Аркхейм

Цитата: Свора от Сегодня в 15:07:44А ты все стараешься?

ну типо

Цитата: Свора от Сегодня в 15:07:44Как профориентация? 

в плане?

Цитата: Хрома от Сегодня в 14:51:18ВЕЧЕРИНКА!

- А ты все стараешься? Как профориентация? 

Цитата: Моль от Сегодня в 14:53:41Нет, что это? 

- Это хентайная новелла которая в свое время разрослась до огромного фандома с гача игрой, анимешками, мангами и прочим фансервисом. 
- Вобщем Фейт Гранд Ордер это гача с новеллой и по ней снимают анимехи. Там маги придумали войну за святой Грааль, где участники сражаясь убивают друг друга, используя призванных духов-героев прошлого(слуг). Гильгамеш, Геракл, Артурия и т.д. Их дофига.
- И рам есть перс Сакамото Рема. Это как раз Слуга. И он двойной. Там самурай с летающей девахой, которая дракон. Сейчас скачала игру заново и попался мне этот челик. Он жутко похож на вас с Валей. Есть даже вариация, где она как раз большая белая змеища *о*

@Сусанна

Снова Некроделла вас беспокоит.

Внесите в сетку ролей:

Игнит

Полукровка дракон-дархат, основательница и директор академии «Святилище Пламени Сердца»

Леонард Дарг

Этнарх-хтоник, правитель домена Некрополь, сподвижник Владыки

@Йохан,
/таки вполз чутка обратно и заранее вырыл могилку, чтоб йошке если что хоронить было удобней/
...зато по поиску прошлой авы вылазит твоя эта.... тот еще прикол.....

.

@Йохан,
- Да я не сказала бы, что сильно хочу. Раньше хотела, сейчас по боку уже.

@Симбер Ресинджер, вряд ли я перейду полностью на голосовой, но может иногда буду этим баловаться)

Ненавижу подбирать имена. Вот прям боль. Сидел, минут 15 выбирал имя НПСу, чтобы было неприятно, ибо он был моим врагом. Выбрал. Что в итоге? Инфи мне его подарил в виде лича *ржёт* Теперь пытаюсь запомнить это имя *ещё больше ржёт*

Мэйв и Симбер стояли в полутёмном помещении заброшенного склада. Сквозняк гулял между пыльных балок, заставляя старые доски тихо поскрипывать. В углу, на холодном бетонном полу, лежали двое пленных — всё ещё без сознания. Их руки были крепко связаны скотчем и цепью, которую Мэйв умело затянула как смогла.
 
Девушка видела как Симбер, внимательно разглядывал пленников. С её стороны было видно как его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах читалась решимость.
 
— У нас мало времени. Допрос я буду проводить при помощи ментальной магии. Потом убей их, — произнёс он ровным, без сожаления и жалости голосом.
 
Мэйв кивнула, но в её взгляде мелькнуло нечто неуловимое — будто она уже знала, что сделает в следующую минуту. Как только Симбер подошел к Краю вести допрос, девушка тихо скользнула к сумке, брошенной у входа.
 
Сумка была тяжёлой. Мэйв расстегнула застёжку и заглянула внутрь. Внутри лежали пачки денег и несколько потрёпанных документов, которые она забрала с арены после последней схватки. Её пальцы ловко пересчитали купюры — каждая имела значение. Эти деньги, пусть и запятнанные кровью, пойдут на доброе дело.
 
— Я давно помогаю местным сиротам, — тихо пробормотала она, словно оправдываясь перед самой собой. — Однажды они помогли мне. Я не могу забыть их доброту.
 
Её мысли унеслись в прошлое. Она вспомнила, как сама осталась без родителей, как первое время скиталась по улицам считая, что эта потеря убьет и её, пока не нашла приют у добрых людей. Эти дети, лишённые семьи, знали, каково это — чувствовать себя одинокими и беспомощными, они помогли ей вернуться к жизни, её... не знакомую и уже довольно взрослую девушку. Мэйв твёрдо решила, что не позволит им пройти через то же, что пережила она. В её сердце теплилась надежда, что эти деньги действительно помогут тем, кто в этом нуждается. И пусть путь к добру порой пролегает через тьму, она знала: это того стоит.
 
Мэйв стояла недалеко от Симбера, в допрос она не вмешивалась и понимала, что он скажет ей только то, что она должна знать. Да и её сознание было сосредоточено не на этом — оно целиком поглощено шуршанием бумаги в руках.
 
Она достала документы осторожно, почти благоговейно, будто вскрывала запечатанный свиток с древней тайной. Пальцы, привыкшие к пусковому механизму винтовки и нанесению точных ударов в уязвимые места, теперь двигались с хирургической точностью: лист за листом, строка за строкой. Глаза скользили по столбцам имён, цифрам, схемам — впитывали, анализировали, сопоставляли.
 
«Легион... склады... оружие... охрана...» — мысли стучали в такт пульсу.
 
Её взгляд задержался на плане центрального арсенала. Три входа, семь постов, ротация каждые четыре часа. В углу — пометка красным: «Особо ценные грузы. Доступ только по коду Альфа-7». Мэйв провела пальцем по линии подземного тоннеля, мысленно прикидывая маршруты отхода.
 
Но что‑то царапало сознание. Нестыковка. Она перевернула страницу — шрифт чуть бледнее, края листов неровные. Ещё один документ: список офицеров с подписями. Почерк в графе «утверждено» слишком аккуратный, без характерных завитков начальника штаба.
 
