Анкета Ньярл’О’-х-’И’теп

Ньярло · 18-10-2026, 13:03:18

1. Имя и фамилия персонажа
Ньярл'О'-х-'И'теп (а также просто Ньярло, Ньярлохотеп, Ньярлототеп, Ньярлахирет или же Ньярлофэрро) – «Спиральное Сердце», «Крадущийся/Полузчий Хаос», «Многоликий», «Падший», «Червь», «Самайн/Самхейн» и множество прочих, не самых лестных и в принципе оскорбительных прозвищ. «Отец Мерзости»/«Отец», «Бог Плоти» - так его именуют члены ордена.
Отпрыск демиургов Энтропия и Энигмы.
Имена, наиболее часто используемых ипостасей:
Габриэль Напьер — владелец сети приютов «Звёздный Сад» и собственной фармацевтической компании, а также Вирмвуд «Вирм» Маджере — наёмник-хтоник

2. Раса и год рождения
Демиург-хтоник (Третье поколение)
Эволюция, удовольствие, хаос, познание/мудрость, воинственность.
Возраст: 3.5 тычяч лет.

3. Место проживания, род занятий и состоятельность
Не имеет определённого места проживания. Одним из основных служит личная, космическая станция под названием «Каркоза», что по совместительству является главенствующим храмом его Ордена. И Климбах, куда он то и дело наведывается в образе Вирма.
Занимается одновременно законными и незаконными родами деятельности – продажей/созданием наркотиков и медикаментов. Владелец сети приютов «Звёздный Сад» и целого множества борделей.
Весьма состоятельная личность, располагающая обширным капиталом и недвижимостью.

4. Цвет магической энергии и ориентация
Сочетание чёрного, как смоль и сияющего фиолетового – в клубах мрака пульсирует, распускается, словно цветок фиолетовая сердцевина.
В зависимости от настроения, способен испытывать влечение к абсолютно любому существу/сущности. Пансексуал.

5. Биография

Содержание

- Ньярлототеп – демиург 3-го поколения, порождённый союзом Энтропия и Энигмы. С момента рождения или же создания – смотря с какой точки зрения рассуждать – не мог в полной мере принять какую-либо одну, конкретную форму. Любой порыв фантазии становился толчком к метаморфозам юного бога. Потребовалось немало времени, а также соответствующего наставления, дабы демиург начал принимать относительно человекоподобные образы. Подобное «непостоянство» также сказывалось на разуме Ньярло – лишь обратившись в гуманоидное существо, он, в конце концов, осознал себя, как мыслящее и более возвышенное существо.
В районе 20 лет он пробыл в ордене одного из своих родителей – Энигмы. Впрочем, у него практически не сохранилось целостных воспоминаний о том времени, отчасти благодаря своей нестабильной природе. Лишь необычайное чувство почтения и трепетного восхищения на грани с раболепной, но безответной любовью навечно запечатлелось на подкорке его подсознания. А также благоговейный страх пред существами настолько могущественными, что по сравнению с ними Ньярло ощущал себя незначительным насекомым. Уже тогда в нём начало зарождаться это щемящее чувство неполноценности и никчёмности. А вместе с ним и жажда возвыситься. Измениться, быть может, переродиться в нечто столь же восхитительное, как и его родители.

- В последствии, при весьма туманных обстоятельствах, был похищен одним из воинственно-настроенных демиургов по имени Вортигерн. То был чётко спланированный акт мести за родню – судя по всему, во время Дикой Охоты Энтропий поглотил его сына. Погружённый в абсурдные заблуждения, наивный божок даже не подозревал, что для Хаотичного бога, Ньярло был не более, чем экспериментом и банальным подопотным, но никак не любимым отпрыском. Именно по этой же причине он смог привести изначально провальный план в действие, не будучи уничтоженным, в глупости своей полагая, словно Шоггот начнёт сокрушаться и страдать от потери сына.
По итогу, поскольку на полноценную конфронтацию рассчитывать не приходилось, Ворт решил в отместку лишить демиурга Хаоса уже его собственного дитя, а после скрыться во мраке неизвестности.
Само собой, похититель намеревался, в конечном счете, поглотить и Ньярлототепа, но лишь после того, как воспользуется им в полной мере, а именно – в качестве послушного и преданного цепного пса. На тот момент, всё ещё бушевала Дикая Охота, и Вортигерну была необходима достойная поддержка. Кто же, как не собственный сын мог послужить в этом деле отличным подспорьем? Да, Ворт намеревался усыновить Ньярло, вырастив из него личное орудие. И поначалу, у него неплохо получалось.

