоть крылья не висят, а то все улицы бы подмели и оперение подпортили бы перед соревнованием. Ну что ж, это не должно быть сложно, да? Хотя сказать честно, в столь неподконтрольной ситуации Антэ предпочла бы ехать спереди. Не за рулем, просто чтобы еще и руки по бокам страховали. Но дракон не резиновый, так ехать до ручек не дотянется банально. А там газ, тормоз, вроде.. Что-то точно есть.

Поерзав, Лиаль нашла наиболее неподвижную позицию и остановила бедра на ней. Это оказалось очень близко к водителю, но не впритык, на сидении будто углубление было. Руками авариэль обхватила Мика, сцепив руки где-то в районе солнечного сплетения. Крепко так, стоит задуматься откуда хватка. Впрочем, в живущей в дикой местности хрупкой эльфийке в целом есть много поводов для раздумий. Поплотней прижавшись к дракону, та дала отмашку трогаться. Умом, видимо, раз решилась сесть сзади к гонщику. Благо красоваться тот не стал. Точнее выбрал иное время, но крылатую мало волновали мотивы, только результат. А итогом стало то, что они ни во что не вписались и она не слетела с железного коня. Уже неплохо! Лиа даже сумела немного расслабиться и насладиться поездкой.

Но как и все на свете, кончился и их парный демо заезд. Достаточно быстро, даже ноги затечь не успели с непривычки. Авариэль аккуратно разжала руки и сползла с уже разогревшегося байка, все же тот слегка погладив. Ты уж не совсем меня там в хвосте оставляй, ладно? Не то чтобы эльфийка не верила в свои силы, но в производителей современных моторов она верила чуть больше. Сколько там лошадиных сил? Вот вот, а авариэль не факт, что одного мустанга переупрямит. Разве что пони.. И то, пупок надорвет без магической помощи. Серьезно, вы мускулатуру эльфов видели? Вот вот. У изящества свои налоги.

- Почти. Я стартую со рекламного щита, если ты не против, и как только пролетаю над тобой – мы начали. Все же в отличие от тебя мне сложно набирать скорость с нуля.

Улыбнулась пернатая, материализуя крылья. Сильные в небе, на земле они скорее вели войну с позвоночником и гравитацией. Чуть присев, девушка взмахнула ими и оторвалась от асфальта, поднимая ветер, а заодно и себя на ближайшую возвышенность в виде рекламы нового импланта коммуникатора. И да, да, это была уступка ей, но что делать, если авариэль почти стриж, без разгона свободного падения у нее практически нет шансов еще в самом начале. Лиа же действительно хочется попробовать обогнать, а не просто отчаянно сокращать дистанцию. Встав поудобнее, эльфийка выдохнула и нырнула в пустоту головой вниз, беря разгон и ловя упругий воздушный поток крыльями. Выровнявшаяся тень пролетела над мотоциклом. Гонка началась.

[Микаэль]

