Аркхейм

- Светлых вам дней и спокойного Мрака. - Поприветствовал собравшихся Макс. Всего за столом оказалось восемь человек: он сам, заказчик, наемники - Хольгер, Ингве, Шанталь и Кири - и пара воинов-филбуржцев, что тоже решили примкнуть к отряду, пока он не разросся до непозволительно большой толпы. - Работенка предстоит непростая. Наш заказчик, Абуль-Хайль ас-Сирр ас-Салих ибо... - Макс запнулся, и в этот момент закутанный в свою мантию маг недовольно скривился и поднял руку.
- Макс, вы известны как умелый человек. Пожалуйста, не оскорбляйте мой слух своими попытками выговорить мое полное имя и оставьте это достойным. Обращайтесь ко мне Мастер Салих.
- Да, мои извинения, Мастер Салих. - Отозвался Хитрослов. Его покоробило замечание мага о "достойных", ведь, судя по нему, никто из присутствующих за столом к "достойным" явно не относился, но виду он не подал, пока что просто проглотив завуалированное оскорбление. Промочив горло пивом, он продолжил: - Итак. Неделю назад во Мрак ушел отряд Джона Кривозуба. Вы наверняка слышали о нем, это опытный мракоходец. С ним было несколько охранников и ученица Мастера Салиха, эльфийка Тир'Гьянлиа. Они должны были вернуться позавчера, но вестей о них нет до сих пор. Мастер Салих полагает, что они могли застрять во Мраке и им требуется помощь. Вашей задачей будет выдвинуться по их маршруту и найти их или то, что от них осталось, и доставить сюда. Задание полагаю... Опасным, поэтому оплата двойная. На ночь в Мрак не ходят, отряд выдвигается завтра на рассвете. Кто-то хочет что-то спросить?
- Меньше драмы, уважаемый Максим. Моя ученица все еще жива. - Дополнил его слова Сирр Салих надменным тоном, в котором не сквозило ни капли озвученного уважения. Колдун вел себя относительно сдержанно, но всем своим видом и интонациями демонстрировал, что общение с чернью не доставляет ему ни капли удовольствия.

Эльфы собирались в театре довольно неспешно и сильно заранее. Ведь, как известно, аристократия может себе позволить вести неспешный и размеренный (с виду) образ жизни и им совершенно некуда и незачем спешить. А вот разбиться на небольшие группки "по интересам" и негромко, чтоб не подслушивали, обсудить те или иные важные аспекты конкурентной борьбы и политических интриг - очень даже полезно и театр подходил для этого идеально. Нулиэль была одной из очень немногих, кто предпочел одиночество компании и просто дожидался начала представления молодого постановщика в своем кресле в одном из первых рядов амфитеатра.

