[Инфирмукс]

[Инфирмукс]

Над Цзинанем расцветал закат. Багровое зарево высвечивало многоярусные купола зданий, окрашивая город в кровавые тона. Именно здесь, на самой окраине, скрывался элитный ресторан «L'Abbazia Oscura» — «Тёмная Аббатство», чей шеф-повар славился в узких кругах поистине незаурядным талантом. Главный зал напоминал изысканную капеллу, выдержанную в мрачных оттенках и тусклом золоте.

Инфирмукс ступил на эту землю не как владыка, а как почетный гость. Свою ауру он скрывал превосходно. Лицо надежно прятала маска из гладкого темного металла. Поверх легло особое плетение: даже мимолетный взгляд случайного знакомого не зацепится за хорошо узнаваемые черты. В Некроделле не то чтобы редко встречались красноволосые хтоники с костяным хвостом и алыми глазами, но осторожность еще никому не вредила. Инфирмукс машинально скользнул пальцами по резному косяку двери, трогая кончиками когтей охранные чары.

«Напомни, зачем мы здесь? — с легкой ехидцей прозвучал в голове голос Эреба. Не дождавшись реакции, он продолжил: — Дай угадаю: эльфийские уши в этом месте подают по-особенному?»

Инфирмуксу как раз низко поклонился метрдотель, рассыпаясь в витиеватых комплиментах. В «L'Abbazia Oscura» не принято было прятать истинную природу, поэтому голову Инфирмукса венчали черные рога, а хвост лениво скользил в миллиметре от полированного пола. Хтоник ответил на приветствие сдержанным кивком, уловив тонкий аромат специй и сырого мяса, витавший в воздухе.

«Здесь творится нечто, требующее моего внимания, — мысленно отозвался Инфирмукс, медленно следуя за метрдотелем и цепким взглядом изучая интерьер. — Пока не понимаю что именно, но загадка связана с новорожденными хтониками. Выживший ничего не помнит, однако утверждает, что бежал отсюда...»

Эреб фыркнул.

«Ты просто искал повод побыстрее уйти от государственных дел. Кажется, сегодня прибывает делегация из Азерата — обсуждать насущный вопрос о статусе ренегата Мандорра...»

«Мне нужно развеяться, — Инфирмукс чуть повел плечами, сбрасывая накопившееся за дни заседаний фантомное напряжение. Тяжелый хвост раздраженно дернулся, едва не задев тяжелую портьеру. — Иначе, клянусь Бездной, я выброшу этого лысого генерала из окна прямо на окопных виверн».

«Да-да, так и скажи, что не можешь просидеть во дворце дольше двух суток, чтобы куда-нибудь не сбежать...» — смех Эреба обдал сознание Инфирмукса жаром сотни костров.

Эта знакомая, пульсирующая искра чужого присутствия в разуме заставила его едва заметно улыбнуться под металлической маской.

Их провели в просторное помещение. Десятки столов стояли на почтительном отдалении друг от друга, подчиняясь строгой и выверенной схеме. Присмотревшись к узору теней и проходам, Инфирмукс осознал: вся расстановка мебели складывалась в идеальный символ восьмиконечной звезды. И это явно не было случайностью.

[Авирс Ле]

