Аркхейм

Всё. Завтра напишу постик. Я молодец буду

готовченко) 

Элиот закрыл глаза, слушая то, что ему говорили, словно постаравшись абстрагироваться от взглядов, запаха вина и всего того, что происходило в кабинете. Он воссоздал в голове подобие острова, пытаясь протянуть невидимые нити связей одних участников событий с другими.

Не сходилось.
Герхард был, похоже, вторым приближенным после Волка. Очень странно не знать о его существовании. С другой стороны, врать Милькину сейчас нужды не было. Он ничего не знал и про Макрома.

Очень странно для того, кто держит гарнизон около пятидесяти лет и для того, кто знает достаточно.

Похоже, граф очень умело использует принцип ранжирования информации, спуская своим подчиненным ровно те крохи, которые им положено знать. Но не более. На это указывал тот факт, что он запретил им под предлогом страшных кар отправляться в горы. Впрочем, лорд и не обязан был ему ничего предоставлять и, тем более, отчитываться. Но, казалось, в этом случае, тут задействован какой-то секрет, который нужно было сохранить всеми силами. И всем остальным он выделял лишь очень маленький кусочек знаний, которые они, даже собравшись все вместе, вряд ли смогли бы сложить в нечто вразумительное.


Легкий привкус разочарования почти физически заиграл на языке. Мужчина открыл глаза и посмотрел на Милькина, который его упрекнул в том, что принц был груб. О... Это он ещё не представлял, каким жестким или даже жестоким умеет быть принц, когда ему что-то нужно. На фоне этого он само дружелюбие и доброжелательность.
- Теперь знаете, - пускаться в препирательства не было никакой нужды, поэтому на этом он завершил ситуацию, поставив в ней точку. После чего, сделав несколько шагов, прошел к кувшину и отлил себе немного вина. Поиграв вином в бокале, он посмотрел на присутствующих. - У меня больше вопросов нет. Благодарю.

Элиот внимательно выслушал своих коллег, продолжая задумчиво катать вино по бокалу. Судя по всему, идти в лес, который им так "красочно" описали, смысла пока не было. Более того, теперь, зная примерно, как работает он, они только потеряют время. Чтобы идти туда, нужно было вооружиться некими более тайными знаниями, а не просто на голом интересе зайти внутрь. Более того, если они задержатся там больше положенного срока, то рискуют сгинуть. 

Элиот перевёл взгляд на Хакса. Тот, как изъявил желание идти с ним вместе, так своего решения не поменял. Ксарот тоже отказался от идеи разделяться и мужчина кивнул молча на его предложение. Синдбад пока своего слова ещё не сказал, но принц полагал, что смысла ему отделяться от их группы нет. Хотя бы по банальной причине: эта группа знает пока что больше всех, да и шансы на выживание значительно выше, учитывая, как остров пожирал тех, кто ступил на него.

- Значит, пойдет по морю, - резюмировал он ситуацию, допивая остатки жидкости и отставляя бокал на место. Казалось, этот глоток - последнее, что будет связывать его с разумной цивилизацией. Дальше ситуация предвкушалась как нечто тёмное и ещё менее дружелюбное, чем то, с чем они уже успели столкнуться. - Раз у всех вопросов больше нет, то, пожалуй, мы отправимся дальше. Ещё раз благодарю за тёплый приём. Ваша информация весьма полезна.

Нужно было напоследок сгладить тот самый острый угол, который возник в процессе, и принц вполне искренне и дружелюбно улыбнулся, забирая свою бумагу, выписанную ему графом. Теперь их путь лежал ко второй пристани, чтобы раздобыть там лодку, которая держалась на воде и не грозилась развалиться через пятнадцать минут плаванья. Тем более, что выдержать ей предстояло четверо крепких мужчин, каждый из которых весил хорошо под сто или хорошо за сто килограмм. Возможно, лодок будет несколько, если кроме утлых судёнышек не будет чего покрепче и поболе.

(офф: если все пойдут, то просто напишите, что вышел через центральную улицу гарнизона к воротам, и дальше по тропе к пристани)

@Аранарх, другой чат бляяя 

Оставалось только медленно выдохнуть, наблюдая за тем, как пол постепенно отступает. Сами стены тоже вернулись к своей первоначальной пульсации, едва заметной. И боль в груди отступила. Оставалось только ноющее и тянущее чувство.

Альтугл покачал головой.

-Громкий звук? В любом случае звуки представляют собой вибрацию. В таких условиях и при том, как работает этот организм.... Например, крик можно будет сравнить с нападением огромного хищника или землетрясением. И реакция будет.... Резкой и неконтролируемой. Проходы нас просто сомкнут и поглотят с большой вероятностью. Поэтому пока будем соблюдать тишину.