Микаэль прогазовал на месте, двигатель отозвался низким, вибрирующим рыком, от которого задрожал асфальт под колёсами. Он чувствовал, как байк дрожит от нетерпения, будто живое существо, готовое сорваться в бег. Парень замер в ожидании, сосредоточившись на точке в небе, там, где вот‑вот должна была пролететь Лиа. Мышцы напряглись, пальцы плотно обхватили рукоятки руля, взгляд был прикован к силуэту в вышине. В груди билось учащённое сердцебиение, смешиваясь с гулом мотора, это был тот самый момент перед стартом, когда время будто замедляется, а все чувства обостряются до предела.
И вот она, Лиа пролетела прямо над ним, её крылья блеснули в солнечных лучах, отбрасывая на асфальт мерцающую тень. В тот же миг Микаэль резко открыл дроссель. Мотоцикл рванул с места с рыком, похожим на звериный рык, колёса чуть пробуксовали, но тут же схватили асфальт, сцепление было идеальным. Он инстинктивно пригнулся, входя в первый поворот: тело само приняло нужную позицию, колени чуть согнулись, вес сместился вбок. Поворот был плавным, но требовал точности, малейшая ошибка могла стоить драгоценных секунд. Микаэль чувствовал байк всем телом: как тот наклоняется, как шины цепляются за покрытие, как подвеска сглаживает мелкие неровности. Бросив быстрый взгляд вверх, он увидел Лиа, она уже набрала скорость. Её крылья мощно и ритмично взмахивали, создавая мощные потоки воздуха. Тело скользило по потоку, как идеально сбалансированный снаряд: ни лишних движений, ни колебаний, только чёткая, отточенная техника полёта. Она летела ровно над дорогой, чуть впереди и выше, умело ловя восходящий поток у склона. Ветер засвистел в ушах, зашумел в шлеме, пытаясь сбить с ритма. Дорога побежала навстречу, тёмная полоса асфальта с белыми разметками, обрамлённая деревьями. Микаэль чуть улыбнулся под шлемом: «Она держит курс. Честная гонка. Как и договаривались».
Выходя на прямую, он прибавил газу. Двигатель взревел, мотоцикл рванул вперёд, набирая скорость. В этот момент Микаэль ощутил то самое состояние потока, когда ты и машина становишься единым целым, когда каждый манёвр предсказуем, а дорога читается наперёд. Он знал эту трассу наизусть: помнил каждую выбоину, каждый изгиб, каждый участок с изменённым покрытием. Впереди виднелся подъём, тот самый участок, где можно было выиграть несколько драгоценных секунд. Здесь требовалась особая тактика: слишком рано сбросить скорость, потеряешь темп, слишком резко войти, рискуешь потерять сцепление. Микаэль заранее сместил вес назад, чуть отпустил газ перед подъёмом, а затем плавно добавил оборотов, мотоцикл послушно рванул вверх, не теряя темпа. Лиа скорее всего, заметив его ускорение, мгновенно отреагировала: чуть изменила угол крыльев, подстраиваясь под изменившийся воздушный поток. Её траектория стала чуть более пологой, скорее всего она использовала восходящий поток, чтобы набрать дополнительную скорость. Крылья работали с удивительной синхронностью, создавая идеальную аэродинамику.
Микаэль и Лиа стремительно приближались к новостройке, группе современных домов с зеркальными фасадами, отражающими небо и облака. Здесь трасса делала разворот: финиш был у моста, а значит, нужно было доехать до крайнего здания, развернуться и помчаться обратно. Микаэль заранее сместил вес, притормозил перед поворотом, не резко, чтобы не сорвать заднее колесо, а плавно, контролируемо. Он знал: на обратном пути дорога идёт под уклон, и можно будет разогнаться ещё сильнее. Мотоцикл послушно вошёл в дугу разворота, шины чуть заскрипели по асфальту, но сцепление осталось идеальным. Микаэль бросил взгляд вверх: Лиа уже корректировала траекторию. Он видел, как она, заметив приближение к точке разворота, слегка замедлила взмахи крыльев, не останавливаясь, а переходя на парение. Она изящно развернулась в воздухе, используя восходящий поток от нагретых солнцем фасадов новостроек. Крылья работали с удивительной точностью: один мощный взмах, и она уже летела в обратном направлении, чуть снижаясь, чтобы вновь поймать попутный ветер. Издалека её траектория напоминала дугу, плавную, выверенную, будто нарисованную по лекалу.
Теперь они двигались обратно, к мосту, где ждал финиш. Дорога шла под уклон, и мотоцикл Микаэля сразу начал набирать скорость. Двигатель взревел, откликаясь на нажатие газа, байк словно ожил, почувствовав, что финишная прямая близка. Микаэль пригнулся ещё ниже, почти лёжа на баке: так сопротивление воздуха уменьшалось, а скорость росла. Он чувствовал, как ветер давит на грудь, как асфальт под колёсами кажется всё более размытым. Лиа летела параллельно трассе, чуть выше и сбоку. Возможно, она тоже использовала рельеф: поймав нисходящий поток воздуха вдоль склона, слегка сложила крылья, позволяя гравитации добавить ускорения. Затем, в момент, когда скорость стала слишком высокой, чуть расправила их, чтобы стабилизировать полёт. Её силуэт мелькал в отражениях стеклянных фасадов, серебристый блеск крыльев, стройная фигура, сосредоточенное лицо. Мост приближался быстро. Его каменные арки вырисовывались всё чётче, перила блестели на солнце, а финишная линия, простая меловая черта на асфальте, уже была отчётливо видна. Микаэль сжал руль крепче: он знал, что сейчас всё зависит от последних секунд. Он ещё раз проверил сцепление, чуть сместил вес вперёд, готовясь к возможному торможению у финиша. Лиа опустилась ниже, почти над самой дорогой, крылья работали чаще, она набирала максимальную скорость для рывка. Её тень скользила по асфальту рядом с тенью мотоцикла, то обгоняя её, то отставая на доли секунды. Ветер свистел в ушах Микаэля, заглушая все остальные звуки. Он видел только дорогу, только финишную черту, только отражение Лиа в зеркальном боку ближайшего здания. В голове билась одна мысль: «Ещё немного. Ещё несколько метров. Кто первым?»
Они приближались одновременно, мотоцикл и летящая девушка. Расстояние до финишной линии сокращалось с каждой секундой: 100 метров, 50, 20... Микаэль чувствовал, как адреналин обжигает вены, как сердце бьётся в такт с рокотом двигателя. Лиа чуть наклонила корпус вперёд, крылья замерли на мгновение, она готовилась к последнему, решающему рывку. Два силуэта: земной и небесный, неслись к финишу бок о бок. Асфальт под колёсами, воздух под крыльями, всё слилось в едином порыве скорости. Ещё миг, и они бы одновременно пересекли черту, почти вровень, почти одновременно, в облаке пыли и взмахе крыльев, под гул мотора и шелест ветра. Но девушка все-таки оказалась быстрее, она победила. Гонка закончилась. Микаэль плавно сбросил скорость, заглушил двигатель и снял шлем и рассмеялся. Волосы взмокли от пота, на губах всё ещё дрожала улыбка, та самая, что появляется после гонки, когда адреналин ещё бежит по венам, а мир кажется ярче. Микаэль посмотрел на неё, потом на финишную черту, ещё раз на девушку, и громко, от души рассмеялся.
— Ты выиграла, — сказал он, и в голосе не было ни капли горечи, только искреннее восхищение: — Честно, быстро, красиво. Признаю поражение. И обещал сладкое, значит, выполняю, — подмигнул Микаэль и протянул руку.

[Антэль]

Гонка может и честная, но выматывающая не по детски. Набравшая на свободном падении и восходящих потоках скорость авариэль буквально рассекала собой пространство. Однако ее голова была куда менее прочной, нежели корпус мотоцикла, поэтому хотя бы частично, но магию использовать пришлось. Не усиливающую и даже не ускоряющую, а защитную. На такой скорости и давление соответствующее, да и если впишется куда, то даже шлема на дурной головушке уже нет, остался у Микаэля. И не факт, что он помог бы. В общем, мухлеж, не мухлеж, а жизнь дороже. На скорости это, правда, сказывалось незначительно, скорее на уверенности в собственной выживаемости, а это прибавляет дури крыльям.

К удаче Лиаль, над трассой образовывалась своеобразная аэродинамическая труба, ведущая ее буквально под белы крылья. И то что маховая поверхность была глубоко зеленой тут роли не играло. Скорость была близка к космической. К сожалению, у байка тоже. Честно отказавшись срезать через лес Лиаль не могла сказать точно, она усложнила или наоборот облегчила себе путь к победе, ведь попутный ветер, образующийся из-за архитектуры трассы, чуть ли не сам нес легкокрылую авариэль вперед. А прямо под ней шумел мотор, выбрасывая очередную порцию сгоревшего топлива через трубу. Или байк был на кристаллах? Антэ как-то не поинтересовалась и не всмотрелась, а сейчас отвлекаться всё равно что капитулировать.

Под крыльями упруго толкался ветер, он же стремился натянуть веки на затылок и если бы не защитные чары, то у него это скорее всего бы вышло. Да, до истребителя что одному, что второй далеко, но и векам, знаете ли, не так уж много надо, а жмуриться нельзя. Нужно видеть куда летишь и просчитывать оптимальный путь. Чуть срезать тут, чуть удобнее перехватить воздушный поток там, чуть повернуть корпус при повороте. А какую мертвую петлю отмочила авариэль! Кто-нибудь снял это, а? Ну хоть кто-нибудь? А что, шансы были, такое зрелище редко бывает. Этнархи слишком гордые петухи, да и силенок у магорас поболее, им бы за самолетами гоняться, а раса авариэль сама по себе не особо многочисленная. Да и прочих крылатых с достаточными скиллами не так уж много. Это кочевницу ее крылья носят лет с десяти, как окрепли, а остальным они зачем на постоянной основе? Так и теряется форма. У Лиа тоже были такие спады, однако она-то могла откатиться к любому временному промежутку, а не только реальные показатели выдавать. Мелочь, а приятно. Жаль, что не навсегда и от той же смерти так не убежишь.