Пережив несколько ярких приключений в Аркхейме - Авирс впервые более глубоко задумался о собственном происхождении и несерьёзности своего положения: необходимость что-то менять в жизни буквально давила на подростка.
Более восьми месяцев прошло с того самого дня, когда немного ошалелый лис впервые осознал себя посреди глухого леса, недалеко от почти неосязаемой полузакрывшейся червоточины. На тот момент юноша её даже не заметил и некоторое время просто блуждал по дремучей чаще, пока не встретил случайного путника, что и вывел его в большой город Роуз.
Да, лис несомненно освоился на Проционе, научился писать и читать, даже испытал первые романтические чувства к одной важной и влиятельной феечке...
Однако это всё не то: лирика, не более. Сейчас парня мучила собственная непутёвость. Оставаться простым бродяжкой в вечном поиске работы и места лишь бы где-нибудь - не та перспектива, которой так жаждал юный лис. Возростающие амбиции заставляли его продолжать искать лучшей жизни.
Оглядываясь назад, Авирс считал что понял насколько наивным тогда был. Но если смотреть со стороны посторонних взрослых - лисёныш так и оставался всё таким же непосредственным ребёнком, ищущим свой путь взросления.
До сих пор ему чуть ли не мистически везло путешествовать меж городами Проциона не нарвавшись на диких дархатов... Вот и сейчас молодой неугомонный лис прибыл в прибрежный город Кристо. Отсюда вполне можно было путешествовать на корабле, либо вообще через стационарный портал переместиться на другую планету Аркхейма.
Авирс считал, что в большом городе - большие перспективы. В общем-то так оно и есть.
Прошлые приключения научили его осторожности и теперь он путешествовал скрывая хрупкое телосложение и довольно выразительные внешние данные под большим мешковатым плащом с глубоким капюшоном. Он шёл по обширной торговой площади, стараясь не привлекать к себе внимания. На небе формировались серо-сизые тучи, грозясь пролиться продолжительными осадками..
В животе урчало и парень намеревался купить себе самую дешёвую похлёбку в ближайшем постоялом дворе, а заодно и переночевать с комфортом. Ведь всё это время ему приходилось останавливаться  "чирпи пойми где"...  Этому выражению он научился у одного виртуозного поваренка, с коим работал в таверне Роуза. Тот парнишка рассказывал, что чирпи - это нелетающие  птицы, что умудряются очутиться в самых неожиданных местах... И сие ёмкое высказывание действительно подходило.
Авирс ночевал в основном - в лесу или в телеге случайного попутчика.
Почему телеге? Да потому что более современный и комфортный транспорт был ему не по карману.
Наконец Авирс наткнулся глазами на эксцентрично яркую вывеску: "Яйцо дракона", а ниже располагалась табличка с рекламой:

"Уставший путник проходи:
Найдёшь тут отдых впереди,
Тебя накормят до отвала,
Здесь места ночевать - не мало,
Захочешь женщину - найдём,
Да пива лучшего нальём...
Комфортно тут: ты как в яйце!
Уснёшь с улыбкой на лице!"

Прочитав это весьма замысловатое стихотворение юноша не сдержался заливисто рассмеявшись мелодичным колокольчиком. Капюшон немного съехал, приоткрывая светло-дымчатые лисьи уши и улыбку, демонстрирующую белые зубки с двумя верхними слегка выпирающими клычками. Это выглядело весьма мило и привлекло-таки ненужное внимание.
Вслед за лисёнком на постоялый двор проследовал высокий, худощавый словно жердь мужчина с тростью и в тёмно-сером кардигане, что визуально вытягивал рост оного - делая того ещё выше...
Однако внутри заведения наблюдатель не стал подходить к цели, устроившись за одним из отдалённых столиков.
Отправив зашифрованное послание через кристалл связи, что находился в массивном перстне на тощем пальце, мужчина заказал себе незаурядный напиток с весьма специфическим названием: "Гнездо Гарпии". Но всё же не смог скрыть брезгливое выражение на лице, когда его принесли.
Обычно Родригес предпочитал работать через посредников, поэтому дождался Лафеля - дархата, что выискивал подходящих кандидатур на Проционе. Будучи распорядителем "по кадрам" в сети элитных ресторанов "L'Abbazia Oscura" на Климбахе, Родригес считал себя частью привилегированного общества и никогда не утруждался фактическими поисками нужных "ингредиентов".
Но увидев беззаботного зверолюда с явно выдающимися внешним данными, стал действовать решительно.
Пока лис жадно ел недорогую похлёбку, к нему подсел Лафель.
Дархат как бы между прочим предложил вакансию повара в одном из ресторанов Климбаха. Мол, работёнка не сложная, а заработок - существенный. Нужно лишь готовить всё согласно рецептам из их поваренной книги.
Авирс поверил: в тот же день отдал свои последние деньги за переход на Климбах через портал.
Само собой - Родригес опередил парнишку, встретив у ресторана...

