- Добро пожаловать на Аркхейм. Войдите или зарегистрируйтесь.
Последние сообщения
#11
Безудержное общение / Флуд №204 во имя плавника акул...
Последний ответ от Асфау - Сегодня в 22:46:00Цитата: Игнит от Сегодня в 22:42:51Точно, моя любовь.Ты не оставляешь мне выбора.
Придется применить особый мизинчиковый захват! Но он слишком силен...
#12
Безудержное общение / Флуд №204 во имя плавника акул...
Последний ответ от Игнит - Сегодня в 22:42:51Цитата: Асфау от Сегодня в 22:39:52Это коварный прием: ляжки в тиски?Точно, моя любовь.
#13
Рекламный раздел / Реклама №14
Последний ответ от Пиар-агент - Сегодня в 22:42:09
#14
Безудержное общение / Флуд №204 во имя плавника акул...
Последний ответ от Асфау - Сегодня в 22:39:52Цитата: Игнит от Сегодня в 22:38:49*Массирует ляжками тёмную головушку*Это коварный прием: ляжки в тиски?
#15
Безудержное общение / Флуд №204 во имя плавника акул...
Последний ответ от Игнит - Сегодня в 22:38:49Цитата: Асфау от Сегодня в 22:22:21*Пожирает и ляжки, не ну а чо**Массирует ляжками тёмную головушку*
#16
Безудержное общение / 21+ Флуд №43: Дурка
Последний ответ от Лумиус - Сегодня в 22:37:40Цитата: Свора от Сегодня в 22:34:29удивленно посмотрела на него, - Я... Я просто поныть хотела!А... скажи в следующий раз, чтобы я просто развесил уши *жамкнул еще раз* Да?
#17
Личные эпизоды / Грани доверия острее лезвия но...
Последний ответ от Мэйв - Сегодня в 22:37:24Мэйв внимательно слушала, впитывая каждое слово Сейрана. Он говорил тихо, словно делился не просто мыслями, а частичкой себя — той, которую редко кому‑то показывал.
- Наверное, я выбрал Циркон по этой причине. Не думал, не анализировал, почему Циркон. Просто я его увидел и понял, что хочу остаться здесь. Возможно, как раз потому, что тоже боялся сойти с ума в этой тишине.
Она кивнула, не перебивая. В его голосе звучало нечто большее, чем просто предпочтение к спокойному месту — в нём таилась история, прожитая и осмысленная. И Мэйв это понимала из его слов:
- Хотя так было не всегда. По крайней мере, у меня была очень насыщенная жизнь, посвящённая постоянной встрече с людьми. Поэтому когда выпадал шанс побыть наедине и в тишине. Я был счастлив.
Мэйв сдержала порыв задать вопрос. Чем ты занимался? Где жил? Почему всё изменилось? Вопросы роились в голове, но она мягко отогнала их. Он расскажет, если захочет. Сейчас ему нужно не любопытство, а понимание.
Они стояли так долго — или всего мгновение. Время теряло смысл в этом объятии, где не было ни прошлого, ни будущего, только настоящее, тёплое и настоящее. Но даже самые прекрасные моменты имеют свойство заканчиваться.
Сейран мягко отстранился. Не резко, а так, будто боялся разорвать невидимую нить между ними. Его пальцы на прощание скользнули по её запястью — лёгкое, прощальное касание.
- Не прочь, если я покину тебя? — сказал он. И от его слов она почувствовала то же сожаление, что сжимало её сердце.
— Я провожу тебя до двери, — ответила она, хотя знала: это лишь способ продлить последние секунды.
Они прошли через комнату — два силуэта в полумраке, освещённые лишь отблесками уличных фонарей. Каждый шаг отдалял их друг от друга, но в то же время будто укреплял что‑то новое, только начатое, но уже ощутимое.
У порога он обернулся. В его глазах читалось невысказанное обещание: это не прощание.
— Доброй ночи Сейран. — сказала Мэйв, стараясь вложить в эти слова всю уверенность, которой пока не чувствовала.
— Готовься. Доброй ночи, Мэйв. — повторил он, и его улыбка была тихой, но твёрдой.
