Аркхейм

Цитата: Барс Баркас Девять с Половиной от Вчера в 22:41:14@Соната, опача. Чет я пропустил этот момент. С днем рождения! Исполнения мечт и новых возможностей для реализации самых заветных желаний! Короче, денег - побольше, работы - поменьше, а выходные чтоб длились столько же, сколько рабочее время!

Спасибо хдд

@Барс Баркас Девять с Половиной, добавил и выдал

К концу рассказа Элиота Ксарот успел несколько раз пересмотреть собственное отношение к сорока семи страницам.

Украденное солнце ещё можно было оставить местным на совести. Мёртвого графа, продолжающего принимать гостей, — тоже. Но чем дальше заходил рассказ, тем меньше Ксарота занимала здешняя некромантия и тем сильнее — всё остальное: чужой голос в голове, навязанное желание уснуть, видения, которые показывали без спроса, и наконец приглашение, под которым прибывшие обнаружили собственные подписи, хотя ничего не подписывали.

— Нашим почерком?

До этого Ксарот почти не перебивал, но теперь посмотрел на Элиота внимательнее.

— Удобно.

Большой палец медленно прошёлся по метке на собственной руке. Стереть её таким образом, конечно, не получилось, да он и не рассчитывал. Кто-то несколько дней наблюдал за ним там, где этого наблюдателя не смогли обнаружить ни он сам, ни охрана. Потом пришёл во сне. Потом Ксарот проснулся на чужой пристани с клеймом и, если верить услышанному, собственным согласием на всё это где-то в чужих бумагах. Этого уже хватало, чтобы остальные местные чудеса временно потеряли в цене.

Впереди показались обработанные поля, плодовые деревья, над крышами тянулся дым. За высоким частоколом кто-то явно поддерживал жизнь, но с дороги людей видно не было, а единственный стражник у входа исполнял свои обязанности во сне.

Элиот, похоже, не видел особой проблемы в том, чтобы войти обычным способом. Синдбад уже направился к стражнику, по дороге объявляя их приличными людьми с деньгами и мирными намерениями. Хакс, напротив, почти сразу выбрал частокол.

Ксарот посмотрел на ворота ещё раз.

— Нет. — сказано было негромко, без спора. — Одного приглашения, подписанного за меня, на сегодня достаточно.

Он коротко кивнул в сторону входа.

— Вы поговорите. Я посмотрю, что у них по другую сторону до того, как они решат, что очень рады нас видеть.

За Хаксом он не пошёл. Лезть вдвоём через один участок стены смысла не было. Ксарот прошёл дальше, пока голоса у ворот не стали тише, выбрал место подальше от входа и остановился.

Три метра. Забор хотя бы был понятной проблемой.

Он отошёл на несколько шагов, разбежался и оттолкнулся от земли. Пальцы поймали верхний край чуть ниже заострённых концов, вес резко лёг на плечи и предплечья, сапог скользнул по брёвнам и только со второй попытки нашёл опору. Ксарот подтянулся выше, почувствовал, как шероховатое дерево впилось в ладони, и задержался у верхушки, не торопясь сразу переваливаться на другую сторону.

Деревня отсюда оказалась совсем другой.

С дороги она пряталась за частоколом несколькими крышами и дымом, теперь же лежала перед ним почти целиком: шесть сдвоенных рядов домов, широкая улица между ними и более узкие, режущие поселение поперёк. Торцы построек издали словно срастались друг с другом, превращаясь в длинные сплошные полосы, но стоило задержать взгляд — и между ними проступали чёрные разрывы.

Дальше от ворот темнели длинные сараи и навесы. Под ними было слишком темно, чтобы что-либо различить, и взгляд ушёл дальше, к противоположной стороне поселения.

Там стояло здание, которое слишком сильно выбивалось из всего остального. Два этажа, крыльцо под навесом, резной орнамент, обхватывающий стены; перед ним — площадь и колодец-журавль. Среди простой застройки оно сразу тянуло на себя внимание.

И только там горел свет.

