Аркхейм

@Новария Сильверхарт, /бурчит, но продолжает пить чай/

Цитата: Грета от Вчера в 22:25:44

/погладил по голове/
Спокойной ночи)

@Новария Сильверхарт, /довольно кивает , взял чашку, вставил трубочку в чашку. Пьёт/

@Кайрос 
Кто такая Деменция? Это твоя подруга? 

@Новария Сильверхарт, /довольно жуёт булочку. Предлагает ей сыра на грубом куске хлеба/

@Кайрос 
Воооот, вооооот, а как бедная я должна понять что это не шутка? а? а? Грузишь мою извилину 

@Сейран, @Соната, вон, чуть выше Сус ответил((

В конвульсиях и дрожи телхин в принципе не мог отличить одно от другого и был уже в полубесконечном бреду. Так что когда из уст Новарии вырвалось:

— Прости... Я... Не всесильна... Я... Прости...

Рука Макха сама потянулась, пытаясь что-то найти в пространстве, которое, ни глаза, ни разум — не видели. И Третий что-то пробормотал невразумительное. Слова вплетались одно в другое и были в общем целом неразборчивыми. Чем-то похожим на:

— Мама... Папа... Великая... Покровительница?

И снова потерял сознание. На том столь краткий разговор, увы, закончился. Вряд ли его возможно было запомнить. Время шло и забота Новарии, окутавшая всецело поврежденное тело телхина, удерживала парня на пороге смерти и жизни. А потом и вовсе помогла больше со смертью не встречаться. Трудно представить, сколько утекло времени, а сил — и подавно.
Третий смутился. На неожиданный комментарий хотелось как-то ответить, особенно потому, что телхину показалось, словно он все еще галлюцинирует и сам себе представил ответ, который услышал, например, в шелесте ветра. Не даром ответ был с хрипотцой: Макху явно нужно было продышаться, ведь он так долго лежал.

Так мыслилось молодому эону, а потому и ответ последовал не очень заурядный:

— Если бы не был песчинкой, тебя бы не снесло океаном. Перед великим бедствием ты — песчинка... — учил он себя смирению, прервавшись от дыхательной техники. Скрещенные ноги в стойке аиста освободились от замка и Третий более твердо встал, подбоченившись и нахмурившись. Что-то было не так. Он надул щеки и выдохнул, словно во рту была очень длинная и горячая суповая лапша.

Только потом юноша немного повернулся и заметил, что с ним вообще-то разговаривали. Для начала Макх Третий выслушал все, так как нервничал и пребывал в состоянии восприятия цепочки воспоминаний. Что-то всплыло в память Третьего, по какой-то причине ему показалось, что сейчас общается со спасительницей. Также по той причине, по которой у ребенка значимой семьи было строгое воспитание и почитание старших, какие-никакие уроки вежливости не забылись.

Он прерывисто удивился и встрепенулся, затем выпрямился и ударил кулаком в свою ладонь в жесте приветствия и начал кланяться. Именно начал. И телхин кланялся... медленно и говорил. И пока он говорил — продолжал кланяться, очень медленно опускаясь, словно разводной мост перед великой рекой. Естественно, он в то же время говорил свои благословения:

— О Великолепная Хозяйка местной обители! Искренне благодарю тебя, что приютила и позаботилась о скромном воине. Позволь отблагодарить тебя за щедрое гостеприимство и пожелать, чтобы удача следовала за вами чередой! Пусть вы вечно вкушаете счастье, что цветы, растущие вокруг вас вкушают свет из ваших великолепных солнечных ладоней! — он щелкнул пятками обуви пока кланялся, еще более выпрямив ноги, и уже находился в поклоне на все девяносто градусов. Но продолжал, кланяясь в пояснице, опускаться вниз и осыпал Новарию наибольшей благодарностью, на которую был способен. — Бесконечного процветания, Священная Госпожа горы^{уважительное обращение}, пусть попутный ветер всегда будет вашим другом и поможет вознестись даже к великим небесам, если то потребуется! Пусть у вас и ваших подопечных будет много радости и вечного спокойствия!

Когда телхин коснулся лбом носков своей собственной обуви, то встал на голову и начал поднимать ноги прямо. Такой поклон был самым уважительным, который Макх только помнил. Он продолжил кланяться и желать Новарии всего добра на свете:

— Пусть весеннее солнце Архея всегда начинает вставать с вашей стороны, освещая вашу непоколебимую красоту и грацию и даруя счастье и долголетие! Пусть здоровье и сила ваша будут столь же крепки, сколь крепка прекрасная замечательная гора, которой вы владеете! Пусть тысячи желаний исполнятся, а все дела будут вам по нраву!

И когда Третий закончил кланяться, он сел на колени, поправив робу и штанины, крепко сжав кулаки на коленях. После такого приветствия, наконец-то, можно было серьезно заговорить со своей спасительницей.

— Макх Третий из клана Лисы, Путешествующей по Облакам. Позвольте возразить, о великолепная покровительница, не держите зла на скромного воина! Скорее всего, все мои предки погибли и потомков не будет, а знания народа погребены в морской пучине и я с трудом сейчас могу вспомнить большую часть. Однако телхины начинают тренировки как можно раньше и посвящают себя развитию, трудясь весь день. Начатие тренировок никогда не происходит на полный желудок, скорее предпочтителен легкий голод. Я уже выпил стакан воды и моя жизненная сила постепенно находит старые пути, циркулируя легче. Не посчитайте это грубостью, скорее в привычном образе жизни завтрак шел уже после тренировок. Примерно через час я сам начну готовить, и если вы позволите пригласить Священную Госпожу горы, угощу и вас тоже, чем умею...

Молодой эон вспотел после такого приветствия и объяснений, но дышал ровно и почти не нервничал. На Новарию он даже не смел смотреть прямо, склонив голову и направив взгляд на босые ноги. Приглашение на трапезу было очень смелым, но он постарался быть максимально вежливым и даже рассматривал опцию пожелать еще благословений, пока приглашает. Только, во-первых, старшие учили его не сильно откланиваться даже перед Покровительницей, во-вторых, надо было еще придумать, а из чего же готовить?