Аркхейм

Аркхейм / Планетоид YW-52 / 5027

@Анна  & @Сейран

(https://sun9-24.userapi.com/s/v1/if2/J-dNegVfdQsCqqUeZy8HaF-u9-MBC1xyt6qzBIPW__pRO98LTyOqdMktEPH1aQ-ZPMV8GTXoSwr_Z0pubSm_eFMi.jpg?quality=95&as=32x10,48x15,72x22,108x34,160x50,240x75,360x112,480x150,540x168,640x199,720x224,802x250&from=bu&cs=802x0)

Эпизод является игрой в настоящем времени и закрыт для вступления любых других персонажей. Если в данном эпизоде будут боевые элементы, я предпочту без боевой системы.

Транспортный корабль с гордым названием "Летящий к звёздам" должен был высадить на планетоиде YW-52 несколько десятков человек, после чего изменить курс на Климбах.
- Капитан! На поверхности планетоида слишком большое излучение. Мы не можем приземлиться без последствий! - доложил пилот, посмотрев на экраны.
- Мы должны, Климов, - я подписал договор, в нём чётко указаны наши действия. Приземляемся, высаживаем, идём дальше. Плевать на излучение. Что там, они дают разрешение на посадку?
Тут корабль ощутимо дёрнулся, загудело тревожное предупреждение, мерцая красным: "Нарушение обшивки корабля! Возможна утечка кислорода. Проверьте отсек C-18."
- Это ещё что? Давай, Климов, теперь у нас нет времени...
Корабль ещё раз тряхнуло. "Нарушение обшивки корабля! Проверьте отсек D-20."
- Капитан, здесь не было посторонних тел. Отчего нас трясёт?
- Это неполадки на самом корабле, посмотри...
Снова тряхнуло - да так, что вставший с кресла капитан и остальные, кто был на ногах, повалились на пол. Корабль накренился - и всё, что не привинчено к полу, поехало в сторону. Звуки падающих предметов и покатившихся тел, тревога загудела громче и настойчивее. Климов, не дожидаясь команды, подал сигнал бедствия. В космосе он дойдёт далеко - но очень нескоро. Скорее всего, их услышат только на самом планетоиде - на радарах больше никого. Да и кому нужен этот планетоид, кроме шахтёров?

Космолёт, ласково называемый Сейраном "Один Бублик" возвращался с Лиреи после очередной миссии обратно на Циркон - на место основного базирования легионера. Разумеется, он мог воспользоваться телепортами, но мужчина предпочитал нарабатывать свою лётную практику и вместо "магических пеших" прогулок и предпочитал пользоваться своим кораблём. Было в этих часах ожидания между взлётом и посадкой нечто такое... Приятное сердцу Элиота чувство полёта. Когда в иллюминаторах видишь планеты и мерцающие звезды вдали. Раньше они были такими недосягаемыми. А сейчас... Казалось, подай рукой, и они близко. Такие перелёты реально будто бы перегружали мозг, оставляя чувство приятного послевкусия, когда ты наконец-то после долгого пути прибываешь на свою станцию. Домой.

Мирную рабочую "тишину" на капитанском мостике прервало уведомление-сигнал, вышедшее красным окном на мониторах. Протокол сигнала "SOS". Для легионера Сейрана, который по совместительству являлся и капитаном корабля, такой сигнал принять было делом чести. Обязанностью, от которой нельзя уклониться.

- Декодируй, - передаёт команду он бортовому ИИ, подперев голову кулаком, анализируя полученные данные.

Судно: "Летящий к звёздам".
Класс: транспортный корабль.
Регистрация: сектор планетоида KX-45.
Причина: нарушение целостности и герметичности корпуса.

"Хм, понятно", - отметил про себя мужчина, смотря информацию о том, чем занимались на указанном планетоиде КХ-45. По всей видимости, там проводилась работа по добыче ресурсов. И транспортник должен был привезти на него новую партию рабочих, но по какой-то причине начал терпеть бедствие.

