Аркхейм

Догонялки закончились. Нулия стояла неподвижно, глядя, как девочка падает на колени, тяжело дыша. Селестия хлопала глазами, пытаясь отдышаться, но её лицо светилось от счастья. Широкая улыбка, раскрасневшиеся щёки - и впервые за весь день, никаких слёз.
- Тётя змейка такая быстрая. Я не смогла поймать. Мишка, ты видел? Она как ветер! Как молния! Как... Я не знаю, что ещё, но это было здорово!
Нулия смотрела на девочку. Смотрела на то, как она поворачивается к медведю, делясь с ним своей радостью. И внутри неё - там, где голоса обычно звучали громче всего, сейчас было неимоверно тихо. Голоса прислуживались и ожидали чего-то интересного. 
- Тихо и тепло. Почти как дома...дома ли? - Разум Нулии замкнуло от появившейся мысли. Её мысли или чужой, что взяла над ней вверх? Она не знала и не понимала, стоит ли ей сейчас поддаться эмоции предав закон Ордена и Философии Небытия и Забытия, а может и вовсе стоило задавить в себе нарастающее чувство прекрасного? Она сейчас была одна и она могла позволить себе слабость...слабость, которая могла её убить. 
Селестия встала, отряхнулась. Её слегка покачивало. Сил явно оставалось совсем мало, но она подошла к Нулии, взяла её за руку и потянула к Юдициуму. Маленькие пальцы сжали её ладонь с такой доверчивостью, что у дархатки перехватило дыхание. Это было так приятно и так неправильно. Непозволительно и грустно. Столько чувств и столько эмоций. Как она могла быть настолько податливой? Ей предстояло принять наказание от самой себя...но не сейчас. Явно не сейчас.
- Я обещала награду за победу. И я не нарушаю обещаний... - закивала девочка. - Мишка сказал, что если кто-то со мной играет честно, то я должна дать что-то важное. И я отдам.
Нулия молчала, ведь она не привыкла получать подарки. Не привыкла, чтобы её благодарили. 
- Привыкла быть никем? Обманываешь себя, змея? У тебя есть имя. Пусть имя и даёт обозначение пустоты...но это - Имя.
Голоса в голове жуткой какофонией перемешивались, но каким-то странным образом передавали слова и они были чёткими в проклятом гуле. Таком знакомом, но всё ещё непривычном и мерзком. Ей стоило усилий, чтобы сдержать выражение лица холодным и спокойным, чтобы кончики губ не дрогнули и лёгкая улыбка не пропала с её лица. Улыбка для маленькой Селестии.
Но когда Селестия достала маленький мешочек и протянула его, Нулия почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.
- Здесь - кусочек мишки. Он сказал, что если я проиграю, то отдам его вам.
Нулия взяла мешочек. Внутри был небольшой кристалл. Тёплый и нежно светящийся в темноте. Она сразу поняла и осознала, что находилось в её руке : артефакт. Настоящий, возможно...древний? Как показалось с первого взгляда...явно одноразовый, но ценный. 

- Ты победила по-настоящему, тётя змейка.
Девочка подошла ближе. Приблизилась и Нулия наклонилась вперёд, чтобы девочка могла наклонится к уху дархатки так, чтобы никто больше не услышал.
- Я хочу подарить тебе... То, что было до моего имени. Задолго до. Мишка сказал, что можно его подарить. Меня когда-то звали... Лилит. Только никому не говори. Это секрет.
Нулия замерла. Имя, которое было до? Имя, которое девочка отдала ей. Не как подарок, но как ритуал доверия. Как частичку себя, которую она решила подарить той, кто просто согласилась играть. Нулия не нашла необходимых и высоких слов благодарности. Змеедева просто кивнула, всего один раз. Но твёрдо, помня своими движениями о своей змеиной природе.
- Твоя тайна уйдёт со мной в Небытие, твой секрет поглотит мать Забытие... - прошептала она в ответ.
А потом девочка достала две монеты на верёвочках. Старые, потёртые, с незнакомыми символами. И повесила одну на шею Нулии.
- Это - монетка счастья. Если вам станет страшно, то сожмите её в кулаке. И мишка почувствует. Он, правда, не всегда сможет помочь, но он будет знать.
Монета легла на грудь. Тёплая и почти живая. Приятное и вновь неправильное чувство, которое она не должна была испытывать. 
- Спасибо за игру, Селестия. Мне было очень весело. - Спокойно произнесла Нулия сохраняя спокойствие на лице и вместе с этим, спокойную...но нежную улыбку. 

Цитата: Ехидна от 30-08-2026, 20:41:00Некого теребить.

Меня тереби. К унижениям. Давай ._.

Цитата: Ехидна от 30-08-2026, 20:31:56Навалить кринжа штоль?

да

Нулия чувствовала, как девочка приближается. Слышала сбитое дыхание, видела мелькание маленьких ног между плитами. Селестия бежала к ней, не сбавляя шага. И вот последний рывок, последняя попытка коснуться.
- ...она почти догнала тебя... - Говорили голоса вплетая свои голоса в дархатский разум каскадом, но Нулия лишь улыбнулась какофонии весёлых и насмешливых голосов.
- Да, почти... - В мыслях мыслям мыслями оставила ответ предпочитая тонуть в голосах пустоты раздающихся из самых глубин её разума. А возможно и вовсе...чего-то глубже.
Нулия могла бы уйти. Скользнуть в сторону, за другой лоток, раствориться в тенях, как делала сотни раз. Её тело знало, как исчезать. Как становиться невидимой для тех, кто ищет.
Но она не ушла. Хвост её чёрно-белый, с гексами - чуть шевельнулся на камне, не прячась. Дархатка смотрела на бегущую девочку и чувствовала, как внутри поднимается что-то тёплое. То, что она давно похоронила под слоями безумия и голосов.
-...она хочет догнать... пусть...
Нулия замерла за углом лотка, позволяя Селестии приблизиться. Не двигалась. Не пряталась. Просто - ждала. Девочка почти догнала. Почти. И в этом почти было всё счастье, которого у Нулии никогда не было. Она позволила себе улыбнуться. Тихо. Только уголками губ. 

Нулия замерла за углом, чувствуя, как девочка ищет её взглядом. Селестия остановилась, оглядываясь по сторонам. Её маленькие руки сжимались в кулачки - не от злости, но от старания. Это было, очень мило.
-...она ищет... она хочет найти...
Нулия видела это. Видела, как девочка переводит взгляд с одного укрытия на другое. Как задерживается на тех местах, где хвост мелькал секунду назад. Но в этот раз Нулия не дразнила. Она просто смотрела, наблюдала с живым интересом. Прислонившись спиной к холодному металлу лотка, дархатка наблюдала за происходящим сквозь щель. Вертикальные зрачки сузились до тонких нитей, но не от угрозы, но настоящего внимания. Полного, безраздельного внимания к маленькой фигурке, которая так упорно пыталась её догнать. Хвост неподвижно лежал на камне. Чёрно-белые гексы замерли, сливаясь с тенями. Леденец во рту почти растаял, оставляя только сладкое послевкусие.
Голоса в голове напоминали о прошлом. О диких годах, когда она часами лежала в засаде, чувствуя, как мир дышит вокруг. Как трава колышется от ветра. Как птицы затихают перед её появлением. Но сейчас всё было по другому...всего лишь игра. Всего лишь удовольствие в котором не требовалось убивать или умирать. Самое настоящее счастье. Но она понимала, что это счастье, к её сожалению не продлится долго. Рано или поздно, ей придётся уйти в небытие и её имя утонет в забытие.

Нулия чувствовала, как земля откликается на каждый шаг девочки - лёгкий, сбивчивый, но упорный. Селестия дышала тяжелее, но не сдавалась. Маленькие ноги мелькали между плитами, руки тянулись вперёд, чтобы поймать, коснуться, дотянуться.
"...как тогда... в лесах... когда я была змеёй... и добыча убегала... а я ждала..."
Воспоминание пришло само : не голосом, но явным ощущением. Тело помнило, как она в огромном чёрно-белом образе питона, скользила между стволами, оставляя за собой лишь шелест чешуи. Как замирала в траве, чувствуя вибрацию шагов. Как играла с добычей. Не стремясь убить сразу, а давая ей надежду на спасение. Теперь она была по ту сторону. Но в этом не было страха. Нулия скользнула за очередную лавку, прижимаясь спиной к холодному металлу. Хвост обвил ногу, прячась. Леденец во рту таял, оставляя сладкий, почти детский привкус. Она слышала, как девочка остановилась. Как затаила дыхание, прислушиваясь и Нулия почти улыбнулась. Воспоминание о диких годах не было больным. Скорее, оно было тёплым и нежным. Как воспоминание о том, кем ты был, прежде чем стать кем-то другим.
Она высунула голову - медленно, как змея, выползающая из укрытия. Вертикальные зрачки блеснули в свете голограмм. Хвост качнулся, дразня, приглашая поймать.

Хвост мелькнул за лавкой и исчез, а чёрные гексы на белом фоне сверкнули в тусклом свете голограмм, дразня и приглашая маленькую девочку за собой. Нулия слышала за спиной топот маленьких ног. Быстрый и радостный.
- ...она близко. Ты слышишь? 
Голоса в голове говорили, но не мешали. Они просто - констатировали то что происходили, подсвечивая для Нулии то, на что нужно обратить внимание. Как комментаторы детской игры, которая вдруг стала важнее любых контрактов и важных переговоров. Нулия скользнула между двумя лотками, где ещё час назад торговали чем-то съедобным. В кармане зелёного плаща лежали сладости - несколько леденцов, завернутых в яркую обёртку, маленький пакет с чем-то шоколадным. Она не знала, зачем их взяла. Просто рука сама потянулась, как тогда к маленькому медведю и этой девочке, чтобы погладить.  Тётя змейка притаилась за углом,  дышала она ровно и почти беззвучно. Хвост обвил собственную ногу, убираясь из поля зрения и вертикальные зрачки расширились, сканируя пространство. Когда девочка пробежала мимо, Нулия высунула голову в след за девочкой, но уже с леденцом во рту. Леденец был длинным и ярко-красным. Нулия смотрела на девочку и в её взгляде не было привычного холода, которым она могла смотреть на всякого незнакомца. Но было кое что другое, что-то, нежное и игривое.
Она не мчалась со скоростью охотящегося хищника, пытаясь быстро убежать, но активно петляла, оставляя за собой слабый след, чтобы у девочки был шанс. Ведь это была всего лишь игра. Она двигалась между лотками и голографических экранов. Но двигалась в тех местах, чтобы если девочка и упадёт из-за уставших ножек, она не ударилась об острые углы, держась от таких мест по дальше.

