[Джеймс Салливан]

Шли они довольно долго, если верить своим ощущениям, а вот на самом деле - едва ли. Вскоре, видимо, болтовня Джеймса окончательно доконала варвара и тот, не сказал ни слова, остановился и уставился на него, будто бык на красную тряпку. Эон судорожно сглотнул, приготовившись к самому худшему, что его сейчас начнут бить. Видимо, он перешел черту, которую нельзя было переступать. Может быть, не стоило быть таким откровенным? Или не стоило его толкать в плечо?
Впрочем, несколько мгновений пребывания в опасности пошли ему на пользу, отрезвили и развеяли весь кураж от тех легких побед, которые они добыли по пути.
После чего слова мечника развеяли его опасения и тот, напряженный, чуть не расхохотался, но сдержался, слегка закашлявшись. Схватившись за ребра, которые побаливали, он потер себе переносицу двумя пальцами и надавил на глаза.
- Ты в следующий раз лучше сначала начни говорить, а потом уж злобно зыркай. А то я ненароком подумал, что ты мне сейчас голову открутишь, а ты вон что задумал... - сказал Джеймс, снимая с себя свой красный потертый плащ, который он повесил на суку на дереве рядом.
Осмотр ран был проведен довольно смутно, потому как в лесу было довольно темно. Просто по ощущениям и тому слабому свету от звезд с неба, что пробивался через кроны деревьев, благо, на тропе они немного расступались, пропуская его немного внутрь, ран обнаружилось две и повреждены были ребра. На спине начал формироваться довольно крупный синяк, пока еще красный, но уже завтра он превратится в фиолетовый. Главное, чтобы не почернел - плохой признак того, что кровотечение все никак не хочет прекращаться, а травма оказалась гораздо сильнее, чем рассчитывалось.
Мечник предупредил его, что трава имеет слабый анестезирующий эффект. На руках он почувствовал его почти сразу после неприятного ощущения, когда на рану попадает посторонний предмет, но ощущение прохлады пришло практически сразу, как был наложен бинт. Видимо, сок травы действительно помогал заживлять раны и оказывал локальный обезболивающий эффект...

[Барс Баркас Девять с Половиной]

Когда раны эона были перевязаны, Барс вытер руки об штаны, очищая их от остатков травы и ее сока, после чего встал в полный рост, потянулся и направился дальше. Малый привал пошел им на пользу, они немного отдохнули после череды сражений. Сколько им еще предстояло их пройти прежде, чем они достигнут этого замка? А сколько им врагов уготовано там?.. Но у Барса Баркаса всегда был ответ на этот вопрос - сколько бы ни было, все они падут у его ног, мертвые и бездыханные, а он пойдет по их трупам, спасая тех, кого еще может. Правда, оставался другой моральный предлог, а стоит ли оно того? Чья жизнь по итогу ценнее? Видимо, тут придется идти договариваться со своей совестью и никак иначе. Все зависит от точки зрения, от мировоззрения и от того, чью сторону принимаешь. Конкретно сейчас он был на стороне селян, ведь он пообещал им вернуть детей. А значит, те, кто причиняет им вред, автоматически становятся его врагами. А с врагами у варвара был разговор короткий - с десяток сантиметров в тело супостата и тот быстро истекающий кровью отправляется в грязь. Другого им не уготовано...
Вскоре дорога привела их на очередную поляну. Она была скрыта в тумане, но вот источник его оставался невидим, Барс не ощущал рядом водоемов. Ступив на нее из-за высоких деревьев, он ощутил смутно знакомое чувство, будто когда-то в прошлой жизни уже встречал что-то такое. А потом он услышал голоса...
Сперва он подумал, что это налетел ветер в кроны деревьев и они так шелестят, но вдруг в тумане он увидел силуэты. Они были неоформленными, но узнаваемыми. Примерно так же выглядели призраки, с которыми он мог говорить в прошлой жизни, там, у себя на родине. Тут, видимо, они все давно уснули или потеряли всякий интерес к смертным, раз не откликались на его зов. А тут они сами бродят, проявляют интерес. Прислушавшись, он понял, что все они смотрят в направлении, откуда доносится музыка, и скорее всего именно про нее ведут свою речь. Подойдя внутрь, он вошел в туман и подошел к алтарю, вокруг которого они собрались...

[Джеймс Салливан]

Одна за другой раны были перевязаны, и даже ребра теперь болели не так сильно, как могли бы. А значит, следующие сражения буду проходить в гораздо более приятном расположении духа и тела. Джеймс прям чувствовал, как те начали чесаться, а это всегда был верный признак того, что процесс заживления идет полным ходом. Довольно сильное зелье, раз эффект наступал так быстро. Это радовало. Главное, чтобы не было никаких побочных эффектов, вроде сонливости или паралича, а то и чего еще похуже. Все-таки он не знал, чем его полечили, ни с чем таким он не встречался. Но раз их уверили, что трава целебная, вряд ли захотели бы убить. Иначе какой в этом смысл? Кого они еще смогли бы спасти, если бы сами погибли от рук тех, кому пришли на помощь?..
Покачав головой, Салливан постарался прогнать эти мысли как несостоятельные. Он прекрасно понимал, что это говорит его природное недоверие, но долгие годы упорной работы над собой, походы к специалистам и дорогущие таблетки с неприятными побочками вроде бы привели его психику в норму, и ему очень не хотелось, чтобы это приключение свело на нет все его старания прийти к нормальной жизни после длительного пребывания в депрессии и прочих психозах.
Очередная поляна встретила их не менее приветливо, чем прочие. Окруженная высоченными деревьями, внутреннюю часть ее заволокло туманом. То, что там внутри происходило, Джеймс не видел, но раз мечник отправился туда, не вынимая оружия, говорило о том, что там безопасно. Наверное. Если, конечно, он не попал под влияние каких-то чар этого места, как в прошлый раз с тем черным алтарем, который тот чуть не разрубил и не навлек на их головы какое-нибудь магическое проклятие. Нужно быть осторожнее с посторонними предметами, иначе не сносить буйной головушки, что так и норовит отыскать ногам каких-нибудь приключений. И не только ногам, но и всем остальным частям тела.
- Что там? - тихо спросил эон, стоя на границе тумана, не рискуя ступить дальше. Так он простоял несколько секунд, пока оттуда не вынырнула могучая рука и не затащила его внутрь...

[Барс Баркас Девять с Половиной]

Подойдя ближе к собравшимся призракам, Барс прислушался. Они шептались о том, что им не нравится доносившаяся музыка из замка. Каждый высказывался об этом, поносил ее и выявлял изъяны прямо в процессе игры, сетуя на ее неидеальность. Примерно десяти секунд северянину хватило послушать эту околесицу, чтобы разозлиться еще сильнее прежнего, но он помнил, что у этих сущностей свой взгляд на мир, потому он спокойно выдохнул и успокоил свой гнев.
Вот он слышит чей-то голос. Это Салливан что-то спрашивает, но звук донесся откуда-то из-за спины да еще и густой туман скрал чуть-чуть и без того тихий звук. Потому варвару ничего другого не оставалось, кроме как вернуться назад. Он увидел его силуэт, стоящий за завесой тумана, и просто протянул руку, схватил его за плечо и втянул внутрь. Приложив указательный палец к своим губам, он призвал его сохранять молчание.
- Там впереди - призраки. Не пугайся, они мирные. Но говорить буду я. А ты стой да помалкивай, - шепотом сказал он, после чего отпустил эона и вернулся к алтарю.
- Слушайте и внемлите. Я с моим другом отправляемся к замку, откуда доносится так вам ненавистная музыка.
После этих слов призраки умолкли и все разом обернулись на варвара. Закружившись, они встали вокруг него, пока полностью игнорируя его товарища. 
Барс же скрестил руки на груди, встав в защитную позу.
- Действительно... Исправит... А у него может получиться... А ты точно знаешь, как правильно?... Да что он может?.. Убийца...
- Если у меня не выйдет сделать ее лучше, я обещаю вам, что она умолкнет и вы обретете покой так же точно, как если бы она несла усладу мои ушам и вашим тоже.
Услышав эти слова, призраки что-то одобрительно зашуршали, но все-таки расступились в разные стороны, образовав что-то наподобие дорожки, по которой они смогли бы пройти дальше. Чем, собственно, северянин и занялся, не забыв жестом подозвать и поторопить опешившего от увиденного товарища. Не каждый день тот видел, как общаются с призраками. А, может быть, это так на него действовала трава.