[Инфирмукс]

— Месье Авирс Ле, — галантно поклонился высокий мужчина, по-особенному крутанув тростью. Его движение походило скорее на театральное представление, нежели на обычную вежливость. — Мой друг Лафель, встречавший вас на Проционе, многое рассказывал. Признаться, я представлял вас несколько иначе. — Голос незнакомца дрогнул, сделавшись тише и заговорщически мягче: — Давайте не будем стоять на виду, иначе ваша прелестная внешность привлечет лишнее внимание богатых господ и дам. Не хватало еще, чтобы нашего потенциального повара выкрали прямо с кухни.

Он иронично и беззаботно улыбнулся краешком губ, вновь окинув Авирса изучающим, откровенно жадным взглядом.

Инфирмукс заметил, как эмоциональный фон вокруг долговязого смотрителя сгустился. Пространство налилось тяжестью — почти незримой для окружающих, но явственно ощутимой для тонкого восприятия древнего хтоника. Холодная, липкая аура чужого вожделения неприятно кольнула рецепторы. Взгляд Инфирмукса сам собой скользнул к юноше, совсем еще ребенку, неуверенно замявшемуся на входе. Из-под небрежно съехавшего капюшона торчали пушистые дымчатые уши.

«О-о-о, готов поспорить, с луком и сердцем они пойдут отлично. Куда лучше эльфийских! Ты же любишь эльфийские уши, а тут, посмотри... Интересно, у него их две пары? Можно сварить экзотическое рагу. Правда, мальчишку наверняка быстро приватизируют в какой-нибудь местный гарем. Как думаешь, сильно нагло с моей стороны попросить шефа подать его ушки лично тебе?» — речь чудовища лилась густо, напоминая треск затухающего пожара. Сегодня Эреб щедро источал иронию.

«Да ты в ударе, смотрю, — мысленно отозвался Инфирмукс, задумчиво изучая миловидное личико. — Думаешь, это оно? Очередная жертва? Решил засветить добычу прямо в главном зале?»

Хтоник чуть повел плечами, сбрасывая легкое напряжение от повисшей в воздухе духоты.

«С другой стороны, здесь у каждого свой интерес. Никто не обратит внимания на внезапную пропажу пары гостей. Проследи за ними, чтобы комар носа не подточил. Координаты скинешь, когда будет понятно, что да как».

Удобнее устроившись за столиком, Инфирмукс вальяжно раскрыл меню. Пальцы скользнули по глянцевым, но приятно плотным на ощупь страницам, выполненным в старомодной манере. Гладкий материал слегка холодил кожу. Названия блюд пестрели запредельными ценниками и заставляли усомниться в адекватности кулинара: «Сладкий экстаз», «Запеченные грезы», «Экзальтирующий щербет».

Назвавшийся Родригесом кивнул юноше. Инфирмуксу даже показалось, будто распорядитель плотоядно причмокнул губами над самым лисьим ухом, когда разворачивался — долговязый возвышался над пареньком почти на две головы, и тот едва доставал ему до впалой груди.

Они скрылись в массивной обсидиановой арке, густо оплетенной пушистой лозой.

Потянулись тягучие минуты разведки Эреба. Тем временем Инфирмуксу подали вино. Напиток оказался на удивление недурным — терпким, с бархатистым послевкусием и, что главное, без малейших следов токсинов или яда.

«Нашу закуску ведут по подземному коридору... — бодро доложил Эреб. — А теперь они спускаются на лифте. Святые хтоны, ну и старье! Если ему створками уши прищемит — немедленно запрети производство таких членовредительских кабин. Где это видано, на дворе пятьдесят первый век...»

Прошла ещё минута.

