Аркхейм

+

Обожаю...
Как её...
Бессонницу накануне рабочей недели.

Использовать 5 названий городов, стран или планет (любое кол-во постов)

В процессе сбора 2/5

Цитата: Фехата от Сегодня в 05:49:30Климбахе

Цитата: Фехата от Сегодня в 05:49:30Пандемониум

Раскрыть в описаниях 2 привычки вашего героя или вашего нпц (2 разных поста)

В процессе сбора 1/2

1. Привыкла спасаться от жары, накладывая на себя чары охлаждения

Цитата: Фехата от Сегодня в 05:49:30— Я предпочитаю прохладу и не люблю жару, хоть и могу ее переносить.

Ей даже повезло иметь магию ветра, она любила накладывать на себя такие простые охлаждающие чары.

— О, у меня есть свои методы убеждения, — усмехнулась эльфийка.

Навряд ли кто-то пытался угрожать хозяину уничтожением картины его жены. Фех усмехнулась, иногда грубые методы куда полезнее пустой вежливости. Хотя, без необходимости она все же старалась не нарываться, особенно с теми, кто мог помочь в будущем. И кто не бесил.

— Свою карту? — удивленно приподняла брови девушка. — У вас она что, одна на всех? Или это какая-то особенная?

Проследив взглядом до золотой точки, эльфийка удовлетворенно кивнула. Она любила желтый цвет, но в украшениях предпочитала серебро и платину. Хотя, это сейчас вспоминать об этом абсолютно бесполезно.

— Запрещено? — Фех усмехнулась, вспоминая разговор с Айзеком.

Так вот оно что, именем его жены можно было открыть дверь, но ее же упоминание выгнало ее из кабинета. Что ж, видимо он и правда очень дорожил своей женой, настолько, что выбрался из затворничества стоило только заикнуться о порче картины. Или он просто волновался за свое имущество?

Девушка задумалась на секунду. Нет, иначе он не стерпел бы взрыв на кухне, да и картины в кабинете говорили красноречивее слов.

Честно говоря, Айзек со своими этими портретами мертвой жены выглядел как маньяк-воздыхатель. Да, жена умерла, но сколько уже прошло? Разве он не должен был хотя бы немного отпустить ее и принять реальность? Если только он хотел этого, а судя по его затворническому образу жизни, что-то не похоже.

— А сколько лет вы уже живете в этом особняке? — чуть нахмурившись уточнила Фехата.

Что-то не сходилось, Крекер сказал, что хозяин заперся после смерти жены, но если она умерла еще до появления особняка, кто-то из них врал. Или что-то утаивал.

— И что значит "возник"? Его разве не строили специально? — вновь задала она вопрос и вдруг у нее в голове возникла странная догадка, которую она тут же выложила. — Вы тоже сюда переместились не по своей воле?

Значит жена умерла либо при родах, либо во время беременности. Если при родах, значит и ребенок не выжил? Что ж, печально, но ничего не поделаешь, такова жизнь. Эльфийка снова возблагодарила отсутствующих богов за то, что отобрали у нее возможность беременеть. Право слово, хуже этого ничего не придумаешь.

— В комнату пока рановато, я еще не устала, — покачала головой Фех. — И кстати, если можно, я хотела бы сменить комнату. Не знаю где она сейчас, но переселите меня как можно ближе к кабинету Айзека.

По ночам она все равно спала плохо, просыпаясь от любого шума или вообще не засыпая, так что она надеялась услышать, как хозяин особняка выйдет из кабинета. Не все же время он там безвылазно сидит, должен хотя бы иногда выходить.

Демиург никогда не считала Тень паразитом или чем-то ужасным. Слишком шумной частицей жизни - да, но вовсе не врагом. С ней она ощущала себя спокойнее, являясь воплощением неудачи. Та забирала необходимость говорить излишне, да и двигаться самостоятельно почти всё время. Возможно, если бы Алакшми не являлась демиургом, то уже давно от такого образа жизни заплыла бы жиром. Но он не приставал. Тело маленькое, словно ребенок, учитывая мешковатую одежду на теле. Может, небольшой животик даже если в наличии, но скрыт.