И все же победить, если честно, эльфийка не ожидала. Сложно сказать, поддался ей Мик или нет, но на несколько биений сердца авариэль прибыла раньше. И промчалась над виртуальным финишем, получая столь же воображаемую ленточку в подарок. Скорость сбрасывала медленно, заворачивая петли и круги, потому что приземляться в километре от финиша не хотелось, а сил бороться с резким торможением практически не осталось. Со стороны это, наверное, выглядело как победный танец, но на деле так просто было проще. Воздух тормозил ее сам и где-то через несколько минут пернатая рухнула на землю, приземлившись на подрагивающие от общего мандража ноги. Выносливость выносливостью, а сейчас был спринт, не марафон. Нагрузка распределялась иначе, из-за чего авариэль буквально выдохлась, работая не просто на максимум, а слегка сверх оного.

- Заставил ты меня выложиться, конечно! Но буду честна, победила удача. Мне очень удачно нисходящий поток попался.

Улыбнулась кочевница, не столько протягивая руку, сколько сразу падая в объятия. Ноги не держали, крылья отваливались. От кожи обычно прохладной эльфийки шел жар. Где-то через пару минут, в течение которых Лиа и произносила по частям вышеобозначенную фразу, девушка отстранилась и убрала повисшие шлейфом крылья в пространственный карман. Достаточно отдышавшись и вернувшись в более или менее нейтральное состояние, Антэ вернула реальный облик вместе с весьма реальным перееданием.

- Хорошо, только давай сладкое уже после дневной гонки? Сейчас я еще слишком сыта, – рассмеялась та, беря мужчину под локоток уже прохладной рукой – Что у нас там по плану? Книжный, кажется. Поедем или пойдем?

[Микаэль]

Микаэль, всё ещё улыбаясь, покачал головой и, глядя на Лиа, не без лукавства заметил:
— Если бы гонка была длиннее... ну, скажем, круга на два, твои крылья бы сдались. У всего есть предел сил.
Девушка протянула руку для рукопожатия, выглядело как жест победителя и одновременно знак уважения сопернику. Но стоило ей сделать шаг, как колени чуть подкосились. Микаэль среагировал мгновенно, успел подхватить её за талию, мягко, но крепко, не давая упасть. Он чуть придержал её, пока она не восстановила равновесие, пока дыхание не стало ровным, а взгляд, снова ясным.
— Вот видишь, — тихо, без насмешки, сказал он, — даже крылья устают.
Микаэль кивнул, не отпуская её руку ещё мгновение, потом отпустил, убедившись, что она твёрдо стоит на ногах.
— По расписанию перед гонками, да, книжный магазин, — подтвердил он. — Значит, идём.
Они двинулись обратно, не спеша, без прежней гонки, но с тем особенным чувством, когда ты только что сделал что‑то важное и теперь можешь позволить себе чуть расслабиться. Микаэль шёл рядом с девушкой и катил мотоцикл. Ехать он не хотел, тут и идти не далеко и энергия в нем совсем иссякла, он выжимал из него все, что было. До гаража они добрались быстро. Парень аккуратно закатил байк внутрь, бережно поставил на подставку, накинул чехол, тот лёг на корпус, как привычное одеяло. Потом он на секунду задержался, провёл ладонью по рулю, будто прощаясь до следующего раза, и тихо пробормотал:
— Нужно доработать. В следующий раз я тебя не отпущу вперёд.
Он закрыл гараж, провернул ключ в замке, и звук защёлки прозвучал как финальная точка в конце гонки. От гаражей они направились к жилым и торговым кварталам. Сперва шли по открытой улице, широкой, залитой солнцем, где асфальт ещё хранил утреннее тепло, а витрины магазинов сверкали, будто приглашали заглянуть внутрь. Здесь было шумно: гудели машины, звенели велосипеды, прохожие спешили по делам. Микаэль шёл рядом с Лиа, но взгляд его всё чаще скользил по сторонам, не просто так, а будто он что‑то высматривал. Потом вдруг остановился, чуть нахмурился, огляделся, а затем, не говоря ни слова, взял Лиа за руку, крепко, но бережно, словно хотел увести.
— Тут быстрее, — коротко бросил он, кивнув в сторону узкой улочки между домами. — И тише.
Они свернули с главной дороги и сразу оказались в другом мире. Здесь не было витрин и рекламных огней, только старые кирпичные стены, увитые плющом, тени, падающие под острым углом, и тишина, нарушаемая лишь редким скрипом ставней да далёким лаем собаки. Воздух пах пылью, мокрым камнем и чем‑то неуловимо домашним. Через пару поворотов Микаэль снова остановился, на углу старого дома с облупившейся краской. Он замер, чуть наклонив голову, прислушиваясь к тишине, потом обернулся, внимательно осмотрел улицу, будто выискивая что‑то в тенях. «Показалось», — подумал он, слегка тряхнув головой, чтобы сбросить странное чувство. Ему почудилось, будто за ними кто‑то шёл, не громко, не навязчиво, а так, как ходят те, кто умеет прятаться в тенях. Но сейчас улица была пуста. Только ветер гонял по асфальту сухой лист. Он выдохнул, чуть расслабил плечи и снова повел Лиа за собой. Ещё один поворот, и они вышли к небольшому переулку, почти скрытому от посторонних глаз. И там, в глубине, стоял магазин. Снаружи он выглядел именно так, как Микаэль и описывал: старая деревянная дверь с резным узором, над ней — вывеска, потемневшая от времени, с полустёртыми буквами. А на косяке... да, вот он — тот самый знак: отпечаток когтя, будто кто‑то провёл по дереву острым, могучим когтем и оставил след на века.
— Это он, — тихо сказала она, почти шёпотом, словно боялась спугнуть момент. — Тот самый магазин.
Микаэль кивнул, слегка улыбнулся, не широко, а так, будто радовался не столько тому, что нашёл нужное место, сколько тому, что смог его ей показать. Он потянулся к ручке, но на секунду замер, снова бросив взгляд через плечо. Улица по‑прежнему была пуста. И, решив больше не оглядываться, толкнул дверь. Та открылась с лёгким скрипом, не жалобным, а скорее приветливым, будто магазин давно ждал гостей. Изнутри пахнуло старой бумагой, воском и чем‑то ещё, едва уловимым, как запах далёких дорог и забытых историй. Лиа шагнула внутрь первой, Микаэль вошёл следом, прикрыл за собой дверь, отрезая уличный шум, и на мгновение они оба замерли, давая глазам привыкнуть к полумраку. Полки тянулись вдоль стен, упираясь в потолок, книги стояли плотно, корешками наружу, будто стражи старых тайн. Где‑то в глубине тихо тикали часы, а с потолка свисала одинокая лампа, бросая тёплый круг света на прилавок. Микаэль шагнул к прилавку, где за массивной стойкой из тёмного дуба сидел владелец магазина. Это был седой мужчина с добрыми, чуть прищуренными глазами и бородой, аккуратно уложенной на грудь. На нём висел фартук, испачканный чернилами и пылью, а на носу сидели очки в толстой оправе. Он поднял голову, когда вошёл Микаэль, и его лицо озарилась широкая, приветливая улыбка.
— Микаэль! — голос у него был мягкий, бархатный, как старая бумага. — Рад видеть. И с тобой... — он перевёл взгляд на Лиа, и в его глазах мелькнуло удивление, но не отторжение, а скорее тихое, глубокое узнавание. — Приветствую тебя, дитя ветров.
Микаэль кивнул, слегка наклонив голову в знак уважения, владелец был мудрым человеком и видел многое.
— Добрый день, мастер Элиан. Извините, что зашли без предупреждения.
— Ничего страшного, — махнул рукой старик, поправляя очки. — В такие дни, как сегодня, время не имеет значения.
Микаэль сделал шаг ближе к прилавку, опустив голос до шёпота, хотя в магазине было тихо.
— Мне нужен особый товар. Для неё.
Элиан медленно кивнул, его взгляд стал серьёзнее, но в нём не было ни капли сомнения. Он посмотрел на Лиа, на её лицо, на то, как она стоит рядом с Микаэлем, не прячась, не боясь.
— Понимаю, — тихо сказал старик. — Для неё. Говори дитя, что ты ищешь?