Дверь тихо закрылась. Мэйв осталась стоять у порога, всё ещё чувствуя тепло его рук. За окном продолжал жить город — его звуки, его ритм, его бесконечная симфония. Но теперь в этой музыке появилась новая мелодия — их общая, только начатая, но уже звучащая в унисон. Она прислонилась спиной к двери и глубоко вздохнула. Тёплый воздух коснулся лица, а в ушах всё ещё звучал его голос, его смех, его тихие слова. Она закрыла глаза, пытаясь удержать это ощущение — будто оно могло растаять, как дым.
«Он мне очень нравится».
Она наконец произнесла это про себя — не робко, не с опаской, а с тихой, уверенной ясностью. Призналась себе так, как не решалась раньше. Не «может быть», не «наверное», а просто — да.
И от этого стало легче. Как будто она сняла невидимую тяжесть, которую носила годами.
Мэйв встряхнула головой, словно отгоняя остатки сомнений, и оттолкнулась от двери. Движения стали чуть резче, чем обычно, — будто тело требовало действия, чтобы не утонуть в мыслях.
Она прошла на кухню. Бутылка вина стояла на столе, наполовину полная, с лёгким налётом конденсата на стекле. Мэйв аккуратно закрутила пробку, убрала бутылку в шкафчик и принялась за посуду. Каждое движение было привычным, почти медитативным: сполоснуть тарелку, протереть губкой, поставить сушиться.
Кухня снова стала аккуратной, почти стерильной — как будто ничего и не было. Но Мэйв знала: что‑то изменилось. Не в обстановке, а внутри неё.
Оглядевшись, она удовлетворённо кивнула. Всё на своих местах. Порядок восстановлен. Но в голове — ни капли упорядоченности. Там крутились его слова, его взгляд, его прикосновение.
Она направилась в ванную. Включила воду, подождала, пока пар заполнит пространство, и шагнула под тёплые струи. Вода стекала по плечам, спине, груди, бедрам, смывая остатки дня, но не мысли. Они оставались — яркие, настойчивые.
Как он улыбнулся, когда я сказала про звёзды.
Как его рука легла на мою спину, будто это самое естественное движение в мире.
Как он сказал «готовься» — и в этом было обещание.
Мэйв закрыла глаза, позволяя воде окутать её, но даже так не могла отвлечься. Он был везде — в её памяти, в её дыхании, в ритме её сердца.
Выключив воду, она вытерлась, натянула пижаму и подошла к раковине. Чистка зубов — ещё одно механическое действие, ещё одна попытка вернуться в реальность. Но даже щётка в руке не могла заставить её перестать думать о нём.
Когда она наконец легла в постель, подушка всё ещё хранила прохладу. Мэйв повернулась на бок, подтянула одеяло ближе и закрыла глаза.
Несколько дней текли своим чередом — размеренно, будто река по давно проложенному руслу. Но в этой привычности теперь таилось нечто новое: постоянное, тёплое ожидание. Мэйв ловила себя на том, что думает о Сейране даже в самые обыденные моменты — когда выбирала кофе в магазине, когда поливала цветы на подоконнике, когда слушала, как за окном шумит дождь.
Дома она взялась за уборку с особым рвением. Протёрла пыль на самых дальних полках, переставила вазу с сухоцветами, чтобы она лучше смотрелась на столе. В спальне поменяла постельное бельё на свежее, с едва уловимым запахом лаванды. Открыла окно, впуская прохладный вечерний воздух, и на мгновение замерла, вслушиваясь в городские звуки — далёкие голоса, шум проезжающих машин, лай собаки где‑то вдалеке.
«Интересно, он тоже сейчас слышит этот шум? Думает ли обо мне?»
Она иногда зажигала несколько свечей — не для романтики, а просто чтобы создать уют. Мягкий свет сделал комнату теплее, приглашающее.
Телефон то и дело оживал короткими сообщениями от Сейрана. Они не были длинными, но каждое согревало по-своему.
Иногда они созванивались — на минуту, на пять, на десять. Разговоры получались лёгкими, почти бессвязными. Эти разговоры не заполняли тишину — они её создавали, мягкую и уютную, как плед в холодный вечер.
Дни проводимые на базе и тренировках она выкладывалась по полной — удары, уклоны, серия приёмов. Пот стекал по вискам, мышцы горели, но это помогало очистить голову.