«Так-так, привели его в какую-то подсобку, — заполыхал голос Эреба с мрачным предвкушением. — Долговязый заливает про уютную малую столовую для персонала. Восхитительно. Бронированные двери и полное отсутствие окон — идеальный интерьер. Оу! Вентиляция выплюнула облако паралитика. Дешево, зато эффективно! Мальчишка даже пискнуть не успел, сразу обмяк. Но в сознании, глазищи вытаращил от ужаса, а пошевелиться не может. Классика. Родригес легко подхватил его на руки. Послушай, что он ему щебечет!»

В голове Инфирмукса четко раздался вкрадчивый голос смотрителя:

— Ну что, мой дорогой Авирс? — промурлыкал Родригес, и в его тоне прорезалась откровенная, голодная жестокость. — Думал, твои кулинарные таланты — самое сладкое, что в тебе есть? Ошибаешься. Как думаешь, сколько за такого экзотичного зверька отвалят на закрытом аукционе? Или, может, мне оставить тебя себе в качестве... ручного питомца? Моргай, если согласен.

«Какая пошлятина, — фыркнул Эреб. — Обожаю ваши людские игрища. Ну что, идем потрошить этого ценителя экзотики?»

[Авирс Ле]

Высокий, отчего-то смутно знакомый мужчина с тростью встретил юного соискателя, закутанного в большой, немного запылённый в дороге бесформенный плащ - непосредственно в холле роскошного ресторана, куда по словам Лафеля, требовался повар. По рекомендации последнего, Авирс и прибыл в островной город Цзинан, потратив последние деньги на переход через портал.

Ещё тогда, на Проционе, ему показалось странным, что простого бродяжку с улицы пригласили работать в столь респектабельное место.
Однако Лафель заверял, что сам выбрался с самых низов благодаря этой сети.
Несмотря на собственные опасения - молодой лис хорошо понимал, какое именно впечатление производит на окружающих. Кто знает что на уме у этих избалованных господ? Вдруг, им  действительно важно, какой расы повар готовит им блюдо?
К тому же, парень до сих пор не знал ничего о собственном происхождении, а крутясь неподалёку от богачей: тех, кто без проблем путешествует по всему Аркхейму - наверняка получится что-нибудь да и узнать!
Авирс понимал, что он всё-таки не дархат. Одно из косвенных подтверждений - две пары ушей. Да и диким парень никогда не был. Он это знал. Чувствовал.

Сейчас, находясь в ощутимо помпезном элитном заведении, немного оробевший лисёныш неловко косился по сторонам, ощущая себя крайне незначительным. Ему хотелось поскорее скрыться от лишних взглядов, скорее переодеться в форму и стать неотъемлемой частью сего места.
Когда же мужчина предложил покинуть общий зал да пройти с ним, Авирс даже с облегчением выдохнул. Обычно, он вполне любил находиться в центре внимания, но не тогда, когда его нищета так явно контрастирует с пространством вокруг.