Тень была хищником. Казалась угрожающей, мрачной, жестокой. И лишь узнав чуть больше можно было заметить, что Тень - это друг. Который выбрал сам себя, навязался и решил остаться навсегда, принимая со всеми недостатками. А у Алакшми есть недостаток для остальных, но совсем обычная часть её жизни для её самой. Неудача была полной неудачницей.

Тень выжидает ответа, отстраняясь медленно, давая холодному воздуху остановиться на несколько мгновений дольше. Давая даже теплому ветру вокруг пропитаться этим холодом, словно и ему не повезло сегодня. На небе собирались небольшие тучи, сообщая о скором дожде. Алакшми не замечает. Кажется, что та не удивилась бы, если бы с неба столб дождя лил лишь на неё и двигался по пятам, преследуя свою любимую жертву.

Персонал того чайного дома явно не был в восторге от демиурга удачи. Хотя, если задуматься, а кто будет рад тому, кто как черная кошка в некоторых приметах ходит по пятам и приносит неудачу без перерыва на обед? А ведь некоторые верующие даже могут полностью сменить маршрут из-за этого.

Алакшми поднимает взгляд, когда Лира начинает говорить. Взгляд усталый, мешки под глазами словно кричат о недостатке сна. Слегка склоняет голову, чтобы обдумать предложение. Тень даже сама застыла. Предложить Неудаче полноценное одиночество без лишних людей? Хотя, полноценным не назвать, но это не имело значения.

— Пойдем, — соглашается Алакшми, а Тень становится на несколько мгновений больше и смеется.

— А ты хороша, Лиррра. Неужели не боишься накликать на себя как можно больше неудачи? — Тень злорадствует, вновь приближаясь ближе прямо к лицу эоны. На улице становится темнее из-за туч. Тень отстраняется от Лиры.

— Это Тень. Она всегда всех дразнит, — не оправдывает, просто представляет свою вечную спутницу Неудача, склоняя голову назад, чтобы убрать бирюзовые пряди волос с глаз.

— Не правда. Тебя я еще и защищаю. Я многофункциональная, — фыркнула Тень, но в этом не было и доли обиды.

+

/задыхается от смеха/

Цитата: Флавий Сигнифер от Сегодня в 01:50:33«Представь меня!» «Как прекрасного крылатого льва! Хищник, сияющий в лучах заката, могучий и грозный, ужас горных массивов, повелитель небесных просторов! Пожиратель реальности! Пусть она знает, на ком ей предлагается лететь.»

Цитата: Флавий Сигнифер от Сегодня в 01:50:33— Большой кот, — невозмутимо добавил Флавий. — Зато с крыльями. Вредный, ленивый, но сегодня в духе.

Цитата: Флавий Сигнифер от Сегодня в 01:50:33«Я НЕ КОТ! Я УЖАС ГОРНЫХ МАССИВОВ! Я ПИТАЮСЬ РЕАЛЬНОСТЬЮ! Я...»
 — Мяукает, когда голоден, — добавил Флавий с неизменным лицом. — Иногда мурлычет.

Солнце поднималось, и Климбах постепенно наполнялся светом, который Флавий ненавидел всей своей четырежды просроченной душой.
 Он шёл по улице, держась ближе к стенам домов, и чувствовал, как старые привычки — те, что въелись в кожу ещё в детстве, — поднимаются из глубины памяти. Сейчас ему не было больно. Браслет на запястье работал исправно: тонкая вязь заклинаний рассеивала ультрафиолет, не давая коже покрыться волдырями, не позволяя свету выжигать глаза до слёз. Технически он был в безопасности. Но привычка есть привычка. Он всё равно щурился. Всё равно искал тень. Всё равно чувствовал себя уязвимым под этим слишком ярким небом.
 Ферокс лениво шевелился где-то на краю сознания, не комментируя. Хтон вообще не любил говорить на ходу — предпочитал тихо наблюдать, выжидать, а потом выдавать что-нибудь едкое в самый неподходящий момент. Сейчас он молчал, что было необычно. Вроде бы, самое время прошипеть что-нибудь вроде «Солнце не жжёт тебя уже лет семьсот, а ты всё капризничаешь!», а нет, никакого словесного яда, никаких подколов. Заснул? Да неужели!
 — Верно и... верно. — И в самом деле, этнарх родился на Климбахе, и повоевать успел именно против Уробороса. Ничто из этого тайной не было. Как и приятными воспоминаниями, о которых хотелось бы поболтать. Война – это всегда беды. Свои, чужие, общие потери, боль, страх. В ней нет, не было и не может быть ничего хорошего, Флавий ненавидел это дело всей душой.
 И именно поэтому был в нём хорош.
 Плохим воином, но хорошим диверсантом и зачарователем брони, оружия, снарядов, укреплений. Лишь бы дожить до следующего дня. Сохранить больше жизней соратников. Становиться лучше, оттачивать мастерство, чтобы делать ненавистное, но крайне нужное дело так, чтобы не пришлось переделывать. А потом заслужить право не возвращаться к нему больше никогда.
 Полировать свои бестолковые блестяшки, как всегда мечтал, с самого детства.
 — А вы? Тоже отсюда, или только привыкаете к местной своеобразной погоде?
 Солнце. Да, к нему привыкнуть невозможно, хоть за год, хоть за тысячелетие.
 
 Они шли, в основном, молча. Флавий успел сказать о своём становлении артефактором — коротко, сухо, без лишних деталей, но честно. Этнарх всегда считал себя плохим собеседником, но не знал, как с этим бороться. А надо бы. Фехата слушала, не перебивала. И когда он спросил о ней, ответила уклончиво: путешествует, помогает брату с делами.
 Флавий кивнул, не настаивая.
 Мелькнула ответная мысль — две возможные интерпретации. Либо что-то незаконное: брат — контрабандист, посредник, теневая фигура. Либо что-то высокопоставленное: брат — важное лицо, и она его правая рука. В любом случае, позволять себе заказывать индивидуально изготовленные артефакты партиями могли не многие.
 Сигнифер решил не думать о плохом. Эльфийка, которая сочла себя похожей на медовый опал и не побрезговала смотреть на его мастерскую глазами профессионала, заслуживала хотя бы нейтрального отношения, как минимум.
 —Так вы рисуете? Это прекрасно, — сказал артефакор, и голос его прозвучал мягче, чем обычно. — Я всегда с уважением относился к тем, кто начинает с нуля. Новичкам сложнее всего, — добавил он. — Они ещё не знают, что у них получится, но уже готовы пробовать. Это требует смелости. Больше, чем у многих мастеров с многолетним стажем. Пожалуйста, продолжайте.
 
 Они зашли в небольшой магазин на углу — старую лавку с пыльной витриной, которую Флавий часто проходил мимо, но никогда не посещал. Фехата задержалась там на пару минут.
 И вышла с зонтиком.
 Обычным. Тканевым. С деревянной ручкой. Флавий не сразу понял, зачем ей зонтик — дождя не было и не предвиделось. Но когда она раскрыла его и шагнула ближе, накрывая их обоих тенью, этнарх удивлённо наклонил голову.
 Тень. Прохладная, мягкая, почти ласковая. Прохлада, явно магической природы. И Флавий бы понял, если бы измученная жарой девушка спряталась там одна. Но зачем закрывать и попутчика? К нему нечасто проявляли заботу. Никогда, если задуматься. В клане Сигниферов забота считалась признанием слабости — если ты заботился о ком-то, ты признавал, что этот кто-то не способен позаботиться о себе сам. Его отец скорее ударил бы сына, чем укрыл от солнца. Учителя — вытащили на плац и заставили стоять под палящим светом вместе с остальными. Забота была унижением.
 Флавий знал, что это неправильно. Он перерос эти установки, оставил их в прошлом, как деревянный тренировочный меч – в самом дальнем и пыльном углу. Но тело помнило. Тело помнило, и на несколько секунд он просто стоял в тени зонтика, глядя на эльфийку с выражением, которое невозможно было прочитать.
 — Спасибо, — тихо, почему-то почти шёпотом. И спустя неприлично долгую паузу.
 
 Они пошли дальше. Зонтик держался над ними, и Флавий чувствовал, как на него навеяна лёгкая прохлада — какая-то бытовая магия, скорее всего, вплетённая в ткань. Маленькая, почти незаметная вещь. И от этого она казалась ещё более ценной.
 Они миновали центральную площадь, свернули на улицу, которая вела к окраинам. Дома становились ниже, реже, воздух — чище и, как ни странно, жарче. Столица постепенно отступала, уступая место открытому пространству.
 Флавий посмотрел вперёд, в непроглядный и существующий только для него двоящийся туман.
 Река была ещё далеко. Пешком — больше часа, а то и два. И если они доберутся туда по такой жаре, на поиски янтаря просто не останется сил. Этнарх замедлил шаг, обдумывая варианты. Ферокс оживился — почувствовал, что назревает что-то интересное. Редко он ловит носителя на таких эмоциях, как благодарность.
 «Спроси у неё, — подсказал хтон. — Спроси, летает ли она. Мне нравится эта эльфийка. Не хочу, чтобы она устала».
 Флавий не стал спорить. Он повернулся к Фехате, чуть сдвинул капюшон, чтобы лучше видеть её лицо.
 — Мы можем дойти пешком, — сказал он. — Но тогда на поиски останется меньше сил. Есть вариант быстрее.
 Он помолчал, собираясь с мыслями. Вопрос был простым, но почему-то казался сложным.
 — Вы умеете летать? По воздуху быстрее, даже если вас придётся нести. Или Ферокс предлагает свои услуги. Он готов. Ему понравилась ваша неприязнь к кофе.
 Внутри сознания раздался возмущённый вопль:
 «Ты не должен был говорить про кофе! Я просто хотел казаться благородным!»
 
 Флавий проигнорировал его с каменным лицом, но уголки его губ чуть дрогнули. Он ждал ответа, стоя в тени зонтика, в котором прятались двое — эльфийка, купившая его ради чужого комфорта, и этнарх, который не знал, как сказать «спасибо» так, чтобы это прозвучало достаточно.
 Теперь следовало объяснить, кто такой этот Ферокс.
 «Представь меня!» — зазвенело в голове, когда хтон выпрямился во весь свой ментальный рост. — «Как прекрасного крылатого льва! Хищник, сияющий в лучах заката, могучий и грозный, ужас горных массивов, повелитель небесных просторов! Пожиратель реальности! Пусть она знает, на ком ей предлагается лететь.»
 Флавий вздохнул. Внутренне — с наслаждением.
 — Ферокс, — сказал он вслух, делая лёгкий жест рукой в сторону пустоты, — мой хтон-симбиот.
 В ответ прогремело ликующее: «Да! Продолжай!»
 — Большой кот, — невозмутимо добавил Флавий. — Зато с крыльями. Вредный, ленивый, но сегодня в духе.
 Внутри раздался такой вопль возмущения, что Флавий на мгновение прикрыл глаза. Ферокс метался по глубинам сознания, как разъярённый зверь, требующий немедленной репутационной реабилитации.
 «Я НЕ КОТ! Я УЖАС ГОРНЫХ МАССИВОВ! Я ПИТАЮСЬ РЕАЛЬНОСТЬЮ! Я...»
 — Мяукает, когда голоден, — добавил Флавий с неизменным лицом. — Иногда мурлычет.
 Ферокс взвыл.
 Это была маленькая месть за утреннюю кофейню перепалку.

- Helllooo everypony, eeeeeehaaaa!