[Ойген Нойманн]

[Ойген Нойманн]

Раннее утро

– От одного взгляда на эту светомузыку башка болит, – сетовал Ойген, созерцая в бинокль город-призрак Бентра. А посмотреть было на что: несмотря на статичный пустынный пейзаж, сам город будто мерцал в свете занимающейся зари. Двоился и в пространстве, и во времени. На его окраинных улицах то сновали гуманоидные силуэты, то носились не совсем гуманоидные, скорее звероподобные тени – а то и вовсе маячили руины домов с пустыми провалами окон и разрушенными крышами. Эти «маски» Бентра меняла каждые две-три минуты, и временно́й паттерн был единственным, который Нойманн смог вычислить. В какой последовательности менялись личины города, мог сказать, наверное, разве что какой-нибудь верховный магистр теомагии с опытом в пару веков. Ещё толику хаоса добавляли резкие вспышки алой, почти лиловой, энергии, раз в полчаса-час ненадолго устремлявшиеся в небо и столь же внезапно пропадавшие. Казалось бы, лиловый – фирменный цвет Дискордиума, но понимания природы аномалии это ни хрена не добавляло.

А вот что гном мог сказать точно – так это то, что аномалия вызывала у него мигрень вместе с тремором рук. Ну, до тех пор, пока он не наглотался ингибиторов магического восприятия, обострённого от природы. Он даже на этот раз воздержался и запил таблетки не старым добрым стаутом, а минералочкой. Стаут, конечно, круче в разы, но перед бойцами, которых предстоит самолично вести в нетривиальный рейд, лучше пьяным не показываться. Остатки совести и самооценки от Ойгена ещё не разбежались.

Как не убежала и та, у которой голова не могла болеть по определению.
– Мои сенсоры тоже пока не регистрируют ничего, кроме хаотичных энергетических всплесков, – сказала Металлика. Напарница-андроид сидела рядом с гномом в лагере на вершине холма и непрерывно анализировала состояние аномалии.
– Ну ты там отправляй телеметрию в Орден. Авось, пока собираемся, в научном отделе таки найдётся умник, который поможет пробраться через барьер... Кстати, про «собираемся». Где там наша доблестная команда?

Команда, на удивление, состояла отнюдь не из хаоситов. Интересно, почему Энтропий сотоварищи принял именно такое решение, ведь первая экспедиция, которую Ойгену поручили найти, состояла именно из адептов Дискордиума. Ну да, может, у главных наметился какой-то акт дипломатии, объединения в рамках общих дел. Нойманн не особо горел желанием разбираться в политике аркхеймских корпораций. Работаем вместе – значит, не враждуем, значит, можно жить.

Первой в списке была представительница одной из самых загадочных для гнома рас – арданатеев. Ойген ни разу их не встречал, а посему, несмотря на внешнюю собранность, нет-нет да волновался. Каково это – говорить с воплощённой звездой? С другой стороны, Нойманн лично общался с демиургами, так что как будто сильно беспокоиться не стоило. Всего лишь ещё одно из множества чудес Аркхейма. Да и с Коалицией Рас гном разок контактировал и вполне себе остался довольным сотрудничеством. Вдобавок Киру заявляли как отличного разведчика и снайпера. Что-что, а острый взгляд и меткая стрельба наверняка здорово помогут в прорыве аномалии.

Вторым оказался некто Макс Бьорен – тоже опытный боец, ультрахуман... И офицер «ЭкзоТека». Впервые ознакомившись с его досье, Ойген неловко покосился на Ласточку, на корпусе которой всё ещё проглядывали метки этой корпорации. Вот смех-то, далеко не последнего бойца в «ЭкзоТеке» ведёт в бой гном на угнанном мехе... Впрочем, Ласточку уже двадцать раз переделывали, и от её исходной формы по сути осталась только рама. Так что стоило забыть про пережитки прошлого и сфокусироваться на текущей работе.

Ойген ещё раз сверился с картой Бентры. Так, точного маршрута к ядру аномалии аналитики ему не предоставили – зато подсветили, что самое тонкое место барьера – с западной стороны города, которую гном сейчас и созерцал. Затем следовало выдвигаться на юго-восток, к точке последнего контакта с группой Ависа... И к самому сердцу аномалии, откуда и били алые столпы. Но если даже не выйдет пробиться в центр, то следовало собрать максимум телеметрии (чем должна была в основном заниматься Металлика, в голову которой встроили мощный помехоустойчивый передатчик) и желательно – предметы, которые затронула магия.

– Есть информация от аналитического центра, – вдруг нарушила тишину Мета. – Поймали сигнал с тела одного из бойцов группы Ависа, он погиб как раз рядом с западной дорогой. У него может быть полезное снаряжение. Но точное место смерти определить не удалось. Координаты круга поиска уже на твоём коммуникаторе.
– Вилами по воде писано, – фыркнул гном, глядя на кольцо на карте шириной в триста метров. – Но хоть что-то. Ладно, давай дождёмся остальных. Может, они подкинут идей, как можно пробраться в город без лишней возни.