Слабый огонёк на втором этаже, едва заметный в окне. Свеча, лампада — отсюда не разобрать. Ксарот чуть сильнее сжал пальцы на древесине и задержал взгляд.

Хотя бы что-то здесь не притворялось мёртвым.

Он ещё раз медленно осмотрел улицы, тёмные промежутки между домами, хозяйственные постройки и снова вернулся к единственному освещённому окну. Спешить вниз расхотелось.

Сначала стоило посмотреть.

Цитата: Ксарот от Вчера в 23:53:55@Барс Баркас Девять с Половиной, я решил, что пойду в другую от Хакса сторону и тоже на забор. Но не буду слезать с забора. Сверху вниз наблюдаю за происходящим. Только по карте не понимаю, что вообще могу видеть

Буде ты задердишься сверху на пиках точеных стене частокола, то увидишь шесть сдвоенных рядов домов, разделённых между собой широкой центральной улицей и поперек — улочками поменьше. Может показаться, что торцевые части домов соединены между собой и представляют из себя одно целое, но если присмотреться, то можно увидеть чернеющие провалы между ними — верный признак того, что меж ними существует пустое пространство. Если смотреть дальше от ворот, то можно увидеть ряд хозяйственных построек — длинные сараи и навесы, в темноте под которыми ничего не получается разглядеть, а в самом центре у противоположной от ворот части огороженного частоколом участка виднеется здание, разительно отличающееся своей вычурностью от простоты обычных домов. Оно имеет крыльцо с навесом, двухэтажное и покрыто резным орнаментом вкруг. Перед ним находится площадь и, по всей видимости, колодец-журавль.

На втором этаже этого здания в одном из окон в северном крыле горит свет, будто кто-то зажёг слабую свечу или масляную лампаду...

@Барс Баркас Девять с Половиной, я решил, что пойду в другую от Хакса сторону и тоже на забор. Но не буду слезать с забора. Сверху вниз наблюдаю за происходящим. Только по карте не понимаю, что вообще могу видеть