Потом волшебник присел на пол, осторожно осматриваясь и пытаясь хоть что-то собрать. Пока что не наблюдал полноценного материала для некромантии в привычном смысле этого слова. Однако того, что здесь присутствовало, хватало на некоторые фокусы. Кейтгриф всё же сосредоточился и принялся запускать в пыль энергию смерти. Почти такими же малыми, едва заметными дозами. Пылинки всё же собрались в единую форму. Образуя нечто вроде жука с множеством ног. Только очень маленького, с фалангу пальцев.

Крошечное насекомое разместилось на ладони.
-Могу пустить это существо в один из боковых тоннелей. Например, будто это раненное насекомое. И оно вполне способно излучать свой магический фон, пусть слабый и нестабильный. Поэтому можем посмотреть на то, как окружение реагирует именно на этого незваного гостя. -Артефакт внутри время от времени дёргался. Но не в попытках причинить больше боли. Он словно указывал на следующий перекрёсток. Или туда, где можно было получить ещё больше ответов.

-А теперь о том, как продолжить движение. Оно действительно похоже на танец. Давайте попробуем дойти до конца таким образом. Когда стены будут гаснуть - мы просто замираем, чтобы стать тканью этого организма и тем, что он не замечает хотя бы некоторое время. Когда снова загораются - сделаем скользящие шаги. Не отрывая ногу от пола. Это позволит избежать резких движений и ударов. А я пока выпущу своего жука в боковой проход. Готовы продолжать? 

Нет уж, разрушать здесь всё просто так не хотелось. Или это ему подсказывало внутреннее чутьё? Что здесь ждал не только выход. Но и словно какое-то незавершённое дело, которое они должны закончить. Некромант должен закончить. А его новый знакомый Силт... Попался сюда случайно? Или тоже с какой-то целью? Эти вопросы продолжали шуметь в голове. Однако пока на них ответа не было. Только продолжение пути вперёд.

Я живой. Так. На всякий случай.

Хоглан лишь усмехнулся, пока вытирал волосы полотенцем. Из змея получился действительно отменный комментатор. Хотя порой казалось, что он сам не замечал иронии в своих же словах. На некоторое время торговец просто сел на кровать и устремил свой взгляд куда-то в темноту, уходящую за пределы окна. И ещё ему явно потребовались некоторые усилия, чтобы обдумать ответ на вопрос о родителях. При этом тема не была болезненной. Наоборот, даже слишком нормальной, если учесть условия, в которых мужчина постоянно вертелся и оказывался.

-Мои родители до сих пор живы. - Наконец, ответил он ровным голосом, насколько это было возможно. -И у них всё в порядке, хвала всем богам, даже если ты их не признаёшь. Отцу стукнуло 86, а матери 83. Сейчас живут в маленьком городке, занимаются лишь выращиванием помидоров и попытками вспомнить, кто забыл полить герань. Перезваниваюсь с ними каждую неделю или чаще, если совесть успевает проснуться. 

Сейчас боль в голове утихла. Однако обычная физическая усталость продолжала давить.
-И именно по этим причинам сейчас я звонить им не буду. Не могу представить картину, в которой я в три часа ночи спрашиваю у 83-летней женщины о странностях во время беременности или возможных контрактах с тёмными силами. Подумает, что я либо окончательно сошёл с ума, либо пьян. -Пока что от Нокса никакого ответа не поступило. Не удивительно. Запрос не самый простой, а он только начал рыть.

Остальное больше было сказано для себя. Но и скрывать полностью не видел смысла уже.
-При этом я уверен, что они поймут потом. Дело даже не в этом. Мать у меня тоже проницательная дама. Просто.... Когда я только влез в эту... Профессию... Решил, что им лучше не знать. В том числе и о том, что из некоторых ситуаций их единственный сын живым выбирается только исключительно благодаря везению и таким вот знакомым, без обид. Не хочу добавлять лишних бессонных ночей и седых волос из-за того, что ко мне в очередной раз прицепился какой-то псих. Поэтому копаем исключительно через Нокса. Всё, что угодно. Знаешь, что бесит больше всего? Этот псих уже сейчас знает обо мне больше меня самого.

В конце концов, программист дозвонился. И фон Айнцберн сказал ему выкладывать всё, ничего не фильтруя. Даже то, что казалось бредом. Особенно эти части, которые казались невероятными в текущих или давних условиях. Прошло, наверное, ещё с полчаса, пока торговец слушал. Его выражение лица менялось несколько раз. Пока не стало откровенно мрачным. От ужина отказываться совсем всё же не стоило. Однако потребуются дополнительные усилия, чтобы теперь рассказать всё своему знакомому. 
                                                                                                                                                                                                               

@Герхард Даркмур,
но до них еще надо добраться. а мир суров и безжалостен, тем более в женском деминутиве

— Приобретай, если что-нибудь понравилось, — Ксарот устроился в кресле и вытянул ноги чуть дальше, чем позволяла безупречная посадка местной мебели и даже некоторые рамки приличия. — Только скажи заранее, если соберёшься за что-нибудь торговаться. Будет глупо случайно поднять тебе цену.

Места Солар и правда выбрал неплохие. Центральный подиум отсюда просматривался почти без помех, до ближайших рядов оставалось достаточно пространства, чтобы чужие плечи и головы не превращали аукцион в наблюдение за затылками, а витрины по периметру ещё оставались на виду. За ними темнели панорамные окна; дождь растягивал неон Небулы по стеклу длинными цветными полосами. Между креслами бесшумно ходили официанты, и одного из них Ксарот проводил взглядом с некоторым недоверием. На подносе стояли те самые бокалы. Во рту будто сразу вернулся липкий сладкий привкус прежнего напитка, хотя от собственного он избавился уже давно. Пожалуй, у этого вечера всё-таки имелись угрозы, не связанные с Уроборосом.

Он открыл каталог и ещё раз пролистал первые страницы, теперь уже без особой цели. Тридцать шесть лотов, четыре из которых организаторы особенно старательно называли главными, и среди всего этого наверняка найдётся что-нибудь, что Солар захочет унести с собой просто потому, что оно существует и пока принадлежит кому-то другому. Ксарот ничего против не имел.

Интересовавшийся их обоих предмет удостоился куда более короткого взгляда. За века через Флегетон прошло достаточно древнего железа, чтобы одна дополнительная загадка не вызывала у Ксарота коллекционного зуда. Особенно если по итогам выяснится, что перед ними действительно редкий, невероятно сложный и совершенно незаменимый компонент древней системы... вентиляции.

Возня, которую приметил Солар, тем временем обрела более понятный вид: к витрине подогнали транспортную платформу. Один из сотрудников занимался креплениями основания, другой проверял что-то на боковой панели. Пока ничего такого, ради чего стоило вставать из кресла. Скоро начинались торги, экспонаты всё равно придётся перемещать через половину зала. Правда, именно этот по первоначальной программе должен был понадобиться им заметно позже. Ксарот задержал на сотрудниках взгляд ещё немного и отвернулся.

— С Разломом пока рано, — произнёс он после небольшой паузы, возвращаясь к вопросу Солара. Взгляд всё ещё оставался на витрине. — Уроборос туда лез, это мы знаем. Но из этого ещё не следует, что любой кусок их старого оборудования обязательно имеет отношение к Бездне. Мне пока больше нравится то, что видно без догадок: эту штуку откуда-то вырвали, а теперь кто-то очень не хочет, чтобы мы выяснили откуда.

Он опустил каталог на колено. Владелец имел полное право передумать насчёт осмотра собственной вещи. Мог не прийти на встречу. Мог вообще продать её тому, кто меньше задаёт вопросов и лучше одевается.

Ксарот машинально провёл большим пальцем по ребру коммуникатора, затем покосился на Солара.

— Сам он мне, если честно, не особенно нужен. У меня склад забит вещами, назначение которых никто толком не понимает. Одной больше, одной меньше. — Он чуть повёл плечом. — А вот когда вокруг одной из них начинают менять документы — уже даже жалко уходить.

Последние слова почти растворились в постепенно стихающем гуле зала. До начала торгов оставались считаные минуты. Освещение над витринами приглушили, зато центральный подиум проступил ярче; официанты стали реже проходить между рядами, гости заканчивали разговоры и занимали места. Где-то впереди сотрудник аукционного дома проверял связь с дистанционными участниками. На панелях появилась первая часть программы, рядом с номерами — стартовые суммы.

Ксарот вернулся к каталогу. Первые позиции особого восторга не вызвали, хотя среди них нашлось две вещи достаточно нелепые, чтобы он всё-таки задержал на них взгляд дольше необходимого. Одну можно было бы купить хотя бы ради возможности потом спросить специалиста, зачем кому-то вообще понадобилось её делать.

Список на общей панели дрогнул. Ксарот сначала даже не придал этому значения: строки плавно разошлись, несколько номеров поменялись местами и снова сомкнулись с той дорогой невозмутимостью, с какой здесь, вероятно, подавали счета на суммы, способные испортить настроение небольшой компании.

Потом взгляд зацепился за знакомое название.

Оно стояло не там.

Ксарот нахмурился, открыл сохранённую программу и быстро сверил обе версии. Прежде эта строка находилась заметно ближе к концу, теперь же оказалась почти в начале первого блока. Под обновлённым списком появилась короткая пометка об изменении порядка по просьбе стороны продавца.

Теперь платформа возле витрины перестала выглядеть преждевременной подготовкой. Ксарот ещё раз посмотрел туда, затем медленно убрал коммуникатор. В глубине глаз вспыхнул огонёк. Очень недобрый огонёк.

Если кто-то рассчитывал избежать внимания архонта, то перестарался.