Аркхейм

@Барс Баркас Девять с Половиной,
- Че ты меня булишь? Влюбился?

Цитата: Хьюго Иденмарк от Сегодня в 16:50:10@Обскур, вот пусть кто начал - тот и заканчивает! *выразительно поднял палец* Ежжи!

пресс ф нам тогда Х))
с другой стороны летом принято за_гореть

Цитата: Сейран от Сегодня в 14:14:19Всё, я нашёл идеальную аву для гонок на Климбахе хДД
не безумный Макс, конечно. Но Бордерлэндс - туда идеально вписывается.

Чё ты тут оголился?

@Обскур, вот пусть кто начал - тот и заканчивает! *выразительно поднял палец* Ежжи!

@Барс Баркас Девять с Половиной, а че я-то, это вон эльф первый начал =_=

Да уж. Играешь вот соло рейтинг и никогда не знаешь, какие чудовища тебя могут попасться. Даже иногда интересно посмотреть, какие люди живут на белом свете 

Цитата: Хьюго Иденмарк от Сегодня в 16:19:13*вздыхает* Ладна, уговорили. *сжОг нахой все вокруг*

Воу воу воу охладите трахание 

— Серьёзно, Флавий? — Инфирмукс тихо хмыкнул, качнув головой, когда побратим закончил раскладывать свои паршивые карты. — Ты действительно думал, что я рассчитываю на лёгкую и безопасную прогулку? Если в твоем понимании границы легкости пролегают где-то между локальным катаклизмом и тотальной кровавой баней для всего живого, то да — я неисправимый оптимист. И не прибедняйся. Навыки могут притупиться от вековой пыли, но врожденный дар — это как вторая кожа. Сколько бы столетий ни прошло, истинное предназначение из тебя не вытравить.

Владыка лениво привалился плечом к косяку дверного проёма, внимательно наблюдая за развернувшейся перед ним сценой. Он поймал тот отчаянный, предупреждающий взгляд, который Флавий бросил на него из-под упавших на лицо белых волос: «Не трогай её. Моя». Инфирмукс уважительно замер, мысленно признавая чужие границы. Он никогда не станет оспаривать право близкого побратима защищать свое гнездо и своего детёныша.

А птенец Сигниферу попался редкой степени паршивости — дикий, испуганный, глубоко надломленный. Чем моложе новорожденный хтоник, тем мучительнее и разрушительнее проходит адаптация. Сам Инфирмукс разделил тело и разум с Эребом в день своего семнадцатилетия, и за долгие века войн через его руки прошла не одна сотня таких аномалий. Существа, у которых вероятность сойти с ума и выжечь собственный мозг была в разы выше, чем шанс дожить до зрелости. Владыка прекрасно знал этот лихорадочный, рваный ритм чужого сердца и ту запредельную частоту, на которой сейчас вибрировал Зов между Флавием и девчонкой. Под его собственными ребрами тлело тепло щемящей нежности. Любая подобная связь делала Стаю сильнее, а большая, крепкая Стая — единственный залог выживания на Климбахе.

Инфирмукс вырос в этих реалиях и понимал природу дикого инстинкта слишком хорошо, чтобы спорить. Но как опытный тактик он автоматически просчитывал угрозы наперед.

— Такие птенцы всегда приносят проблемы, — негромко произнес он без тени осуждения. — Моему самому младшему воспитаннику едва исполнилось одинадцать. Первые три года он вообще редко приходил в сознание, не то что в здравую память. Амнезия для новорожденных — обычное дело.

Владыка сделал медленный, плавный шаг вглубь комнаты, давая хтэнии привыкнуть к своему присутствию.

— Если захочешь, я могу прислать к тебе проверенных врачей из лекарского подразделения. Или сам свози её в наш госпиталь. Погоди, не рычи и не отказывайся сразу. Я понимаю, что в острой стадии Зова хочется только одного: загрести своего птенца в охапку, забиться в самую темную щель и скалиться на любого хищника, кто посмеет приблизиться. Инстинкты беспощадны, но в них есть своя логика. Ты безупречный артефактор, Флавий, и твои стабилизаторы удерживают её на краю, но глубокое сканирование современными методами пойдет ей на пользу. И... помни, что у нас все еще активны радикальные террористические культы. Будь осторожен. Сейчас ваша связь буквально кровоточит наружу. Вы слишком сильно нуждаетесь друг в друге, и наши враги не упустят шанса этим воспользоваться.

