Аркхейм

+

+

+

+

+

+

Метания и чаяния молодого энтарха Дарга сейчас интересовали меньше всего. На повестке дня стояла задача посложнее: сохранить в глазах Империума свою полезность и одновременно заложить в эту монолитную стену первый деструктивный камень.
Собственно, по поводу камня и был первоочередной вопрос: надо ли? Стоит ли шапочное знакомство развала привычной жизни? Насколько Дарг понимал Уробороса, тот с энтузиазмом примется ломать свою новую игрушку. И сделает это не после первой промашки красноволосого, а сразу — стоит им только вернуться. Причём результат Владыку не сильно волнует, как и лояльность нового игрока.
На этой доске расклад сил уже угадывался. С одной стороны — Акс. С другой — сам Дарг и Инф. Уроборосу лень напрягаться, он займёт позицию в тени. Кто же ещё? Экономический блок втянут не будет однозначно, светские зеваки не в счёт. Ковен? Да, Ковен обязательно притащится, как минимум магистры второго уровня. Будут шпионить и вставлять палки в колёса. Придётся вести много светских разговоров, передёргивать нити, выстраивать независимую линию поведения, снова рисковать... Стоит ли парень из пустошей таких хлопот, даже если он уникум?

Дело было даже не в лени. Внутри Дарга, привыкшего просчитывать риски, шевельнулось сомнение. Инфирмукс не глуп, но его вечно заносило на поворотах — вспыльчивость, которую хтон просто не успевал обуздать, могла в любой момент устроить утечку. Прямо сейчас дикарь до крови стискивал кулаки, выдавая бурю внутри. Но хуже другое: рано или поздно кто-то умный поймет, какой ключ открывает сердце этого мальчишки. Стоит врагам сыграть на его жалости, соблазнить возможностью «помочь слабым» — и этот таран развернется в обратную сторону. Идеалист с праведным гневом — худшее оружие в тайной войне. Его невозможно просчитать.

Лео смотрел на Инфа, улавливал, как движутся его губы, ловил в глазах отблески Эреба, а сам параллельно думал над задачей. Руки мага при этом методично укладывали в походную сумку нужные зелья. Флакон за флаконом. Мимоходом глянув на застывших в стеклянном бассейне мертвых русалов под потолком, Лео лишь мысленно хмыкнул чужой рефлексии. Мертвецы его не трогали, а вот внутренний голос — да.

«Немного поздно давать заднюю, — заметил вкрадчивый голос Корса. — Ты сделал первый шаг. Что теперь мнёшься на пороге? Боишься потерять привычный комфорт?»
«У меня нет выбора, Корс. Тебе известна ситуация, так что не прикидывайся идиотом. Тебе не идёт», — мысленно огрызнулся некромаг.
«Прости, милый, — голос хтона прозвучал слащаво, отчего Лео передёрнуло. — Ты так давно замер в своём прозрачном куске дерьма, что я потерял надежду. А ведь твоя память — занятное место. Я с таким упоением читал в ней воспоминания о молодом чёрном Рао, устраивающем неприятности мстительным дархатам... Куда делся азарт?»