+

Забавный факт: стая у волков - это в большинстве случаев не сборище случайных зверей, объединённых вокруг самого большого и зубастого вожака, как любят изображать в приключенческих романах. Обычно это самая настоящая семья: родители, их детёныши, иногда подросшее потомство прошлых лет. То есть когда кто-нибудь говорит «принять в стаю», с точки зрения волка это вполне может означать нечто гораздо более близкое к «добро пожаловать в семью».[1]
Синдбад совершенно не ожидал, что однажды эта информация пригодится ему на практике.
Когда Моргана ткнула пальцем ему в грудь, эльф вдруг действительно почувствовал нечто странное. Не боль и даже не какое-то отчётливое магическое воздействие. Скорее слабый внутренний отклик, словно между ними существовала связь, которой ещё несколько часов назад совершенно точно не было. Ощущение мелькнуло и исчезло, но теперь, когда Моргана прямо заговорила о зерне, Синдбад наконец начал понимать, откуда оно могло взяться.
Если память ему не изменяла, зерно дархата не только превращало жизнь своего носителя в крайне сомнительное приключение, но и в случае успешного приживления могло дать некоторые весьма любопытные преимущества. Что именно - сейчас вспоминалось значительно хуже. В своё время теория казалась куда менее важной, чем практические занятия по магии, политике или фехтованию.
Главное он помнил.
Сначала требовалось пережить сам процесс.
Синдбад невольно посмотрел на тела, оставшиеся лежать на полу.
Вот они, судя по всему, не пережили.
Из погибших людей уже выбрались странные золотистые создания, теперь постепенно расползавшиеся вокруг Морганы. Зрелище всё ещё оставалось довольно жутким - особенно если помнить, что ещё недавно вместо этих существ здесь лежали вполне обычные сотрудники лаборатории. Но если временно выбросить эту небольшую подробность из головы, новорождённые выглядели даже... забавно.
Наверное.
Они напоминали какие-то бесформенные спутанные клубки, состоящие преимущественно из щупалец. Один растёкся по полу шире остальных, другой словно пытался собрать самого себя в более приличную форму, третий запутался собственными отростками.
Не чудовища.
Очаровашки.
Ну конечно.
Синдбад ещё не был готов полностью принять терминологию Морганы, но определённый прогресс уже наблюдался.[2]
А потом она произнесла слова «стая», «семья» и, наконец, «приёмный».
Вот здесь эльфу понадобилось несколько дополнительных секунд.
Значит, Моргана воспринимала его как часть собственной стаи. Более того - как одного из своих детей. Разумеется, несколько выбивающегося из общей картины: высокий эльф в одежде, с образованием и крайне смутным пониманием того, каким образом он за несколько часов дошёл от капитана собственной небольшой экспедиции до приёмного ребёнка дархата.
- Семья... - медленно проговорил Синдбад, пытаясь прочувствовать всю полноту происходящего.
Не получилось.
Слово оставалось слишком нормальным для ситуации.
С другой стороны, в этом имелась очевидная положительная сторона. Если Моргана считала его своим ребёнком, убивать его она, вероятно, больше не собиралась. Её новорождённые дети, судя по объяснению девушки, тоже не должны были бросаться на него первыми.
Оставалось только надеяться, что она не принадлежит к числу существ, которые иногда поедают собственное потомство.
Синдбад на секунду задумался.
Нет.
Это определённо была одна из тех мыслей, которые лучше не развивать.
Тем более Моргана теперь находилась в человеческом облике, разговаривала совершенно осмысленно и в целом выглядела значительно цивилизованнее того существа, которое совсем недавно отправило его в полёт через коридор. Она уже не была каким-то диким дархатом, действующим исключительно на инстинктах.
Следовательно, всё должно быть хорошо.
Или хотя бы приемлемо.
В нынешних обстоятельствах Синдбад был готов немного снизить требования к понятию «хорошо».[3]
С одним замечанием Морганы он мог согласиться практически безоговорочно: его новоявленная команда действительно оказалась далеко не образцовыми сотрудниками.
Его бросили.
Вот просто взяли и бросили.
Капитана.
Человека, который их нанял.
Даже не проверили хорошенько, действительно ли он умер, а вместо этого благополучно убрались отсюда и, судя по всему, прихватили корабль.
Стоило ли называть их за это чудовищами?
Синдбад задумался.
Спорно.
Но допустимо.
С одной стороны, он был совершенно справедливо возмущён. С другой - сейчас он стоял на собственных ногах, разговаривал с Морганой и пока не испытывал никаких новых страшных мучений. Значит, непосредственной необходимости отправляться на поиски беглецов с целью восстановить попранную справедливость не существовало.
Тем более Синдбад вообще не относил себя к особенно мстительным людям. Месть казалась ему довольно бесполезным занятием: слишком много усилий ради человека, которому и без того уже не хочется уделять ни минуты своей жизни.[4]
В общем, хрен с ними.
Когда-нибудь потом можно будет вернуться к вопросу качества нанятого персонала.
Сейчас существовали проблемы значительно насущнее.
Например - что им делать дальше?
Синдбад снова оглядел помещение.
Моргана была права: место определённо не самое приятное. Пустая фармакологическая лаборатория, погибшие сотрудники, следы недавнего нападения и шестеро новорождённых дархатов совершенно не располагали к мысли задерживаться здесь надолго.
Проблема заключалась лишь в том, что лучшего места у них сейчас тоже не было.
Синдбад прибыл сюда ради информации. Именно исследования и данные лаборатории изначально были целью всей экспедиции, и они наверняка всё ещё находились где-то на корабле. Теперь же выяснить, что именно здесь изучали, стало ещё интереснее. В конце концов, произошедшее каким-то образом касалось Морганы, её потомства и теперь уже самого Синдбада.
А потому уходить, не разобравшись хотя бы немного, было бы почти преступной расточительностью.
Да и собственно уходить оказалось не на чем.
Его корабль исчез вместе с командой.
Хотя...
Синдбад поднял взгляд и задумчиво оглядел стены.
Технически они уже находились на корабле.