- Последующие воспитание и тренировки нельзя было назвать гуманными. Приёмный отец нисколько не скрывал собственного пренебрежения своим «никчёмным» сынком, явно высмеивая и упрекая в слабости. Более того, он постарался внушить ему мысль, словно прежние родители попросту отказались от столь неполноценного отпрыска. В противном случае, они бы не позволили так легко похитить его прямиком у себя из-под носа. Лишь ему одному он был нужен и никому более.
Разумеется, изредка кнут нет-нет, да сменялся на пряник. Приёмный отец вливал в него все необходимые знания, учил коварству и неистовству в бою. Передавал весь накопленный им опыт, а также знакомил с основами ведения войн и закулисных интриг. Сам по себе орден Вортигерна уж очень наглядно демонстрировал увлечения своего демиурга и был буквально переполнен воинственными культистами, что привыкли любую свою проблему решать при помощи насилия и доминации. Не сказать, что Ньярло разделял идеологию приёмного отца, однако на тот момент им двигало желание развиваться, восполнить ту брешь, ту дыру в собственном сердце. Пожирая себе подобных.

- Не без поддержки Ворта, Ньярлототеп постепенно сплотил вокруг себя если не единомышленников, то всецело преданных ему личностей. Отчасти благодаря силе, отчасти благодаря харизме. В своём раболепии, они следовали за своим ненасытным Богом, что было Ньярло только на руку, пускай себя он таковым не считал, закрывая глаза на собственные недостатки. Миновало не одно столетие. За столь, пусть и недолгий срок для демиурга, он успел не раз прославиться средь иных, смертных рас. Но никак божество, покровительствующее, скажем Войне, подобно своему опекуну. А как многоликое чудище, живущие в тени своего хозяина.
Ньярлототеп не раз доказывал свою преданность, спасая Ворта от многочисленных покушений или же преподнося на блюдичке головы поверженных врагов. Чем в итоге окончательно усыпил бдительность. Неудивительно, что в процессе Вортигерн начал привязываться к приёмному сыну. Что было его главной ошибкой. Глупец позабыл, через что пришлось пройти его цепному пёсику. В конечном итоге, та бесконечная боль, презрение и терзания сомнениями сыграли свою роль - за ширмой преданности зарождалось безумие. Бурный коктейль из ярости, глубоко комплекса неполноценностей и агонии. Лишь благодаря стальной силе воли - закалённой годами унижений – ему практически удалось сокрыть от посторонних глаз свою искалеченную, разбитую и извращённую натуру. Разве, что в обликах то и дело просматривались искажённые черты и образы, несвойственные представителям какой-либо одной, конкретной расы. Разнообразнейшие цвета кожи, чудные узоры на той, множество конечностей... но более всего в глаза бросалась не то дыра в груди, не то что-то ещё. Чёрное, словное бы бездонная яма, за характерный узор коей члены ордена начали называть его «Спиральным Сердцем».