Шпилька Корса, бесцеремонно копающегося в его прошлом, осталась без ответа — Лео выдернул из мыслей резкий выпад парня.
Горячие пальцы Инфа мертвой хваткой сомкнулись на его запястье. Дикарь шагнул вплотную, сминая личное пространство, и прижал некроманта к ребру лабораторного стола. В ту же секунду его чешуйчатый хвост с глухим шорохом обвился вокруг лодыжки Лео, фиксируя на месте.
— Ты так и не ответил мне, Лео, — хрипло выдохнул Инфирмукс. — Что мы будем делать с живыми? С теми, кто избежал участи стать мёртвым мясом. Мы убьём их?! Скажи мне сейчас, глядя в глаза: что сделает легендарный некромант Дарг?
Последний громкий вопрос ударил по ушам и затих среди белых стен. Лео даже не дернулся. Пульс под чужими пальцами остался ровным, на лице — никакого страха, только холодное спокойствие. Он спокойно перевел взгляд с зажатого запястья на обвитую лодыжку, а затем поднял глаза на Инфа.
— Физическое превосходство — это первое, чем дикари компенсируют недостаток аргументов? — тихо поинтересовался Дарг. В голосе не было паники, только сухой металл. — Если ты хотел показать хватку, я оценил. Хвост убери, я не собирался убегать сквозь закрытую дверь.
Некромаг мягко, но настойчиво потянул заблокированную руку вверх, вынуждая Инфа либо ломать кости, либо ослабить хватку.
— Что сделает некромант Дарг? — Лео цинично приподнял бровь. — Дарг выполнит приказ Короны. Чисто и без лишней рефлексии. Потому что если мы начнем картинно спасать каждого выжившего на глазах у ищеек Акса, Сафе прибудет сюда и вырежет всех, включая нас. и если ты хочешь видеть своих друзей живыми - советую умерить пыл, ибо Пылающий идеалист — худшее оружие в тайной, предстоящей нам войне, Инф. Его легко просчитать и уничтожить.
Лео прищурился, глядя в упор в полыхающие глаза парня:
— Но если ты включишь голову и перестанешь душить меня своими конечностями, мы сделаем то, что у меня получается лучше всего. Передернем ментальные нити так, чтобы Акс увидел ровно ту картину, которую хочет видеть. Живые останутся живыми, если умеют молчать и прятаться. Мертвые станут нашими конструктами. А Империум получит свой первый незаметный камень в фундамент. Так что отпусти меня. Надо закончить с зельями, если ты хочешь утереть Мяснику нос, а не просто красиво умереть на его плахе.
***
Первым, что встретило их на месте зачищенного поселения, был вонючий, сладковато-кислый запах горелого мяса, смешанный с озоновым привкусом старой боевой магии. Лео спокойно сошел с платформы старого маяка, едва слышно хрустнув углем под подошвой сапог. Серый плащ мага мгновенно пропитался сырым туманом пепелища, но сам Дарг даже не поморщился. Он бывал на сотнях таких зачисток — для него это была обычная грязная работа.
Рывок Инфирмукса вперед и его падение на колени в кровавую грязь вызвали у некроманта лишь движение бровей. Дарг не стал его останавливать. Парень  должен был сам потрогать этот холод, чтобы выжечь остатки иллюзий.
— Мёртв, — хриплый голос Инфа нарушил тишину. — Полное окоченение. Тело уже каменное...
— Естественно, оно каменное, — буднично отозвался Лео, останавливаясь в паре шагов за спиной парня. — С момента визита карателей прошло три дня. Трупное окоченение завершилось еще вчера. Поднимись, Инф. Ты просто пачкаешь одежду чужой кровью. Нам еще работать.

Лео опустил взгляд на растерзанный труп. Тонкие пальцы мага ленивым жестом скользнули в воздухе, соткав короткий поисковый контур. Глаза Дарга на секунду подернулись дымкой — он читал остатки смерти, как отчет.
— Работали стандартные боевые тройки твоего нового  друга, —  констатировал Лео, оценивая рваные раны на теле. — Смерть наступала мгновенно, магистры торопились. И именно это дает нам зацепку. Зачищали периметр в спешке, а значит...
Маг повернул голову к дымящимся остаткам смотровой вышки, туда, где магическое пламя глубже всего въелось в дерево. Его ментальное восприятие уловило слабое, хаотичное колебание. Настолько слабое, что обычные ищейки Ковена приняли бы его за предсмертный бред угасающей земли. Но Лео умел отличать агонию почвы от бьющегося в панике живого сердца.
Кто-то выжил. Спрятался под завалами, укутанный рунами, которые когда-то накладывал Инфирмукс. И этот кто-то сейчас балансировал на грани, готовый сорваться в Бездну в любую минуту.

Дарг коротко перехватил Инфа за плечо, заставляя подняться с колен и посмотреть на себя. Взгляд некроманта был собранным и трезвым.
— Хватит рефлексировать над тем, что уже сгнило, — тихо, практически одними губами скомандовал Лео, чтобы звук не разносился по округе. — Соберись. Времени на траур нет. Если ты не возьмешь себя под контроль, мы упустим тех, ради кого ты так громко кричал в лаборатории. Слушай меня: Акс думает, что выжег этот квадрат дотла. Давай поможем ему укрепиться в этой вере. Начинай стягивать сюда мертвую плоть для конструктов — мне нужен щит из мяса на случай, если нас зажмут. А я займусь тем, ради чего мы нарушили протокол Короны.