[Антэль]

- Устают, конечно, что-то отвыкла я от спринтов, все больше по марафонским дистанциям.

Пробормотала авариэль, пригревшись даже как-то в чужих руках. Когда о тебе заботятся – это в принципе приятно. Будто на время вся боль и отчаяние мира отступают и "маленькую" авариэль закрывают от невзгод чужие крылья. Однако долго так нежиться не выйдет, либо руки устанут, либо терпение заботливого просядет, а дальше наступят последствия. С высокой вероятностью Ли уронят или оттолкнут. Как минимум потому что шанс поприставать у дракона уже был и он им не воспользовался. Что ж, дело его, пернатой так даже спокойнее. Но нехотя пришлось отстраняться самой. Так выгоднее для гордости.

До магазина было решено отправляться пешком. Уже вернувшаяся в прежнее состояние Антэль не возражала, спокойно шествуя рядом с бывшим соперником на вполне себе крепких ногах. Соперник – это если что про мотоцикл. Однако и намеки Мика на реванш кочевница услышала. Другое дело, что сильно сомневалась, что она второй раз решится на подобное, да и в целом их встреча в будущем не то чтобы гарантирована. Впрочем.. кто знает, кто знает. Жизнь долгая. Хотелось бы ей второй раз доказывать свою офигенность? Скорее нет, чем да, ее победа случайна, а значит реванш с высокой вероятностью будет не в ее пользу. Заведомо проигрывать Антэ не любила.

В ритуал прощания с байком Алли не вмешивалась, все же ей сложно было понять, как можно настолько слиться с вещью. Полезной, красивой, мощной, но вещью. Из-за образа жизни девушка в целом не страдала накопительством. Переезжать легче с рюкзачком, а не пятью фурами хлама. Хотя, если вдуматься, ощущение полета без крыльев авариэль понравилось. Да и назвать хламом сие произведение мотоинженерного искусства язык не поворачивался даже у такого дилетанта как Антэлиэлли. Но это все равно вещь. Даже без собственного разума, коим обладали сильные артефакты. Хотя.. может в него ИИ встроили? Да не похоже.. молчит. И при этом по отпечаткам эмоций на корпусе по нему можно сказать о Мике даже больше чем по самому дракону. Интересный пердюмонокль. Эх, если бы и остальные читались так легко..

К слову о других. В городе не только Микаэль ощутил тревогу. Эльфийке по роду службы приходилось отличать обычное внимание от пристального и чувствовать опасность. И метания байкера девушка также заметила. Так, давайте думать, кто это может быть? Работы авариэль давно не брала и точно не в этом городе, убивать ее саму по себе смысла нет, не Алли выбирает жертв, ее устранение ничего не изменит. Пошлют следующего. Месть? Ну, будь у ее "клиентов" люди настолько дорожившие их жизнями, то до убийства бы не дошло. Цель ордена получить выгоду, а не галочку в челлендже по смертям за отчетный квартал. Просто нечистый на руку люд решил ограбить/убить/еще что по отношению к их парочке? Возможно. Ну или все проще и насолил кому-то дракон, а не Лиа. В любом случае, в магазин они добрались быстрее, чем кому-то из парочки прилетела заточка в печень, решая тем самым философский вопрос в голове кочевницы "по чью душу?".

Магазин выглядел в той же степени неприметно, как и уютно. Среди поросших плющом зданий, меж каменных стен, пышущих влажностью и жизнью (преимущественно бактериальной, но может и жучки-паучки есть), деревянная вывеска и дверь, которые и разглядеть-то сложно. Но внутри.. внутри все буквально располагало найти кресло, сесть в него с чашечкой чая и читать пока не кончится всё время мира. А оно, как послушный питомец, тактично замрет и никуда не будет спешить. Так спокойно.. Будто с плеч сняли груз, что давил и вышло свободно дышать. Улыбка тронула лицо осматривающейся Антэль. И она же померкла, когда к ней обратились. Дитя ветра. Да.. как она могла забыть.. Но знает ли сам владелец лавки о значении Ветра для Лиаль? Может да, может нет. Не важно. Куда важнее поможет ли он узнать это ей самой. Запутались? Ли тоже. В мире было несколько версий легенды о Ветре. И авариэль давно искала первоисточник. Но заходить сразу в лоб не стала. Незачем столь топорно показывать свои слабости сверх пристрастия к сладкому. Оно и так слишком большое.

