[Зефирис]

Планета Циркон, город Небула, 5026 год

Зефирис и Джин

Эпизод является игрой в настоящем времени и закрыт для вступления любых других персонажей... кроме второй сестры Эверли. Если в данном эпизоде будут боевые элементы, я предпочту без системы боя.

[Зефирис]

Ингрида занялась в городе Небула тем, чем и хотела - принялась понемногу пропивать и прожигать свою прежнюю преподавательскую жизнь. Даже чудесам, которые она создавала, вместо привычных детям уроков, рано или поздно должны были закончиться. Ей уже было чуть за 130 и большая часть этой жизни была посвящена педагогике. Глядя на собственное пышущее жизнью и юной красотой отражение издалека она в это не верила, но стоило подойти поближе и заглянуть в свои собственные глаза, становилось понятно, что тот прежний феникс попросту сгорел и истлел от явления сродни кризису среднего возраста. Эти же уставшие, но болезненно пылающие глаза видел и бармен, который подавал ей один горящий настоящим огнем напиток "файербол" за другим. Да, были в Небуле и действительно футуристические в ее глазах заведения, но она решила посетить  именно классическое заведение. По меркам города оборудование и обстановка там выглядели довольно архаично, но это не было потому, что кто-то решил выпендриться с аутентичностью и атмосферой дней давно минувших, а потому что само место было весьма старым.

Плотно облегающее черное атласное платье со смелым декольте и подолом немногим ниже бедер, туфельки на шпильках, немного украшений из золота и граната, как и милый стеклянный подсолнушек на правом виске составляли наносную часть ее образа. Ее  похожие на пламя волосы свободно спадали до середины спины. Учитывая ее внешность, другим посетителям бара могло показаться, что смуглокожая красотка пришла во поисках знакомств, но нет. Это все было в честь проводов своей прежней жизни. Собиралась ли она одна куковать в баре? Вовсе нет. Она кинула клич сестрицам Эверли, которые обосновались в том же городе раньше, чем она сама заявилась. Пусть приходят в бар или обе или любая из них. Когда она услышала смутно знакомый женский голос откуда-то со стороны, то наворачивала уже четвертый "файебол"...

[Джинарра Эверли]

Наставница. Как много и одновременно мало было в этом слове, если не знать подноготную их знакомства. Женщина, что вырвала Джин за шкварник из ямы дерьма, в которой та увязла по самую шею, не желая добровольно вылезать. Огненная, неукротимая стихия, готовая безвозмездно делиться своим пламенем. Сколько воспоминаний... И как давно это было.
И вот сейчас это пламя сидело и заливало себя алкоголем в одиночестве, словно предпринимая отчаянные попытки разгореться.

— Ну и зрелище. — Раздался чуть насмешливый голос совсем рядом.

Джин подошла стремительно, как всегда, положив ладонь на плечо наставницы, и, прежде чем та успела поднести бокал к губам, мягко, но настойчиво перехватила его. Присев рядом за барную стойку, она одним махом осушила коктейль, поморщилась от его кислой резкости и отодвинула пустой бокал.

- Дрянь. Который это по счету? Эй! – окликнула она бармена. – Две порции ваших шотов для меня и вот этой дамы, которая потеряла вкус к настоящему алкоголю.
Джин заговорщицки склонилась к Ингрид, заглядывая ей в глаза.
- Мы что, ждём третьего? Или ты так для меня нарядилась? Красиво, не спорю. Теперь мне неловко, что не принесла букет цветов на встречу.

На самой Джинарре была её любимая, чуть потёртая, кожаная куртка с закатанными рукавами, под ней — простая майка, а ноги облегали джинсы и грубые короткие ботинки. Со стороны эти две женщины действительно могли показаться парой, вышедшей на свидание, вот только одна из них была одета в самое выигрышное и соблазнительное, а вторая, казалось, решила, что встречу можно и пропустить, натянув первое, что попалось под руку.

Шутки шутками, но в конечном итоге Джин сменила тон, внимательно разглядывая свою старую знакомую, отмечая каждую черточку её лица, погружаясь в сладкую, но и немного горькую ностальгию.
- Я рада, и, скажу честно, удивлена увидеть тебя здесь, наставница. Не знаю, получится ли у Тиарры к нам присоединиться, её, кажется, пожрала работа. Но думаю, она бы тоже была рада встрече с тобой. Сколько лет мы не виделись? Кажется, целая вечность прошла.

Джин не спешила броситься к ней на шею, расцеловать и предаться воспоминаниям. Ингрид, несомненно, занимала важное место в её жизни; Джинарра глубоко уважала и любила её – особенной, своей любовью. И пусть юность давно миновала, а годы закалили характер, перед неукротимой энергией, несгибаемой силой и... стальным кулаком наставницы девушка всё ещё испытывала почтительный трепет.

Но было одно «но» – маленькое, но зловещее, как тень верёвки на шее. Ингрид как-то мимоходом обмолвилась о неком долге. Ни деталей, ни намёков на стремительно приближающийся срок расплаты – лишь одно слово, пугающее своей неопределённостью. А Джин не любила такие слова. И потому эта, казалось бы, столь долгожданная встреча, полная ностальгии по ушедшим дням, могла в любой миг обернуться чем-то куда более суровым, даже враждебным, для сестер Эверли. Но всему своё время. Сперва стоило осторожно прощупать почву.

[Зефирис]

Интересно, что же такого в себе намешала ученица, что пряно-остро-сладкий коктейль показался ей кислым или горьким? Сама Джин тоже могла бы быть такого свойства. Думает о себе, как о сладко-пряно-острой, а на деле является кисло-горькой. Ученица могла вспоминать, сколько огня когда-то было дано наставницей, чтобы просушить налипшее в яме дерьмо и оно могло от нее понемногу осыпаться пластами и хлопьями. Уж сколько у нее за все годы было учеников, но почему-то именно близняшки Эверли провели с ней больше всего времени. Либо наоборот, это она сама более или менее сознательно посвятила это самое время им.

- Ну и комментарий... - парировала она насмешку Джин с опытной улыбкой.

По одному только невольному усилию на плечо она поняла, что она с ученицей одинаково относились к силовым упражнениям и могли быть равны по грубой силе. При должной обстановке они могли бы посоперничать еще и в бестактности и наглости. Поведение ученицы не обескураживало, а наоборот - завораживало.

- Это мог быть мой четвертый, цыпленочек, - нарочито приторно ответила феникс на тему счета бокалам.

Молчаливый, но многозначительный огонь в глазах стал для Джин ответом, а следом пошли и слова.

- Спасибо, милая моя. Я так нарядилась так в честь траура в честь проводов моей прежней педагогической жизни и в знак начала чего-то нового. Было бы просто замечательно, если пришла бы и вторая сестрица Эверли. Хорошо, что ты не принесла цветы. Я даже не снимаю жилье, а успешно нахожу один временный вариант за другим.

Шутки ради и из-за мягкого влияния алкоголя, было заманчивой перспективой смотреть на ученицу, как на патлатую пацанку. В этом бунтарстве было свое очарование и у самой Зефирис был наряд, в котором она ощущала себя как Ингрида. Тоже кожанка, черный топ с черепом на пузе, который только отчасти прикрывал грудь да живот, черные, почти обтягивающие джинсы и берцы, в которые те заправлены. Ах да... еще и чокер и ремень с заклепками. Так она выглядела, как байкерша, а не просто прогульщица. Тем не менее, сегодня хотелось носить именно платье, чтобы побыть красавицей хотя бы ради себя же.

Однако, затягивать эту немую шутку не хотелось, ведь на зрелую ученицу можно было смотреть как на продолжение прошлого, в которое она внесла оценимый вклад. С Тиаррой удалось встретиться раньше, а потому в Джин можно было попытаться рассмотреть ребенка, для которого многие из уроков и мероприятий удавалось превращать в маленькие чудеса... вроде как. Только со временем удалось ощутить, сколько душевных сил было безвозвратно вложено в подобные моменты ради детского счастья хлебнувших горя учеников.

- Больше не наставница. По крайней мере и точно для детей, которые только могли бы стать моими учениками в будущем. Я зашла так далеко, что оформила себе документы на новое имя, а оно же связано с новым образом жизни и моим собственным образом. Поэтому, то ли еще будет. Цифры не важны. Главное - ощущения. Как бы у тебя не билась на волю сединка-другая, у нас впереди еще века жизни. Ти еще успеет прийти. Мне спешить некуда...