Аркхейм

Обливион выблёвывает Аэ, как норд выблёвывает выпивку за пару часов до рассвета, выпав из таверны. Переход между материальным и не совсем материальным миром ощущается колкой болью по всему телу. Оно отвыкло от материальности реальности, такой... конечной. Аэ слепо пробегает ещё как минимум шагов тридцать, прежде чем уцепиться руками за ствол какого-то дерева и замереть, обнимаясь с ним. Едкая желчь моментально подступает к горлу и данмер сосредоточенно блюет. Больше слюнями и желчью, чем чем-то ещё. Истрёпанная рыжая коса, болается через плечо, и на самый её кончик, попадают слюни и желчь. Аэ отмечает это очень вяло: "Помыть" и... жадно делает вдох.
Воздух материального мира - пьянит. Он отличается от того, что есть в Обливионе. Здесь в воздухе растекается аромат луговых трав, терпкость смолы деревьев, а там... не то, чтобы стерильное ничего, но... Вот Фаргрейв в котором он обретался последнее время пах ртутью и битым стеклом. Это очень странное сочетание. Аэ сползает по дереву вниз, упирается ладонями во влажную почву и тут же сжимает пальцы. Грязь забивает под ногти, пачкает полу-перчатки, но данмеру на всё плевать. "Материальный мир!!! Я - ДОМА!!!", - Валторис смеётся, но смех его тут же обрывается.
Где он?
Не то, чтобы Аэ был дерьмовым магом, скорее это была особенность Фаргрейва как такового. Из него порой очень сложно было попасть туда, куда тебе надо. Поэтому порталы в этом плане Обливона, обычно открывали дремора. У них как-то стабильнее выходило всегда с пунктом назначения. Да, приходилось платить, но за деньги ты мог быть точно уверен в том, что попадешь туда, куда надо. К сожалению, у Аэ не было такой возможности. Ему нужно было убраться из Фаргрейва как можно быстрее, поэтому...
Данмер прижимается щекой к дереву, обнимает его, и смотрит вокруг себя. Местность кажется  ему смутно знакомой. Увы, это точно не родной для Валториса Вварденфелл и совершенно точно - не Морровинд. Для Хаммерфелла слишком много зелени. "Хай-Рок? - Аэ вертит головой, продолжая жадно вдыхать воздух, - Нет, не Хай-Рок... Скайрим?...". Можно, конечно, до темна гадать, что да как, однако, проще было бы найти кого-нибудь да узнать куда его занесло.

---

- ... и почему же ферма Снегоходов? - Аэ стоит за стенкой и внимательно слушает чужой разговор. Выговор у тех, кого он подслушивается специфичный, настолько знакомый, что у данмера аж сразу сводит коленки и начинается мелкая дрожь. Он эти обертоны в голосах, что мужских, что женских - знает слишком хорошо.
Норды.
Он в Скайриме. Уже неплохо.
- Да, это давняя история. Тут как-то много снега выпало, год без лета был практически. Вот мой предок и назвал эту ферму - фермой Снегоходов, только с ними сюда и можно было добраться. Сам же знаешь в Рифте зимы не особенно холодные, - Аэ за стенкой согласно кивает головой. Рифт ему этим и нравился всегда - не особенно холодные зимы и не особенно заморачивающееся по некоторым вопросам население. А что ещё нужно данмеру весьма сомнительной репутации и не менее сомнительного поведения?
- Когда уже кончится эта гражданская война, - "О... Так я не сильно по времени отстал, получается?" - жаль, конечно, что всё ещё идёт грызня за трон объединенного Скайрима, ну, да, ладно, может быть, Король-Скальд уже остыл? В конце концов, Аэ так-то помог ему. Просто... это было действительно случайностью, что он попал в койку к принцу. - К тому же, слышал, драконы появились? Говорят над Хелгеном видели... Алдуина, - "КАКИЕ ДРАКОНЫ?" - Аэ перестаёт дышать и просто превращается в одной большое ухо, стараясь уловить всё.
- Мало нам Братьев Бури и Имперского Легиона, с чертовыми талморскими ублюдками, ещё и драконы! А всё потому что ярл Ульфрик убил Верховного Короля! - "Что?... Ульфрик?... Верховный... король?", - данмер прижимает ладонь к рту. Сколько времени прошло?! Какой сейчас год? Эра?...