- Можете называть меня Антэ или Лиаль. И я ищу редкие сказки, легенды, реже биографии. Можно на иных языках, но возможно тогда мне понадобится и ключ к изучению этого языка. Особенно меня интересуют истории времен дикой охоты демиургов, первые два миллениума от воплощения. А еще первая версия легенды о Неприкаянных и Ветре. Давно ее ищу.

[Микаэль]

Мастер Элиан не произнёс ни слова в ответ на вопросы Лиа. Вместо этого он медленно, с достоинством старца, знающего цену времени, погладил свою густую седую бороду, и его пальцы, тонкие и ловкие, застыли на подбородке. В его глазах, скрытых за толстыми линзами очков, читалось не просто понимание, а глубокое, почти мистическое знание того, что именно нужно этой девушке. Он не стал искать книги на полках, как это сделал бы обычный торговец. Вместо этого он плавно, без суеты, вышел из-за массивного дубового прилавка. Его шаги были бесшумными, словно он скользил по полу, а не шёл по нему. Он направился к самой дальней полке, той, что уходила в тень, где книги стояли так плотно, что казалось, они слились в единую стену.
Элиан протянул руку, и его пальцы, словно по нотам, пробежались по корешкам, не касаясь их, а лишь ощущая их вибрацию. Он остановился на одной, самой толстой, покрытой густым слоем пыли, который осел, казалось, за столетия. Он не просто взял её, он словно извлек её из самого времени. Проведя ладонью по обложке, он стряхнул пыль, и на свет явилось название: «История времен дикой охоты демиургов: первые два миллениума от воплощения». Он вернулся к прилавку, положил книгу перед Лиа с такой осторожностью, будто это был хрупкий сосуд с живой водой.
— Это лишь первая половина, — прошептал он, и его голос звучал как шелест страниц. — Вторую часть нужно будет подождать. Если ты готова... я закажу её доставку.
Не дожидаясь ответа, он снова повернулся к полке, но на этот раз к той, что стояла рядом с Микаэлем. Парень уже сидел в старом кожаном кресле, держал книгу в руках и просто листал её, иногда отрываясь от чтения и наблюдал за происходящим, не вмешиваясь.
Элиан достал две книги. Первая была в тёмно-синем переплёте, с тиснением, напоминающим следы крыльев: «Легенда о Неприкаянных и Ветре: первая версия». Вторая, в мягком, почти зелёном переплёте, с иллюстрациями, которые, казалось, двигались при взгляде: «Зеленый клан: альманах биографий». Он подошел к Лиа, и в его улыбке, когда он посмотрел на неё, было что-то пронзительное. Он смотрел на неё так, будто видел не просто девушку с крыльями, а её душу, её путь, её будущее. Он протянул ей книги, и в этот момент его пальцы коснулись её ладони нежно, но с силой, будто передавая невидимую энергию.
— Эта книга тоже тебе нужна, — сказал он, и в его голосе не было сомнений, только уверенность человека, который знает, что это за книги для неё.
Микаэль молча наблюдал за сценой. Его взгляд был спокоен, но внимателен: он ждал, что скажет сама Лиа, нужно ли ей ещё что-то, или они могут уходить. Он не торопил события, давая девушке время осознать всё увиденное и услышанное. Когда мастер Элиан протянул ей книги, Микаэль медленно поднялся. Он не произнёс ни слова, лишь кивнул в знак согласия с выбором старца. Затем он достал из внутреннего кармана куртки специальную золотую монету. Она была не просто монетой, её поверхность сияла мягким, тёплым светом, а на гранях были выгравированы древние символы, знакомые лишь посвящённым. Микаэль подошёл к прилавку и положил монету перед Элианом. Старик посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло уважение. Он не стал пересчитывать монету или спрашивать о её стоимости, он просто кивнул, приняв её как знак доверия и оплаты за услуги, которые невозможно измерить деньгами.
— Спасибо, — тихо сказал Микаэль, и его голос прозвучал как обещание.
Элиан улыбнулся, взял монету и положил её в специальный ящик под прилавком, где, казалось, хранились не только деньги, но и секреты.

[Антэль]

Сказать, что Лиаль удивилась – ничего не сказать. Она ведь не конкретное название говорила, а скорее диапазон интересов, тут же книжка оказалась слово в слово. И напоминала скорее альманах, написанный уже позже, историками. Но судя по виду, тысячелетии так в третьем хотя бы, приемлемо, однако это не совсем то, что она искала. Все же Алли была в поисках древнейших текстов, а не переработанных описаний. Впрочем, кто сказал, что это трагедия? Почитает и чужие отзывы, вдруг за что зацепится глаз и будет искать конкретнее, как ту же легенду о Неприкаянных. Или может найдет более раннюю версию тех, что уже читала. Или позднюю. Это всегда любопытно.

- Неожиданно.

Только и смогла ответить эльфийка, смотря на кожаную обложку. Держала книгу кочевница также трепетно, как и продавец. Если честно, она и третьего миллениума не ожидала, сказала наобум. Это же целое.. сокровище. Пальцы скользили по переплету даже нежнее, нежели недавно по байку. Ожидаемо, ведь этот талмуд её страсть. Глаза кочевницы изображали нечто среднее между изумлением, трепетом и восторгом. Дикая смесь. Небо, сколько это может стоить? А ей хватит "карманных"? Может и хорошо, что тут не всё, а только часть..

- Готова, заказывайте. И раз у вас такие редкости, то можно еще поискать ещё отдельные труды именно первых двух тысячелетий? Желательно и вовсе первого. Коль те не рассыпались за пять тысячелетий.. Сколько времени это примерно займет? Может обменяемся контактами?

А вдруг. Не хотелось думать, насколько разорится, однако не попытаться – это страшный грех в понятии Антэль. Наладить же связь с подобным персонажем будет в принципе полезно. Таких вот торговцев чудесами даже на магическом Архи днем с огнем сыскать сложно. Чтобы просто взял с полки и дословно выдал. Что ж, чуть позже она перепроверит, конечно, вдруг там стеллаж через промт чисто сгенерировал ей книгу. Это и дословное название бы объяснило, кстати.. Вторая легенда уже была узнаваема. С символикой автора, но в этот раз будто с чем-то новым на обложке. Намек на творца? Надо будет потом изучить, где-то она уже видела этот иероглиф. Но вот третья, незапрошенная..

