[Архивы цербера]

EXOTECH CORPORATION - CERBERUS SECURITY SERVICE
АРХИВНЫЙ РАЗДЕЛ / УРОВЕНЬ ДОПУСКА: ██████

ДЕЛОПРОИЗВОДСТВО №  █ █ █ █ 

СТАТУС: АКТИВЕН
ОБЪЕКТ НАБЛЮДЕНИЯ:
CHM-042

ВРЕМЯ: 4693 год - ????
МЕСТО: Комплекс ██████


ПЕРСОНАЛ, ДОПУЩЕННЫЙ К ФАЙЛУ:

Рой Иденмарк - ведущий / ГМ
Элизабет Иденмарк - в роли Эйланы Вердт

Напоминание сотрудникам:

Несанкционированный доступ к материалам дела преследуется в соответствии
с Протоколом 132 - Положением о приоритетности корпоративной тайны.

..

[Архивы цербера]

Деревня называлась Аш. Небольшая - все знали друг друга по имени. Тихая, ничем не примечательная. Ничего необычного, ничего, что предвещало бы беду.

Эйлане... а впрочем, тогда она ещё не носила этого имени. В общем, этой девочке тогда было четыре года. В тот вечер, когда внутри неё что-то сработало. Не сломалось, не "переклинило", а просто-напросто "сработало". По крайней мере, именно такую оценку впоследствии дали специалисты в соответствующей документации.

Никто потом не мог вспомнить, что именно случилось первым - оглушительный звук или вспышка. Скорее всего - и то и другое произошло одновременно. Поле вокруг девочки потеряло стабильность, разошлось волной. Стёкла повылетали из рам. Стены ближайших домов повело, скрутило и развалило как картонные. Несколько человек так и не были найдены ни живыми, ни мёртвыми. А несколько было найдено - как раз мёртвыми. Один из соседних домов, деревянный, загорелся как спичка.

Её родителям в какой-то степени повезло. Они не пострадали физически - лишь оглушило да сбило с ног. Они быстро оправились, поднялись, огляделись. Посмотрели на свою дочь и, вероятно, не совсем узнавали её в тот момент.

А она... она стояла среди развалин дома, маленькая, в ночной рубашке - той самой, с вышитыми по краю цветами, которую мать надела на неё перед сном. Плакала. Не понимала, что происходит. Но плакала не от страха - страх никогда ей не был ведом. Плакала, потому же, почему плачет любой ребёнок, когда случайно ломает игрушку. Вокруг неё дрожал и ионизировался воздух, потрескивая, из него периодически исходили слепящие электрические дуги. Там, где она стояла, поверхность была выжжена кольцом.
Коалиция прибыла быстро. У них были протоколы на такие случаи. Аномальный выброс, жертвы среди мирного населения. Источник идентифицирован как нестабильный аномальный объект. Двое легионеров в тяжёлых экранированных костюмах подошли к Эйлане с флангов. Выдерживая дистанцию, двигаясь синхронно - явно не в первый раз на подобных случаях. Третий остался у периметра с измерительным оборудованием.

Девочка не сопротивлялась, не делала ничего. Просто стояла.

Щелчок, и наручники-гасители замкнулись на запястьях. Поле резко схлопнулось. После этого один из легионеров без лишних слов ввёл что-то через инъектор - что-то вроде транквилизатора, адаптированного под аномальный профиль объекта.

Она обмякла - не потеряла сознание, но подкосилась, земля ушла из под ног. Её подняли, понесли. Где-то сзади плакала мать. Звала по имени - не по тому, которое станет её именем потом, а по старому, данному от рождения, ныне уже забытому и стёртому. Отец молчал. Отцы всегда молчат в таких случаях.

Полевой штаб развернули в здании местного управдома - единственном по-настоящему крепком строении в деревне, с толстыми каменными стенами и узкими окнами. Её посадили в отдельной комнате, которая раньше, видимо, служила кладовкой. Всё лишнее вынесли, остались только стул, стол да голые стены. Один офицер остался караулить за дверью, внутри никого.

За стеной говорили взрослые. Слов было не разобрать через камень, только интонации. Напряжённые такие, о чём-то спорили. Кто-то повысил голос, потом, видимо, сам же этого осёкся. Потом долгая пауза. Через какое-то время продолжили чуть тише.

Потом голоса стихли.

Потом дверь открылась.
Вошли двое - не в форме Коалиции. Мужчина и женщина. Мужчина - высокий, в сером пальто, с усталым лицом. Женщина - чуть позади, у косяка, вся в чёрном. На её лице был протяжённый шрам, а левый глаз был... странным. И светился лёгким алым. Чуть позже девочка узнала, что это называлось визором. А значительно позже видела как появлялись всё более совершенные версии этих визоров.

На их лицах не было того беспокойства, что прослеживалось у людей из Коалиции. Они были на порядок спокойнее, можно даже сказать... снисходительнее.

Мужчина прошёл вперёд, остановился напротив стула и медленно присел на корточки перед девочкой, чтобы оказаться с ней на одном уровне. Женщина осталась стоять у косяка, скрестив руки на груди.

Мужчина помолчал какое-то время. Посмотрел на неё - не так, как смотрели офицеры Коалиции. Те смотрели как на угрозу, этот же - смотрел как на человека.

-Меня зовут Карл. - сказал он негромко. - А это Ильза. Мы не из Коалиции. Ну... мы не с теми. - он качнул головой в сторону двери.

Женщина у двери слегка кивнула. Ни улыбки, ни угрозы, констатация факта.

-Возможно, ты не понимаешь, что происходит. Это нормально. Сегодня ночью произошло что-то непонятное, и теперь незнакомые люди надели на тебя эти браслеты и заперли здесь. Не объясняют почему и зачем.

Карл вздохнул, покачав головой, выражая, что он и сам явно недоволен такой ситуацией.

-А ты знаешь, они всегда так поступают. Эти люди... - он снова кивнул в сторону двери, - не понимают, что с тобой делать. Они видят опасность. Видят что-то непонятное - и по глупости своей пугаются. А когда люди пугаются, они принимают плохие решения. Но ты ведь не боишься, да? - Карл улыбнулся. Едва заметно, тепло. - Ты смелая. Тебе и не нужно ничего бояться. Но нужно научиться... контролировать себя.

Ильза у двери чуть поменяла позу. Заговорила, ровно, чеканя:

-То, что произошло сегодня ночью - произойдёт снова. Рано или поздно. Это не угроза, - она слегка пожала плечами. - Просто факт. Как и то, что те люди, которые заперли тебя тут, применят меры, чтобы этого не произошло. А меры у них... - снова лёгкое пожимание плечами. - не самые приятные.

Карл подхватил, плавно, не оставляя места для паузы:

-Есть место, где таких как ты не боятся. Где умеют слушать. Где умеют помочь. Там есть люди, которые занимаются именно этим. Не запирают - он обвёл комнату взглядом с лёгкой иронией, - в кладовках, а помогают разобраться. Понять, что это такое - то, что живёт внутри тебя. И сделать так, чтобы это больше никого не пугало вокруг. Научиться контролировать это. Ты не сделала ничего плохого. То, что случилось - не твоя вина. Это просто то, кто ты есть. И с этим можно работать. Можно жить.

Он достал из кармана что-то небольшое. Металлический шарик, по поверхности которого медленно ползли тонкие светящиеся голубоватые прожилки. Артефакт, простой, и, видимо, не особо функциональный. Просто красивая безделушка. Не протянул, просто положил на пол между собой и девочкой.

-Можешь взять, если хочешь. Он не опасный.

Пауза.

-Ты не обязана ничего говорить. - Карл встал, выпрямившись, убрал руки в карманы серого пальто. Посмотрел на неё сверху вниз, и всё с той же спокойной, почти отеческой интонацией: - Но я хочу, чтобы ты знала: у тебя есть выбор. Эти люди за стеной - у них свои правила, протоколы. Они сделают то, что велит им инструкция. А мы...

-Мы предлагаем выбор.

-Именно, - кивнул Карл. - Мы просто предлагаем выбор.

Он сделал шаг назад. Не к двери - просто назад, давай девочке больше пространства.

-Пойдём с нами?

Снаружи снова начали нарастать голоса, в коридоре были слышны шаги.

[эйлана]

Имя. Что такое имя? Что говорила её мать? Слишком медленно. Ужасно медленно. Звуки собирались очень долго в голове, искажая всё, что только окружало. Какие-то люди. Девочка смотрит прозрачными глазами, пытаясь сфокусироваться, пытаясь вернуть скорость. Чувствует слабость по всему телу. Что произошло? Не помнит. Оно сбилось. Точнее, она не помнит что именно произошло. Помнит разные взрывы, разное количество криков, которые отдаются эхом тяжелым в голове. Она дышит медленно для себя, но слишком быстро для других. Пульс подскочил на максимум. На руках что-то ледяное, холодное, мучительное.

Моргнула. Люди ушли. Те люди, которые надели что-то холодное. Она что-то говорит им вслед, но это всё похоже на набор хаотичных звуков. Она пытается попроситься домой, попросить вернуть её обратно, но ничего нет. Никто не слышит, не реагирует. Они слишком медлительны. Их слова растягиваются. И они уходят. Закрывают дверь.

Одиноко.

Дверь открылась спустя ощутимую вечность. Словно прошло уже много лет. Теперь перед ней стояли двое. Говорили очень медленно и она пыталась собрать их звуки в полноценные слова, которые слышала когда-то ранее. Светловолосая девочка не знала, кто она и откуда. Не знает, что родители нашли её случайно. Не знает секреты своего рождения и происхождения. В её жизни все казалось медленнее.

Боится ли она? Она небрежно склонила голову вбок, пытаясь понять смысл слова. Пытаясь понять саму суть страха. Как он выглядит? Как он пахнет? Какой он на вкус? Он такой же чужой, как и все люди перед ней? Не понимает. В прозрачных глазах мелькает непонимание, в выражении лица, но... Оно слишком быстро проходит, возвращаясь к лицу, которое не передает эмоций совершенно. Слезы ранее - это лишь установка. Другие так делали, когда происходило что-то такое. Мама также делала. Значит, нужно было и ей. Странно ведь, правда?

— Кто? — это прозвучало слишком быстро. Она повторила несколько раз, чтобы это прозвучало и её услышали. В конечном счете это смогло сложиться в единое слово. Она не понимала, что она. Девочка, чьё имя уже было забыто. Слишком давно она слышала его. Кто она?

Когда артефакт медленно ложится рядом - взгляд моментально фокусируется на него. Нравится. Интересно. От неё веет чем-то приятным, знакомым. Протягивает руку. Слишком быстро. Даже в условиях ограниченности собственной природы и сил - это не помогало. Недостаточно знаний и технологий было у коалиции против таких, как она. Слишком быстрый жест и шарик у неё в руках. Кажется, он был прокручен несколько раз, а она его осмотрела, но всё оставалось на своих местах.

Ей дали выбор. Слушает, собирает по кусочкам в предложения. Не перебивает. Но шаги стали слишком громкими. Очень громкими. Она не отвечает. Знает, что не услышат. Никто не слышал как она говорит. Просто протянула маленькую ручку. Кожа практически полу-прозрачная, но кости не видно. Словно она растворяется, но на деле стабильна. Глаза прозрачные, в них нет цвета и кажется, что сама бездна меняется там от света.

Рука протянута. Ей остается лишь следовать за теми, кто хочет забрать. Это её ответ. Её маленький выбор. Длинные волосы спадают к полу. Мама не любила стричь их, считая особенными.