Само-собой, Королева-Мать со свитой прибыла с небольшим "вежливым" опозданием - всего-то на какую-то четверть часа. Это было завуалированной демонстрацией уважения к постановщику - Королева-Мать никогда не являлась ни на одно мероприятие вовремя, всегда немного (или много) заставляя себя ждать. Ведь начальство не опаздывает, начальство задерживается. Она могла и вовсе не явиться, никого не предупредив об этом. Начинать же любое мероприятие, на которое было приглашено первое лицо государства, не дождавшись ее, было немыслимым делом. По времени опоздания остальные могли сделать вывод, насколько приглашение было интересно первой эльфийке и всего пятнадцать минут задержки были огромным комплиментом постановщику и театру.
Когда все посетители заняли места согласно контрамаркам на первым рядах или урванным с боем за деньги билетам на последние места, свет в помещении погас, занавесы над сценой поднялись, магические фонари подсветили сцену, на фоне которой были сотканы изящные магические иллюзии, демонстрирующие лесной город, и началось представление - "Сны Алетеи". Постановщик Эльви и первая актриса молодая Илари'Эль вместе с актерами вторых ролей постарались на славу - в первом акте представления иллюзорные фоны незаметно сменяли друг друга, перемещая зрителей то в сердце Тор'А'Дила, то во Мрак в гущу сражения с тварями, то в лечебницу, где главная героиня - молодая леди-мракоходец - лечила телесные и душевные раны после вылазки во Мрак, в которой потеряла нескольких близких друзей. Представление было завораживающим, иллюзии чрезвычайно реалистичными, а стихи, которыми разговаривали персонажи - полными драмы и эпичности в лучших традициях эльфийского творчества и искусства. Все сцены были очень хорошо продуманы и создавали ощущение целикового, хорошо собранного представления, в котором было все нужное - от потрясающих иллюзий и игры актеров до мелодичной, задающей настроение музыки и отлично подобранных нарядов, особенно Нуриэль - она в каждой сцене была одета не откровенно, а практично, но и платья, и доспехи на ней были подогнаны так, что выгодно подчеркивали ее фигуру и грудь, играя на балансе практичности и соблазнительности, а прекрасная серебряная диадема с тускло мерцающим драгоценным камнем в середине притягивала и манила взгляд. Уже по первом акту было очевидно, что постановка была обречена на успех и аншлаги в будущем, но ближе к антракту один из занавесов внезапно сорвался и со страшным грохотом упал на сцену, накрыв лежащую на кушетке и выражающую свои душевные муки актрису шелковым пологом. К ней тут же подбежало несколько актеров вторых ролей, изображавших других пациентов, и сам Далантриниль выбежал на сцену, поднимая ткань и сбрасывая ее с актрисы.
- Илари! Илари! - несколько  раз позвал постановщик первое лицо премьеры, но она явно лишилась чувств и не отвечала режиссеру. Он потряс актрису за плечи и несколько раз легонько похлопал ее по щекам, но девушка продолжала неподвижно лежать на кушетке, полностью игнорируя все попытки привести ее в чувство, в то время как остальные актеры убирали в сторону упавшую штанкету с занавесом. Эльви повернулся к залу и выкрикнул: - Лекаря! Лекаря! Есть здесь лекарь?!
 По зрительским рядам прокатился вздох удивления и страха - театр Тор'А'Дила никогда не допускал промашек и всегда содержался в очень хорошем состоянии. Подобная авария была просто немыслима здесь... Если только не была задумана заранее? Эльви же был известен как весьма эксцентричный режиссер, который не раз и не два плевал на все правила театрального искусства и выкидывал крайне необычные фортели, чтобы удивить своего зрителя - так что авария на сцене вполне могла быть и его очередной задумкой, находящейся на грани безумия и гениальности. По залу пронесся потрясенный ропот и шепотки, но пока что никто не встал со своего места.
- Друзья мои, это не представление! Она без сознания! Позовите лекарей! - Едва ли не со слезами на глазах взмолился молодой режиссер, буквально упав на колени перед зрителями на шелковую ткань лежащего на сцене занавеса, который еще не убрали полностью.
После этого из первого ряда поднялся седовласый старик и, опираясь на свою трость, начал подниматься на сцену. Двое актеров тут же подбежали к нему и помогли умудренному годами старцу подняться по высоким ступеням. То ли он поверил, что здесь что-то действительно пошло не по плану, то ли решил поучаствовать в представлении и подыграть Эльви Далантринилю - было неясно. Большая часть остального зрительского зала застыла в немом оцепенении. Кто-то рядом с Нуриэль шептал на ухо соседу, что это гениальное режиссерское решение - привлечь зрителей к участию в сцене, кто-то наоборот - жаловался, что чудовищные средства, выделяемые на содержание театра явно ушли куда-то не туда, куда следует, раз сцена разваливается буквально на глазах посреди представления. Но большая часть зала оказалась парализована удивлением и не знала, как реагировать - и считать ли аварию на сцене сценарной или нет.

Тигровая Лилия, Шанталь, Хольгер, Ингве и Кири - кто-то из них был опытным рубакой, кто-то - отличным Мракоходцем, а кто-то - начинающим приключенцем. Но у каждого из них были свои каналы поступления информации - кто-то мог получить указание от старшего в наемной банде, кто-то - письмо с приглашением, а кто-то - послушать новости в таверне или же узнать о происходящем иным способом. Последней же новостью, быстро разлетевшейся по наемным отрядам, трактирам и гильдиям стало то, что гномы Димби и Виазо - престарелые муж и жена - объявили, что в их таверне находится глава гильдии наемников Филбурга с опасной, но хорошо оплачиваемой работой, связанной с длительным выходом во Мрак. Таверна "Клещи и Кружка" (чаще называемая просто "КиК") семейной четы Димби и Виазо расположена в одном дневном переходе на север от Филбурга и часто используется Мракоходцами и наемниками в качестве одних из "ворот" в Мрак. Находясь на границе Мрака, она дает путникам последнюю возможность пополнить припасы, починить снаряжение, подковать коней, отремонтировать повозки и закупить нехитрый инвентарь, а при возвращении из него - отпраздновать успех и продать часть трофеев. Димби Коваль - престарелый гном, по неизвестным для людей причинам покинувший город гномов Мингор и обосновавшийся рядом с Филбургом. Он талантливый ремесленник и кузнец, благодаря чему у него можно привести в порядок амуницию и закупить мелкие, но важные в походе вещи. Виазо Коваль - жена Димби - прекрасный повар и пивовар. Сама она жалуется, что в Филбурге практически не достать нужных ей специй, поэтому пиво и стряпня получается гораздо хуже, чем раньше она готовила в Мингоре, но будем откровенны - если отбросить ложную скромность - она варит едва ли не лучший эль во всем Филбурге и прекрасно готовит. Их таверна - это двухэтажное здание, сложенное из толстых бревен со скатной черепичной крышей. Первый этаж представляет собой большой обеденный зал со столами и скамьями, торговым прилавком и очагом, на втором этаже расположены комнаты для постояльцев. Гномы относятся удивительно приветливо к любым постояльцам, что ведут себя прилично, но любого смутьяна Димби запросто может выбросить за порог голыми руками, а при острой необходимости - настучать по голове своим боевым топором, который висит на стене за торговым прилавком вместе с его круглым щитом.
Любой вошедший в таверну обнаружит, что в ней помимо хозяев присутствуют еще два человека:
Первый - это Макс Хитрослов - глава гильдии наемников Филбурга. Высокий, плечистый, потрепанный жизнью мужчина пятидесяти лет, что давно отошел от дел, связанных с размахиванием мечами и палицами и сейчас зарабатывает на жизнь тем, что создал гильдию наемников, договорился с командирами всех заметных наемничьих отрядов и сейчас занимается посредничеством, сводя заказчиков с исполнителями, рекомендуя тех или иных командиров или отдельных наемников в зависимости от того, что нужно сделать очередному "кошельку", готовому раскошелиться, а так же являет собой гарант оплаты - принимая оплату от заказчика до заключения договора и отдавая ее исполнителям после его исполнения за вычетом своей доли. Несмотря на свою "говорящую" фамилию, Хитрослов верен своему слову и давно зарекомендовал себя как человек, для которого репутация, честь и договор важнее сиюминутной выгоды, благодаря чему он пользуется доверием и уважением со стороны Филбуржцев и наемников.
Вторым гостем "Клещей и Кружки", очевидно, является заказчик. Известно о нем немного - среднего роста, жилистый и поджарый смуглый мужчина в самом расцвете лет, одетый в серый тюрбан и мантию, похожую на халат. Из оружия при нем был только двухметровый посох с металлическим острым наконечником на нижнем конце и навершием из отполированного до блеска серого камня с большое яблоко размером на верхнем. Максу он представился как Сирр Салих, аристократ из Юта.

Нулиэль, Краэль Аэрис и Виориэль - троица эльфийских девушек с очень разными характерами и навыками, но одной общей чертой - все трое были видными леди, которые не раз и не два так или иначе попадались на глаза эльфийской аристократии и имели некоторую известность в обществе, в том числе высшем. Поэтому было не удивительно, что каждая из них заблаговременно получила приятно пахнущее дорогими духами письмо, запечатанное личной печатью молодого, но очень талантливого театрального постановщика Эльви Далантриниля. В письмо было вложено высокопарное, написанное стихами приглашение посетить скромное представление молодого постановщика Эльви, которое будет происходить в шесть часов вечера в Театре Отражений (на минуточку - главном театре Тор'А'Дила, представления в котором происходили не чаще двух раз в месяц с очень большой подготовкой). Главную роль в постановке исполняла юная актриса Илари'Эль, быстро снискавшая огромную популярность среди молодых эльфов своим мелодичным, переливающимся голосом и прекрасной даже с точки зрения эльфов внешностью и актерскими талантами.

Здание Театра Отражений располагалось в непосредственной близости от дворца Королевы-Матери и являло собой закрытый деревянный полукруглый амфитеатр, в котором зрители, в зависимости от стоимости билета, могли разместиться в удобных мягких креслах с лучшим обзором на сцену, креслах пожестче дальше от сцены и деревянных скамьях на самых дальних рядах. В отличие от многих других подобных заведений, декорации были не механическими, как у гномов, и не переносились слугами, как у людей. Магия иллюзий - вот что создавало фон для игры актеров и блестящих постановок, каждая из которых была не только способом полюбоваться на талантливых актеров и остроумные пьесы, но и возможностью познакомиться, пообщаться с гостями как из самых высших, так и низших слоев эльфийского общества, в котором бал-маскарад, театральная постановка или совместный выезд на охоту значили в политике не меньше, а то и больше, чем кабинетные переговоры и подписанные документы. К началу представления все уже было готово и Театр Отражений лишь ожидал своих гостей, желающих пообщаться друг с другом в антрактах и посмотреть на игру актеров в актах.