Нулия приняла роль "добычи" и активно пряталась от маленькой девочки, отдавая ей роль "хищницы". Она не могла воспринимать эту игру по другому, хотя и не старалась быть слишком скрытной. Она понимала разницу между простой игрой и "выживанием" в котором было важно выжить, чтобы скрыться от того, кто был опаснее. Игра же...игра была просто игрой и дать девочке поиграть, было важным для самой Нулии. Юдициум же...Юдициум решил из игры выйти, но что поделать? Играть за двоих, против девочки и её медведя. Белый змеиный хвост с рисунком чёрных гексов появлялся то тут, то там и почти сразу исчезал, дразня Селесту своим появлением и шуршанием, то тут, то там. Сама же Нулия, перемещалась не просто так. Она витала между лавками с вкусняшками, пряча в карманы сладости для того, чтобы в будущем сделать небольшой подарок для маленькой девочки. 
Да и в целом, дархатке, это напоминало некоторые истории из книг, которые ей то и дело попадались и жанром они были юмористические. И сама ситуация в которой она оказалась...как ей показалось, очень походили на что-то подобное. 

Нулия отошла от Медузы и эльфийки, не произнеся ни слова. Шаги её не звучали, ибо она была слишком уж привычна к тому, чтобы ходить максимально тихо для себя и природы вокруг. Привычная полу-походка хищника, который не нуждается в разрешении на путь между пунктом а и пунктом б.Флейта осталась у неё за поясом, временно закреплённая за ремешок. Дерево не грело, не холодило. Просто... присутствовало. Как всё здесь.
Она двинулась во вторую половину от хижины - туда, где обломки стен наваливались друг на друга, кончиками пальцев проходясь возле барьера, но не касаясь его. Нулия присела на корточки перед грудой разбросанных досок, от части обгоревших, но не рассыпающихся в труху. Руки сами потянулись к краям, раздвигая их с осторожностью, которой её никто не учил. Кастеты под перчатками давили на костяшки в напоминание и она их не никогда не собиралась снимать. Особенно в подобное время. Ей это было совершенно не нужна. Каждый вздох мог быть последним, если она не готовилась к самому худшему исходу.
Нулия вспомнила Орден. Кокон. Тьму, в которой она училась не слышать себя. Там тоже была такая тишина - на грани обморока, когда мир перестаёт существовать, а остаётся только вдох, выдох и ритм, который не с кем делить. Сейчас она чувствовала нечто похожее. Отрешённость наливалась тяжестью в затылке, заставляла веки опускаться ниже обычного, движения - медленнее. И вот, один из обломков был отброшен в сторону, а под ним, предмет, который она искала. Взяв его, она вернулась и поведя плечами, встала по правую руку от Медузы. 
- Я готова. Нужно начинать, да? 

Она бежала. Не так, как на охоте - прижавшись к земле, чувствуя и преследуя каждый шорох, готовясь к броску и готовясь убить. Сейчас всё было совершенно иначе. Как-то легче и проще? Ноги касались камня почти беззвучно, но не потому, что она скрывалась. А потому, что тело, разум и голоса сами выбрали эту плавность. Белые волосы развевались по ветру, маленькие ноги мелькали между плитами. Девочка не оглядывалась и верила, что её преследуют. Хотя, преследование, явно было не тем самым словом, что отлично могло подойти под их ситуацию. Голоса в голове на удивление молчали и кажется впервые за долгое время - не приглушённо, а по-настоящему. Тишина наполняла череп, как вода наполняет пустой сосуд. И это пугало, но лишь от части.
Нулия поймала себя на мысли, что её губы... растягиваются. Не в оскал и не в угрозу. В то, что разумные называют улыбкой. 
Она не улыбалась полноценно годами. Может, десятилетиями. Но сейчас, глядя на бегущую впереди девочку - безымянную ещё минуту назад, теперь носящую два имени, как два новых крыла - она почувствовала, как что-то оттаивает внутри.
Удивительно...может быть, она и дарила свою улыбку кому-то, но этого не замечала. Но сейчас, заметила и это было...странно. Немного пугающе, но...освобождающее чувство странно влияло на неё. 

- Если есть те, кто хотят поиграть, тогда это не такая большая потеря.
Нулия смотрела, как девочка рассуждает о потерях и ценностях. Святой наивностью здесь не пахло. Это было что-то другое. Настоящая чистота, с которой существо, не знавшее имени, пыталось понять мир, где имена отнимают. Голоса в голове звучали уважительно.
- Я люблю догонять. Но вы убегайте не очень быстро. И не очень медленно. Мишка сказал, что если я упаду, то вы должны меня поймать. Обещаете?
Нулия кивнула. Молча. Потому что слова - это обещания, а она не привыкла обещать. Но здесь... здесь можно было просто сделать. Девочка заслужила хотя бы это.
- Если вам не нравится догонялки, то есть много других игр...
- Догонялки подойдут. - Перебила Нулия мягко. Не грубо, а так, как перебивают, когда хотят сказать :"Ты услышана, но давай не будем усложнять". Она не умела играть в прятки, не умела в "море волнуется". Её игры всегда кончались кровью. Но бегать - это она умела. Уворачиваться и догонять.
- Почти как на охоте. Но без смерти в конце.
Аарон поднялся, отряхнул пиджак, развёл руками. Приглашающе, почти театрально. Нулия осталась сидеть на корточках, хвост - кольцом на камне, кастеты - под перчатками.
- Кто догоняет? - спросил демиург. Девочка смотрела на них. Сияющими глазами.
И Нулия вдруг поняла: она хочет, чтобы её догоняли. Не потому, что боится проиграть. А потому, что хочет, чтобы за ней бежали.
Чтобы её не оставляли одну.
- Ты беги. - Сказала Нулия, чуть склонив голову к плечу. Вертикальные зрачки смотрели мягче, чем обычно.
- Мы догоним.
- ...мы догоним... как тогда... в Ордене... когда я убегала... и они не дали мне упасть...
Она поднялась. Плавно и тихо. И сейчас это было не важно. Ведь сейчас важнее была девочка, которая наконец-то решилась играть. Нулия сделала первый шаг. Не в сторону, но рядом с Сер.
- Начали.

Цитата: Аранарх от 22-05-2026, 18:00:51@Нулия , с днём рождения!

\\^^•^^//

*ласковые паучьи обнимашки*

*Ласково обнимает паучка*
Спасибо моя сладость :з

@Сейран,

Благодарю вас, мсье за ваши чудесные пожелания <3

Цитата: Энфир от 22-05-2026, 17:27:10Поздравляю с днём рождения!!! Пусть все твои мечты сбываются, здоровья побольше и радости~~!!! *затискала*

*Нежно целует в щёчку*

@Элизабет Иденмарк, @Сусанна,
*Расцеловывает девчонок* 
Вы чудо красавицы :з

Цитата: Элизабет Иденмарк от 22-05-2026, 10:22:55@Юдициум @Нулия @Хельга Иденмарк *хрустит чипсиками, наблюдает*

Делитес

- Тогда я могу ведь взять два имени? Они красивые!
Нулия смотрела, как лицо девочки меняется. Слезы еще не высохли, но в глазах уже загорался свет - тот самый, который бывает у детей, когда им дарят то, о чем они даже не смели просить.
-...два имени... она взяла оба...
Голоса в голове звучали удивленно. Почти восхищенно. Нулия же не видела в этом ничего странного. Имя - не являлось клеткой. Его можно менять, сбрасывать, находить новое. А можно было и собрать из осколков, как мозаику. Как она сама собрала себя из "нуля" и "небытия".
- Мишка, мишка, теперь меня зовут Селестия и Селеста! Красиво? Запомнил? Не забудь.
Девочка говорила с плюшевым медведем так, будто тот был живым. И Нулия не знала, ошибка это или нет. Её раздвоенный язык скользнул по губам - воздух вокруг игрушки пах обычно? Нулия была подземной река, текущей там, где никто не видел света. 
Нулия не стала спрашивать. Не её дело. Не её тайна в этой девочке и пока тайна не раскроется, она не станет её касаться самостоятельно. Некоторые секреты - не должны быть раскрыты. Маленькая ручка легла на руку демиурга - жест, похожий на подпись под невидимым контрактом. А после и на руку Нулии. Тёплая. Немного липкая от слез. Живая и нежная.
Нулия не отдёрнула, и не замерла. Просто позволила коснуться себя. Потому что это прикосновение не было угрозой. Было нежным доверием. А что есть доверие? Редкий гость в её жизни.
- Дядя Аарон, тётя Нулия. А вы ведь правда со мной поиграете?
Девочка смотрела на них с надеждой. Такой чистой, что у Нулии защемило там, где сердца у дархатов её типа - уже давно нет.
Она не умела играть. В детстве - диком и зверином были только охота, погоня, смерть. В Ордене - молчание, ритуалы, сбрасывание кожи. Для игр не было места. Никогда. Но сейчас...
- Поиграем. - Со спокойствием и нежной улыбкой сказала Нулия. Голос звучал ровно, но в этой ровности не было привычного для многих холода. Только - согласие и выбор. Она не знала, во что будет играть. Не знала, как это делать - по-настоящему, не убивая, не выслеживая и не побеждая. Но она знала другое :
"Эта девочка ждала тысячу лет. Или не тысячу. Или вечность. Но она ждала."
А Нулия знает, каково это...ждать, когда никто не приходит.
- А хочешь, я покажу тебе одно интересное место, где можно играть во что захочешь и сколько захочешь - прямо не сходя с этой площади?
Аарон поднялся. Улыбнулся. Нулия видела в его глазах не только доброту, но и расчёт. Демиург проверял, изучал и явно оценивал. Но змеедева не собиралась мешать ему. Если они сейчас вместе, то...нужно было играть по общим правилам и в одной команде. 
- Может быть, ты хочешь, немного сладкого? Я могу принести тебе сладостей. После игры.