Это копия.
 
Осознание ударило холодным потоком. Подделка. Либо пробный вариант, либо... приманка.
 
Её пальцы сжались на бумаге. Если оригинал у кого‑то другого — это угроза. Если это единственный экземпляр — всё равно опасно. Такие сведения не должны существовать. Ни для врагов, ни для союзников.
 
Мэйв огляделась. В углу, за штабелем гнилых ящиков, темнела железная бочка — старая, с вздутой ржавчиной по бокам. Идеально.
 
Она двинулась бесшумно, чтобы не отвлекать Симбера. Каждый шаг — расчёт: обойти пятно света из разбитого окна, не задеть скрипучую доску, не привлечь внимания. Документы легли в бочку, как спящие змеи.
 
Теперь — магия.
 
Девушка закрыла глаза, сосредотачиваясь. Внутри, за рёбрами, разгоралось знакомое тепло — то самое, чему она научилась после долгих ночей у костра, когда училась не жечь себя вместе с дровами. Ладони засветились бледно‑голубым, словно лёд, пропитанный лунным светом.
 
Она вытянула руки, и пламя вырвалось не яростью, а намерением. Тонкие язычки огня обвились вокруг бумаги, лизнули края, втянули кислород. Шуршание превратилось в треск, буквы поплыли, растворяясь в пепле. Мэйв не отрывала взгляда: она должна убедиться, что ни строчка, ни символ не уцелеют.
 
Запах гари ударил в ноздри — резкий, химический. Она поморщилась, но не дрогнула. Пламя плясало в бочке, пожирая секреты, превращая бумагу и информацию в серую пыль.
 
Когда последний клочок обратился в золу, Мэйв резко опустила ладони. Огонь исчез мгновенно, будто его втянуло в её кожу. Она постояла ещё мгновение, проверяя: ни дыма, ни тлеющих углей. Только холодный металл и пепел. Она прикрыла бочку крышкой, аккуратно, без звука. Сердце билось ровно — ни паники, ни волнения.
 
Мэйв медленно подошла к месту допроса, стараясь не смотреть прямо на пленников. Один из них, обессиленный и сломленный, даже не пытался приподняться — его унижение было очевидным и отталкивающим. Она невольно поморщилась, ощутив привкус брезгливости во рту, но тут же взяла себя в руки. Эмоции — потом. Сейчас — работа.
 
Симбер ей все рассказал, потом выпрямился, его взгляд устремился к ней:
 
— Есть идеи, как быть?
 
Он ждал её мнения — как помощницы, как будто проверяя её. Это значило, что ставка может быть очень высока.
 
«Взять их под ментальный контроль? — мысленно перебрала она варианты. — Слишком рискованно. Но если сработает — сколько продержится? Час? Полчаса? И что потом — труп с выжженным разумом? И хватит ли нам времени?»
 
Она мысленно отмела идею.
 
«Поднять как нежить? — следующая мысль вызвала холодную дрожь. — Нет. Пользы может быть ноль. Мертвецы не говорят по команде. Только шепчут то, что уже знают. Да и со слов Симбера мощного некроманта среди них нет».
 
Её пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Не то. Всё не то.
 
И тогда в сознании вспыхнула другая идея — чёткая, почти изящная в своей прагматичности.
 
— Есть вариант, — произнесла она, наконец, и голос звучал ровно, будто она излагала давно продуманный план. — Особое оборудование для изменения голоса. Мы можем записать речь и интонацию Края и СБ‑шника, — продолжила Мэйв, шаг за шагом разворачивая мысль. — Настроить аппаратуру так, чтобы на выходе наш голос превращался в их. Не просто имитация — полная трансформация.
 
Она замолчала на секунду, представляя схему: микрофоны, фильтры, модулирующие контуры.
 
— Пропустим сигнал через несколько фильтров, — добавила она, жестом очерчивая в воздухе цепочку звеньев. — Каждый добавит свой слой искажения. Это разорвёт прямую связь между исходным голосом и конечным результатом. Теоретически понять, что голос изменен почти невозможно.
 
Её глаза загорелись холодным огнём расчёта.
 
— Плюс, мы сохраняем контроль в реальном времени. Не нужно гадать, что скажет «подставной» собеседник. Мы сами будем управлять диалогом. А информацию для разговора, точные формулировки, нюансы, возьмем из их же мозгов.
 
Она повернулась к пленникам, и её взгляд стал острым, как лезвие.
 
— Не до конца прошуршим их разум, — пояснила она. — Возьмём только то, что нужно: ключевые фразы, манеру речи, скрытые коды. Достаточно, чтобы звучать убедительно. Но не настолько, чтобы они потеряли способность мыслить. Плюс оборудование не громоздкое и спокойно может уместиться в рюкзаке. У нас в штабе есть такое... можем... одолжить и потом вернуть. Запрашивать официально будет долго.
 
Её голос звучал спокойно, но внутри бушевал вихрь противоречий. Она знала: либо они используют эти методы, либо проиграют. Однако вдруг у Симбера был и свой вариант решения проблемы.
 
— Это даст нам время, — заключила она. — Время, чтобы узнать больше. Время, чтобы обмануть тех, кто считает себя неуязвимым.
 
Спустя мгновение Мэйв уже мысленно была там — в тени, за экраном аппаратуры, где её голос превратится в чужой, а правда — в искусную ложь.