Тогда Сейран голосом передает команду ИИ "Второй пилот" следующее: "По зарегистрированным сигнатурам отправь следующее сообщение. "Капитан частного судна "Traceback I" Сейран получил и зарегистрировал ваш сигнал бедствия. Выдвигаюсь по указанным координатам. Расчетное время прибытия 23 минуты. Пожалуйста, укажите степень повреждения, состояние корабля и количество членов экипажа и пассажиров. Ждите прибытия помощи". 

После чего положил "Один Бублик на другой курс, отправив сигнал на ближайшую планету о том, что произошло и координаты, на случай, если всё пойдет не так. И его собственных сил не хватит, чтобы предотвратить возможную трагедию.

Анна очнулась в спасательной капсуле. Нащупала кнопку «Открыть», прозрачная дверца поднялась.
«Нехороший здесь воздух» - сразу поняла девочка и активировала магическую защитную сферу.
Вышла из лежака, который сыграл свою функцию, превратившись из спасителя в тюрьму. Вокруг – каменная пустыня, в десятке километров отсюда видна гора, от которой поднимается два дыма: один из самой высокой её точки, второй – откуда-то пониже. И ещё две такие же капсулы по пути. Что же, надо идти.
Обе встречные спасательные капсулы оказались неисправны, внутри – мертвецы. Бредя в сторону горы, а точнее – ко второму дыму, Анна различила впереди контуры корабля. Отсюда, с небольшого холма, было лучше видно долину перед горой – и почти всю её занимал потерпевший крушение корабль, который теперь иначе кроме как разбитым не назовёшь. От него-то и поднимался тот самый дым – немногим уступая активному вулкану рядом.
Девочка дошла до дверей корабля – те оказались открыты настежь. Походила по трюму, заглянула в каюты – сплошной бардак, дыры в наружных стенах, разбросанные вещи и предметы, отсюда явно собирались в спешке. Капитанский мостик закрыт, без карты пропуска туда не попасть. На корабле не оставили ничего ценного – теперь это просто дымящаяся груда металла и мусора. Дым, кстати, исходит от двигателя, так что находиться здесь – опасней, чем снаружи.

Несмотря на скорость, с которой корабль Сейрана направлялся по указанным сигнатурам... Время... Время работало против него. И, когда он прибыл к орбите, следов "Летящего к звёздам" больше не было. И, как бы не были малы планетоиды относительно планет системы Аркхейма, искать на нём корабль вслепую - всё равно, что искать иголку в стогу сена.

Легионеру очень хотелось надеяться, что они успешно смогли приземлить транспортник... Иначе... Как показывали анализаторы, атмосфера там была не самая подходящей не только для хуманов, но и многих представителей рас - высокие показатели радиации.

Очень хотелось... Но учитывая отсутствие обратного сигнала, надеяться на чудо не приходилось.

- Смоделируй от данных координат падения корабля и его вектор смещения, - отправляет он команду "второму пилоту", система которого быстро простроила несколько возможных секторов, где могли бы находиться останки корабля. К счастью, выбрав тот, что показывал наиболее высокий процент, мужчина не ошибся. И, после вхождения в атмосферу планетоида, в течении часа полета на относительно низкой высоте, сумел заметить остатки дыма, исходящие от разбитого космолёта.

Легионеру не первый раз приходилось видеть крушения не только отдельных кораблей, но и крушение целых цивилизаций. Зрелище болезненное, но... Увы. Не все трагедии можно было предотвратить. К сожалению. Сейчас ему было важно посадить свой космолёт и желательно обнаружить выживших. Хотелось надеяться, что таковые будут, если, конечно, компания озаботилась о том, чтобы на корабле были хорошие спасательные капсулы с поддержкой жизнеобеспечения. В противном случае, собирать будет просто некого... Только изучить логи кораблекрушения с бортовых самописцев.

Выбрав наиболее ровную площадку для приземления, Сейран посадил "Один Бублик" и покинул его борт, отправляясь на поиски выживших. Такой уровень радиации естествен для выживания мужчины.

Не зная, где собирать все разбросанные капсулы и выживших, легионер просто воспарил над землей, активируя способность "крыльев полёта" на собственном мече, а затем, приблизившись к останкам корабля, сократив расстояние между ними до километра, решил подать сигнал всем выжившим.