Нулия слушала перевод, не перебивая. Её взгляд скользил по лицу эльфийки, по её дрожащим рукам, по странным символам на полу, которые она не могла прочитать, но чувствовала - кожей, затылком, тем местом внутри, где жили голоса. Музыка. Чары. Инструменты. Всё звучало слишком просто для места, которое пахло пустотой и старой магией. Когда Медуза заговорила об экономии сил, Нулия медленно кивнула. Она и сама это понимала. Резервы не восстанавливались здесь - по крайней мере, естественным путём. Каждая потраченная искра магии могла оказаться последней. Но это не значило, что она собиралась стоять и смотреть.
- Я поняла.
Предложение разделиться девушка приняла без возражений. Практичнее и быстрее, было просто согласится и закончить с этими делами. Медуза права насчёт духовых - у неё самой с ними могли быть явные проблемы, хотя Нулия слабо представляла, как "механическая" броня вообще дышит. И дышит ли в целом. Способность разумной кибер-конструкции играть на флейте или тромбоне казалась сомнительной. А у Нулии... у неё были губы, язык и лёгкие, пусть даже магия дархата работала иначе.
- Ищу флейту и тромбон. - Сказала она коротко и направилась на поиски. Разруха здесь была странной. Не от времени, но от резкой силы, словно кто-то ударил по зданию изнутри и заморозил момент распада.  Инструмент оказался деревянным, тёмным, без видимых повреждений. На ощупь - холодный, слишком холодный для вещи, пролежавшей в тепле Она поднесла флейту к лицу, выпустила раздвоенный язык, пробуя воздух из отверстий. Ничего. Ни запаха металла, ни древесной смолы. Только та же пустота, что и везде. Вернувшись к Медузе и пленнице, змеедева молча показала находку. Флейта лежала на её раскрытой ладони - бледная кожа и тёмное дерево, контраст почти неестественный, но интересный.
- Нашла. Одну. Других пока не нашла.

Маленький золотистый шарик завис в воздухе между ними. Нулия смотрела на него, на эту частичку чужого существования,  чужой магии, чужой жизни, которую Солукс протягивал ей так легко, будто это был не бесценный дар, а просто монета на чай.
- Ты неосторожен. - Сказала она тихо, но взяла.
Шарик коснулся её ладони и растаял, просочившись сквозь кожу, оставляя за собой тёплый, пульсирующий след где-то под рёбрами. Нулия моргнула. Чувство было странным - не чужим, но и не своим. Как если бы в её холодном теле зажглась маленькая свеча.
- Я сохраню это... - Произнесла она ровно. - Но не для того, чтобы звать на помощь. Я не зову.
Она посмотрела на него : на его серьёзное лицо, когда он просил не называть его мальчиком. Нелепая попытка казаться старше, чем он есть. Нулия не стала спорить. Она просто кивнула, позволяя ему сохранить лицо.
- Судьба переломала тебя? - Переспросила она. - Значит, ты знаешь, о чём я говорю. Хорошо.
Дальше пришла Энфир. И мир вокруг стола изменился. Нулия замерла, когда сестра Солукса начала свою церемонию. Каждое движение женщины было плавным, текучим - как вода, как змея, как сама тишина, принявшая человеческую форму. Она не просто подавала чай. Она создавала пространство, в котором можно было забыть о голосах в голове. Первая чашка - для аромата. Нулия вдохнула. Мята, горный ветер, холод. Её зрачок расширился от нахлынувшего удовольствия и счастья и внутренней радости. Вторая же, была для вкуса. Губы коснулись фарфора, горячего и гладкого. Чай прокатился по языку, оставляя за собой пряное, травянистое послевкусие. Потом пошли другие. Тропический - сладкий, незнакомый, пахнущий солнцем. Лавандовый - успокаивающий, почти гипнотический. Молочный улун - мягкий, как первый снег. Чай с хвоей - терпкий, лесной, заставляющий сердце биться чаще. Нулия пила каждый медленно, давая вкусу раскрыться. Она не привыкла к такому. В её мире не было места церемониям. Была охота, были голоса, была тишина пустых коридоров и запах смерти. А здесь... здесь пахло жизнью.
- Твоя сестра... - Сказала она наконец, поставив чашку, - ...делает не чай. Она делает нежную тишину ещё более яркой и интересной.
Нулия посмотрела на Энфир. В её взгляде не было благодарности, по крайней мере, той, которую можно выразить словами. Но было что-то другое. Возможно понимание или принятие. А может быть и вовсе, чистое и тёплое спокойствие, которое и дарили чаи.
- Я не умею расслабляться, но сегодня... сегодня я попробую. - После этих слов, она перевела взгляд на Солукса.
- Твой дар при мне. Твоя сестра - рядом. Ты говоришь, что судьба переломала тебя, но я вижу перед собой человека, который всё ещё способен протягивать руку.
Нулия сделала глоток чёрного чая - последнего, самого крепкого. Помолчала.
- Это стоит многого. - Она опустила чашку на блюдце. - Когда тебе понадобится помощь - не зови. Я не приду на зов. Но если наши пути пересекутся снова... я не уйду в сторону. Будет так - как было сегодня.
Это было больше, чем она обычно обещала. Больше, чем мог ожидать незнакомец. Но Нулия чувствовала - сегодняшний день был не случайным. И этот мальчик с золотыми глазами и "мёртвой" сестрой заслуживал хотя бы этого. Ей на мгновение захотелось обнять, что этого мальчишку, что его сестру, таящую в себе настоящий лёд из чувств, вырезанных в красивых крылатых птиц. Но это было нельзя. Не сейчас. Не для неё.

Снаружи была тишина, холодный ветер и запах пыли. Нулия движется по периметру бесшумно, сливаясь с тенями. Её хвост замер под плащом, не шелохнётся. Глаза - вертикальные змеиные зрачки - сканируют каждый тёмный угол, каждый пролом в стене, каждую трещину, где мог бы укрыться враг. Никого не было. Она проверяет окна, прислушивается к дыханию пустоши. Только ветер и далёкий звук собственного байка, остывающего у входа. Метеостанция была пуста, как и пустоши сегодня.
Нулия возвращается через боковой проём, бесшумно ступая по битому камню. Внутри полумрак, но её змеиные глаза видят достаточно. Корнелия сидит на матрасе, согнувшись, спрятав лицо в ладонях. Плечи напряжены. Дыхание рваное и сбивчивое,
Нулия подходит к девушке и останавливается в трёх шагах от неё. Просто смотрит на ту, внимательным взглядом зелёных глаз.
Она могла бы зажечь костёр, как обещала. Могла бы отвернуться, сделать вид, что ничего не замечает. Могла бы сказать что-то бодрящее - то, что говорят люди в таких случаях. Но она не делает ничего из этого.
Вместо этого - шаг вперёд. Медленный, неспешный. Нулия опускается на корточки прямо напротив Корнелии, сокращая расстояние так, что между их лицами остаётся не больше полуметра. Она не касается и не заговаривает первой.
Просто сидит на корточках - устойчиво, как змея, готовая замереть на месте насколько потребуется. Белые волосы падают на лицо, но сквозь них всё равно видно глаза - холодные и зелёные, с вертикальным зрачком. Сейчас в них нет угрозы. Нет жалости и есть только внимание, направленное на Корнелию. Она умеет ждать. Голоса в голове молчат - даже они понимают: сейчас не время для пустого шума. Нулия смотрит на блестящие глаза Корнелии, на покрасневшие веки, на сжатые губы. И не отводит взгляда. Позволяет себя разглядывать в ответ - бледную, холодную, нечеловеческую. С раздвоенным языком, который чуть заметно высовывается между клыков, когда она дышит.
- Я здесь.... - произносит она наконец. Тише, чем обычно. - Ты не одна. Я уже говорила это.
Короткая пауза.
- Никто не придёт. Я проверила.
Она чуть склоняет голову, и в этом жесте вдруг проскальзывает что-то... живое. Не механическое и не охотничье, что было в их первые мгновения встречи.
- Если хочешь говорить - я буду слушать. Если не хочешь, я зажгу костёр и ты просто посидишь в тишине. Выбирай, я никуда не уйду.

Несколько часов. Тишина. Ветер. И тихие всхлипы за спиной, которые Нулия делает вид, что не слышит. Она не оборачивается и  не спрашивает, в чём дело. Не предлагает поговорить. Потому что знает: иногда слова - как нож по открытой ране. А иногда - просто не нужны. Хвост остаётся на месте, обвивая талию Корнелии, но хватка становится чуть мягче. Не освобождающая, но куда более успокаивающая. Как если бы кто-то молча сказал : "Я здесь. Ты не одна".
Голоса в голове Нулии безмолвствуют - странное, почти забытое состояние. Она не знает, чему это приписать. То ли усталость, то ли необычность момента. То ли они, как и она, завороженно смотрят на то, как две чужие души соприкасаются в дорожной пыли. Гравибайк замедляется, когда вдали показываются очертания старой метеостанции. Крыша покосилась, стены покрыты паутиной трещин, но целы. Тёмные проёмы окон смотрят на пустошь слепыми глазами и Нулия объезжает строение по кругу, прислушивается к запахам, вглядывается в тени. Никого?
Она паркует байк у входа, глушит двигатель. Тишина оглушает - после долгого гула мотора она кажется почти живой и плотной, как погружение под воду. Хвост медленно, с явной неохотой, разматывается с талии Корнелии. Кончик задерживается на мгновение, будто прощаясь с теплом, а потом скользит обратно под плащ.
Нулия спрыгивает с байка первой. Её движения плавные, почти текучие. Змеиная грация никуда не делась. Змеедева обходит транспорт и протягивает руку Корнелии. Но ждать не собирается, беря девушку под локоть сама.
- Выходи.
Голос тихий, но не терпящий возражений. Однако в нём нет жёсткости - только забота, упакованная в короткие фразы человека, который никогда не учился говорить о чувствах, но привыкший к прямым действиям. Нулия была ниже ростом, но сильнее - этим пользуется. Она подхватывает Корнелию под руку, поддерживая, почти неся, хотя сама едва достаёт ей до плеча. Странный контраст: маленькая, хрупкая на вид - и такая надёжная, будто выкована из стали и древней магии.
Они идут к входу. Старая дверь поддаётся с жалобным скрипом. Внутри - полумрак, запах пыли и ржавчины. Но есть пол. Есть стены и есть крыша. Нулия подводит Корнелию к углу, где сохранилось что-то похожее на лежанку - старый матрас, присыпанный песком, но без дыр.
- Садись здесь. Я осмотрю периметр. Вернусь - будет костёр.
Она отпускает локоть девушки, делает шаг назад. Задерживается на мгновение, глядя на неё сверху вниз - хотя сама ниже ростом. В глазах же вертикальные зрачки, холодный свет, но что-то ещё. Что-то, похожее на... молчаливое, но нежное обещание.
- Всё будет хорошо. - Говорит Нулия. И уходит в темноту, прежде чем Корнелия успевает ответить.