Наниматель представился юноше Родригесом, пригласив следовать за собой.
Тот слегка причмокнул возле пушистого уха подростка, чем вызвал волну холодных мурашек, что прокатилась от лопаток до самых пяток и хвоста, шерсть на котором встала дыбом.
Авирс постарался успокоиться и откинуть сомнения. В конце-то концов: что может произойти с ним в центре крупного города да в придачу в таком уважаемом заведении?
"Показалось... Или звук случайно вышел при сглатывании слюны. Я просто волнуюсь, вот и надумываю лишнего! Да. Так и есть. Разве может этот почтительный господин нести какую-то угрозу, работая в таком месте? Не думаю. Иначе ресторан бы давно закрыли... Репутация же..." - такие мысли крутились в голове будущего поварёнка, пока они следовали  вглубь служебных помещений.
Родригес пригласил Авирса пройти в лифт, чем немало обеспокоил лиса, которому так не хотелось прощаться с идеей удачного трудоустройства, что тот вполне успешно глушил собственную интуицию.
Пока ехали, парень поднял длиннющие ресницы на мужчину и осторожно поинтересовался:
- А... Куда мы?
Пояснения нанимателя ненадолго утихомирили нарастающие подозрения Авирса. Двое прибыли в маленькое глухое помещение, которое действительно походило на небольшую столовую для персонала.
Далее всё происходило как в замедленной съёмке: Авирс лишь успел заметить, как Родригес прикрыл платком нос, а сам отступил на шаг.
В комнату, совсем рядом с тем местом где стоял такой наивный, доверчивый лис - впрыснули явно какой-то паралитический газ.
"Меня убьют? Падаю!" - пронеслось в голове юноши, как вдруг его подхватил на руки Родригес.
Глаза расширились от ужаса! Сердце бешено колотилось о рёбра! Пульс барабанной дробью стучал в ушах! Это всё, что мог чувствовать сейчас подросток. Но сквозь этот пугающий гул, словно из-под толщи воды, до него стал доходить смысл слов, что с  пугающей, торжествующей улыбкой произносил высокий, внешне безобидный мужчина.
"Аукцион? Ручной питомец? Он спятил? Не хочу! Нет! Но... Если моргну, меня сразу не убъют... Будет шанс сбежать..." - мысли бешенными пташками метались в голове. Авирс моргнул, стараясь успокоиться и не терять надежды. Но сильный испуг не прошёл без последствий. В уголках серебристых глаз заблестели непрошенные слезы, запутавшись в пушистых ресницах. Так страшно ему ещё не было никогда.
Тем не менее, собравшись с духом, лисёнок споро заморгал, стараясь стряхнуть лишнюю влагу из глаз.
Родригес лишь довольно хмыкнул, подошёл к бутафорскому буфету с резными ручками, одна из которых служила рычагом, открывающем проход в стене. Авирса уносили всё глубже и глубже в застенки злополучного элитного ресторана "L'Abbazia Oscura"...

Длинный, промозглый коридор привёл в большое помещение с пятью камерами и десятком больших клеток с отвесными замками. Авирс всё это видел боковым зрением, хотя не мог оглядеться в полной мере. В этом помещении явно было многолюдно. Только вот лису не удавалось понять из камер ли доносится шум или извне...
Вскоре похититель остановился, с кем-то переговорил на незнакомом языке, лязгнул замок, проскрипела явно веками не смазанная дверь сырой темницы, после чего податливое тело Авирса поместили в одной из камер, почти бережно уложив на жёсткую, однако не холодную койку:
- Отдохни пока. Ты сделал свой выбор. Благодаря столь мудрому решению, мой дорогой пушистик, у тебя отдельные апартаменты, - прозвучал ликующий голос мужчины, что склонился к нижнему уху подростка.
Родригес случайно, а может быть и нет, задел нежную светлую мочку, вызвав у Авирса непередаваемое чувство омерзения.

[Инфирмукс]

— «Можно нескромный вопрос?» — ехидный голос Эреба в голове не замолкал, хотя в нём и прорезались наигранно-серьёзные ноты. Звук хтона походил на треск верхового пожара, к которому примешивался низкий, вибрирующий гул органных труб.

— «Валяй...» — Инфирмукс делал вид, что поглощён терпким, вяжущим вкусом вина, но ни на миг не прекращал сканировать здание. Кончики пальцев покалывало от чужих эманаций: карта аур Владыки Некроделла исчислялась десятками тысяч, и здесь уже фонили две смутно знакомые искры.

— «Если его сейчас пытаются трахнуть, я могу слетать проверить нижний уровень?» — хтоническое чудовище явно наслаждалось моментом, вновь пытаясь загнать Инфирмукса в развилку мнимого морального выбора.

— «Что? Нет, конечно», — глухо и с нарастающим раздражением отозвался хтоник.

— «Серьёзно? Хочешь, чтобы я любовался этим жалким зрелищем? Или не веришь, что он это сделает? Он там уже ухо ему мацает...» — с ленивым упоением процедил хтон, транслируя мерзкую возню в сырой темнице.

— «Не верю. Людей подают хтонофицированными. Сначала натравят паразита, потом приготовят...»

В ответ черепную коробку сотряс раскатистый хохот:

— «Ну ты и святая простота! Одно другому мешает? Сначала устроит себе вечерок удовольствия — или недельку позабавится, а когда наскучит, аннигилирует и пустит на рагу. Соображай быстрее: он к уху присосался так, будто сырым жрать собрался».