Однажды ей выпало дежурство в патруле. Она шла по ночному району, прислушиваясь к звукам, отмечая подозрительные тени. Всё было спокойно, но где‑то внутри пульсировало: «А если бы он был рядом? Как бы мы шли вместе, обсуждая что‑то неважное, смеясь над случайными фразами...»
И вот однажды вечером, когда за окном зажглись фонари, а воздух наполнился запахом приближающейся осени, Мэйв остановилась посреди комнаты. Сердце билось чуть быстрее обычного, но в этом волнении не было страха — только предвкушение.
Она взяла телефон, открыла чат с Сейраном и набрала:
«Приходи ко мне. Просто поужинаем. Ничего особенного. Если хочешь».
Пальцы замерли над кнопкой «Отправить». В голове пронеслись мысли: «А вдруг он занят? А вдруг подумает, что я слишком настойчива? А вдруг...»
Но она решительно нажала «Отправить» и отложила телефон.
Минуты тянулись медленно. Она подошла к окну, посмотрела на улицу, где люди спешили по своим делам, не подозревая, как внутри неё сейчас всё дрожит от ожидания.
В комнате она положила телефон на тумбочку и аккуратно расстегнула легкое домашнее платье и начала одеваться. В процессе она не заметила, как задела телефон и он упал экраном вниз — и в момент удара сработал автоспуск камеры.
Подняв устройство, Мэйв машинально проверила экран — всё казалось нормальным. Она продолжила одеваться, покрутилась перед зеркалом, оценивая посадку платья. Удовлетворённо кивнув, она взяла в руку телефон и в этот момент пальцы случайно скользнули по экрану — телефон был разблокирован. Приложение мессенджера оказалось на главном экране, чат с Сейраном — последним открытым. Лёгкое касание — и снимок, сделанный в момент пока на ней еще не было платья, отправился адресату с пометкой «ВАЖНО».
Мэйв даже не взглянула на экран и быстро принялась за готовку с тем особым удовольствием, которое приходит, когда готовишь не просто для себя. Нарезала овощи ровными ломтиками, аккуратно выложила треску на противень, сбрызнула лимоном, добавила пряные травы. Воздух наполнился аппетитными ароматами.
Время от времени она поглядывала на телефон, лежащий рядом на столешнице. Экран оставался тёмным — Сейран ещё не ответил. Она старалась не волноваться: «Может, занят. Или не видел сообщение». Но каждый раз, когда телефон слегка дрожал от уведомления, её сердце замирало в надежде.
Она накрыла на стол — не спеша, с вниманием к деталям. Белая скатерть, свечи (ещё не зажжённые, но готовые создать уют), изящная посуда. «Пусть будет красиво», — думала она, расставляя приборы.
Музыка лилась, запахи становились всё насыщеннее, а телефон по‑прежнему молчал. Но Мэйв не сдавалась. Она поправила волосы, улыбнулась своему отражению в окне и тихо сказала вслух:
— Всё будет хорошо.
Мэйв аккуратно размешала соус, время от времени поглядывая на часы. Аромат запечённой трески с травами наполнял кухню, создавая уютную, почти праздничную атмосферу. Свечи так и остались незажжёнными, но мягкий свет торшера придавал пространству тёплое, обволакивающее сияние.
Она снова взглянула на телефон — экран по‑прежнему оставался тёмным. Лёгкая тень разочарования коснулась её мыслей, но она тут же отогнала её.
«Если не сможет прийти — ничего страшного, — мысленно повторила она. — У всех бывают неотложные дела. Работа — это серьёзно».
В голове промелькнули возможные причины: срочный звонок, незапланированная встреча, форс‑мажор. Она понимала — жизнь редко идёт строго по плану, особенно когда речь о делах.
Мэйв выключила духовку, аккуратно переложила рыбу на подогретое блюдо, разложила овощи. Стол выглядел безупречно: скатерть, посуда, даже небольшая ваза с цветами, которые она утром купила по пути. Всё было готово — и всё же чего‑то не хватало.
Она присела на край стула, снова посмотрела на телефон. Потом мягко улыбнулась собственным мыслям.