Нулия шла сквозь лес, не нарушая тишины. Её шаги не звучали - привычка, оставшаяся с диких лет, когда каждый лишний шум означал пропущенную охоту или собственную смерть. Она слушала Медузу краем сознания, но не перебивала. Без плоти, без магии. Только расчёт и воля. Нулия не знала, что такое жить так долго в искусственном теле, но уважала сам факт. Такое не выдают просто так. С таким либо "рождаются", либо такими становятся за заслуги?
- Аномалии... - ответила она, когда пауза затянулась. - Не бывала. 
Однако она знала точно. К лесу, где слишком тихо, и к женщине в латах, которая светится в полумраке - именно сюда её вытолкнуло. Нулия не могла объяснить это чувство. Просто скручивалось где-то под рёбрами, как второе тело, свёрнутое в клубок. Предопределённость, о которой говорила Медуза. Словно Стоунхорн призвал их обоих не случайно.
Лес вокруг менялся. Деревья стояли слишком ровными рядами - не природными, а начерченными, как линии на старой карте. Нулия несколько раз останавливалась, проводила рукой по коре, но не ощущала ничего. Ни сока, ни смолы, ни жизни. Древесина-фантом. Ещё один слой аномалии. Когда впереди показалась хижина, Нулия напряглась первой. Кастеты под перчатками привычно сжались. Запах - старый, пыльный, с нотками разложения, но не трупного. Магического. Она выпустила язык, пробуя воздух. Внутри их встретила женщина. Эльфийка? Нулия не разбиралась в расах. Для неё существовали: живое, мёртвое, хтон и не-хтон. Пленница пахла как живое, но с примесью той же пустоты, что и весь лес. Её речь была быстрой, гортанной, полной гласных, которые не ложились на слух дархата. Нулия наклонила голову, наблюдая за жестами женщины. Та рвалась куда-то, но не могла. Невидимые путы? Магия? Или что-то глубже, всаженное в саму плоть?
- Не знаю. - Коротко, но чётко ответила на вопрос Медузы, когда та спросила про язык.
И тут же добавила, чуть тише:
- Но ты переведи. Всё. Каждое слово. Даже если повторяется.
Она подошла ближе к пленнице, не касаясь. Глаза - зелёные, вертикальные, немигающие - встретились с эльфийскими. Нулия не пыталась успокоить. Не умела в полноценном смысле. Но в её неподвижности было что-то, что заставляло женщин замолкать и слушать. Природа хищника, который не спешит.
- Переводи. А я попробую понять, что здесь держит её. И кто.
Кастеты под перчатками чуть блеснули в полумраке. Нулия не собиралась их использовать - пока. Но быть готовой - это не жестокость. Это выживание.

Цитата: Элизабет Иденмарк от 09-05-2026, 08:40:37если это про это - противоречий не вижу. это лишь подозрение ведь в конце концов

Я внесу некую ясность :
Мысли Нулии всегда про "Я ЧУВСТВУЮ ЗДЕСЬ ХТОНИКА"
По факту, даже не близко может быть. Просто у неё проф.демормация и она вынюхивает под каждым камнем хтона/хтоника. 

Но я не против такого развития. Простите. 

- А дядя потом не заберет имя?
Девочка смотрела на протянутую руку Юдициума так, будто перед ней - клетка, которая может захлопнуться. Или - дверь, за которой свет. Нулия знала этот взгляд и на мгновение "змеиное" сердце сжалось так сильно, будто его пробили насквозь и ударов выбили весь воздух из лёгких.  Она сама так смотрела на наставников Ордена в первые дни. Когда они предлагали ей не имя - пустоту. Когда говорили: «Ты можешь стать никем. И это будет твоя сила». Она не верила. Думала, что это ловушка. Что у неё отнимут даже ту крошечную искру, которую она называла "я". Не отняли.
- Демиурги не забирают то, что отдали в дар, дитя.
Нулия слушала голос Аарона - мягкий, вкрадчивый, почти колыбельный. И верила ему. Не потому, что он демиург. Не потому, что он старше и сильнее. А потому, что в его словах не было лжи, даже если до этого он мог врать. Её раздвоенный язык скользнул по губам - воздух вокруг Аарона пах правдой. Тяжёлой, как старые камни. Но правдой.
Голоса в голове звучали спокойно. Почти одобрительно, ведь имя Хозяйки этого проклятого тела...даже они понимали важность имени. У каждого из них было имя. Она знала их имена. Каждого из них, она нарекла именем и знала его. Имя - важная часть существования. Ибо и имя должно уйти в небытие, чтобы погрузится в забытие.
- А... имя, которое назвала тётя змейка, полное, а дядя назвал неполное?
Девочка переводила взгляд с Нулии на Аарона и обратно. Как будто искала подвох там, где его не было. Или боялась поверить, что его действительно нет. И Нулия медленно и спокойно кивнула, слегка прикрывая глаза тонкой пиленой век.
- Селеста и Селестия - одно имя. - Произнесла она тихим и спокойным голосом. - Как змея и её новая кожа. Одно не может существовать без другого. Выбирай то, которое отзовётся. Или оба. Имя - не клетка. Его можно менять. Сбрасывать. Находить новое.
- А оно хорошее? Как у принцессы?
Нулия почти улыбнулась. Уголки губ дрогнули - не насмешливо, а теплой нежностью. Впервые она показывает перед ребёнком свою "тёплую" сторону.
- Лучше. Принцессы получают имена при рождении. Им не приходится выбирать. А ты - выберешь сама. Это делает его только твоим. И как только ты выберешь имя - никто не смеет его забрать, ведь оно, только твоё.

Дорога стелется под байком серой лентой, теряющейся где-то у горизонта. Ветер свистит в ушах, но Нулия почти не замечает его - привыкла. Гораздо отчётливее она чувствует то, что происходит за спиной. Руки Корнелии сжимаются крепче. Слишком крепко на миг - а потом хватка ослабевает.
- Прости...
Слово почти теряется в шуме, но Нулия слышит. Она всегда слышит лишнее и даже голоса внутри неё навострили слух за долгие годы., Однако, дархатка не спешит отвечать. Не потому, что не хочет. Просто слова сейчас - лишнее, да и получить в лицо и рот песком - не хочется. Вместо этого, в дело вступает её хвост. Чешуйчатый и гибкий, покрытый чёрно-белыми гексами, он мягко и нежно скользит из-под плаща медленно, почти ласково. Один виток вокруг талии Корнелии - аккуратно, не сдавливая. Второй - чуть выше, прижимая девушку ближе к спине Нулии. Тепло чужого тела теперь ощущается иначе, даже через ткань одежды - плотнее и надёжнее. Нулия не станет объяснять этот жест. Ни себе, ни голосам, ни девушке. Не станет искать оправданий. Для себя или своей попутчицы. Просто её тело старше её разума в том, что касается защиты. Дикое и змеиное - оно помнит: если кто-то прижимается к тебе в пути, значит, он доверяет. А если доверяет - его нельзя потерять по дороге.
Хвост...хвост не просто придаток. Это третья рука, второй позвоночник, первая линия заботы.
- Спи. - Уверенным голосом бросает Нулия через плечо, не оборачиваясь. - До станции ещё ехать. Я не дам упасть.
Голоса в голове молчат. Даже они, кажется, признали: сейчас не время для споров, но время для тишины. Иногда такое случалось. Иногда они молчали, а иногда, были самыми настоящими несносными и громкими детьми, старающейся разорвать тишину собственной "площадки" для развлечений. Хвост же чуть сильнее сжимает талию - стараясь ободрить девушку ко сну.

Нулия слушала его молча. Смотрела, как он говорит, жестикулирует, пьёт воду, тыкает вилкой в стейк. И чем дольше слушала, тем яснее понимала: перед ней - совсем юный мальчишка. Взрослый. С клыками, рогами и магией, способной испепелить половину поля боя. Но мальчишка. Она не улыбнулась ему и не фыркнула. Только в глубине её холодных глаз мелькнуло что-то тёплое - как луч солнца, пробившийся сквозь шторм.
- Ты говоришь так, будто я нуждаюсь в утешении... - сказала она, принимая стейк. Взяла нож в пальцы левой руки и вилку в правые, чтобы отрезать небольшой кусок хорошо сделанного, даже на её взгляд, мяса. Жевала медленно, с видимым удовольствием. - И это... мило.
Она сделала паузу, прожёвывая и сосредотачиваясь на вкусе. Отвечать она не спешила, ведь во время еды, говорить нельзя. Но она и это собиралась нарушить, как только закончит трапезу.
- Я не нуждаюсь в утешении. Но я принимаю твою заботу. Потому что ты искренен.
Пища была хорошей, да и сама Нулия давно не ела нормальной еды. Хтоны питали её магию, насыщали тело, но не дарили вкуса. А здесь... здесь пахло травами, дымом, чем-то родным. Она отрезала ещё кусок, но пока не ложила в свой рот, ведь ей ещё было что сказать.
- Ты спросил, куда я держу путь. - Продолжила она, не поднимая глаз и разглядывая кусочек хорошо прожаренного мяса. Точнее, его структуру и волокна. - У меня нет цели. Есть только направление. Я иду туда, где хтоны. Убиваю. Заканчиваю то, что они не смогли закончить сами. Орден же... - Девушка замолкла, но лишь для того, чтобы оформить в голове свою мысль, чтобы молодой человек, мог понять, что он ошибся и не совсем понял то, о чём говорила девушка ранее. - Ты не понял. Они не проповедовали смерть. Они учили отсутствию лишнего. Это разные вещи.
Она посмотрела на него - мягче, чем обычно. Словно смотрела на младшего брата, который говорит глупости, но говорит их от чистого сердца.
- Я не вернусь в Орден. По крайне мере, полноценно. Мой путь там закончился и возвращаюсь я в него, лишь для того, чтобы вновь увидеть их и помолчать. Вместе. Они дали мне имя и инструмент. Остальное я делаю сама.
Нулия положила вилку.
- Помощь же? - переспросила она. - Ты предлагаешь помощь тому, кто явно старше тебя почти в два раза?
В её голосе не было насмешки. Только спокойная констатация и спокойная улыбка, почти старческая и взгляд, будто пожилой человек, смотрел на юное дитя, что предложил помочь нести тяжёлый груз.
- Но я принимаю. Потому что помощь, предложенная без пафоса - это тоже редкость.
Она вернулась к еде, добавив тихо:
- Ты хороший мальчик, Солукс. Не теряй этого. Судьба любит ломать таких, как ты. Знаешь, хочу сказать тебе одну фразу, которую, мне когда-то сказала моя "сестра по ордену". Она считалась долгожителем, даже среди долгоживущих. 
"Всё не напрасно, но многое зря. Но это не мешает нам делать, если таков наш Путь".

