Из старых книг и небольших изысканий Аллан прочёл про древние руины на планете Лирея, острова Траониса. Он узнал, что остров тропический: на нём солнечно и тепло круглый год, пальмы покачиваются на ветру, а бирюзовые волны ласково омывают белоснежный песок. Аллан откинулся на спинку кресла, перелистнул пожелтевшую страницу и задумчиво провёл пальцем по старинной карте. В груди зашевелилось давно забытое чувство — предвкушение приключения, не связанного с опасными экспериментами или магическими изысканиями. «Можно же немного отдохнуть, — подумал он, — не чахнуть же вечно в лаборатории? Можно будет и на солнышке погреться, и, может, даже поплавать. Да и устроить себе небольшой отпуск никто не помешает: на работе есть кто может меня подменить».
Он на мгновение закрыл глаза, представляя себе этот райский уголок. Перед мысленным взором возникли высокие пальмы, склоняющиеся над пляжем, и бескрайний лазурный океан. Решившись, Аллан поднялся, подошёл к магическому кристаллу связи и отправил короткое сообщение своему заместителю. Получив в ответ заверения, что всё будет под контролем, маг начал собираться в дорогу. Через пару дней Аллан добрался до острова — тихого и безлюдного, вдали от шума и криков городов. Когда он ступил на мягкий песок, с губ невольно сорвался вздох облегчения. Воздух здесь был другим: густым, сладким, наполненным ароматами тропических цветов и соли.
Прогуливаясь вдоль берега, Аллан ловил всем телом каждый тёплый луч солнца и запах моря. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул — впервые за долгие месяцы он чувствовал, как напряжение покидает мышцы, а в голове наступает блаженная пустота. Ни формул, ни расчётов, ни тревожных мыслей о предстоящих экспериментах. Только шелест волн, крики местных птиц и тёплое прикосновение ветра. Маг разулся, ощутил пальцами прохладный, рассыпчатый песок и улыбнулся. Где‑то вдали виднелись очертания древних руин — поросшие лианами каменные арки и ступени, ведущие к заросшей площадке. Но сейчас это могло подождать. Сейчас важно было другое: ощутить себя живым, свободным, просто драконом, а не личём, который имеет право на отдых.
Аллан опустился на песок, подставил лицо солнцу и расслабился. Рядом с ним лежал небольшой холщовый мешок с припасами и книгой — на случай, если захочется почитать в тени дерева. Он расстелил лёгкое покрывало, устроился поудобнее и прислушался к звукам природы. Где‑то в глубине острова перекликались яркие птицы с переливами синих и зелёных перьев. Лёгкий бриз доносил аромат цветов. Волны ритмично накатывали на берег, оставляя после себя кружевную пену и блестящие ракушки. Аллан провёл рукой по песку, наблюдая, как тот струится между пальцами. Спустя некоторое время он поднялся и направился к воде. Тёплая вода приятно обволокла ноги, когда он зашёл по колено. Осмелев, маг поплыл, наслаждаясь ощущением невесомости и свободой движений. Выбравшись на берег, он растянулся на полотенце и стал просто смотреть по сторонам наслаждаясь красотой этого места, которое было полной противоположностью Климбаха.
Прекрасное место, чтобы освежить свои перья и окунуться с головой в приятный бриз.
Вдоволь насладившись мягкими волнами, дакониха взмыла в небеса. Все выше и выше, почти хватая зубами солнце. Она зависла в воздухе, жмурясь на теплом солнышке и чувствуя как горячие солнечные лучи иссушают оставшиеся капли соленой воды на белоснежных крыльях.
Еще мгновение... и дракон стремительно падает вниз, продолжая любоваться безоблачным днем. Ветер бьёт отовсюду. Сопротивляется. Море готовиться принять пушистое драконье тело в свои объятия. Однако, в последний момент дракониха переворачивается, коснувшись водной глади когтем, оставляя за собой водный след, и устремляется к пляжу. Достигнув ближайшего резкого возвышения, дракониха задрала тонкую морду, взлетев вверх и аккуратно ступив лапкой на возвышенность.
Драконье тело медленно растворилось в воздухе голубыми искрами и белыми перьям, обращаясь в полу-драконью форму.
Чешуйчатая лапка мягко скользнула по мягкой траве и девушка на секунду остановилась, поправив развивающийся на ветру подол белого платья, а после провела рукой по влажным волосам, убирая лишнюю воду.
Девушка облегченно выдохнула. Оказывается море и легкие полеты - прекрасное средство для расслабления и умиротворения. Здесь не было ни единой души, ни суеты, ни шума — только тихий шёпот воды и едва уловимый ветер, касающийся кожи. Вот он - отдых, о котором она так долго мечтала.
Энфир подошла к краю обрыва и мягко уселась на зеленую траву, свесив лапы.
Образ Энфир
(https://sun9-75.userapi.com/s/v1/ig2/Rbnp1eXfXSjyum2Y8191V8BwoZNGsXAXvK2NwWkGpUuaiWnJgn6YKb0jcdVZVBeeNAbXi_pzmvqKvZjshT0vcozE.jpg?quality=95&as=32x26,48x39,72x58,108x87,160x129,240x193,360x290,480x387,540x435,640x516,720x580,1080x870,1280x1031,1440x1160,2304x1856&from=bu&u=S3ZxONv-4doscsYek4myoO7IJOlTVYxzc86rr7jrteM&cs=2304x0)
Она наблюдала за тем, как море меняет свои оттенки — от глубокого индиго до прозрачной бирюзы, как солнце медленно скользит по небосводу, оставляя за собой золотые следы, и как в проступающей синеве небес робко появляется луна, словно кто-то невидимый выводит её контур серебряной кистью. Чарующие трели птиц сплетались в замысловатую мелодию, и девушке захотелось подхватить их песню, вплести в неё свой голос, чтобы на мгновение стать частью этого вечного, едва уловимого танца природы. Запомнить этот прекрасный момент одиночества...
Песня
Энфир прикрыла глаза, словно вслушиваясь в дыхание моря, и тихо-тихо запела. Её голос, нежный и прозрачный, проскальзывал сквозь порывы ветра, уносился вдаль, растворяясь в бескрайней синеве. Он сплетался с птичьим перезвоном и мерным шумом волн, разбивающихся о скалы, — будто сам мир подхватывал её песню, а удары воды о камни становились тактами этой живой, дышащей мелодии...