«Даже если он не придёт, это не испортит вечер», — решила она. — Я приготовила с душой. Можно поужинать в тишине, послушать музыку, может, даже открыть бутылку вина. А если он всё же появится — будет вдвойне приятно».
Она вернулась к столу, поправила салфетку, ещё раз окинула взглядом сервировку. Всё было идеально. И даже если ужин пройдёт в одиночестве, это будет её вечер — спокойный, красивый, наполненный заботой о себе.
- Наверное, я выбрал Циркон по этой причине. Не думал, не анализировал, почему Циркон. Просто я его увидел и понял, что хочу остаться здесь. Возможно, как раз потому, что тоже боялся сойти с ума в этой тишине.
Она кивнула, не перебивая. В его голосе звучало нечто большее, чем просто предпочтение к спокойному месту — в нём таилась история, прожитая и осмысленная. И Мэйв это понимала из его слов:
- Хотя так было не всегда. По крайней мере, у меня была очень насыщенная жизнь, посвящённая постоянной встрече с людьми. Поэтому когда выпадал шанс побыть наедине и в тишине. Я был счастлив.
Мэйв сдержала порыв задать вопрос. Чем ты занимался? Где жил? Почему всё изменилось? Вопросы роились в голове, но она мягко отогнала их. Он расскажет, если захочет. Сейчас ему нужно не любопытство, а понимание.
Они стояли так долго — или всего мгновение. Время теряло смысл в этом объятии, где не было ни прошлого, ни будущего, только настоящее, тёплое и настоящее. Но даже самые прекрасные моменты имеют свойство заканчиваться.
Сейран мягко отстранился. Не резко, а так, будто боялся разорвать невидимую нить между ними. Его пальцы на прощание скользнули по её запястью — лёгкое, прощальное касание.
- Не прочь, если я покину тебя? — сказал он. И от его слов она почувствовала то же сожаление, что сжимало её сердце.
— Я провожу тебя до двери, — ответила она, хотя знала: это лишь способ продлить последние секунды.
Они прошли через комнату — два силуэта в полумраке, освещённые лишь отблесками уличных фонарей. Каждый шаг отдалял их друг от друга, но в то же время будто укреплял что‑то новое, только начатое, но уже ощутимое.
У порога он обернулся. В его глазах читалось невысказанное обещание: это не прощание.
— Доброй ночи Сейран. — сказала Мэйв, стараясь вложить в эти слова всю уверенность, которой пока не чувствовала.
— Готовься. Доброй ночи, Мэйв. — повторил он, и его улыбка была тихой, но твёрдой.
Дверь тихо закрылась. Мэйв осталась стоять у порога, всё ещё чувствуя тепло его рук. За окном продолжал жить город — его звуки, его ритм, его бесконечная симфония. Но теперь в этой музыке появилась новая мелодия — их общая, только начатая, но уже звучащая в унисон. Она прислонилась спиной к двери и глубоко вздохнула. Тёплый воздух коснулся лица, а в ушах всё ещё звучал его голос, его смех, его тихие слова. Она закрыла глаза, пытаясь удержать это ощущение — будто оно могло растаять, как дым.
«Он мне очень нравится».
Она наконец произнесла это про себя — не робко, не с опаской, а с тихой, уверенной ясностью. Призналась себе так, как не решалась раньше. Не «может быть», не «наверное», а просто — да.
И от этого стало легче. Как будто она сняла невидимую тяжесть, которую носила годами.
Мэйв встряхнула головой, словно отгоняя остатки сомнений, и оттолкнулась от двери. Движения стали чуть резче, чем обычно, — будто тело требовало действия, чтобы не утонуть в мыслях.
Она прошла на кухню. Бутылка вина стояла на столе, наполовину полная, с лёгким налётом конденсата на стекле. Мэйв аккуратно закрутила пробку, убрала бутылку в шкафчик и принялась за посуду. Каждое движение было привычным, почти медитативным: сполоснуть тарелку, протереть губкой, поставить сушиться.
Кухня снова стала аккуратной, почти стерильной — как будто ничего и не было. Но Мэйв знала: что‑то изменилось. Не в обстановке, а внутри неё.
Оглядевшись, она удовлетворённо кивнула. Всё на своих местах. Порядок восстановлен. Но в голове — ни капли упорядоченности. Там крутились его слова, его взгляд, его прикосновение.