@Юдициум 
Чтож. Я подожду твоего поста, чтобы не испортить ситуацию ЕЩЁ БОЛЬШЕ. 

Девочка плакала. Настоящими слезами. Нулия не отводила взгляда. Вертикальные зрачки следили за каждым движением : за тем, как лопаются капилляры под глазами, как дрожат пальцы, сжимающие медведя. И за тем, как внутри этого маленького тела... ничего не менялось. Ни страха. Ни адреналина. Только слёзы.
-...чужая... пустая... как мы... но не такая...
Голоса в голове звучали ровно, почти уважительно. Нулия привыкла их игнорировать, но сейчас они не мешали. Они просто констатировали то, что чувствовала сама змеедева и даже не смотря на всё то, что для окружающих, это было очевидно неправильно...белокурая отлично понимала то, что эта девочка была такой-же, как и она сама.
— А кого мне бояться?
Вопрос повис в воздухе. Нулия не ответила. Потому что правильного ответа не было. Как объяснить существу, которое не знает страха, что его должно что-то пугать? Как объяснить тому, кто просит игры посреди битвы, что здесь не играют?
-...она не знает... она правда не знает...
И это было страшнее, чем любая угроза. Голоса шипели и кричали, повторяя одни и те же слова. Разные голоса, разные тембры, манеры речи - но все об одном.

Девочка говорила о яблоках, о дереве, о том, что она "невкусная»". И Нулия слушала. Не перебивала и не поправляла. Её раздвоенный язык то и дело касался верхней губы - не от волнения., но обыкновенной привычки. Воздух вокруг девочки был... странным. Не пах ни страхом, ни ложью, ни даже той особой нежной детской наивной сладостью, которой пахнут дети, когда пытаются обмануть взрослых. Воздух был пустым. Как комната в которую ещё не внесли всю мебель. И в этой пустоте Нулия вдруг почувствовала себя... уютно. Почти дома. Это было правильное чувство. Нулия знала. Орден Пустого Кокона учил её не бояться пустоты и искать в ней комфорт. Пустота - это инструмент и внутреннее состояние. Способ существования. И от части - дом.
"Небытие - не смерть, а отсутствие лишнего. Забытие - не потеря памяти, а отпускание того, что держит разум в агонии".
Слова наставников всплыли из глубины, тяжёлые, как старые камни. Нулия помнила их голоса - тихие, почти без интонаций, похожие на её собственный сегодняшний шёпот. Они не лечили её. Они научили её проходить сквозь. Сквозь боль. Сквозь голоса. Сквозь безумие, которое плескалось внутри, как кислота в этих городских реках.
"Змея проходит сквозь старую кожу, потому что новая уже ждёт. Ты проходишь сквозь безумие, потому что тишина уже ждёт".
Нулия не искала тишину. Она научилась жить с шумом собственных внутренних голосов. Но сейчас, глядя на девочку без имени, она понимала, что эта тишина - не награда. Это одиночество. То же самое одиночество, которое было у неё самой до Ордена. Когда она была диким питоном, охотилась, пожирала, росла - и никто не назвал её по имени. Потому что имени не было.

— Тётя змейка хочет знать моё имя? А зачем?
- Затем... - тихо ответила Нулия, голос мягче, чем был за последний час, - что у каждого существа должно быть имя. Даже если она выпала из дерева, как яблоко. Даже если она сама себя пробовала и оказалась невкусной.
Она не улыбнулась. Но в её глазах - светло-зелёных, с вертикальным зрачком промелькнуло что-то тёплое. То, что Нулия не показывала никому уже много лет.
- Меня зовут... зовут... Ой. А меня никак не зовут... Мишка говорит, что имя - это подарок, а мне никто не дарил.
Девочка отстранилась. Отняла руку от хвоста. Прижала медведя крепче. И в этом жесте Нулия вдруг увидела себя. Себя - в первые месяцы после Ордена. Когда она не знала, можно ли доверять собственным рукам. Когда каждый шаг был проверкой: а не сломается ли мир, если она на него наступит? Когда она отступала от протянутой ладони, потому что не верила, что её можно принять.
"...она боится... не боли... а того, что её отвергнут... как отвергали нас... всегда..."
Голоса в голове впервые за долгое время сказали то, с чем Нулия согласилась.

- Почему... Я всего лишь хотела поиграть... Почему дядя так жесток?
Девочка плакала. Крупные слезы капали на медведя, на её платье, на чёрный камень площади. Она не понимала. Правда не понимала. Нулия не пыталась её утешить. Она знала: ложное утешение ранит сильнее молчания. Вместо этого она просто осталась. Сидела рядом, положив хвост между ними, как мост. Как знак: "Я не ушла и Я здесь".
Когда Юдициум заговорил, Нулия слушала. Не перебивала, но и не оценивала. Просто впитывала каждое слово, пропуская через себя, через философию Ордена, через собственную пустоту.
- Я знаю, как рождаются люди, дитя. Я видел это много тысяч раз...
Демиург говорил о том, что видел. О том, что понимал. О том, что мир огромен и полон тех, кто захочет играть без принуждения. Нулия не знала, правда ли это. Она не верила в доброту большинства. Но она верила в возможность. И когда Юдициум протянул руку и предложил имя, что-то щёлкнуло в разуме Не магия. Не ментальное воздействие. Что-то более тонкое. Может быть, это была судьба?
- Селеста? - тихо повторила Нулия, пробуя имя на вкус. И вновь её язык, раздвоенный и змеиный, коснулся нёба. Слово оказалось... сладким. Не приторным, а мягким, как свет далёкой звезды, не знающей кислотных дождей и летающих скелетов.
- Хорошее имя... - Сказала она, глядя на девочку. - Оно красивое. Как ты. И милое - как твой медведь.
Нулия не умела дарить комплименты. Она вообще не умела говорить красиво. Но сейчас сказала ровно то, что чувствовала.
- Селестия... - добавила она после паузы, чуть смягчив окончание. - Так будет звучать ещё нежнее. Если ты, конечно, захочешь.
Она не настаивала. Не давила. Просто предложила. Продолжила сидеть так-же, как и сидела, сохраняя между ними "равность".

- Откуда ты появилась на той планете? Живёшь там? Или задание? Чем Нулия любит заниматься помимо охоты?
Нулия взяла паузу. Не потому, что не хотела отвечать. Просто слова для неё имели вес, и она привыкла взвешивать каждое, прежде чем выпустить наружу.
- Я не живу нигде.... - Сказала она наконец, поднимая взгляд на мужчину.
- У меня нет дома. Нет места, куда я возвращаюсь. Есть только путь.
Она провела пальцем по краю стола - медленно, задумчиво.
- Я не родилась человеком. Первые семьдесят восемь лет я была змеёй. Диким дархатом. Охотилась. росла. Пожирала. Разума в человеческом понимании не существовало. Только инстинкты. Голод. И магия, зашитая в генах.
Она посмотрела на Солукса. Ровным, холодным взглядом. Без вызова. Без агрессии. Лишь спокойствие небытия.
- Потом пришла эволюция. Я стала полудикой. Потом - хтоником. Почти умерла. Сошла с ума. А потом меня нашли.
Нулия замолчала. В кафе было тихо - только тихий звон чашек где-то в глубине зала.
- Орден Пустого Кокона. Малочисленный клан. Почти исчезнувший. Они не лечили меня. Они не заглушали голоса. Они научили меня проходить сквозь безумие. Как змея проходит сквозь старую кожу.
Её пальцы сжались в кулак. Потом разжались.
- Их философия проста: небытие - это не смерть. Это отсутствие лишнего. Забытие - не потеря памяти. Это отпускание того, что держит разум в агонии. Я прошла их обряды. Молчание и тьма. Поедание плоти хтоников - как акт принятия чужого безумия. И переваривания его.
Нулия посмотрела на свои руки. На кастеты, что были спрятанны под длинными перчатками.
- Они дали мне имя. Нулия. Значение этого имени - "Никакая". Как было сказано в шутку - "Небытие в женском обличии". А ещё...я охочусь на хтоников и хтонов. На тех, кто не сохранил разум. Я не считаю это убийством. Это завершение пути. Милосердие без сантиментов. Вот и всё.

@Юдициум 
Это всё шутки. 
Никакого осуждения и и.д
Всё в рамках шуток. Не обижайтесь на меня 

Цитата: Элизабет Иденмарк от 05-05-2026, 07:14:28*жует попкорн* у каждого своя инфа, в этом и суть хд

Королевская битва за девочку? 
Эпштейн в прайме такое проводил

Цитата: Юдициум от 05-05-2026, 07:04:55@Нулия, да ладно. Где там хоть малейшая попытка обидеть?!