Над горизонтом будто зажегся второй Архей. Титул Элиота не зря звучал как "принц Солнце". Яркие лучи золотого света покрыли каменистую поверхность и сработали во много раз лучше сигнальной ракеты. Не заметить такой сигнал ближайшие десять километров мог только слепой.

Живые. Идите на свет или подайте сигнал чем угодно: от сигнальной ракеты, которые обязательно должны быть в спасательных капсулах, до обычной подожжённой палки.

Анна считала ауру, идущую от дверей корабля: один из выживших – точно маг, остальные – так, ни о чём. Она пошла по следу – группа явно шла в сторону вулкана. «Они знают что-то, чего не знаю я?»
Они шли в ту же сторону, откуда веяло магической силой – и вряд ли это совпадение.
Вскоре впереди, среди обломков скал, девочка различила вход в пещеру.
 «Что это, пар?» - Анна остановилась возле него, раздумывая, идти ли в баню, созданную самой природой, или ждать снаружи у моря погоды. «Под лежачий камень вода не течёт», - решила она и смело шагнула в тёмный проём, куда и вела аура группы выживших.
На растрескавшейся от недостатка влаги земле, прямо на острых камнях, лежал ничком молодой мужчина. Растрёпанные волосы и уже порванная в некоторых местах одежда уже немного говорили о том, что он успел пережить за этот час. Сердце Глория – обычного небогатого фермера, возвращавшегося к себе домой на Климбах, – ещё бешено стучало, а в глазах у него прыгали те кошмары из проклятой пещеры. Крики перепуганных людей, в страхе разбегающихся в разные стороны, темнота, ноги сами несут его прочь от смертельно опасных тварей...
  - Так больше невозможно! - простонал Глорий. Он собрал остатки своих сил и перевернулся на спину, не ощущая боли воткнувшихся в кожу камней. – Что это, второй Архей? – от удивления все те ужасы отошли на второй план, ведь над безжизненной планетой взошла ещё одна звезда. Яркие лучи золотого света покрыли каменистую поверхность пустыни, озаряя всё вокруг. – Да это не звезда, - присмотрелся он, - это ж кто-то летит!
 Мужчина немало полезного насобирал, ещё находясь на потерпевшем крушение корабле, но почти всё бросил, когда начался весь тот ужас, чтобы выжить любой ценой. Но за пояс до сих пор была заткнута сигнальная ракета – он уже и забыл о ней, а вот сейчас так вовремя вспомнил.
  - Я спасён! – Глорий поверил во всемогущество всех демиургов сразу, на его лице сияла счастливая блаженная улыбка, пока трясущиеся руки судорожно доставали то единственное, что поможет ему выжить.

Когда в небо взвился яркой змеей светящийся пучок света, а потом разорвался, как разрывается запущенный салют, Сейран получил этот сигнал бедствия. Его свет заметно померк, чтобы не испугать пострадавшего своим свечением, а потом легионер, сложив первую пару энергетических крыльев камнем словно хищная птица пал вниз. Вторая пара выполняла свою роль руля, то, что обычно у птиц выполняет хвост. Но стелларий птицей не был, поэтому всю систему ему выполняли его искусственные крылья.

Через пару минут легионер оказался на точке, откуда мужчина подал сигнал. После чего, недолго думая, схватил его и телепортировался вместе с ним на свой космолёт. А именно - медицинский отсек, куда он втащил пострадавшего на руках, активируя голосом реанимационную капсулу. Её крышка откинулась вверх, а Сейран бережно уложил его внутрь.

- Не бойся. Я Сейран. Легионер-центурион. Я принял ваш сигнал СОС ещё полтора часа назад. Но нашёл вас, точнее, только тебя, только сейчас.
Впрочем, он мог даже не представляться. Его униформа говорила сама за себя. И всё же. Это обязательный протокол. Да и люди чувствуют себя более защищенными и спокойными, когда рядом с ними человек в форме.

Вытащив короткий нож, он стал резать ему одежду.
- Извини... Но мне придётся её выкинуть. Уровень радиации опасен. Твоя одежда тоже пострадала. Будет плохо, если эти обноски останется на тебе. Я предоставлю тебе другую, более безопасную и чистую одежду. А пока ты мне расскажи, что случилось, и что стало с остальными? Есть ли ещё выжившие? Где мне их искать?