---

Его растерянно бредущего по большаку подобрал какой-то совершенно бодрый нордский дедок, который посетовал, что меров стало как-то слишком много, но ты, парень, что-то больно потрепанный, садись давай, до Рифтена довезу. Дед что-то говорил, пока они ехали, а Аэ отвечал как мог. Правда, ответы его больше состояли из "Ага", "Угу" и "Удивительно".
- Да, чтоб вас Малакат высрал... - бормочет Валторис, смотря с холма на огромный город. Он помнил Рифтен жалкой рыбацкой деревенькой в тридцать домов, а теперь это речной портовый город, насколько уж он мог судить. - Анвар, это, я так засиделся в своей лаборатории, что потерял счет годам. Меры живут дольше... Какой сейчас год?
- Да, вы, эльфы, только и умеете, что теряться да путаться, - беззлобно отзывается дед, - Двести первый год Четвёртой Эры сейчас, эльф. Н-да... Ну, и, почитай, почти как двести лет с Красного Года, когда островок ваш мерский к спригганам смыло, после извержения, - сердце Аэ уходит в пятки. Дед брешет, ну, не могло такого быть, не могло!
- А.. Где остановится можно-то в городе?
- А ты что думаешь тебя с такой рожей пустят куда-то? - хмыкает старик. - Иди в "Пчелу и Жало", скажи, что Анвар прислал, может на конюшне хоть место найдут. Не любят тут эльфов.
- Спасибо, - растеряно бормочет Аэ, отходя от повозки, направляясь в сторону городских ворот. Ничего не осталось от рыбацкой деревушки Рифтен - город это. Портовый, шумный, людный. Ничего знакомого. Всё, что чувствует Валторс - это ужас. Ужас такой силы, что ещё чуть-чуть и его наизнанку вывернет. Мир только кажется тем же самым, а на самом деле он совершенно чужой, незнакомый данмеру. Никого уж и нет из тех, кого Аэ знал когда-то, в живых. "Вторая Эра... Четвёртая Эра..." - у Аэ кружится голова от страха и ужаса. У него ощущение, что он снова провалился в Хладную Гавань. Руки его снова мёрзнут, словно он опять в этом чёртовом плане Молаг Бала. Ужас вытесняет всё, что было хорошего в Валторисе, давит и поглощает.
Проходя по кривым улочкам Рифтена в этом состоянии он даже не замечает как за ним наблюдает и перешептываются тени. Аэ даже не понимает насколько он одеждой отличается от нынешних обитателей Тамриэля, насколько он внешне отличается от привычных взгляду данмеров. Он настолько истошно-рыжий, что его видно - не нужно никаких других описаний. Аэ - один такой на весь Рифтен. Истинное пепельное дитя Красной Горы.
Ноги сами приводят Аэ на Торговую площадь - хоть это осталось неизменным сквозь века. Она кажется намного больше, чем была когда-то и данмер был бы совершенно не удивлен тому, что её расширили когда-то. Надо же как-то справляться с растущим городом. Он невидящим взглядом обводит рынок и торговцев, глупо надеясь, что вдруг  хотя бы кого-то знакомого увидит, но всё выглядит иначе, нет даже привычных вывесок.
- Простите, - стражник смотрит на него с плохо скрываемым раздражением, - где я могу найти таверну "Пчела и жало"? - голос Аэ звучит удивительно тихо, чуть надломленно.
- Прямо отсюда и направо, а дальше можешь идти на запах, данмер. Говорят, что у вас как у собак, - Валторис игнорирует колкость.
"Пчела и жало" встречает его людским шумом, звуками музыки и запахом еды. Данмер находит самый дальний и тёмный угол, и забивается в него. "А чем я буду платить?..." - у него с собой были деньги, но насколько входу сейчас дрейки из его Эры?... Желудок Аэ издает скорбный звук голода. Он и, правда, не стал есть перед тем как сбегать. Порталы... всегда им переносились довольно мучительно, так что... Аэ закрывает лицо ледяными руками. Как ему быть?... Что ему делать?... "Можно подумать в первый раз будем продавать себя, чтобы оплатить жратву и спальное место...", - эта мысль немного отрезвляет. После побега из Хладной Гавани он тоже выпал очень дезориентированным, растерянным и совсем без денег, однако... тогда не прошло так много времени! Аэ отчаянно надеется на чудо, хоть и понимает, что зря. Свой лимит чудес он исчерпал, когда сбежал из Хладной Гавани - отвратительно много сотен лет назад.