Ойген устремил взгляд на дорогу в ожидании транспорта с Кирой и Максом.

[Макс Бьорен]

Для ситуации, которая стала очередной задачей боевика "Инкогнито" по его личному мнению больше подошел бы какой-нибудь умник из "Энсорциума", как раз и специализирующегося на магической хреноте - у полевых исследователей обычно имелась немалая подготовка именно к таким ситуациям, специальное оборудование, приборы, импланты и дроны, и даже передвижные-переносные лаборатории, позволяющие проводить глубокий многофакторный анализ подобных штуковин, но... Личное мнение пусть и одного из далеко не последних офицеров, пусть и из подразделения, обладающего максимальной (и запредельным для военизированных организаций) свободой выбора вариантов действий и даже заданий, в подобных случаях высшее начальство не интересовало. Приказали - изволь выполнять и не крякать. Тем более, что и сами боевики "Инкогнито", пусть и в меньшей степени чем магспецы, имели дело с магическими и немагическими аномалиями неизвестной природы, и, возможно, в этом конкретном случае требовалась больше живучесть, адаптивность и сбор первичных данных с минимизацией риска помереть, чем глубокий анализ. Тоже своего рода... Логично.

А уж почему Орден решил поделиться ситуацией с Корпорацией - то Макса совершенно не касалось, да и вопросов вообще не вызывало, учитывая, что работал он на технологический флагман всего Аркхейма (и кто б попробовал найти среди тысяч сотрудников "Экзотека" хоть одного, кто сомневался бы в том что его нынешнее место работы не является тем самым флагманом, даже если это на деле правдой и не являлось), и, по слухам, сам Архитектор имел какие-то личные отношения и глубокий взаимовыгодный контакт с одним из древнейших демиургов. Может быть, это и сыграло роль? А может и нет.

Доставка до места сбора по известным координатам проблем не вызывала никогда, и особой щепетильностью и тщательностью в этом плане "Инкогнито" не отличались. Стремительный пролет транспортника в стратосфере над точкой высадки, открывшийся в нужное расчетное время десантный люк, и... Сброс боевика в полной амуниции прямо из стратосферы, а там - сам доберется, куда он нахрен денется, гравитация в помощь. И, разумеется, антигравы брони. Тоже не лишние.

Вспоровший воздух гул тяжелого атмосферного транспорта, мелькнувшего высоко в небе и усвиставшего за горизонт, появившаяся в небе еле заметная темная точка, стремительно полетевшая к земле, все увеличиваясь и увеличиваясь и становясь постепенно похожей на человеческую фигуру, негромкий - относительно гула самого транспорта, - хлопок и тусклая вспышка на матово-черной броне почти уже перед самой землей: и почти неслышный, до странного легкий для тяжелого даже на вид силуэта удар о землю, поднявший клубы пыли, медленно рассеивающейся и открывающей отличный вид на приземлившуюся чуть поодаль громоздкую угловатую фигуру, закованную в броню.

Фигура поднялась в полный рост - не такой уж впечатляющий, впечатляла больше ширина и громоздкость, - покрутила глухим шлемом, дернула плечами, поднимая и опуская многочисленные бронированные сегменты панциря, а затем шлем щелкнул и расселся на несколько частей, сложившись в массивный шейный сегмент панциря и открывая на всеобщее обозрение блестящий лысый череп и довольную (хрен пойми чем) физиономию, украшенную длинным рубцом, перетекающим с брови на скулу прямо через моргающий голубыми отсветами бионический глаз. Один. Второй глаз у боевика был самым обычным.

- Хэй! - бронированная рука поднялась в приветствии, на лишенной всякой растительности кроме  темных, будто крашеных, бровей, физиономии появилась доброжелательная улыбка, и хуман быстрым шагом преодолел несколько десятков метров, из соображений безопасности и для десантируемого и для ожидающего отделяющих точку приземления от гнома. Меха удостоилась лишь короткого взгляда, лишенного даже особого любопытства - да и с чего ему было бы быть у боевика, видавшего в своей жизни сотни разных мех, танков, шагоходов, боевых дронов и дроидов и прочие виды боевых машин, - и почти все внимание было сосредоточено на ожидающем гноме и на отсветах магического поля вдали. Там, куда предстояло в скором времени направиться.
- Здравия желаю. Макс Бьорен, позывной "Тантал". - в направлении гнома протянулась рука для рукопожатия, броня щелкнула, открывая предплечье и ладонь, с которых сползла прячущаяся под твердой сегментированной поверхностью гибкая нанитовая пленка внутренней покровной брони: все же пожимать руку в качестве приветствия по всему Аркхейму как-то больше было принято без брони. - Первичные инструкции?