Поэтому всю одежду он просто утилизировав - отправив её телепортом куда подальше от своего космолёта.

Как только прозрачная крышка опустилась, мужчину обдало дезинфицирующим паром, и запустились системы сканирования, чтобы определить степень повреждения и.. что хуже, определить поражение радиоактивным фоном. Сейрану хотелось верить, что тот уровень дозы облучения окажется не смертельным. И не приведёт к возможным дальнейшим очень печальным последствиям. Но чем больше они находились на планетоиде без защиты, тем как вода сквозь пальцы утекала эта надежда. Поэтому ему нужно получить ответы быстро.


ЗЫ: тут лежит описание корабля) (https://arkhaim.su/index.php?msg=592403)

Сразу после телепортации мужчина с опаской заозирался по сторонам.
 - Пещера. Монстры, - только и говорил, заикаясь, спасённый. Он явно был в не в себе.
Увидев короткий нож, он шарахнулся в сторону, отбежав в дальний угол, с ужасом глядя на остриё в руках блондина.
 - Нет! Нет! – кричал безумец. Его колотило, на лице читалась явная паника.


В жаркой влажной пещере Анна зажгла своего немого спутника – Светлячка, который, крутясь вокруг неё, неплохо освещал стены и путь вперёд. Как оказалось, путь был не только вперёд – коридоры расходились, ветвились, соединялись обратно, но девочке был интересен тот, которым шёл маг с разбитого корабля со своими спутниками.
 

А где-то в одном из пещерных тупиков, в самом дальнем и низком уголке, сидела девушка лет двадцати. Её зрачки расширились, она глядела на выход из своей каморки, пытаясь углядеть там приближающуюся опасность. Но всё напрасно: в такой темноте не было даже намёка на источник света, поэтому оставалась надежда только на звуки.  Но вот с ними как раз всё плохо – эти существа передвигаются абсолютно бесшумно.
Инес, как и многие на этом корабле, летела на Климбах – там живёт Карл, с которым она начала переписываться. Реальная встреча показала бы, так ли он хорош собой, как ей казалось, или нет. Но втайне она уже мечтала о свадьбе.
Эти мысли помогли ей отвлечься от ужасной действительности.

По реакции парня Сейран понял, что короткий нож в его руке, его пугает до ужаса... Поэтому Сейран его просто телепортировал и поднял руки в жесте "сдаюсь". Держа ладони вверх, он даёт ему понять, что не собирается нападать на него.
- Тише-тише. Я правда не причиню тебе вреда, - отвечает легионер, отходя к дальней стене и давая тому возможность прийти в себя. - Твоя одежда для тебя сейчас была опаснее чем нож. Вот, возьми.

Он открыл небольшой шкафчик, извлекая оттуда простую хлопковую футболку и штаны пациента.
- Они безопасные. Как тебя зовут?

Мужчина осторожно, стараясь не делать резких движений, и все ещё держа руки на виду парня, повесил их на капсулу.
- Тебе нужно пройти лечение. Вот. Сколько вас было в пещере? В какой стороне она была?

На самом деле, не хотелось сейчас тратить драгоценное время на то, чтобы успокоить всего лишь одного. Сейран принял простое решение: он запрёт его на корабле, оставив в его распоряжении лишь медицинский отсек, кухню, где можно было у постомата получить еду, и каюты, где он может занять себе ту, какую нравится. Все остальные отсеки и двери корабля, включая выходы, ему будут заблокированы. А ИИ "Второй пилот" проследит за тем, чтобы он не дебоширил и успокоился. И проконсультировал его по вопросам, которые могут возникнуть.

Но, кажется, убеждение на него подействовало и без этого. По крайней мере, на лице мужчины появилось больше осознанности и понимания, что его не станут убивать. По крайней мере, сейчас этот самый легионер не имел таких намерений. 
- Мне нужно идти и попытаться спасти остальных. Это медицинская капсула. Она тебе проконсультирует и может оказать первую помощь. Пользуйся. ИИ корабля тебе тоже подскажет, куда можно идти. Наружу выходить нельзя. Тебя убьет или радиация, или монстры. Все понял? Кивни. Всё остальное предоставь мне.