Не на том, на котором он прилетел, конечно, но эта лаборатория совершенно очевидно могла перемещаться самостоятельно. Если основные системы оставались работоспособными, то при достаточном желании вполне можно было попробовать разобраться с управлением и использовать уже её.
Вот только куда потом лететь с Морганой и её выводком - вопрос несколько более сложный.
Куда вообще следует отправляться человеку, который внезапно оказался посреди космоса с дархатом и шестью новорождёнными детьми?
Синдбад понятия не имел.
Но эту проблему вполне можно было оставить будущему Синдбаду.
Текущий Синдбад и без того был достаточно занят.[5]
- Ну... - протянул эльф, ещё раз осматриваясь. - Не то чтобы у нас было на чём отсюда убраться. Да и не то чтобы было куда.
Он чуть повёл плечами.
- Предлагаю пока осмотреться. Может, найдём что-нибудь полезное. Я всё-таки пришёл сюда за исследованиями, и теперь мне ещё интереснее узнать, чем здесь занимались.
Синдбад легонько постучал пальцами по ближайшей стене.
- Да и это корыто само по себе средство передвижения. Если сумеем разобраться с управлением, то в крайнем случае улетим на нём.
Он посмотрел на Моргану.
- Если ты, конечно, не против провести здесь ещё какое-то время.
Вопрос девушки о еде заставил его немного насторожиться.
Совсем чуть-чуть.
Взгляд Синдбада сам собой метнулся к Моргане, затем к ползающим поблизости детям.
Воображение немедленно попыталось представить, чем именно питается голодный дархат со своим выводком.
Синдбад резко помотал головой.
Нет.
Лучше не надо.
На корабле жили люди. Людям свойственно периодически употреблять пищу. Следовательно, где-то здесь обязательно должны были оставаться запасы нормальной еды.
Нормальной по человеческим меркам.
Подойдут ли эти мерки дархатам - уже другой вопрос.
И тут в памяти всплыло кое-что ещё.
Почему вообще связь с зерном обычно старались разрывать?
Среди причин определённо было что-то связанное с влиянием дархата на собственное потомство. Контроль. Связь. Возможность передавать мысли.
Телепатия.
Синдбад слегка нахмурился и почесал висок.
Вот оно что.
Странное щекочущее чувство в голове беспокоило его практически с момента пробуждения. До сих пор объяснение казалось очевидным: если тебя сначала швырнули в стену, а затем заставили несколько часов корчиться от боли, голова имеет полное право вести себя несколько необычно.
Оказывается, дело могло быть вовсе не в стене.
Если Моргана действительно могла слышать его мысли...
Синдбад замер.
В голове стремительно пронеслись воспоминания о последних минутах.
Особенно о тех, где Моргана ещё была без одежды.
Ох.
Он быстро отвёл взгляд.
Так, если ты сейчас это слышишь, заранее прошу прощения.
Пауза.
Но в свою защиту замечу, что предупреждать о телепатии всё-таки принято заранее.[6]
Синдбад откашлялся.
- Тут были люди. Естественно, тут должна быть еда, - проговорил он вслух, поспешив перевести тему в более безопасное направление. - Пойдём поищем.
Они отправились дальше по кораблю.
Исследовательское судно оказалось достаточно большим. Синдбад уже успел примерно представить его устройство во время предыдущего похода, но теперь двигаться можно было куда спокойнее. Они миновали несколько лабораторных отсеков, прошли мимо медицинской секции, заглянули в пару складских помещений. Дальше коридоры постепенно сменились жилой частью: появились двери небольших кают, комната отдыха, хозяйственные помещения.
Синдбад не забывал посматривать по сторонам.
Где-нибудь здесь обязательно должны были находиться данные исследований, ради которых он вообще ввязался во всё это.
Но сначала еда.
Это сейчас было проще.
А после сегодняшнего дня Синдбад начал особенно ценить проблемы, которые можно решить открытием правильной двери.
Такую дверь они наконец нашли.
Столовая.
Прекрасное место.
Если в лабораториях люди обычно пытаются изменить природу и случайно создают новые формы жизни, то в столовых они занимаются куда более понятными вещами.
Едят.
Синдбад подошёл к холодильной камере и открыл её.
Внутри ещё оставалось достаточно продуктов.
- Посмотрим...
Овощи.
Фрукты.
Какие-то готовые блюда.
Несколько контейнеров с мясом.
На последнем эльф остановился.
Вот мясо выглядело значительно перспективнее.
Навряд ли дархаты являлись убеждёнными поклонниками овощных салатов. По крайней мере, Синдбад очень удивился бы, если бы Моргана после всего произошедшего попросила приготовить ей брокколи на пару.[7]
Однако чуть в стороне обнаружилось кое-что ещё более своевременное.
Банки с пивом.
Синдбад посмотрел на них.
Подумал.
Нет.
Думать тут было совершенно не о чем.
Надо выпить.
Эльф взял одну банку, открыл и почти сразу сделал несколько больших глотков. Первая половина исчезла подозрительно быстро, а вслед за ней и всё остальное.
Холодное.
Обычное.
Даже не особенно хорошее.
И всё же сейчас оно казалось практически прекрасным.
Синдбад тихо выдохнул, достал вторую банку и открыл уже её. На этот раз пить стал медленнее, ограничившись несколькими спокойными глотками.
Конечно, вино было бы лучше.
Вино почти всегда было лучше.
Но сейчас немного алкоголя совершенно точно не могло повредить.[8]
После первого пива жизнь уже выглядела чуть менее абсурдной.
После пары глотков второго даже идея приготовить ужин для своей новообретённой семьи перестала казаться чем-то из ряда вон выходящим.
Синдбад достал мясо и положил его на рабочую поверхность. Нашёл нож, подходящую посуду, разобрался с кухонным оборудованием.
Готовить мясо он умел.
Вопрос заключался скорее в том, как именно его приготовить.
Синдбад посмотрел на Моргану.
На её детей.
Затем снова на мясо.
Сильно прожаривать определённо не стоило.
По крайней мере, интуиция подсказывала именно это.
Он быстро обжарил куски снаружи, оставив внутри практически сырыми, с кровью. Запах горячего мяса постепенно наполнил столовую, вытесняя неприятный стерильный дух лаборатории.
Синдбад сделал ещё один глоток пива и посмотрел на результат.
Ну вот.
Несколько часов назад он прилетел сюда выполнять свой первый по-настоящему самостоятельный пиратский заказ.
Теперь он готовил мясо с кровью для дархата, которая считала его приёмным ребёнком, и её шестерых новорождённых отпрысков.
В принципе, самостоятельности действительно получилось много.
С этим не поспоришь.[9]