- Последней каплей в переполненной дёгтем чаше терпения, стал весьма душещипательный момент, трагедию которого Ньярло осознал лишь годами позже. За годы Дикой Охоты, демиург не редко отправлялся в странствия по мирам, познавая себя и окружающую действительность. Вдали от Вортигерна, он умудрился открыть в себе не один десяток разнообразнейших граней. Им двигало любопытство, желание познать не только природу, но и существ вокруг себя. Особенно рьяно он увлекался исследованием дархатов и ардэнтов, пускай и других существ вниманием он также не обделял. Чудовищные, хищные. Воистину – прекрасные существа.
Тогда же он познакомился с ещё одним демиургом. На сей раз, абсолютно мирным и не желающим сражаться. Очаровательная и хрупкая, словно бы явившаяся к Ньярло из самых глубоких его грёз. Её свет и тепло исцеляли, разгоняя пучины мрака в его душе. В миг их первой встречи, он влюбился в неё до беспамятства. Девица же отвечала ему искренней взаимностью. Молодые божества подсознательно тянулись друг к другу, как это обычно и бывает с противоположностями. Вполне вероятно, Селена – так её звали – стала бы той самой панацей для израненного сердца Ньярло, если бы не одно «но»...
Даже несмотря на те недолгие, но волшебные годы, прожитые вместе, Ньярло не мог удержать в узде свою истинную натуру. А Селена же, зная, что этот момент настанет, не стала сопротивляться, покуда возлюбленный, словно омерзительный монстр, коим он и являлся, не поглотил её без остатка. Но жертва богини не была напрасной, ибо вместе с её сущностью, Ньярлототеп пожрал и тягу к удовольствию.

- К концу Дикой Охоты, «Крадущийся Хаос» как и его, изрядно разросшийся орден преобразился, сменив амплуа дикого зверя на более изящную... абоминацию. Преисполненный желаниями и страстями, Ньярло словно незримая порча осквернял всё вокруг себя, пусть и делал это в довольно аккуратной манере. Желание преобразиться никуда не делось, пусть и приобрело достаточно гротескные черты. Ко всему прочему, к нему прибавилось жажда наслаждения и порой весьма нестандартного. И всем этим он стремился поделиться со своими последователями. Со своей новой «семьёй», понятие о которой в представлении Ньярлототепа также можно было назвать «аморальным». Его любовь явно не каждому бы пришлась по вкусу, как и увлечения в целом.
Само собой, столь порочная деятельность ордена оставалась скрытной, ибо являлась не совсем законной. Прибегая к приобретённой хитрости и знаниям за время своей прошлой жизни, демиург успешно распространял свою философию и идеи лишь меж теми, кому те могли прийтись по душе. Среди оных не редко находились достаточно состоятельные люди, а также те, кто обладал весьма живым умом и познаниями в самых разнообразнейших науках.
Поскольку продолжительность жизни божества практически ничем не ограничена, Ньярло не составило особого труда обзавестись уймой связей. Как законных, так и связанных с криминалом. Орден его сам по себе не высвечивается, скрывая истинную деятельность за множеством иных, куда более приемлемых. За счёт бурного продвижения науки, особенно отличилась его фармакологическая компания, предоставляющая не только лекарства во всех уголки Аркхейма. Созданием психотропов они также занимались, в основном, правда для личного пользования.
Про своего приёмного отца Ньярло не забыл, жалея, что не успел уничтожить его за времена Дикой Охоты. Что, в общем-то, не помешало ему за столетия сперва тайно развратить и распустить орден Вортигерна, а затем, втайне от прочих демиургов, что не одобрили бы уже запретный ныне «каннибализм», поглотить Ворта, свершив свою месть.