Она направилась в ванную. Включила воду, подождала, пока пар заполнит пространство, и шагнула под тёплые струи. Вода стекала по плечам, спине, груди, бедрам, смывая остатки дня, но не мысли. Они оставались — яркие, настойчивые.
Как он улыбнулся, когда я сказала про звёзды.
Как его рука легла на мою спину, будто это самое естественное движение в мире.
Как он сказал «готовься» — и в этом было обещание.
Мэйв закрыла глаза, позволяя воде окутать её, но даже так не могла отвлечься. Он был везде — в её памяти, в её дыхании, в ритме её сердца.
Выключив воду, она вытерлась, натянула пижаму и подошла к раковине. Чистка зубов — ещё одно механическое действие, ещё одна попытка вернуться в реальность. Но даже щётка в руке не могла заставить её перестать думать о нём.
Когда она наконец легла в постель, подушка всё ещё хранила прохладу. Мэйв повернулась на бок, подтянула одеяло ближе и закрыла глаза.
Несколько дней текли своим чередом — размеренно, будто река по давно проложенному руслу. Но в этой привычности теперь таилось нечто новое: постоянное, тёплое ожидание. Мэйв ловила себя на том, что думает о Сейране даже в самые обыденные моменты — когда выбирала кофе в магазине, когда поливала цветы на подоконнике, когда слушала, как за окном шумит дождь.
Дома она взялась за уборку с особым рвением. Протёрла пыль на самых дальних полках, переставила вазу с сухоцветами, чтобы она лучше смотрелась на столе. В спальне поменяла постельное бельё на свежее, с едва уловимым запахом лаванды. Открыла окно, впуская прохладный вечерний воздух, и на мгновение замерла, вслушиваясь в городские звуки — далёкие голоса, шум проезжающих машин, лай собаки где‑то вдалеке.
«Интересно, он тоже сейчас слышит этот шум? Думает ли обо мне?»
Она иногда зажигала несколько свечей — не для романтики, а просто чтобы создать уют. Мягкий свет сделал комнату теплее, приглашающее.
Телефон то и дело оживал короткими сообщениями от Сейрана. Они не были длинными, но каждое согревало по-своему.
Иногда они созванивались — на минуту, на пять, на десять. Разговоры получались лёгкими, почти бессвязными. Эти разговоры не заполняли тишину — они её создавали, мягкую и уютную, как плед в холодный вечер.
Дни проводимые на базе и тренировках она выкладывалась по полной — удары, уклоны, серия приёмов. Пот стекал по вискам, мышцы горели, но это помогало очистить голову.
Однажды ей выпало дежурство в патруле. Она шла по ночному району, прислушиваясь к звукам, отмечая подозрительные тени. Всё было спокойно, но где‑то внутри пульсировало: «А если бы он был рядом? Как бы мы шли вместе, обсуждая что‑то неважное, смеясь над случайными фразами...»
И вот однажды вечером, когда за окном зажглись фонари, а воздух наполнился запахом приближающейся осени, Мэйв остановилась посреди комнаты. Сердце билось чуть быстрее обычного, но в этом волнении не было страха — только предвкушение.
Она взяла телефон, открыла чат с Сейраном и набрала:
«Приходи ко мне. Просто поужинаем. Ничего особенного. Если хочешь».
Пальцы замерли над кнопкой «Отправить». В голове пронеслись мысли: «А вдруг он занят? А вдруг подумает, что я слишком настойчива? А вдруг...»
Но она решительно нажала «Отправить» и отложила телефон.
Минуты тянулись медленно. Она подошла к окну, посмотрела на улицу, где люди спешили по своим делам, не подозревая, как внутри неё сейчас всё дрожит от ожидания.
В комнате она положила телефон на тумбочку и аккуратно расстегнула легкое домашнее платье и начала одеваться. В процессе она не заметила, как задела телефон и он упал экраном вниз — и в момент удара сработал автоспуск камеры.