***

Осталось найти эту самую пещеру. Легионер выдвинулся на ту точку, на которой ранее и обнаружил мужчину, полагая, что оттуда ему будет проще найти то место, где попытались укрыться выжившие. Вид вулкана, от которого веяло магической энергией, не вселял уверенность в то, что идти в ту сторону было хорошей идеей. Но, видимо, у бедолаг просто не осталось выбора. Поэтому Сейран, расправив крылья, устремился в ту сторону, пытаясь заметить на своём пути хоть кого-то ещё. Хоть что-то ещё.

- Тише-тише. Я правда не причиню тебе вреда, - Сейран, уже без ножа, поднял руки вверх, показывая, что они пусты. - Как тебя зовут?
 - Г-г, - мужчина сглотнул, - Глорий.
Его паника уже почти прошла, всё же блондин не торопится нападать.
- Сколько вас было в пещере? В какой стороне она была? – продолжил спрашивать... как он там назвался? Какой-то солдат?
 - Д-д-десять, - Глорий сам не понимал, с чего вдруг начал заикаться, но этот солдат в белой форме почему-то внушал доверие. – Стороне... мы шли от корабля и... - фермер опять начал вспоминать, и глаза забегали, он вдруг понял, что сейчас снова накатит страх, доводящий до безумия. Зубы застучали так, что унять их стало возможно, лишь прикусив палец.
Глорий сел прямо в углу комнаты, обхватив голову свободной рукой. Он заплакал, вдруг поняв, что никогда не станет прежним беззаботным парнем.
 

В попытках возле вулкана найти что-нибудь, Сейран нашёл самое заметное, что можно найти, - потерпевший крушение корабль, дымящийся вовсю. И хоть в самом корабле ничего интересного не было, помня про пещеру, он обнаружил недалеко от корабля среди нагромождения скал небольшой проём в тёмное зловещее пространство, откуда исходил пар. Если верить безумному Глорию, остальная группа должна быть там, внутри.

- Хорошо, Глорий. Никуда не уходи с корабля. Здесь ты в безопасности. Я постараюсь привести остальных, - отвечает Сейран, прежде чем исчезнуть. Пока что ничего в пещере особенного не было. Такие пещеры были обыденностью, если только не сильный магический фон, который мог грозить самыми разными... Последствиями.

Однако, прежде чем шагнуть туда, Сейран зажег снова много света. Сильный поток буквально с яростью вытеснял тьму, заставляя её сжаться в комочки и дрожать за камнями, сколами и выступами, образованные естественной породой. Но, чем дальше мужчина уходил внутрь, тем больше замечал, как пространство начинало расширяться, своды пещеры поднимались, а натуральный камень начал замещаться обработанным. Даже какие-то узоры были под потолком и фрески.

И, пожалуй, мужчина бы даже посмотрел, что там было высечено, если бы... Не заметил в одном из проходов чей-то силуэт, мелькнувший в темноту. Похоже, человек, а это была человеческая фигура, правда, к какой расе она принадлежала, не определить, не была готова с таким ярким светом, ворвавшемся в эту обитель тьмы.

- Стойте! - сначала крикнул Сейран, пытаясь остановить мужчину, но потом вдруг тон его голоса из просящего, переживающего, перешел в решительный, угрожающий, с нажимом. - Стоять! Иначе я применю оружие!

Легионер давно не мальчик, который верил в добрых самаритян. Наоборот, этих самаритян встречается раз, примерно, в двадцать-тридцать, а иной раз - сто человек. Мужчина сразу выхватил пистолет и, благодаря своей силе и возрасту сразу догнал этого пожилого и странного человека в странной одежде. Она явно была не похожа на одежду людей с корабля. Она была какая-то... Даже, скорее, церемониальная. Такую на космических кораблях точно не носят. Простой черный балахон с капюшоном, под которым абсолютно старое, испещренное морщинами, тело. Старая кожа, покрытая лоснящимся потом - здесь было жарко.