- За тысячи лет жизни принимал целую массу самых разношёрстных личин всевозможных представителей рас. В бесчисленных поселениях и планетах, Ньярло известен под тысячи и тысячами имён, кои, однако, никак не ассоциируются с самим Ньярлототепом, пусть подозрения всегда витали вокруг его персоны. Вслед за «Крадущимся Хаосом» всегда рука об руку шествуют удовольствие и различные, тёмные делишки. Преимущественно без убийств и обширной огласки, иначе с ним бы давным-давно разобрались власти, к деятельности которой Ньярло относится с особым трепетом.
Его орден – «Вечерняя звезда» - имеет репутацию просвещённого места, где люди науки стремятся познать суть самой жизни. Опыты с генетикой, создание и импорт лекарств. Казалось бы, всё в пределах разумного. Им же принадлежит сеть детских домой «Космический сад», чьи воспитанники впоследствии, нередко становятся членами ордена. Только вот за ширмой благополучия скрываются незаконные опыты, создание разнообразнейших мутантов и чудищ, а также всевозможная похоть и блуд. В детских же домах набираются материалы для исследований или же потенциально полезные делу ордена воспитанники.
Венцом деятельности ордена же стало создание подконтрольного супероргани на грибковой основе. Годы, если не сотни трудов сотен тысяч учёных. Существо находится на главной космической станции ордена, и напоминает собою встречаемые в Аркхейме мегамицелии. В отличие от оных, данное существо не заражает всё подряд грибком, но служит поставщиком биоматериала. Для, якобы, искусственного ускорение эволюции разумных существ, правда, в результате практически всегда получаются гротескные мутанты.
Как ни посмотри, но станция «Вечерней звезды» под названием «Каркоза» - фабрика по созданию монстров и рассадник разврата. Однако всё это держится в строжайшей тайне и не выносится за порог, в противном случае их бы давно стёрли с лица Аркхейма.

- На время конфликта с хтонами, Ньярлототеп изначально выступил на стороне жителей Аркхейма, скрывая свои истинные намерения. Ему настолько пришлись по вкусу эти чудовища, что он начал изучать и их, бросив на это немалые силы своего ордена. Вишенкой на торте стало добровольное «жертвоприношение» одному из этих существ. Наблюдая за тем, как некоторые из пострадавших от рук хтонов преображаются в совершенно иных существ, Ньярло увидел шанс на столь желанное им «преображение». И поскольку демиург уже давным-давно поехал кукухой, последующие события были вполне ожидаемы.
Не иначе, как чудом, но демиург выживает, сливаясь с потусторонним существом. И без проблем подавляет хтона в себе, держа уверенный контроль. Более того, он даже успел спеться с возникшим в разуме симбионтом. Было в нём уж что-то родное ему по духу. Первые года провёл скрытно, дабы последствия трансформации не были замечены ненужными свидетелями. Окончательно скрыв ауру хтона и без особого труда обучившись новоприобретённым возможностями, самолично вышел в свет для получения клейма. Дабы его, в противном случае, не прикончили чуть что. Также активно сотрудничает с организациями, приветствующих хтоников в своих кругах.

6. Образ

Ньярл'О'-х-'И'теп

Бугимен прямиком из ваших кошмаров. Тень божества, казалось бы, не имеющая с остальными демиургами ничего общего. Даже аура его, чуждая простым обывателям, несёт в себе следы неестественного и глубинного искажения.

Данный образ закрепился за Ньярло ещё во времена Дикой Охоты. В поисках постоянного облика, наиболее комфортного его хаотичной природе, демиург пришёл к нескольким, определённым элементам внешнего вида, являющихся константам, а именно – кожа его всегда цвета оникса, в наличии маска – полностью или частично скрывающее лицо – и одеяние с капюшом, наброшенным на голову. Обычно укутывается в разнообразные плащи или примеряет более строгие наряды. Как правило – тёмных оттенков. Не чурается золотых украшений, ярый ценитель драгоценных камней.

Все прочие параметры и детали внешности столь же непостоянны, как и настроение Ньярло. Частенько он предстаёт рослым мужчиной-гуманоидом с жилистой комплекцией, нахальной ухмылкой и шестью желтыми глазами, проглядывающимися в прорезах маски. Впрочем, ему ничего не стоит, скажем, обратиться женоподобным нечто с роскошной фигурой или обзавестись рельефными мышцами атлета. Разжиреть прямо на глазах, отрастить ветвистые рога, омолодиться до уровня десятилетнего мальчишки, заиметь пару другую когтистых рук и ног, язык свой трансформировать в «живую» змею или осьминожьи щупальца и т.д. и т.п. Словом, демиург ограничен лишь своей больной фантазией, кою не чурается демонстрировать, если того не требует момент. Имеет дурную привычку воровать облики окружающих, особенно членов своего ордена, шпионя за теми и выведывая их самые потаённые секретики. А то и что похуже вытворяя.