Алли чуть не выронила ни в чем не повинные книги, что уже держала. Отложив предыдущие, авариэль с легкой дрожью, девушка притянула к себе обложкой внутрь новое (в сравнении) издание и замерла. Она не знала, видел ли ее Мик, как и не понимала, есть ли ей для этого дело, но на подобное сокровище кочевница и не надеялась. Что их клан, не такой уж и древний. не особо большой, да еще и вымерший. Ну почти. Однако если это не шутка, то лично для Лиаль эта книга была ценнее двух предыдущих. С сентиментальной точки зрения так точно. Лишь бы не ИИ в стеллаже.. Тут уже перепроверить сложно будет, придется верить тому, что есть.

- C-спасибо.. Вы правы.

И пока Алли отходила от первого шока, Микаэль решил ее добить. За эту живую мечту коллекционера и лично одной авариэль, он отдал золотой. Один. Один! При том, что эльфийка собиралась выложить состояние и продать чью-нибудь почку. Если они вообще кому-то еще нужны в магическом мире, где проще отрастить новую, коль целитель не криворукий. А если криворукий, то и пересадка не поможет, кранты. В общем, вывели Антэль с тремя книгами и глубоким шоком. Она так ничего из себя и не выдавила, лишь пялилась на Мика будто он как минимум чью-то бабку воскресил.

- Не поняла? Ты расплатился лишь одной монетой? Что вообще происходит?

Где-то через минут десять спокойного хода на буксире отмерла девица, сразу закидав байкера вопросами. И сложно было сказать чего в ее голосе опять же было больше, возмущения, недоумения или восхищения.

[Микаэль]

По виду девушки получившую свою книгу «История времен дикой охоты демиургов: первые два миллениума от воплощения» она сильно удивилась и даже сказала, что это очень неожиданно. Микаэль видел, будто её пальцы едва дрожали, не от холода, а от напряжения, от ощущения, что в этих обложках спрятано нечто большее, чем просто страницы и чернила. В её глазах виделось благоговение, ожидание и тихая готовность принять ту тяжесть знаний, которую ей только что доверили. Мастер Элиан, заметив эту реакцию, снова улыбнулся, мягко, без тени насмешки, словно понимал, что сейчас любые слова были бы лишними. Он чуть склонил голову, подтверждая: да, ты чувствуешь правильно.
— Это точная копия подлинника, — произнёс он спокойно, не глядя на девушку, будто обращаясь к самой тишине магазина. — Переписана 2000 лет назад, чтобы не утратить информацию. Можно сказать, она так же ценна. В ней не просто слова — в ней дыхание тех лет. Тот, кто переписывал, слышал эти истории от тех, кто мог видеть всё своими глазами.
Микаэль, всё это время сидевший в кресле, тоже не проронил ни звука. Он не торопил, не тянул к выходу, он понимал: бывают моменты, когда слово важнее шага. И сейчас Лиа должна была услышать этот тихий голос времени. Магазин и правда жил по своим законам. Пылинки кружились в косых лучах света, будто застывая в танце, полки уходили в полумрак, и казалось, что за каждой книгой прячется целая вселенная. Здесь время текло иначе, гуще, медленнее, как густой мёд, который не спешит стекать с ложки. Можно было просидеть среди этих страниц до глубокой ночи, а выйти и услышать от кого-нибудь: «Ты только что забежал на минутку».
Мастер Элиан, услышав её просьбу, на мгновение замер, не как тот, кого застали врасплох, а как хранитель, к которому наконец обратились на нужном языке. Потом он медленно, с достоинством кивнул, и в этом движении было больше признания, чем в любых похвалах. Он не просто услышал её слова, он услышал, что за ними стояло.
— Тяга к истине, вещь редкая, — произнёс он тихо, и голос его звучал так, словно эти слова он берег для особого случая. — И достойная.
Он оперся ладонями о прилавок, будто черпая силу из самой древесины, из тысяч историй, впитавшихся в неё за долгие годы.
— Это возможно, — сказал он уже твёрже, без лишней надежды, но и без равнодушия. — Но требует времени. Такие труды не лежат на виду. Века стирают страницы, огонь и вода забирают кожу переплётов, сырость разъедает чернила. Они могут затеряться, уничтожиться... но информация всё равно остаётся. Обрывками. Кто‑то услышал, запомнил, пересказал. И вот уже легенда живёт там, где погибла книга. Всё требует проверки, сверки, осторожного прикосновения — как к ране, которая только начала затягиваться.
Его взгляд скользнул по полкам, уходящим в полумрак, — туда, где тени лежали густо и неподвижно, будто охраняя спрятанное.
— Но, думаю, такие труды, возможно, и найдутся, — добавил он, чуть склонив голову. — Я буду смотреть. Как соберу хоть что‑то стоящее, попрошу Микаэля сказать вам об этом. Держите связь через него.
Он чуть поморщился, будто само упоминание чужих технологий было для него чем‑то чужеродным, лишним.
— У меня, как видите, здесь нет ваших навороченных технологий, — произнёс он спокойно. — Я личность пожилая, мне такое не нужно. Кому что‑то нужно, сам меня найдёт. Так надёжнее.
Микаэль едва заметно кивнул, без слов, но так, что Элиан понял: он примет эту роль, станет тем самым звеном, через которое пройдёт весть, когда она будет готова. Про свою расу мастер явно умалчивал. Да и на человека он, хоть внешне и был похож, таковым не являлся. В нём чувствовалось, что‑то древнее, не в чертах лица, а в самой манере держаться, в том, как он смотрел на мир: не спеша, будто у него впереди было больше времени, чем у всех остальных. Как только Лиа забрала книги, бережно, будто держала в руках не переплёты и страницы, а что‑то живое, дышащее. Микаэль расплатился единственной монетой и, не дожидаясь лишних слов, мягко повёл девушку к выходу. Она явно шла словно на буксире: будто взгляд рассеянный, мысли, где‑то между строк только что полученных томов, а реальность будто слегка отставала от неё.
Едва они ступили на улицу, воздух ударил свежестью — совсем другой, не густой и тягучей, как в магазине, а живой, городской, наполненный шумом, запахами и движением. Лиа будто очнулась: резко остановилась, сжала книги крепче и повернулась к Микаэлю. В её глазах читался не упрёк, а чистое, острое недоумение.
- Не поняла? Ты расплатился лишь одной монетой? Что вообще происходит? — выдохнула она.
Микаэль улыбнулся, не широко, а так, будто делился тайной, которую давно хранил, но наконец пришло время её раскрыть. Он чуть наклонил голову, огляделся, проверяя, не подслушивает ли кто, и тихо, чтобы слышала только она, произнёс:
— Это не простая монета. Это валюта чёрного рынка. Одна такая стоит очень многого. Получить её трудно, почти невозможно. Но я... достаточно сделал, чтобы её заслужить.
Он не стал вдаваться в подробности, не хотел ворошить прошлое, где за каждую такую монету приходилось платить не только силой, но и спокойствием, а порой и сном. И уж тем более он умолчал о том, что у него есть ещё пара таких же, спрятанных там, где никто не найдёт, на самый крайний случай. Микаэль снова улыбнулся, на этот раз чуть шире, и махнул в сторону улицы, ведущей к месту проведения гонок:
— С делами закончили. Пора туда, где ветер не шепчет, а кричит. Где всё решается не словами, а скоростью и сердцем.