Инфирмукс не разворачивал визуальный контакт — ресурсы уходили на удержание внешнего контура, — но знал: в фактах Эреб никогда не лгал, пусть и подавал их с извращённой иронией.

— «Да ты гонишь...» — в голосе звякнула смесь глухой ярости и смертельной усталости: «никогда такого не было, и вот опять». — «Ладно, есть идея. Оставайся там, я ускорю процесс!»

— «Думаешь, поможет? Этот и без того на выносливого не похож...»

Но Инфирмукс уже не слушал. Он резко вскинул руку и рявкнул на весь зал:

— Официант! Мне обещали подать лиса в харотской сметане с салом! Где, сука, мой лис?! — остриё массивного хвоста с сухим свистом рассекло воздух и красноречиво указало на готический циферблат: — На часах почти восемь! Почему я до сих пор, блядь, не слышу хруста мягких хрящиков?! Какого хтона?! Я внёс аванс, у меня при себе лям касарей! Я что многого прошу, вашу мать?! Одного смазливого, сука, лисёнка с пушистыми, сука, ушами!

Зал замер. Официанты бросились к столу со всех сторон, наперебой пытаясь сгладить скандал и что-то судорожно строча в блокнотах:

— А у кого вы оформляли заказ? — пискнула девушка в строгом готическом переднике с кружевом.

— У маэстро Баньолле? — подхватил старший смены.

— Да чёрта с два я помню! — Инфирмукс вскочил, опрокидывая тяжёлое кресло.

Чешуйчатый хвост сокрушительным ударом снёс со стола бутылку коллекционного вина и блюдо с мясными панкейками — фарфор брызнул осколками, багровые лужи залили ковёр.

— Я заказал тощего светлого лисёнка! Терпеть не могу черномазых! Где моё мясо?! Плевать на сало, но лиса вы выньте да положите! — цедил он, чеканя слова прямо в побледневшие лица прислуги и щедро сдабривая тираду свирепым рыком.

— Так, я всё поняла, сейчас разберёмся... — женщина с этажа управляющих торопливо прижала палец к переговорной руне у виска. — В хранилище поступали лисообразные? Да, светлый! Что значит — с ним заперся Родригес?!

— Что?! — взревел Инфирмукс так, что зазвенели хрустальные подвески люстр. — Если ваш Родригес тронет моего оплаченного лиса своим хером, я лично велю отрезать ему яйца и скормить их моему хтону под соусом из его же потрохов!

— П-простите! — взвизгнула распорядительница и панически зашептала в руну: — Немедленно откройте дверь! Напомните господину Родригесу о субординации! И начинайте разделку! Живо! — она нервно повернулась к гостю: — Всё уладим, господин! Сало нарежем тончайшими пластинками. Подождите час... Быть может, комплимент от шефа? Сладкое любите?

— Ага, лисьи уши в меду. По мне не заметно?! — Инфирмукс с демонстративной яростью хвостом поставил кресло и рухнул обратно, уставившись в инфокристалл и сжав подлокотники так, что полированное дерево жалобно хрустнуло.

— Может... танцовщиц? — робко выдавила женщина.

Гость одарил её таким взглядом, что вопрос отпал сам собой: Инфирмукс в деталях и анатомических подробностях пояснил, в каких позах их стоит зажарить вместе с лисьими лапами, и добавил пару ласковых о здешней кухне, заставляющей благородных господ подыхать от голода.

— «Куда высылать премию за лучшую мужскую роль?» — зашуршал в сознании довольный смешок Эреба. — «Хотя спектакль дешёвый... Ладно, сработало. Зашли трое амбалов, прервали этот акт зоо-педофилии. Пацана волокут... везут на лифте уровнем ниже, в отдельный бокс».

Инфирмукс едва успел выдохнуть, как ментальный канал вновь ожгло тревогой:

— «Воу-воу... А к нему в камеру впустили хтона. Слушай, а в твоём вымышленном договоре было прописано, что при форс-мажоре тебе подадут свежее хтоническое чудовище?»

Эреб зашёлся утробным смеющемся лаем, но Инфирмуксу стало не до шуток. Воздух в лёгких словно обратился в свинец. Высшая кухня L'Abbazia Oscura, по слухам, славилась именно этим — подачей тел, в которых только что завершилась насильственная трансформация. Новорождённые хтоники здесь считались редчайшим лакомством.

Пальцы Инфирмукса судорожно впились в край стола, вспарывая когтями скатерть. В груди всё вскипело первобытной, слепой яростью: снести бы к чертям эту обитель выродков, не оставив камня на камне! Он слишком трепетно относился к новорождённым хтонам, а этот лисёнок и вовсе был невиновен. Выжить при принудительной аннигиляции у мальчишки было слишком мало шансов.

— «Эреб... Нападай», — ментальный голос Инфирмукса звенел ледяной сталью. — «Ломай двери. План к чёрту, берём ресторан штурмом. Я пробиваю ментальные глушилки и связываюсь с Канцелярией владыки и службой безопасности. Сделай всё, но аннигиляцию останови!»

— «Попробую... Но тут гермозатворы из арканической стали, заточенные под сдерживание высших тварей. Придётся попотеть...»

[Авирс Ле]

"Фу! Нет-нет-нет-нет!!! Боги, лучше сдохнуть, чем терпеть! Не могу пошевелиться... Не смей урод! Ты же собирался уходить! Не трогай меня, слышишь?! Лучше убей!" - мысленно паниковал Авирс, когда Родригес задержался в его камере.
Лис кроме как дышать да моргать - не мог ничего. Пугало понимание того, что он ничего не в состоянии сделать: будучи в сознании ему придётся наблюдать!
Кто бы мог подумать, что мольбы юноши высшие силы мира услышат так скоро?!
Что он там хотел?
Поскорее сдохнуть?
Ну вот: вселенная откликнулась на его зов!
Как там говорится? "Стучите - и вам откроют?"
"Если выживу - клянусь, что пересмотрю свои взгляды! Пожалуйста! Как же страшно!
Боги, молю, помогите!.. Я боюсь!" -
Авирс в отчаянии смотрел, как сильные руки мордоворотов заведения оставляют его на полу небольшого бронированного помещения с явно усиленными магически, толстыми стенами.

Внезапно свет погас. Тем не менее лис быстро привык к темноте. Даже приемлемо видел. Пусть это не меняло того факта, что из-за неподвижности тела, по большей части, приходилось полагаться на боковое зрение.
Если бы Авирс мог сейчас чувствовать своё туловище, то без сомнений похолодел от первородного, животного ужаса, ведь то, что он сейчас слышал, но не видел, заставляло стыть кровь в жилах!
По каменному полу помещения скрежетали многочисленные когти, причём их явно больше чем несколько десятков... А то и сотен! И самое паршивое было то, что звук практически сливался в один мощный гул, что до исступления пугал юношу. Он лежал на боку, лицом к стене, предполагая что скоро потеряет сознание, устав бояться, ведь тварь как раз-таки приближалась сзади. Он не видел её. И не чувствовал. Паралитик всё ещё действовал. На что Авирс впервые испытал подобие благодарности к похитителям. Умирать и ничего не чувствовать - куда гуманнее.
Тварь медленно наползала на подростка со спины и ног. Сначала под её тушей оказались ноги юноши, затем таз, поясница, руки, шея...
Последнее, что услышал Авирс, так это шум, что доносился со стороны запечатанного входа... Мощные удары о бронированную дверь.
Лис не чувствовал ничего, пока его не накрыло с головой: "Дышать! Не могу дышать!"
Что-то проникало в него через рот, нос, глаза, уши. Давящей, плотной субстанцией... Мгновенная кратковременная боль и... темнота...

Хтон аннигилятор уже давно представлял из себя монстра, что соединял в себе множество сознаний.
Лишь за два года работы этого филиала: хтон всосал не одну сотню своих жертв. Рос, питался страхами, энергиями душ, магией и некоторыми компонентами физической оболочки существ, коими его постоянно баловали.
Слизнеподобный монстр имел около пятисот хитиновых лапок, на конце которых располагались прочные когти, сквозь которые проходили каналы: специальные железы с веществом, что растворяло кости.
Всё остальное поглощало тягуче-склизское, влажное, плотное по структуре тело хтона.
В этот раз чудовище с особенными эмонациями внутренней эйфории растворяло мальчишку-зверолюда, что полностью не был частью Аркхейма. Иномирное происхождение выделяло его из прочей массы существ, коими питался монстр.
Всё должно было пройти как обычно. Сытый хтон отделит от себя большую часть своего тела, общее сознание будет соединять новорождённого хтоника и небольшую биологическую массу, что вернётся в тёмную влажную часть помещения, где впадёт в анабиоз до следующей жертвы, увеличиваясь в размерах и наращивая объёмы.
Но в этот раз всё оказалось иначе. Воля лисенка не сдавалась даже тогда, когда его душа осознала, что больше не имеет тела.
Та часть туловища чудовища, что большей частью осталась на месте - постепенно приняла форму тела поглощённого носителя. Сначала аннигиляция проходила по плану. Новорожденный хтоник сделал свой первый резкий вздох. Сознание Авирса тонуло в вечных стонах предыдущих жертв. В его голове был непрекращающийся шум: стенания, голоса павших душ, сквозь которые тонким отголоском пробивалось собственное "я":
"Несправедливо! Не помню! Где моё?! Не помню всего! Прочь! Прочь!!!" - лис сел, сжимая ладонями виски:
- Ааааааах! - в голос застонал новообращённый:
- Ну уж нет! Ах! Я - не ты! Не тыыыы! Уф...
Внезапно лис понял, что может двигаться, даже, пусть с усилием, поднялся, пошатываясь и держась за стену. Одежды не было. Даже её растворили... Не важно. Сейчас это абсолютно не важно, ведь... он: именно сам Авирс сейчас управлял своим телом!!!
Это дало мощный толчок, что позволил мысленно усилить собственный внутренний голос, частично огораживаясь от остальных шумов. Несмотря на то, что в комнате было темно, лис видел почти как днём. Он медленно повернул голову в наиболее тёмную часть помещения, где затаился хтон аннигилятор. Авирс хорошо различил маленький чёрный сгусток слизи во тьме угла помещения!
- Ты! Это всё ты, тварь! Ты пожрала меня! - шаг... ещё шаг...
Всё ближе к цели. Ближе к существу, что теперь по сути было с ним одним и тем же созданием.
- Ты умрёшь! Даже если после этого умру и я, ты сдохнешь вместе со мной!!!
Слизь ещё не погрузилась в анабиоз и резким импульсом ментально атаковала подростка!
- Арррррррааааах! - стиснул зубы от внезапно усилившегося роя голосов внутри... Вычленять что-то связное, какие-то реплики - бесполезно. Лис не слышал даже себя! Но всё ещё мог мыслить. Как? Он и сам не понимал как это работает. Но продолжал идти к монстру.
Сквозь пелену сотен сознаний, тело лиса реагировало лишь на его волю.
Приблизившись к цели он изо всех сил наступил на склизскую субстанцию, что сейчас была размером с небольшой мяч. Он не боялся опустить свою босую ногу на чудовище, что уничтожило его прошлое тело...
Резкий ультразвук накрыл всё пространство вокруг! Подросток упал на колени перед монстром, частично придавив его.
Но всё равно каким-то чудом не терял концентрации!
Из последних сил потянулся руками, пытаясь порвать, разтерзать монстра. Ему было так же больно, будто он рвал сам себя!
Из носа потекла кровь. Юноша почувствовал, как тёплые капли падают на колени.. "Кровь?.. у меня есть кровь! Я не монстр! Я не ты! Убью!!!" - была последняя мысль перед тем, как Авирс потерял сознание. Все сознания... Тело юноши обмякло.