При первом рассмотрении производит впечатление трикстера-гедониста и в целом достаточного скользкого типа. Само собой, львиную долю своего искажённого естества старается скрывать при новых знакомствах, дабы не спугнуть потенциального друга... или же жертву. В представлении Ньярло, данные понятия являются синонимами. Манипулятор и плут, прекрасно осознающий свою гнилую натуру и безумие. Более того, искренне уверен в абсолютной власти над собственным помешательством, что само по себе абсурдно. Развратен и любвеобилен. Стремится к наслаждению, кое находит не только лишь в плотских утехах – ему одинаково близки, скажем, как экстаз от боевого азарта, так и искренняя радость от удачного, научного эксперимента.

Обильный комплекс неполноценностей умело скрывает за ширмой напускной уверенности и озорства, но беспощадную критику переживает с особым трудом. Вполне может впасть в ярость, если зацепить за живое, надо только хорошенько постараться. Превозносит собственных родителей, считая их истинными божествами. Всех прочих демиургов первого и второго поколения считает не менее важной роднёй, ближайший аналог – дяди и тёти. Их же потомков признаёт кузенами, кузинами и т.д. и т.п. Испытывает стойкий страх и трепет пред лицом старших божеств, страшась того момента, когда о его чувствах узнают, поскольку боится быть отвергнутым.

Не приемлет бессмысленных убийств ради самого убийства, но более, чем лоялен к целому обилию жертв, возникающих в процессе экспериментов ордена, а также, например, во время многочисленных ритуалов и оргий. Нельзя отнимать жизнь живого существа просто так – в этом должна быть более глубокая, сакральная цель, прямая выгода. Скажем, удовольствие. Лелеет надежду ускорить эволюцию всех живых существ путём искажения – в том числе и себя – и посему уже давным-давно прибегает к весьма аморальным заигрываниям с генетикой. Ради своих целей и наращивания мощи ордена, собирает вокруг себя не только законченных гедонистов, но и гениальнейших людей, сведущих в самых разнообразных сферах, в том числе и науки. Особо тяготеет к хтонам и всем, что с ними связано.

Орден свой считает личной «семьёй», самых приближённых и вовсе «детьми». Во всех, даже самых порочных интерпретациях. К своим же родным детям у него особое отношение, к каждому своё.

Поглощённые демиурги

Слева направо:

1. Майер'Линг – демиург азарта и интриг. Их противостояние Ньярло запомнилось особенно сильно, настолько увлекательным и изощрённым оно было. «Ползучему Хаосу» всерьёз кажется, что Майер нарочно позволил себя поглотить, дабы уже изнутри влиять на него. Выступает в качестве одной из побочных псевдо-личин. Отвечает за озорство и большую часть шалостей.

2. Селена – демиург удовольствия и любви. Первая и, пожалуй, единственная любовь Ньярлототепа. В его собственных, искажённых воспоминаниях, богиня добровольно пожертвовала собой, отдавшись на съедение. Не из-за корысти, а чистейшего вожделения и страсти. Отвечает за наиболее трепетные и нежные чувства.

3. Вортигерн, Лже-Отец – демиург войны и конфликтов. Именно он выкрал Ньярло из-под носа его истинных родителей, с целью в дальнейшем использовать против них же. Испытывает к нему презрение и гнев, вместе с этим признавая, что не стал бы без Ворта тем, кем является сейчас. Личина-паразит. Вортигерн словно бы до сих пор жив и пытается вырваться наружу. Груб и жесток, не приемлет слабость. Дела привык решать исключительно силой.
Не единственные поглощённые демиурги, но именно эта троица въелась в память «Ползучего Хаоса» более всего.