А Чаво это мы на масенькость наезжаем? Обычная девочка. Ну, ладно, почти обычная.
*Тупняк Змейки mode : on*

Цитата: Юдициум от 05-05-2026, 06:56:40@Нулия, все в порядке) Случается такое, ничего страшного


какие классные тут гифочки есть, да как много!!!

Все пытаются обидеть масенькость, а не погладить. Вот что интеллект со взрослыми Демиурга и делает :'с

@Юдициум 
Извиняюсь. Пришлось несколько раз удалять и восстанавливать пост, чтобы его починить. Извините. 

— Тётя змейка...
Нулия моргнула. Она слышала много имён в свой адрес. Чудовище. Дархатка. Охотница. Никто. Но чтобы тётя змейка - такое впервые. Раздвоенный язык на мгновение замер между губ, не коснувшись нёба. Девочка плакала. Взаправду. Слёзы текли по щекам, голос дрожал, маленькие пальцы сжимали плюшевого медведя так, будто он был единственной защитой от этого мира. Голоса в голове шипели, как растревоженные гадюки. Нулия знала: они правы. Юдициум смотрел на ребёнка слишком пристально. Хельга явно была занята своими заботами. А эта девочка - с медведем, со слезами, с обиженным детским голосом - стояла посреди площади, где минуту назад дроны пытались их убить. И не уходила.
- Почему?
— Почему он меня прогоняет?
Нулия опустилась на корточки. Медленно и плавно. Так, чтобы не напугать и не вызвать подозрений. Кастеты скрывались под перчатками, но она держала руки на виду. Пусть видит.
- Не знаю. - Ответила она тихо, а голос звучал без интонаций. Не холодный, но пустой, как её собственное имя. Но в этой пустоте не было угрозы, которую она несла врагам в бою или тем, кто ей был безразличен.
Она посмотрела на девочку. В её глазах - слёзы. Но Нулия смотрела дальше. Туда, где внутри ребёнка должна была быть душа. Душа ведь существует? Или разум.
- Ты не боишься? - Спросила Нулия. Она не стала уточнять "кого" или "чего". Просто - боишься. Потому что настоящие дети на месте этой девочки уже давно бы кричали. Или молчали от ужаса. А эта... плачет из-за того, что с ней не играют. Нулия не была профессионалом в обращении с детьми, но видела их достаточно, чтобы сделать выводы. Это не определённый ребёнок.
Раздвоенный язык мелькнул вновь, чтобы проверить воздух. Ни страха. ни пота, ни адреналина. Только слёзы. Она подняла правую руку и возложила свою ладонь по вверх детской макушки и попыталась со всей возможной нежностью, погладить девочку по голове.
- Тебя как зовут? - Змеедева не улыбнулась. Она вообще редко улыбалась. Но её голос стал чуть тише. Чуть ровнее, а пустота в голосе сменилась интересом - Я Нулия. Как "Ноль".
Она представилась и села так, чтобы быть той "равной". Как равная с равной. Белый хвост с рисунком множества чёрных гексов вынырнул из под зелёного плаща и просто лёг рядом, между девушкой и девочкой.

Дым рассеялся и Нулия сделала глубокий вдох - горло всё ещё немного саднило, но лёгкие работали. Она моргнула, прогоняя остаточную резь в глазах, и опустила руки. Кастеты покрылись мелкими царапинами и чёрной гарью.
"-...хороший бой... хорошая боль..."
Она проигнорировала голос.
- Как ты, детка? - донёсся до неё голос Хельги.
Нулия повернула голову. На мгновение их взгляды встретились - зелёный вертикальный зрачок и бионическая радужка за визором.
- Ещё жива. Хорошая работа. - Ответила она коротко. Без эмоций. Без "спасибо", но благодаря за хорошо сделанную работу с её стороны. Но Хельгин щит уже лёг на её плечи - перламутровая оболочка, почти невесомая, но ощутимая. Нулия не стала отмахиваться. В бою от защиты не отказываются. Даже те, кто привык полагаться только на себя.
Раздвоенный язык мелькнул между губ - воздух больше не пах кислотой и горелым металлом. Только озон, ладан и... что-то ещё.
Нулия перевела взгляд на ребёнка. Та стояла там же, где и раньше - с медведем в руках, с чистыми, слишком осознанными глазами. Она не плакала и не дрожала. Просто смотрела.Она не сделала ни одного шага в сторону ребёнка. Не обнажила кастеты. Но и не расслабилась. Площадь была усеяна обломками. Люди ушли. Небо больше не было багровым - но и прежним не стало. Нулия подняла голову.   Кастеты под перчатками холодили по костяшкам, теребя те и тем самым не давая себе расслабиться. Поток голосов говорил о многом. Говорил бред. Говорили о чём угодно. Нулия пыталась сконцентрироваться. Однако, почти через третий десяток секунд к ней пришло осознание. Лик девушки, подобно ликам других.
Она наклонила голову к правому плечу, чуть ли не касаясь ухом своего плеча, но доводя шею до характерного щелчка суставов. 
Она одновременно с внутренними голосами, озвучила свои подозрения в контексте общей ситуации, но всё ещё не понимая полностью. В её взгляд попадали что мужчина, что женщина. Она задала вопрос им, не понимая всего, что здесь происходит, но делясь мыслью своих голосов. 
- Она "Святая"? 

Аврелия шла за ней - бесшумно, словно тень. Точнее, парила. Нулия чувствовала её присутствие за спиной: ровное дыхание, лёгкое тепло, которое даже через комбинезон пробивалось наружу. Тепло. Это было странно - иметь кого-то за спиной, кто не вызывал желания обернуться и ударить первым.

Запах озона стал гуще. Кровь - тоже. Но теперь к ним примешивалось кое-что ещё. Нулия не могла определить что - слишком слабо, слишком размыто, но это было неправильно и искусственно. Словно кто-то пытался скрыть один запах за другим, создавая какофонию для её обострённого носа.

Нулия подняла руку, сжимая пальцы в кулак. Сигнал "стой".  Она не слышала звуков. Не улавливала запахов. Не чувствовала магии.
- Слишком тихо... - Пронеслось в её болезненном разуме и эти мысли могла услышать сама Аврелия.
Она медленно подняла голову, следя взглядом за стволом старого дуба, чьи ветви простирались в разные стороны, создавая живой шатёр. Ветка. Толстая, способная выдержать вес крупного зверя. И на ней...ОН.

Нулия увидела его одновременно с тем, как поняла, что он смотрит прямо на них. Хтоник ужасающий в своём...диком величии.
Существо, когда-то бывшее человеком, вытянулось почти до трёх метров в высоту. Даже сидя на ветке, он казался огромным - неестественно длинные конечности, согнутые под острыми углами, как у паука. Голова... у неё больше не было человеческих черт. Вытянутая морда, напоминающая саблезубого тигра, оскалилась в беззвучной насмешке. Клыки - длинные, как кинжалы. Они блестели в скудном свете, пробивающемся сквозь листву. Но хуже всего были глаза. Жёлтые, с горизонтальными зрачками, они смотрели на Нулию с выражением, которого она не ожидала встретить у хтоника первого сценария.


Он не прятался и не скрывался. Он сидел на ветке, наблюдая за ними, как зритель наблюдает за спектаклем. Его шкура - серая, бугристая - сливалась с корой дерева, делая его почти невидимым для невнимательного взгляда. Ни магии, ни запаха. Только холодная, просчитанная тишина. ОН знал, что они идут и ОН ждал.
- Это ловушка... - Поняла Нулия и озвучила свою мысль невидимым словом, посылая эти слова в разум её напарницы.
Она не шелохнулась. Её вертикальные зрачки сузились до тонких щелей, пальцы под перчатками сжали кастеты. В голове зашептали голоса - десятки голосов, перебивающих друг друга, предупреждая, крича, советуя бежать. Нулия могла лишь надеяться, что эти бесформенные голоса не услышит Аврелия. Хтоник не двигался. Его жёлтые глаза медленно перебежали с Нулии на женщину за её спиной - и в уголках его пасти появилось нечто, отдалённо напоминающее улыбку. Змеедева медленно выпрямилась, не делая резких движений. Она чувствовала, как адреналин растекается по венам, превращая тело в пружину.
- Не своди с него глаз... - Тихо сказала она Аврелии, голосом всё ещё тихим, но твёрдым и холодным. - Он не убежит. Он хочет, чтобы мы сделали первый шаг.

Нулия слушала Медузу молча, но внутренне. Кажется, в первые за долгое время она отметила нечто вроде облегчения. Рядом оказалось не просто говорящее оружие или очередной потерянный хтоник, а существо, способное анализировать, вычислять, делать выводы. Холодный расчёт, коим Нулия сама таким не владела в полном смысле и функций этого умения...она действовала на инстинктах и ритмах, древней памяти тела бытия диким дархатом в изначальной форме. Но понимать ситуацию через другого... это было ценно.
- Магия есть. Но мало. - Кивнула она, принимая слова Медузы как факт с которым смысла спорить, совершенно не было. Да и не хотелось, ведь рядом с ней была та, кто мог думать за неё...а змеедева, могла действовать куда более активно. 
- Значит, не тратить впустую.
Она не стала спрашивать, откуда Медуза знает про лимиты. Броня, связанная с платформой? Пусть даже связь теперь рваная для Медузы, но даже так, видит она то, чего не видят органики. И Нулию это совершенно полностью устраивало.
Когда подошёл мужчина, назвал их по именам и попросил о детях, девушка не удивилась. В таких странных местах всегда просят о детях, пропавших, ушедших, украденных. Это почти неотбелённый ритуал. Она не почувствовала от Гарвина угрозы - ни запаха хтоновой гнили, ни тяжести в затылке, которую обычно приносят голоса, которые сейчас молчали выжидая подходящего момента. Обычный старик. Уставший и напуганный.
- Поможем. - Коротко бросила белокурая, когда Медуза дала согласие. Слова давались легче, когда не нужно было их придумывать самой. Плюс ко всему, она заметила большой палец Медузы и сомнительное покачивание кисти. Нулия не улыбнулась, ведь она вообще почти не улыбалась. Но внутри что-то дрогнуло, ведь показанный этой "железкой" жест был... почти человеческим и оттого неожиданным. Она ответила лёгким наклоном головы обозначая своё согласие. Когда же они согласились и отошли достаточно далеко от места встречи и прибыли к границе леса, она прикрыла свои зелёные глаза, выпустила раздвоенный язык на секунду, пытаясь ощутить вкус окружающего их воздуха.
- Монстры - это он про хтоников? - Спросила тихо, не открывая глаз и прислушиваясь к собственным, глубоким чувствам. 
- Или про другое?
Она повернулась к Медузе. Бледные веки поднялись, позволяя зелёные глазам со змеиными зрачками сузиться до щёлочек на свету.
- Ты видишь больше меня, но позволь мне выбрать тот путь, по которому мы будем идти...

Она вновь сделала глубокий вдох, вдыхая воздух и высунув кончик дрожащего языка. Что-то вело её ноги по неизвестному пути. Ощущение внутреннее или просто дело случая? Она не знала. Но иногда анализ не мог помочь там, где были важны чувства. Особенно...первобытные в купе с простым желанием изучать...

Нулия слушала, не перебивая. Её вертикальные зрачки следили за движениями Медузы. Не сколько для понимания слов, сколько по старой змеиной привычке фиксировать любое шевеление. Вопрос : "а с чего бы это я могла быть уверенной уже в тебе самой" не задел, лишь заставил змеедеву пожать своими плечами. Она давно не ждала доверия и даже не думала, предлагать его взаимен.
- Умно. - Только и сказала беловолосая в ответ на тему "осторожности". Когда Медуза нависла над ней - выше и куда тяжелее самой Нулии, девушка не отшатнулась, оставаясь спокойной и даже меланхоличной. Даже не посчитала нужным моргнуть для приличия. Только голову чуть склонила набок, как делают змеи, когда изучают незнакомый объект. Раздвоенный язык на секунду показался между тонких губ - дегустация воздуха. От Медузы пахло озоном, смазкой и чем-то сладковато-химическим. Не органика. Точно не органика.
- Броня... - повторила Нулия, словно пробуя слово на вкус. - Ладно.
Она не стала уточнять, как броня может говорить, двигаться, сомневаться. Для дархата, пережившего аннигиляцию и слияние с хтоном, разумная броня не казалась чем-то невероятным. Просто ещё одна форма существования, которую мир выплюнул на обочину.
- Ты Медуза. - Последовал лёгкий и спокойный, не спешный и меланхоличный кивок. - Я Нулия.
Она повернулась к Медузе. Зелёные глаза с вертикальным зрачком смотрели ровно, без вызова, но и без уступчивости.
- Здесь я не знаю правил. Не знаю, что этот успел или не успел стать. Если надо будет его остановить - остановлю. Если нет - пройду мимо. Решай нашу судьбу. Я постараюсь не подвести...Медуза.

Взгляд Нулии скользнул по горизонту - привычно, без остановки. Деревня пахла травой, навозом и жизнью, которой у неё самой никогда не было. Она не помнила, как сюда попала. Телепортация? Сбой? Или очередной голос подкинул картинку, которую она приняла за реальную? Не важно. Есть земля под ногами. Есть фигура вдалеке, которая движется слишком прямо для живого человека, женщина в латах, слишком дорогих для этих "стен", с голосом, который звучал... механически. Нулия не удивилась. Мир давно перестал её удивлять. Хтоники, аномалии, разумная броня - всё это просто разные формы одного и того же: того, что не должно было быть, но существует. Услышав вопрос, брошенный в пустоту, Нулия не ответила сразу. Не из вежливости. Она просто ждала, пока язык самой сложится в звуки. Слова давались тяжелее, чем удары кастетами.
- Помогать - не моё ремесло.
Голос змеедевы тихий, без интонаций, с лёгким свистом из-за раздвоенного языка. Она сделала шаг вперёд, и трава под её ботинками не шелохнулась - слишком плавное движение. Фигура на дороге приближалась. Лица не было видно. Только неестественный угол шеи - словно человек смотрел в землю не из почтения, а потому, что не мог поднять головы.
Нулия ощутила знакомое давление в затылке. Голоса зашептали, но она заставила их замолчать и волевым сжатием, как сжимают кулак перед ударом.
- Но если этот... - она кивнула в сторону идущего, -...перестанет быть человеком до того, как дойдёт до нас, я поставлю точку.
Она не смотрела на Медузу. Только на фигуру. Белые волосы не шевелились - ветра почти не было. Раздвоенный язык на секунду высунулся, пробуя воздух на вкус. Кровь? Нет. Тлен? Нет. Что-то другое. Гниль не физическая, а... метафизическая. Как у хтоников на ранней стадии.
- Ты есть броня? - спросила она переводя взгляд на странного напарника. - Или человек в броне?
Вопрос прозвучал не как любопытство. Как уточнение техники безопасности.
Кастеты под перчатками привычно давили на костяшки. Нулия не готовилась к бою, но и не расслаблялась. В Стоунхорне, названии, которое она услышала краем сознания, время текло иначе. Солнце застыло на мгновение - или ей показалось?
- Имя у тебя есть?

Нулия слушала, не перебивая и каждое слово Аврелии падало в тишину леса, как камень в воду, расходясь кругами по поверхности сознания дархатки. "Высшая магия". "Биоробот". "Неживая". Она не понимала половины терминов, но улавливала суть: то, что сделала Аврелия, было сложным. Очень сложным. И требующим знаний, которые Нулия даже не могла оценить сходу, но наверное, она смогла бы понять - вот только, времени на это, ей нужно куда больше.
- Кукла на верёвочках... - повторила она тихо, пробуя фразу на вкус. - Понятно.
Она не сказала "разочарована" или "впечатлена", в целом, просто и беспристрастно приняла информацию, уложила её в ту часть сознания, где хранились наблюдения о мире, который был больше, чем охота и выживание. Лес вокруг становился темнее.
Деревья росли всё ближе друг к другу, их кроны сплетались в плотный живой шатёр, пропускавший лишь редкие золотые иглы света. Туман сгущался, обволакивая стволы и превращая знакомые очертания в размытые тени. Нулия чувствовала, как её усиленные чувства начинают работать на пределе - слишком много запахов, слишком много звуков, слишком много информации, которую мозг пытался обработать одновременно.
"Аудиовизуальная связь" - Аврелия произнесла это так буднично, словно речь шла о чашке чая.
- Если будешь отправлять сообщение...- сказала Нулия, не оборачиваясь, - делай это коротко. Три-четыре слова. Я не привыкла к голосам в голове, которые не являются моими собственными.
Тень юмора. Сухая, почти незаметная, но Аврелия наверняка её уловила. Нулия не часто шутила - язык плохо поворачивался для таких вещей. Но почему-то с этой женщиной получилось. Возможно это случилось из-за того, что она немного потеряла свою "маску" спокойствия., однако, ей пришлось снова остановиться.
Запах озона стал сильнее. Гнилостный привкус тоже. Но главное - Нулия узнала этот запах. Он принадлежал не просто хтонику. Он принадлежал тому самому. Тому, за кем она шла двое суток.
- Близко... - выдохнула она, и её раздвоенный язык скользнул по губам - старый рефлекс, помогающий лучше уловить запах.
Она опустилась на корточки, проведя пальцами в перчатках по влажной земле. Под подушечками пальцев - не только мох и гниль. Что-то липкое. Едва заметное на ощупь.
Нулия поднесла руку к носу, принюхиваясь. Её вертикальные зрачки расширились, поглощая радужку.
- Здесь была кровь...недавно... часа три-четыре назад. Он снова охотился...
Она подняла голову, всматриваясь в глубину леса. Там, где заканчивался свет и начиналась только тьма, что-то ждало. Змеедева чувствовала это каждой клеткой своего холодного тела и чувствовала мурашки пробегающие по спине.
- Мы на правильном пути, Зефирка... - она повернулась к Аврелии, и в светящихся зелёных глазах отразилась тень того самого хищника, которым она когда-то была. - Теперь тихо. Очень тихо.
Она выпрямилась, делая шаг. Затем ещё один. Её тело двигалось плавно, как у змеи, крадущейся к застывшей жертве.
Птица в небе. Женщина за спиной. И запах монстра, становящийся всё ближе. Охота продолжалась.

"Госпожа Нулия" - это звучало странно. Слишком официально. Слишком... уважительно. Нулия не привыкла к такому обращению. Обычно её либо боялись, либо ненавидели. Иногда - и то, и другое одновременно.
Она смотрела, как Энфир кладёт перед ней меню, слушала её голос - мягкий, текучий, с ноткой сожаления. В этой женщине чувствовалась глубина. Не та, что зияет пустотой, а та, что накапливается годами тишины и наблюдения.
- Соглашайся. - Подтолкнул Солукс.
Нулия бросила на него короткий взгляд и снова посмотрела на сестру.
- Чайная церемония... - повторила она медленно, пробуя слово на вкус. - Я не умею расслабляться. Но попробую.
Это было больше, чем она обычно давала незнакомцам. Целая фраза, в которой не было шипения или колкости. Солукс спас её дважды. Его сестра предлагала не просто чай, а целый ритуал. Нулия не умела быть благодарной в привычном смысле - но она умела уважать чужие вложения. Она откинулась в кресле, наблюдая за диалогом брата и сестры. Экзамен. Климбах. Оружие, которое помогает контролировать магию. Нулия слушала, не перебивая, впитывая информацию, как сухая земля впитывает воду.
- Спасибо, что решил навестить меня сегодня.
Энфир ушла, оставив после себя лёгкий аромат озона.
- Милашка, не правда ли? - спросил Солукс.
Нулия посмотрела на него. Её вертикальный зрачок расширился - совсем чуть-чуть, почти незаметно.
- Твоя сестра... - сказала она тихо, - И видит больше, чем говорит. Это редкий дар.
Она замолчала, медленно кивая и поводя плечами, наклонила голову к правому плечу прислушиваясь к звуку хруста и щелчков своих же суставов. - И да. Милашка. Как и ты. Вы очень милые. 
Она отвела взгляд, рассматривая плющ на стене.
- У тебя хорошая семья, Солукс. - Её голос стал тише, почти шёпотом. - Береги её.
Нулия не смотрела на него. Но в её словах не было привычной ледяной отстранённости. Только тихая, почти невесомая правда, которую она редко кому показывала. Да и открывалась она, изредко. 

- Один упал.
Нулия не смотрела, как дрон разваливается на части. Она чувствовала это - вибрацией в воздухе, исчезновением цели из поля восприятия. Голоса в голове одобрительно зашипели, но она привычно отодвинула их на задний план.
Остался ещё один - последний.
Четвертый дрон дёргался в стороне - тот, что прорубил пену, тот, что ещё пытался сражаться. Нулия уже разворачивалась к нему, когда заметила: Хельга занята, Юдициум добивает третьего. Теперь их совместное дело - уничтожить оставшегося дрона.
Она пошла в атаку, не дожидаясь, пока противник перехватит инициативу. Первый удар - правым кулаком в корпус. Кастет с гексами встретил металл там, где броня уже треснула от чар демиурга. Дрон качнулся, но не упал, он был почти не тронутый и системы ещё работали. Второй удар был произведён левой рукой, вновь в основание одного из "крыльев". Нулия вложила в удар всю силу. Металл жалобно скрипнул, из разлома посыпались искры. Она не заметила, как из корпуса дрона потянулся дым.
Серый. Едкий. Липкий.
-...не...дыши... глубже дышать...нельзя...»
- Заткнись... - прошипела Нулия, настолько тихо, как могла. Ведь эти слова, принадлежали ей для самой себя и сквозь яростную бурю сознания, она вновь наносит третий удар.
Она не чувствовала ничего и не замечала дым, ведь от части, где-то на краю сознания, она заметила как демиург разбирался с этой проблемой. 

Стоунхорн! Жди нас! ~
Просим помощи у АМС в лице @Элизабет Иденмарк помочь нам высчитать наш БР.

1. Участники:
@Нулия @Аспэ Ксаэкс (Никаких дополнительных игроков. Только для нашего Дуэта :З)
2. Боевой рейтинг:
Нулия - 
Аспэ Ксаэкс - 

Цитата: Ариана от 02-05-2026, 12:51:54я не против

Цитата: Мелл от 02-05-2026, 08:11:56Я не против ^ ^

Лезвие полоснуло по боку. Нулия не успела уйти - дрон сократил дистанцию быстрее, чем она ожидала. Боль вспыхнула под ребрами, но охотница даже не охнула. Только зубы стиснула крепче, но зубовного скрежета и холодной ярости. Вторая атака ушла в пустоту, пока змеиное тело сложилось в развороте, пропуская лезвие в миллиметре от шеи. Белые волосы взметнулись, разрезанные воздушным потоком.
"...бей... бей его...УНИЧТОЖЬ."
Краем глаза Нулия видела: люди глазеют. Молятся крылатому. Называют её и остальных "вредными детьми". Где-то справа Хельга сбивала обломок дрона, летевший в девочку. Где-то слева Юдициум тянул жгуты чар, ослабляя броню машин.
- Не отвлекайся, дурёха...- прошипела Нулия себе под нос и повела плечами, разминая суставы и готовясь к новому прыжку.
Ждать было нельзя и по этому, атаковать, было единственно верным выбором. Первый удар её правой руки пришёлся в кибернетический корпус. Туда, где Хельгин выстрел оставил трещину. Кастет вошёл в металл по самую рукоять.
Второй удар - левой рукой, туда же. Дрон дёрнулся, пытаясь уйти вверх, но Нулия держала его и не отпускала. А после в комбинации прямых ударов, произошёл третий удар. Ногой.
Обратный удар с разворотом. Опора на руки - ладони в грязную лужицу, кастеты звякнули о камень. Тело ушло вниз, закрутилось, и правая нога, вложив весь вес, всю ярость, всю змеиную грацию, встретила корпус дрона в том месте, где металл уже не держал форму и дрон полетел в свободном, последнем полёте к ногам союзницы. Нулия поднялась и отряхнула руки. Кровь текла по пальцам, но кастетов это не касалось.
- Твой. - Бросила она союзнице, а раздвоенный язык мелькнул между губ. В голове кто-то засмеялся - злой и чужой. Дархатка не слушала. Она уже искала следующую цель. Она знала этот смех и не обращала на него внимания. Он был слишком привычен.

P,S : все три удара в 1-вого дрона. 

Прошу принять в квест, если будущие соигроки будут не против. 

Кафе пахло жизнью. Нулия вошла внутрь и на мгновение замерла - не от страха, а от непривычки. Цветы и кофе. Пряные травы. Плющ обвивал стены, кресла, перегородки, превращая помещение в зелёный кокон. Мягкий свет. Тихий голос пожилой пары у окна. Девушка с книгой и горьким кофе. Этот мир был тем, что был ей не доступен. Место в котором она была чужой.
Солукс провёл её к дальнему столику - подальше от любопытных взглядов. Она оценила, но садиться не спешила, сначала осмотрела помещение: два выхода, окна, расположение других посетителей. Привычка. В её жизни не было мест, где можно расслабиться и расслабляться в целом, всегда было плохой идеей. Даже самое безопасное место для неё, могло таить невероятную опасность.
- Присаживайся. Есть ли у тебя предпочтения в чае? Еде? Что ты любишь, Нулия?
Она села в кресло - мягкое, глубокое, слишком удобное для такой охотницы, как она. Её пальцы коснулись подлокотника, проверяя поверхность. Ничего опасного.
- Чай. - ответила девушка наклоняя голову к правому плечу в попытке заставить суставы шеи хрустнуть. - Без сахара. Без молока. Без всего лишнего.
Еда? Она не думала о еде. В последнее время она питалась хтонами. Но здесь, в этом светлом, пахнущем цветами месте, говорить об этом было бы...
- Не говори о внутренностях, - предупредил Солукс. - Здешние это не поймут. И моя сестрица тоже.
Нулия склонила голову. Умная предосторожность. Вскоре к столику подошла девушка. Белые волосы, уложенные в косы. Фарфоровое лицо. Лёгкая, почти невесомая улыбка. Но глаза... уставшие. Как у тех, кто слишком долго смотрел в пустоту.
Солукс представил её : Энфир. Сестра. Нулия смотрела в ответ. Не моргая. Не отводя взгляда. Её вертикальный зрачок сузился - не от угрозы, а от внимания. Она оценивала, ведь сестра Солукса была действительно красивой. Как и он. Она умела оценивать красоту. 
- Нулия. - коротко представил её Солукс. Она не улыбнулась. Не протянула руку. Только кивнула и слегка наклонила корпус вперёд - один раз, едва заметно, но со змеиной грацией.
- Твоё кафе... - Произнесла змеедева, глядя на Энфир. - Спокойное место. В моей жизни, трудно найти такое, где нет криков. Прошу, дайте мне чай. Чёрный. Без дополнений.
Она откинулась в кресле, но не расслабилась. Спина прямая. Руки на подлокотниках - кастеты спрятаны под длинными рукавами, но наготове.
- У тебя хороший брат. - добавила она тише. - Он спас меня. Дважды. Я не просила. Но это много значит. Для тех, кто это ценит.
Она посмотрела на Солукса. В её взгляде не было тепла. Но не было и холода. Только правда, которую она привыкла говорить. Привыкла быть прямой в своей речи и поведении. Ведь зачем была нужна ложь той, кто является оружием проведения и очищения. 

Портал выплюнул её в мир, который пах иначе. Нулия замерла на месте, делая первый вдох. Здесь не было пепла. Не было гнили. Не было смерти, пропитавшей каждый атом воздуха. Здесь пахло водой, цветами и чем-то сладким - тем, что люди называют «жизнью», а она называла просто «чужим».
- Мы в Элериме. Город иллюз.
Нулия не ответила. Она осматривалась. Дома лепились друг к другу, как чешуя на спине дракона. Узкие улочки, лавки с безделушками, шёлк, фарфор. Взгляды прохожих скользили по ней - кто с любопытством, кто с опаской. Она привыкла. В таких местах её всегда провожали взглядами. Белые волосы. Светло-зелёные глаза с вертикальным зрачком. Её не спутаешь с местной.
Она шла за ним, не отставая, но и не приближаясь. Два шага дистанции - её личное пространство, которое он однажды уже нарушил. Второго раза она не позволит. Но шаг мужчины стал мягче, тише. Он больше не возвышался над ней так демонстративно. Она заметила. Не сказала ничего. Они свернули в проулок. Крутая лестница уходила вниз, к фонтану, к реке, к солнцу, дробящемуся в воде на тысячи осколков. Нулия остановилась на верхней ступени, глядя вниз. Вода. Много воды. Она не боялась, но и не любила. Слишком жидкая. Слишком переменчивая.
Солукс спустился на пару ступеней ниже. Теперь их глаза были на одном уровне. Он протянул ладонь.
- Прошу.
Нулия посмотрела на его руку. Потом в его глаза. Жёлтые, спокойные. В них не было насмешки. Не было жалости. Не было ожидания, что она примет его помощь. Она спустилась сама, мимо его ладони.
- Я не оступлюсь. - сказала она, проходя мимо. - Я змея. У меня есть хвост. - После этих слов, змеиный хвост, кончиком прошёлся по земле. 

Цитата: Элизабет Иденмарк от 01-05-2026, 17:35:46*ждет пока почешут и эго гма, долго ждет, всегда ждет*

Мастер не менее прекрасен и восхитителен. 
Любим, обнимаем и целуем эти чудесные пальцы, что пишут нам эти чудесные строки. 

Цитата: Юдициум от 01-05-2026, 16:48:19@Нулия, ваши комментарии - как бальзам на душу, почтеннейшая! Невероятно лестны и придают уверенности в том, что персонаж писался не зря и образ его в глазах соигроков получается именно таков, каким и задумывался.
Но просветите старика - что такое "фармить ауру"?)

Я внесу уточнения. Некоторыми это используется как "высмеивание", но я имею ввиду : Позывает свою эффектность и эффективность, статус и просто КРУТОСТЬ, какая она есть. Типо, мне очень нравится как Юди, так и Хельга.
Вы, очень хороши в показании своих персонажей и общей крутости. Это прям, очень сильно греет сердечко.