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

+

Расставшись с Инфирмуксом на пороге харчевни, некромаг отправился домой. Он решил пройтись пешком — ему прямо-таки необходимо было измерить весь этот путь собственными ногами, пройтись по брусчатке Пандемониума мимо лачуг окраин, домов ремесленного квартала, купеческой слободки и, наконец, тихих особняков квартала знати. Зачем? Требовалось уложить в голове хаос текущих событий и хотя бы в общих чертах сформулировать примерный план. Задача-минимум: отразить грядущие атаки недоброжелателей во главе с Аксом. Задача-максимум: начать ювелирную шлифовку молодого специалиста под будущий таран местной власти.

Почему выбор пал именно на Инфира? А почему бы, собственно, и нет? Молодой, амбициозный... и, скажем так, не Уроборос. Конечно, впереди долгий и скользкий путь, всё может сложиться неудачно, с этим никто не спорил. Но если действовать аккуратно? Разумеется, не сию секунду — в конце концов, такие дела на коленке не делаются. У паренька колоссальный потенциал, да и сердце есть. Теоретически.

Уроборос же, при всём его неоспоримом величии и сокрушительной мощи, давно перевалил через пик своих возможностей. Почему Лео пришёл к таким выводам? Всё просто: Владыка начал повторяться. А для бессмертного тирана предсказуемость — это первый шаг к падению.
Обрушения личностей такого масштаба, как Уроборос, не происходят одномоментно. Их величие изнашивается по краям, постепенно искрашивается, и рассыпаются какие-то на первый взгляд незаметные устои, по факту являющиеся главными скрепами власти. Почему? Ну, например, потому что абсолютное единовластие дарует обманчивое ощущение всемогущества. Даже демиурги не всемогущи, но у них хотя бы есть врождённая прививка от безумия, а у потенциально смертных её нет — даже если ты высший хтоник. Хотя в случае с хтониками безумие — это ещё малая плата...
«Ну, поехали, — пробурчал Корс в ментальном поле. — Ты так додумаешься до противоположного утверждения. Давай на чистоту: тебе просто интересно разыграть этого паренька в тайной партии против Уробороса, и потому ты подбрасываешь ему заманчивые фрагменты. Что я пропустил?»
«Не ему. Он-то как раз не желает власти, он по своей сути — защитник. Так что игра ведётся в основном с твоим коллегой, Эребом».
«Вот как...»У Лео на мгновение сложилось странное ощущение пугающей внутренней заполненности. Он вдруг почувствовал себя стеклянной колбой, до краёв налитой тяжёлым, маслянистым дымом, из глубины которого кто-то чужой и древний внимательно смотрит в мир.
«Прекрати, Корс. Ничего особенного не случится, — мысленно отмахнулся Лео. — Поиграемся немного в терминологию, а потом, когда энтарх окончательно привыкнет к нашим палестинам, он будет работать сам. И выбирать — тоже сам. Не думаешь же ты, что личность его масштаба и стихийной природы можно вечно водить на коротком поводке?»
«Тогда я решительно не понимаю этих игр!» — ментальное ощущение наполненности уплотнилось почти до состояния физической жидкости. От этого давления лёгкие, летящие шаги Дарга по брусчатке сразу стали казаться более тяжёлыми и несколько смазанными.
«Он должен развиваться, — ледяным тоном отчеканил некромаг. — И когда его в очередной раз загонят в угол — а в Некроделле такое обязательно случится, — он должен отчётливо понимать, что единственный выход может оказаться безальтернативным».
«То есть ты хочешь сказать, что эту бурю можно только оседлать?»
«Именно. А теперь отпусти меня. Я и так смертельно устал».