---

[1] Возможно, именно поэтому волки не используют выражение «мы просто коллеги». Слишком поздно. Вы уже вместе охотитесь, едите и спите рядом - поздравляем, это семья.
[2] Синдбад считал, что между «ужасная тварь» и «довольно забавный клубок щупалец» лежит примерно десять минут мирного сосуществования. Удивительная сила привычки.
[3] Оптимизм Синдбада в последние часы вообще держался преимущественно на словах «скорее всего», «наверное» и «пока что».
[4] Это не значит, что при встрече со своей бывшей командой он забудет произошедшее. Он просто не мстительный. Память и мстительность - совершенно разные свойства характера.
[5] Будущий Синдбад вообще регулярно получал от нынешнего Синдбада удивительно много нерешённых задач. Пока ни разу официально не пожаловался.
[6] Есть мысли личные. Есть мысли очень личные. А есть мысли, которые становятся чрезвычайно личными сразу после того, как выясняется, что кто-то действительно способен их услышать.
[7] Если позднее выяснится, что Моргана обожает брокколи, Синдбад был готов принести официальные извинения всей расе дархатов за необоснованные гастрономические стереотипы.
[8] Медицинские специалисты могли иметь по этому вопросу другое мнение. Медицинские специалисты этой лаборатории в настоящий момент лежали по коридорам, поэтому право голоса временно переходило к пациенту.
[9] Вот только когда Синдбад просил судьбу дать ему возможность проявить самостоятельность, он совершенно точно не заказывал услугу «расширенный семейный пакет».

+