Подняв устройство, Мэйв машинально проверила экран — всё казалось нормальным. Она продолжила одеваться, покрутилась перед зеркалом, оценивая посадку платья. Удовлетворённо кивнув, она взяла в руку телефон и в этот момент пальцы случайно скользнули по экрану — телефон был разблокирован. Приложение мессенджера оказалось на главном экране, чат с Сейраном — последним открытым. Лёгкое касание — и снимок, сделанный в момент пока на ней еще не было платья, отправился адресату с пометкой «ВАЖНО».
Мэйв даже не взглянула на экран и быстро принялась за готовку с тем особым удовольствием, которое приходит, когда готовишь не просто для себя. Нарезала овощи ровными ломтиками, аккуратно выложила треску на противень, сбрызнула лимоном, добавила пряные травы. Воздух наполнился аппетитными ароматами.
Время от времени она поглядывала на телефон, лежащий рядом на столешнице. Экран оставался тёмным — Сейран ещё не ответил. Она старалась не волноваться: «Может, занят. Или не видел сообщение». Но каждый раз, когда телефон слегка дрожал от уведомления, её сердце замирало в надежде.
Она накрыла на стол — не спеша, с вниманием к деталям. Белая скатерть, свечи (ещё не зажжённые, но готовые создать уют), изящная посуда. «Пусть будет красиво», — думала она, расставляя приборы.
Музыка лилась, запахи становились всё насыщеннее, а телефон по‑прежнему молчал. Но Мэйв не сдавалась. Она поправила волосы, улыбнулась своему отражению в окне и тихо сказала вслух:
— Всё будет хорошо.
Мэйв аккуратно размешала соус, время от времени поглядывая на часы. Аромат запечённой трески с травами наполнял кухню, создавая уютную, почти праздничную атмосферу. Свечи так и остались незажжёнными, но мягкий свет торшера придавал пространству тёплое, обволакивающее сияние.
Она снова взглянула на телефон — экран по‑прежнему оставался тёмным. Лёгкая тень разочарования коснулась её мыслей, но она тут же отогнала её.
«Если не сможет прийти — ничего страшного, — мысленно повторила она. — У всех бывают неотложные дела. Работа — это серьёзно».
В голове промелькнули возможные причины: срочный звонок, незапланированная встреча, форс‑мажор. Она понимала — жизнь редко идёт строго по плану, особенно когда речь о делах.
Мэйв выключила духовку, аккуратно переложила рыбу на подогретое блюдо, разложила овощи. Стол выглядел безупречно: скатерть, посуда, даже небольшая ваза с цветами, которые она утром купила по пути. Всё было готово — и всё же чего‑то не хватало.
Она присела на край стула, снова посмотрела на телефон. Потом мягко улыбнулась собственным мыслям.
«Даже если он не придёт, это не испортит вечер», — решила она. — Я приготовила с душой. Можно поужинать в тишине, послушать музыку, может, даже открыть бутылку вина. А если он всё же появится — будет вдвойне приятно».
Она вернулась к столу, поправила салфетку, ещё раз окинула взглядом сервировку. Всё было идеально. И даже если ужин пройдёт в одиночестве, это будет её вечер — спокойный, красивый, наполненный заботой о себе.
#18
Безудержное общение / 21+ Флуд №43: Дурка
Последний ответ от Свора - Сегодня в 22:34:29Цитата: Лумиус от Сегодня в 22:17:42@Свора, ну тогда ебашить надо этими маленькими волчьими лапоньками. *пожамкал за бедра* В общем, тебя никто не гонит, а ты не лошадка. Не загоняйся :>- Мяк! - удивленно посмотрела на него, - Я... Я просто поныть хотела!
#19
Безудержное общение / Мысль дня
Последний ответ от Рейнерис - Сегодня в 22:32:25Сойду ли я с ума, если решу писать пост с телефона,включив Т9 
#20
Безудержное общение / Ответы на +
Последний ответ от Асфау - Сегодня в 22:24:28@Кайрос *не выдержал накала страстей и утащил в пещеру любить* верно говорят: эти б ноги, да мне на плечи
Лучший пост от Сейрана
Если до этого у гоблина получалось водить Сейрана за нос и убеждать, что он «его понимает», то после той реакции, которая неподдельно выдала все эмоции, легионер понял: договориться не удастся. Он просто тратит время. Зря тратит. И даже теперь, несмотря на всё их активное «согласие», первичные реакции нашего тела выдают все наши истинные мотивы. Нет...