Хтоник

По особым причинам, изложеным ниже, данное воплощение Ньярло искренне считает своей, что называется, «финальной формой». Ибо с оным приходит то, к чему демиург так долго стремился - завершённость, целостность.

Из-за психической неустойчивости носителя, зов хтона-симбионта обычно теряется за гулом внутренних голосов демиурга, лишь изредка прорываясь, например в моменты бодрствования «Вирмвуда». Однако, стоит Ползучему Хаоса целенаправленно воззвать к своей хтонической ипостаси, как весь этот сонм ментальных гомункулов затихает. И на смену ему приходит ласковый, почти любовный шёпот вполне реального чудовища, таящегося глубоко внутри.

Отношения меж хтоном и его хозяином мало, с чем можно сравнить, так как те куда глубже, нежели у большинства хтоников. По сути, Ньярло считает симбионта прямым продолжением себя. Несмотря на собственный возраст и удивительную разумность, данный хтон не имел собственного имени. Безыменный, Пустой, Никто. Но с приходом чернокожего демиурга, он наконец обрёл имя. Всегда были и всегда будем лишь «мы» - Ньярлототеп.

Оба на уровне инстинктов тянулись друг к другу, испытывая дикую потребность в слиянии. Принимая образ хтоника, Ньярло как бы становится полноценным. Страхи, тревоги, даже въевшееся в его разум безумие отступают на второй план. Именно в моменты их единения, демиург начинает чувствовать себя тем, чем всегда мечтал стать – истинным божеством, подобным его родителям.

Внешний облик претерпевает разительные метаморфозы, принимая совершенно новые черты. Цвет кожи с чёрного меняется на смуглый, плавно переходящий в бордовый. В моменты перепадов настроения, невольно сменяется кроваво-алым. Аналогичный цвет при смене формы принимает и радужка глаз. Белок наливается чернотой лишь при проявлении особо ярких эмоций, таких как гнев или страсть.

Ростом «хтонический» Ньярло превышает все прочие ипостаси – чуть больше трёх метров. Мышцы наливаются мощью, отрастает грива белоснежных волос, ниспадающей до самых бёдер, что накрывает собою плечи и спину подобно плащу. Из области чуть выше лба вырываются «демонические рог», отрастают когти, рот заполоняют острые, как бритва клыки. По телу расползаются многочисленные узоры и символы. В качестве завершающего штриха, за спиной возникают угольно-чёрные пернатые крылья, а из копчика прорастает тонкий и гибкий хвост, оканчивающийся характерной стрелкой.

Габриэль Напьер

Полная противоположность «истинному» образу Ньярло. Буквально другой человек, иная индивидуальность. По заверению самого демиурга – личина Габриэля есть не притворство и умелая, актёрская игра, а попросту одна из граней его расколотого «эго».

Перед нами мужчина средних лет весьма крупного телосложения. Запоминающаяся комплекция, широкие плечи и рельефные мышцы могли бы привнести в его образ долю внушительности, если бы не были сокрыты за строгими, плотными одеяниями, несколько скрадывающими истинные габариты. Образ дополняют зелёные круглые очки без дужек, хорошо закрывающие глаза, броский пятнистый галстук и стильные тёмные подтяжки. По части обуви отдаёт предпочтение коричневым, кожаным туфлям.

Весь образ Габриэля пропитан сдержанностью и рассудительностью. Бизнесмен с большой буквы, строго относящийся к своей работе, подчинённым и в особенности — к себе самому, из-за чего может показаться чересчур серьёзным, а также несколько равнодушным и отчуждённым. Мог бы сойти за законченного трудоголика, если бы не умел строго разграничивать свои служебные обязанности и личные отношения. Как говорится — делу время, потехе час. Покуда работа кипит, он не даст слабины, не покажет и толики лишних эмоций, мешающих успешному выполнению задач. Суровый начальник, которого, тем не менее, уважают за внутренний стержень, деловой подход и справедливость абсолютно ко всем. Что забавно, таковым Напьер остаётся на каждой из своих работ — законной и связанной с теневым бизнесом.