- Стоять, - навел Сейран на него пистолет. - Кто ты такой? Отвечай мне.
- Невежливо... вот  так старому человеку тыкать. Сперва сам назовись.
- Я легионер коалиции. Центурион Сейран. Ищу здесь группу выживших в составе десяти человек, - слова старика, разумеется, заставили центуриона снизить нажим, но он пока не опускал дула пистолета. Глория что-то напугало так, что довело почти до безумия. Не эти ли... Местные жители?
- Я Виктор. Виктор, господин легионер... - поднимает он руки, показывая, что безоружен, и словно сдаваясь. - Здесь... Здесь те, кто ты ищешь. Но в этих пещерах не безопасно. Я провел их... Чтобы спрятать от беды. Но потом потерял. 

Процессия шла разномастная. Пятеро людей шли цепью - но иначе они не смогли бы: вокруг их шей от одного к другому была обвязана верёвка, а низкорослые существа следили, чтобы те не вздумали что-то с ней делать. Эти зеленокожие лопоухие твари подгоняли пленников самодельными копьями, чтобы двигались быстрее и не чудили. А самый важный из них вёл всех вперёд. Путь им освещал ручей раскалённой лавы, что тёк тут же, по дну этой бесконечной пещеры.
 Милэде, смуглой женщине лет тридцати, досталось лучшее место из пяти - она шла и не первой, которого постоянно дёргал за верёвку ведущий, и не последней, которого чуть что, а может и просто ради забавы, подстёгивали остриём копья под зад. Четвёртое место в группе позволяло ей обдумать ситуацию.
 "И зачем мы его послушали? «Я знаю, куда нам идти!» - говорил он. «Оттуда веет магией - нам точно туда!» - говорил он... Маг недоделанный! И где он теперь? Сбежал куда-то, как и половина группы! Оказался в числе трусов. Остались только те, кто растерялся или не так быстро бегал - старики да я..."
 Как ни думала она, как выйти из этой ситуации, ничего путёвого в голову не приходило. Начнёшь сопротивляться - убьют. Копья у них острые, а толпой - затычут быстро.

- Так вот, Виктор, ты мне покажешь, куда ты их провёл, - на что легионер лишь получил полукривую усмешку.
- Может, уберете своё оружие? Какую угрозу может представлять такой человек как я? - развёл руками старик, показывая, что безоружен. Но вместо этого Сейран схватил его за ворот балахона и притянул к себе, приставив дуло пистолета к нижней челюсти. Обычно, такие угрозы были ему не свойственны. Но не когда речь касалась откровенных лжецов и тварей. И почему-то он почти не сомневался в том, что старик лжет, ловко играя на белых пятнах легионера, строя из себя мирную белую овечку. Если именно он повинен в злоключениях выживших... Пощады может не ждать. Палец переключил режим заряда, заставив пистолет изнутри засветиться каким-то прохладным голубым свечением. Мужчина перевёл оружие в режим удержания. Чтобы этот человек не решил наделать глупостей или как-то попытаться убежать.

Но... Ему об этом знать совершенно не обязательно? В эту игру можно играть вдвоем!
- Знаешь... Я ведь не рассказал, - Сейран выпрямился и рывком поставил Виктора на ноги, продолжая удерживать его на прицеле. - Один из этой группы сумел вырваться и, когда он попал ко мне, он рассказал нечто интересное... 

Никакой конкретики... Ведь её, по сути, не было. Но даже информационный туман можно подать грамотно. Дозировано. Взвешено. И даже крупица такой информации может качнуть чашу весов в ту или иную сторону. Хотя сейчас со стороны легионера это было тем, что в криминальных кругах называли "брать на понт".

Однако, как ни странно, этот "понт" сработал. И у Виктора забегали глаза, понимая, что его байка про помощь страждущим в глазах легионера не стоит и ломаного архея. Он ему не только не верит, у него нет ни шанса убедить его в своих добрых намерениях. Особенно, под дулом пистолета. 