[Антэль]

Одного взгляда было достаточно, чтобы осознать, эти двое понимают друг друга без слов. А еще, что Лиаль была в полном восторге, умиротворении и любви ко всему живому и книгам. Если ее из этого транса не пытаться вытащить, правда, а то покусает. Все же такие периоды счастья у авариэль бывали нечасто. Благо никто не вмешивался и девушка спокойно летала где-то в облаках, лишь изредка возвращаясь к реальности и замечая как нежно поглаживает переплеты. И лишь голос мастера Элиана отлично вписывался в эту гармонию, не вызывая диссонанса. Интересно, кто же он такой?

Услышав комментарий про книгу, Антэль прижала ту еще крепче к себе. Это бесценный дар, коль сказанное правда. И на фоне этого ее расспросы та еще наглость, если вдуматься, но так уж вышло, что со столь изменчивой жизнью в плане мест авариэль привыкла цепляться за любую возможность в местах, что она посещала. А тут.. ей же даже не отказали! То есть возможно, только возможно, в ее руки, наконец, попадут первоисточники! Не просто текст, а души автора и всех прочетших их. Заломы страниц, следы от случайно капнувшего чая, слез, иногда даже крови, мелкие пометки на полях, явно зачитанные страницы.. много чего интересного можно найти. В том числе монограммы авторов, символы, а иногда даже почерк.. Древние книги не всегда печатали. Правда разбирать непечатное словцо было частенько сложно (особенно если на забытых языках) но интересно. А если это еще и ключ к языку.. То вообще экстаз. Однако и износ книг девушка понимала, но ведь есть же чары стазиса, верно? То есть и шансы есть..

- Благодарю, мастер Элиан.

Чуть ли не благоговейно ответила Антэль, где-то краем сознания отмечая, что контакты дракончика надо не забыть взять/выпросить/выбить/по ситуации. Раз уж его видит контактным лицом местное книжное божество, то кто она, чтобы с ним спорить? Что ж, видит небо, пути двух крылатых все же сойдутся еще раз. И это что, ей снова против байка лететь? Вот же.. А впрочем.. почему бы и нет? Победит, успокоится и будут у них мир, дружба, книги. Звучит как план. Да и не будет в этот раз так валиться с крыльев на землю, вот. А то они даже убранные будто фантомно подрагивают. И это сквозь "года"! Так что скорее всего психологически мандраж еще не прошел.

- Хм.. сколько тогда я тебе должна?

Уточнила авариэль, не привыкшая к ухаживаниям и манипуляциям своим полом ради выгоды. Курс местного черного рынка ей был неизвестен и в целом она могла бы его выяснить, но это потребует времени, а тут источник информации и так рядом. К тому же, нужно же ей хотя бы примерно представлять какую сумму копить на запрошенные богатства, которые так и тянуло начать читать. Но рано, еще не все обещания выполнены, а планы закрыты, так что под чары стазиса книги отправились в пространственный карман. Потом. Завтра, может быть.. Больно уж насыщенный день у них планируется сегодня. Но руки и мозг заметно потряхивало в сторону побега в тихое и хорошо освещенное место. Однако сие невежливо даже в глазах того еще социального элемента как Антэль. А ей Микаэль еще минимум как связной нужен. Минимум.

- Поделишься историей как механика занесло на черный рынок?

Усмехнулась вместо побега в читальный зал Лиа, послушно следуя в сторону дневных гонок и улыбаясь. Наверное, сначала они заберут байк. И постепенно драйв, исходящий от дракона, передавался и ушастой, которая начала звонко смеяться, ощущая душевный подъем. Сладкое, книги, развлечения, приятная компания.. день определенно начался неплохо!

[Микаэль]

Услышав о вопросе по оплате книг Микаэль, улыбнулся, глядя на неё, и шагнул ближе, но не слишком, чтобы не спугнуть это хрупкое равновесие.
— Ты мне ничего не должна за эту книгу, — спокойно сказал он, — Считай её призом за победу. Ты её честно заработала, крыльями, ветром и тем, как держала курс.
Он сделал паузу, подбирая слова так, чтобы они легли ровно, без лишнего пафоса, без давления.
— А вот вторая... та, что придёт позже... её цену назовёт сам мастер. Я просто передам её тебе. И если он попросит, что‑то взамен, чего у тебя нет, то мы подумаем, как отдать. Но не сейчас. Сейчас ты победила. И этот трофей — твой по праву.
Микаэль чуть кивнул, принимая и это молчание как ответ. Он не стал ничего добавлять, не стал уговаривать или убеждать — знал, что Лиа из тех, кто переваривает слова не на ходу, а потом, в тишине, когда они укладываются на своё место.
Они шли дальше, и вдруг Лиа тихо, будто боясь спугнуть момент, спросила по поводу его прихода в черный рынок, как он вообще туда попал. Микаэль на мгновение замер, не от нежелания говорить, а словно заново прокручивал в голове тот самый день, когда всё пошло не по плану. Он чуть нахмурился, будто пытался выцедить из памяти не красивую легенду, а голые факты, те самые, что пахли машинным маслом, пылью и ночной сыростью.
— Чисто случайно, — наконец произнёс он, глядя вперёд, на дорогу, которая сейчас вела их не к привычным гаражам, а к большой многоэтажной парковке. — Искал запчасть для авто. Обычную, казалось бы, деталь, но её нигде не было. Ни у официальных поставщиков, ни у перекупов, ни даже на разборках. Дни шли, машина стояла, а без неё... — он чуть пожал плечами, — без неё я будто наполовину не я.
Он помолчал, подбирая слова, чтобы не приукрасить, не сделать из истории приключение, а оставить её такой, какой она была, серой, будничной, но от этого не менее важной.
— Друзья с ночных гонок подсказали, где можно достать. Место было... не из тех, куда заходишь днём с улыбкой. Тёмные переулки, закрытые ворота, люди, которые говорят мало и смотрят много. Но там была та самая запчасть. И не только она. Там было всё, что нужно тому, кто хочет собрать что‑то особенное. То, чего не купишь в обычном магазине.
Микаэль снова помолчал, и в этом молчании Лиа могла почувствовать не пустоту, а тяжесть тех дней, бессонных, наполненных скрежетом металла, запахом горелой проводки и ощущением, что ты балансируешь на грани дозволенного.
— Понемногу я влился в эту работу, — продолжил он чуть тише, будто сам себе не до конца нравился этот путь. — Сначала просто покупал, потом начал разбираться, где что лежит, кто что может достать. А потом... потом собрал свою боевую лошадку. Машину, к которой мы сейчас и идём, на тех гонках мотоциклы не нужны.
Дорога и правда была другой, не той, что вела к тихим гаражам, где всё знакомо и спокойно. Здесь асфальт был жёстче, воздух, гуще от запаха бензина и горячего бетона, а впереди уже виднелась многоэтажная парковка: массивная, угловатая, похожая на крепость, построенную не для красоты, а для дела.
— Там она спит, — сказал Микаэль, чуть ускоряя шаг, будто хотел поскорее показать то, что было для него больше, чем просто машина. — Внизу, на третьем уровне. Там тихо, никто не трогает, и ветер почти не добирается.
Они свернули к въезду, и тени парковки накрыли их, как тяжёлый плащ. Здесь пахло металлом и временем, а тишина была не мирной, а насторожённой, как перед стартом. Микаэль шёл уверенно, зная каждый поворот, каждую ступеньку. Лиа следовала за ним.
Дойдя до машины, Микаэль встал перед ней, и на миг замер, будто сам заново впитывал её облик, привыкая к тому, как она смотрится здесь, в полумраке третьего уровня парковки. Чёрная, с низкой посадкой, она выглядела не просто эффектно, она выглядела опасно. Кузов будто стекал к земле, обтекая воздух, словно вода обтекает камень в быстром потоке. Линии были резкими, но не грубыми, в них чувствовалась выверенность, будто каждый изгиб просчитывали не ради красоты, а ради того, чтобы машина могла выжать из трассы ещё одну долю секунды. Она стояла тихо, но даже в этом молчании ощущалась мощь, как у хищника, который не рычит, потому что знает: ему не нужно. Фары смотрели вперёд, будто прицеливаясь, а тёмное стекло не отражало свет, а поглощало его, делая машину ещё более собранной, почти невидимой в полутьме.
Микаэль провёл ладонью по капоту, не поглаживая, а скорее здороваясь, проверяя, на месте ли всё, как он оставил. Металл был чуть тёплым, будто машина помнила недавний путь и всё ещё хранила в себе отголоски скорости.
— Вот она, — тихо сказал Микаэль, не оборачиваясь к Лиа. — Моя боевая лошадка.
Он не стал сразу объяснять, из каких деталей она собрана, не стал сыпать цифрами и характеристиками. Вместо этого он просто стоял рядом, давая ей время увидеть не просто автомобиль, а историю, собранную по кусочкам: из ночей в полутёмных боксах, из рискованных сделок, из упрямства и веры в то, что можно собрать нечто своё, не по шаблону, а по сердцу.
— Она не про комфорт, — тихо добавил он. — Она про то, чтобы не сдаваться. Про то, чтобы вырывать победу там, где другие уже жмут на тормоз.
Он открыл пассажирскую дверь, с привычным, чуть глухим щелчком, без скрипа, будто механизм был выверен до миллиметра.
— Прошу садить, она не кусается — сказал он, чуть кивнув на пассажирское место. — Или сначала еще немного посмотришь?
Дождавшись, пока Лиа осторожно устроится на сиденье, после чего сел и сам. Сев Микаэль замер на миг, словно сливаясь с машиной, чувствуя её пульс. Потом его пальцы уверенно легли на панель, и он пробудил зверя. Двигатель взревел, не истерично, а мощно, раскатисто, будто отозвался на прикосновение хозяина. Звук прокатился по бетонным стенам парковки, отразился от колонн и ушёл вверх, растворяясь, где‑то под потолком. Микаэль чуть прищурился, прислушиваясь к этому рыку, как музыкант слушает первую ноту, проверяя строй. Он плавно отпустил сцепление, и машина сорвалась с места, не дёргано, а собранно, будто хищник, который долго лежал в засаде и теперь наконец рванул вперёд. Колёса чуть скрипнули по бетону, но тут же нашли сцепление, и они вылетели из полумрака парковки на улицу, где воздух был свежее, а свет ярче. Микаэль вёл умело, спокойно, но без лишней расслабленности. Он чувствовал машину всем телом: знал, на сколько градусов повернуть руль, чтобы войти в поворот без потери скорости, когда чуть сбросить газ, а когда, наоборот, добавить, чтобы инерция сама донесла их до нужной точки. При этом он не нарушал основных правил, не ради осторожности, а ради уважения к дороге: здесь, среди машин и людей, скорость была не вызовом, а мастерством. Город постепенно оставался позади. Дома становились реже, между ними всё чаще мелькали пустыри и заросли, асфальт местами шёл волнами, но машина глотала эти неровности, не теряя хода. А потом дорога выпрямилась, стала длинной, почти бесконечной лентой, уходящей к горизонту. И там, вдалеке, уже можно было разглядеть заброшенный аэропорт: его взлётные полосы, когда‑то ровные и строгие, теперь были изрезаны следами шин, а по краям стояли машины, кто‑то прогревал двигатели, кто‑то проверял крепления, кто‑то просто стоял группами и переговаривался. Народу было много, толпа растекалась по периметру, будто река, вышедшая из берегов. Микаэль бросил короткий взгляд на Лиа.
— Почти на месте, — спокойно сказал он, чуть снижая скорость перед плавным последним поворотом. Машина уверенно шла, разрезая ветер, и заброшенный аэропорт становился всё ближе, не просто местом, а точкой, где сходятся дороги, скорости и судьбы.