Самое страшное, что Инфирмуксу довелось повидать за века мятежа, не считая изощренных ментальных пыток самого Уробороса, — это когда палачи ломали пленных через Зов. Во время таких казней к самому объекту даже не притрагивались. Достаточно было поймать двух хтоников, связанных свежими, пульсирующими узами, и медленно, со вкусом резать одного на глазах у второго.

Закаленный в непрекращающихся бойнях мозг Владыки мыслил исключительно категориями военных рисков, но, вовремя заметив, как девчонка испуганно сжалась под его тяжелым взором, он мягко улыбнулся, гася багровые искры в глазах.

— А имя у твоего кусачего котёнка вообще есть? — спросил он, переводя разговор на мирные рельсы.


Из душной Стигии, куда они попали впорталом, они наконец выдвинулись. Флавий ни на шаг не отпускал от себя маленькую хтэнию, Инфирмукс молча держал в поле зрения обоих. До дальней границы города они добрались короткими пространственными переходами, а затем серией затяжных прыжков углубились в непроходимую чащу климбахских джунглей. Дальше пришлось пробиваться своим ходом — слишком плотными становились чужие магические эманации.

— Я обдумал твои варианты по поводу куба, — заговорил Владыка, уверенно рассекая грудью удушливый, пахнущий прелой зеленью жар подлеска. На его костяном хвосте, намертво стянутый стальными кольцами, покачивался сорокасантиметровый черный монолит. — Последний, с инверсией пространства, мне категорически не нравится. Если случится сбой, мы сами окажемся заперты внутри этой коробки. Пока мы будем соображать, как выбраться из карманного измерения, заключенная в сейфе тварь окажется на свободе и рванет к городу. Слишком велик риск.

Он скользнул цепким взглядом по лицу шагающей рядом девочки, чутко фиксируя мимику, дыхание и сладковатый шлейф ее страха, который постепенно сменялся диким, чисто хтоническим азартом.

— Первый вариант — с дистанционной детонацией — мне по душе. Я вообще люблю, когда всё решается быстро: пришел, грохнул по проблеме и пошел обедать. Но сейчас с нами твой птенец. И если начнется неконтролируемый выброс внеранговой магии, ты полезешь закрывать её собой, наплевав на любую безопасность. В такие моменты Зов не спрашивает разрешения у рассудка. Но если ты пострадаешь или выжжешь энергоканалы, совсем не факт, что девчонка найдет себе другого опекуна с такой же мощной привязкой. Я взять её под постоянную плотную защиту не смогу, сам понимаешь. Даже на время твоего лечения в госпитале. Так что... давай остановимся на втором варианте. Будем вскрывать медленно, пласт за пластом. Лично меня ни капли не пугает перспектива того, что запертое внутри существо посмотрит на нас. Почему бы ему, в самом деле, не полюбоваться на хорошую компанию?

Инфирмукс сухо рассмеялся и резко остановился.

Вековые джунгли сомкнулись над их головами плотным куполом. Влажные, глянцевые листья поблескивали в редких стрелах солнца, пробивавшихся сквозь кроны, а матовые грани куба в костяной хватке хвоста казались сотканы из первобытного мрака.

— Предлагаю разместиться возле стигийских пирамид. Местная аура традиционно привлекает диких монстров и бродячую падаль. Если при вскрытии из куба вырвется какая-нибудь прожорливая чупакабра, она инстинктивно ломанется прямо к ближайшему сооружению. Уж не знаю, что их туда тянет — повышенный температурный фон или застарелый запах запекшейся крови. Предлагаю преодолеть оставшийся путь по воздуху. Вы с девочкой можете устроиться либо на Эребе, либо зови своего Ферокса.

Владыка отступил на пару шагов в сторону, освобождая пространство, и позвал своего симбионта.

Воздух над поляной мгновенно уплотнился. Из пространственного разлома вырвался Эреб — исполинский костяной змей, окутанный клубами багрового хтонического пламени, сейчас больше иллюзорного.

— Не бойся его, — не оборачиваясь, бросил Владыка замершей девчонке. — Это Эреб. Мой хтон. Он нас прикроет.

Инфирмукс ловко подпрыгнул, схватившись рукой за острое черное ребро на загривке змея, и легко подтянул свое тело вверх. Усевшись на широкую костяную спину дракона среди сполохов безвредного огня, он сверху вниз вопросительно уставился на артефактора:

— Ну что, брат, как летите?

*горит* м-м-м. тепленькая пошла