- Хорошо, хорошо... Я всё покажу, - в глазах мужчины отразилось отчаяние и плохо прикрытый страх. В глазах легионера читалось четкое "надумаешь что-то учудить - я убью тебя". А ведь пойти "не так" могло всё. И, судя по его взгляду, он не будет сомневаться в своих действиях. Это не те, что пришли сюда: растерянные, напуганные, доверчивые и глупые как голуби.

Ему ничего не оставалось, кроме как смиренно кивнуть, поднять руки и повести легионера туда, где должен будет проходить ритуал.

Двое человек пытались отдышаться, но всё никак не могли - они бежали столько, как никогда в жизни. И только здесь, при свете текущей лавы, они чувствовали себя хоть в какой-то безопасности.
 - Да, ты действительно маг, - наконец сказал молодой брюнет блондину постарше. - Откуда ты знал, куда бежать? Там ведь не видно ни зги!
 - А - да ерунда! Плохо, что остальных потеряли, - Отто не стал рассказывать, что видел в темноте то, чего остальные увидеть не могли - как эти твари разрывали Клоуфорда. Он оказался даже не самым медлительным, а просто впал в ступор, когда в слабом свете искусственного огня Отто все увидели огромного монстра с полусотней острейших зубов - прямо в нескольких сантиметрах от лица бедного Клоуфорда. Вот тогда-то все и бросились бежать, в панике забыв обо всём. Все, кроме него. Лучше не вспоминать, что с ним сделали...
 - Да, девочка была ничё так, - вспомнил брюнет симпатичную Инес, которая где-то повернула не туда.

Виктор действительно решил, что лучше показать всё  центуриону Сейрану, но неожиданно по пути они наткнулись на человеческий скелет - совсем недавно обглоданный. Даже остатки крови ещё не успели высохнуть.
 - Э... - растерялся Виктор поначалу, - этого тут не было!

Когда они натолкнулись на обглоданный труп... Сейран, привычный к такому зрелищу, не сильно был удивлен, и уж точно - не шокирован. А вот со слов своего "спутника" лишь усмехнулся нехорошо.
- Разумеется, - ткнул он его пистолетом под спину. - Ещё скажи, что ты не знал, что здесь живут монстры.

Давая понять, что про монстров ему уже рассказали, и чтобы он больше не ломал здесь комедию, легионер подтолкнул его вперёд. Информация всегда имеет свою цену. А вовремя и, главное, правильно сказанное слово, имеет несоизмеримо высокую цену. 
- Будешь продолжать юлить - станешь таким же, как он, - кажется, Сейран был очень зол и не собирался ни на секунду ослаблять прессинга, с которого и начал. Нельзя сказать, что он не такой. Но в целом мужчина был куда добрее. Однако работа оперативником, логика, чуйка и нюх в подобного рода ситуациях не вызывали никакой другой реакции, кроме этой. - Двигай давай!

Легионер, разумеется, мог остановиться, чтобы получше рассмотреть труп человека и попытаться оценить уровень монстра, его познания в монстрологии давали ему возможность неплохо ориентироваться в этой сфере. Но люди впереди не могут ждать. И поэтому он придал ускорение старику, чтобы быстрее перебирал ногами.

И чем дальше они заходили, тем больше начинал чувствоваться нестерпимый жар. Значит, церемониальный зал, по которому текла лава, оставался совсем недалеко.
- А вот теперь мы здесь остановимся. Не вздумай позвать на помощь, - Сейран достал специальные научники-блокираторы магии, и прицепил мужика за руку к одному каменному столбу. - За то, что ты провёл меня и оказал содействие, пусть и вынужденное, я сохраню тебе жизнь. Но если будешь орать и привлечёшь внимание... Я имею руководство, живым тебя не брать. Надеюсь, ты меня понял?

Дав понять, что не стоит привлекать внимание остальных: монстров или своих дружков, или ещё кого - кто знает, сколько и кто там собрался; центурион перевёл режим пистолета не просто в боевой режим, а режим стрельбы разрывными уничтожающими зарядами, он, приготовившись к возможному огню, который мог открыть на поражение, стал медленно и тихо продвигаться в сторону места, где и проводили церемонию.

Анна дошла до места, где текла лава. Здесь подувядшие следы аур расходились: маг и полгруппы уходили обратно, судя по разбросанным камням, в спешке. