Надоедливое ощущение ползающих по телу насекомых уже порядком достало Оладера. Внутри него практически закипало желание прихлопнуть ладонью хотя бы нескольких из них, а после обильно расчесать места укусов, так чтоб до боли, до крови. Когда всё время думаешь об этом и не имеешь возможности пошевелиться, становится очень тяжело сосредоточиться на поставленной цели и поддерживать стабильный поток маны. Но у него не было выбора. Сейчас, находясь в душных джунглях, облепленный не только мошкарой, но и сомнительно пахнущей смесью, скрывающей его собственный запах, он наблюдал за одним крайне интересным существом и не мог позволить маленькой хотелке разрушить то, над чем он работал несколько последних суток.
То был его сородич, только неразумный - дикий дархат, внешне напоминающий крупную лань. Объект наблюдения был настолько же чуток и внимателен к своему окружению, насколько и казался ошибочно безобидным. При помощи как обычного скрытого наблюдения, так и теомагии, Оладер уже выяснил всё, что ему было нужно знать. У цели его охоты в пасти имелись скрытые клыки с крайне быстродействующим ядом, парализующим жертву и вызывающим у неё ощущение сильного удовольствия, которое перекрывало все остальные чувства. Так мужчина уже успел понаблюдать за охотой существа и за тем, как отравленные ею жертвы испытывали экстаз, пока их обездвиженную плоть пожирали заживо.
Оладер сходу мог вспомнить с пару десятков извращенцев, которые отдали бы крупную сумму за столь полезный инструмент для развлечения. Всё же в мире было полно тех, кому уже приелись обычные методы и кто ради новой дозы адреналина готов был заплатить высокую цену, притом во всех смыслах. Однако, максимальный запас яда в железах лани был сравнительно мал. Единственным проверенным десятилетиями способом добыть столь ценное вещество было бы обездвижить дарха до того, как тот успеет что-то заподозрить и отреагировать, вонзив свои клыки и выпустив накопленный яд. К счастью для Оладера, наблюдения дали понять, что этот дикий уже не мог эволюционировать и доживал свои последние годы, так что не было нужны действовать с умыслом сохранить твари жизнь, оттого ловушка, что он подготовил, была летальной.
И сейчас, к самому закату, все приготовления уже были завершены - магическая мина лежала замаскированная на краю небольшой поляны, прямо под тушей какой-то местной макаки, якобы неудачно упавшей с дерева и проломившей череп. Мясцо её уже попахивало, так что запах легко подхватывался порывами ветра, приманивая зверя. А тот наверняка уже был голоден - Оладеру удавалось издали мешать охоте лани, так сказать, нагуливая ей аппетит. Он был убеждён в том, что место выбрано правильно - как раз в пределах охотничьих угодий дархата и вдали от территории, где тот недавно излишне нашумел, тогда ещё не зная на кого наткнулся.
-Вот так, иди к папочке, - думал охотник, наблюдая за шевелением листвы, из-за которой едва виднелись очертания дикого сородича. Ядовитая лань, а именно так мужчина назвал про себя конкретно этого дарха, медленно выходила из зарослей, обнюхивая окружение. У затаившегося на другом конце поляны дарха разумного небыло причин для переживания, так как он тщательно скрыл всё, что могло бы спугнуть жертву. Ещё несколько метров и ловушка захлопнется, а сам он произнесёт заготовленное контрольное заклинание и наверняка умертвит на месте свою добычу. Уже ничто не сможет ему помешать. Он лишь вёл про себя отчёт. -Три метра... два... полтора...