Инфирмукс явился ровно через пару часов. Лео как раз успел принять горячую ванну, немного помедитировать и перекусить, возвращая телу и разуму привычный тонус. Выслушав тактические соображения и предложения энтарха, некромаг одобрительно кивнул:
— Разумно. Не будем множить сущности без необходимости, пойдём самым простым путём. К тому же, как мне кажется, некий господин во главе Химерологического корпуса обязательно попытается мутить воду на передовой, подбрасывая нам крайне неприятные сюрпризы. Надеюсь, ты отчётливо понимаешь, Инф, что из твоих бывших знакомцев и соплеменников в Анрэбе люди Акса могли на скорую руку собрать весьма специфические конструкты.
Сафе действительно мог подсуетиться, слепив из захваченных жителей полыхающего квадрата «Дельта» разнообразных, жизнеспособных уродов. И самым страшным в этой догадке было то, что Мясник вполне мог оставить несчастным остатки сознания и жизнь. Лео не мог знать наверняка, но он слишком давно знал изощрённую логику Акса, так что его мрачные предположения имели под собой веское основание.
— Что касается портала — да, у меня есть пара старых, надёжных маяков в том регионе, я там когда-то работал, — поднявшись из-за стола, Дарг подошёл к стене кабинета.  Аристократическим движением он открыл замаскированный сейф и достал оттуда небольшой бархатный мешочек, в глубине которого глухо звякнуло и перекатилось что-то тяжёлое, артефактное.
— Сейчас зайдём в малую лабораторию, соберём базовый инструментарий и подберём направленный набор зелий для полевой работы. Что же касается твоего оптимистичного «проскочим и не заметим»... Не будем загадывать, Инф. Но лично я бы рисковать не советовал.

+

+

+

+

+

+

+

+

«Пожалуй, я откажусь от артефакта контроля». Даже мысленный голос некромага звучал устало — Владыка ухитрился выжать его, словно рачительная хозяйка лимон: целиком, ещё и цедру на пирог пустила. Ему теперь хотелось только отдохнуть, лучше всего — провалившись в глубокую медитацию. Только сперва необходимо было хотя бы закруглиться с Инфирмуксом.
«В гробу выспишься», — хохотнул Корс.
«Угу. Я тут подумал, что лучший мой подарочек — это ты, так что прошу тебя взять на себя контроль моих реакций и их коррекцию при общении с м... серьезными противниками. Думаю, нам обоим важно не проколоться на какой-нибудь глупости, чтобы после не выгребать последствия».
Корс промолчал.
«Что ж, сам себе нашёл работу. Энтузиазм поощряется новой задачей — в два раза более сложной и интересной», — подколка в мыслеречи Лео тоже звучала устало.
Внутри нарастало ощущение неудовольствия и тяжести. Затем словно что-то повернулось, перемещаясь, и ментальный груз ушёл. В то же время откуда-то извне потянулся аккуратный, тонкий ручеёк тепла, заставивший губы Дарга чуть дрогнуть в одобрительной, немного удивленной усмешке: Эреб подключился к хтоносети, стараясь, судя по всему, разморозить его эмоцианальную заморозку — ту самую необходимую броню, что спасала при общении с Уроборосом.
«Мне порой кажется, что раньше было лучше, — буркнул про себя Лео. — По крайней мере, не требовалось столько усилий. В том числе и от тебя».
«Выкрутимся», — проворчало изнутри.

Дарг выдохнул и на мгновение прикрыл глаза. После монохромного, давящего склепа Обсидианового зала этот заштатный паб на окраине оглушал. Из открытого настежь окна бесцеремонно пёрло бьющим по глазам полуденным солнцем, в чьих золотых лучах лениво плясали крупные пылинки. Столица жила своей суетливой, шумной жизнью, не подозревая, что час назад Корона мимоходом приговорила к уничтожению половину Анрэбского региона. Из окон душной кухни тянуло тяжёлым шлейфом пережаренного лука, свежих дрожжевых булочек, дешёвого табака и какой-то резкой мыльной химии. С улицы, перекрывая гул тележных колёс и крики разносчиков, доносились дребезжащие, безбожно фальшивые звуки скрипки. Какой-то бродячий музыкант пилил струны без всякой пощады к чужим ушам, но его мотивчик — навязчивый и простецкий — почему-то было слышно особенно отчётливо. Всё это дышало, двигалось и пахло самой жизнью, бесшабашной, грязной и настоящей. Лео впитывал её сейчас каждым рецептором, наслаждаясь каждым мелким, раздражающим проявлением. Ведь сегодня, под препарирующим взглядом Уробороса, он эту жизнь чуть не потерял.

Отвлёкшись на цоканье каблучков разносчицы, он проследил за ловкими руками девушки — ещё свежей, но уже несущей на себе тот неуловимый отпечаток усталости, который со временем превратит её из цветущей девочки в жёсткую, циничную хозяйку заведения. Квас и пирог, наверное, были вкусными, только сейчас они являлись для некромага просто едой — кирпичиками протеинов, необходимых для срочной реставрации измотанной нервной системы. Он ел не торопясь, отламывая пальцами куски от пирога и совершенно не обращая внимания на сок, капающий на стол и дорогие манжеты. Резкая кислота кваса эффективно смывала из рта ментальную горечь недавней беседы с Владыкой.

Ледяная одервенелость постепенно уходила. Расслабившись, Лео аккуратно опёрся на спинку не слишком удобного стула, размышляя сразу над десятком вопросов. Тихая, обречённая ярость Инфирмукса его не трогала — по всей видимости, в этом аспекте они никогда не сойдутся. Лео был слишком некромантом, чтобы рефлексировать над подобным.
— Я не знаю, что тебе сказать на это, — как-то неопределённо ответил он на очередную тираду Инфа. — Я не ощущаю в себе ничего, кроме нужды сделать так, как приказано Короной. Понимаю твоё отчаяние, но это приказ. В твоём же случае — ещё и прямая проверка. Провалишь её, и нас обоих пустят в расход. Всё предельно просто.
Его янтарные глаза, всё ещё словно подёрнутые тонкой коркой льда после заморозки Корса, обратились на красноволосого парня с тем самым нечитаемым, мёртвым выражением, с которым совсем недавно Дарг смотрел в лицо Уробороса.
— Посему могу рекомендовать несколько простых ходов для облегчения ситуации — хотя бы частично, если тебе так жизненно необходимо успокоить свою совесть. Но оговорюсь сразу: за тобой будет вестись тотальная слежка. Точнее, подразумевается, что контролировать тебя обязан я. Так вот, чтобы не угодить в казематы и не познакомиться с палачами досрочно, все свои дела тебе придётся проворачивать исключительно через третьих лиц. Либо по твоим личным, глубоко запрятанным каналам.
Для всех ты дикарь, тёмная лошадка. Тебя будут изучать, искать слабые места и препарировать ментально при первом же удобном случае, — Лео сделал глоток кваса. — Но в этом есть и плюс: у тебя уже есть репутация дикаря, и никто не станет ждать от тебя светских манер с самого начала. Понимаешь, о чём я?
Корс глухо проворчал в хтоносеть, обращаясь напрямую к симбионту алькорца:
«Он имеет в виду — предупреди всех, кого сможешь. А покойникам всё равно. Мы всё равно придём и сделаем так, как велено, ибо мы собираем Империю. Эреб, посмотри дальше своего подопечного, — хтон выдержал многозначительную, тяжёлую паузу. — ИМПЕРИЮ. А она всегда собирается вокруг Императора».
И почти через минуту, словно бросая в темноту ментального поля ядовитое зерно, Корс дополнил:
«Амбиции тоже могут быть имперскими. И не только у Уробороса».
— Инф, держи себя в руках, — тон Дарга прозвучал обманчиво ровно. Со стороны он вообще казался совершенно равнодушным, уставшим приличным господином, который вынужден выгуливать пламенного провинциального родственника, впервые приехавшего в столицу. — За стол мы, разумеется, заплатим, но для чего преумножать слухи? На нас и здесь смотрят. И обязательно оповестят кого нужно. А нам ведь совсем не нужно, чтобы тот, кто нужно, знал то, чего знать не следует, верно?Оставив на деревянной столешнице тяжёлую золотую монету, Лео медленно поднялся со стула.
— Что ж, нам всем требуется отдых. Буду рад видеть тебя через пару часов у себя. Нам нужно ещё о многом поговорить.

на прошлой неделе чуть ли не +50, на этой - еле доползаем до +18 и дожди с ветрами.

+

+

+

+

+

+

наконец-то прошел дождь. температура упала, можно жить

+