Да, Габриэль заправляет абсолютно всеми бизнесами, находящимися в распоряжении Ньярло. Он — его публичное лицо, всегда на виду. Именно Напьер заключает деловые контракты, заводит полезные знакомства и держит руку на пульсе всего предпринимательства. «Ползучий Хаос» на полном серьёзе считает этого великана в деловом костюмчике своей второй личиной, наравне с проблемным Маджере. Просто послушной и подконтрольной. Кто знает, возможно, так оно и есть.

В любом случае там, где за дело берётся Габриэль, на смену хаотичности и безумию приходят порядок и стабильность. Однако не стоит заблуждаться и думать, будто у этого сурового красавца в очках нет своих «скелетов в шкафу». Ещё как есть, просто он умеет их прятать.

Ничто человеческое Габриэлю не чуждо, особенно когда рабочий день подходит к концу. Это изредка проявляется в более близких, нерабочих отношениях, где он привык доминировать во всех смыслах. И всё же порой Габриэль способен на удивительную заботу и ласку, пускай и в самых сдержанных тонах.

Будучи владельцем сети приютов, испытывает некое подобие отцовской привязанности ко всем своим воспитанникам. Для них он – заботливый и любящий отец, чьим визитам воспитанники всегда рады. Но не всё так просто. И у Габриэля предостаточно своих «скелетов в шкафу».

Вирмвуд «Вирм» Маджере

Изначально «Вирмвуд» создавался исключительно ради развлечения. Ньярло находил возможность спуститься на один уровень со смертными крайне... будоражащей. Ему не впервой было прикидываться человеком, но тогда это было необходимо ради достижения определённых целей. Сейчас же, Ньярло собственноручно обрезал собственные крылья, целенаправленно накладывая на себя ограничения.

«Бывалый наёмник с протезом заместо правой руки, весь испещрённый шрамами. За свой короткий век он многое в этой жизни повидал, и пусть вас не смущает его моложавый видок – одним лишь своим острым и хищным взглядом, Вирм пресекает любые сомнения. Малость уставший от жизни, но несломленный, в свободное от работы время он проводит за выпивкой или смиренном одиночестве, наедине с самим собой и внутренними демонами».

В общем, Ньярло нравился этот образ, покуда тот не стал жить собственной жизнью. Вполне вероятно, здесь сыграло множество факторов. Безумие демиурга, его расколотая личина и, как вишенка на торте – становление хтоником. Вирм словно бы... обрёл самосознание. У Ньярло язык не повернётся назвать сие раздвоением личности, но, быть может, он лишь боится признаться в том, что утратил контроль.

Маджере не осознает своей истинной природы. Да, по сути, это всё тот же первородный, но в периоды собственного бодрствования, он осознает себя человеком. И хтоником. Вирмвуд невольно стал пристанищем тех крупиц сознательности, той толики света, что ещё теплились в Ньярло, и о коих он успел позабыть. Не самый хороший парень, но ему знакомы муки совести, в отличии от демиурга. Более тёплые чувства. Как если бы он и вправду был существом, коему ничто человеческое не чуждо.

7. Уровень персонажа и вид источника

Уровень персонажа: 6

Вид источника: Магия.

8. Связь с игроком
Как примут – так сразу же выдам всем нуждающимся.

9. Как вы нас нашли?
Подсказали местные. (:

10. Вид проверки анкеты
приватная проверка через личные сообщения форума

Аркхейм · 25-10-2026, 11:23:28

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В АРКХЕЙМ!
Ваша анкета успешно прошла модерацию! После данного уведомления можно разместить отдельными сообщениями список эпизодов, связей (знакомств) и любую другую информацию. Учитывайте, что администрация не осуществляет проверку публикуемых дополнительных материалов.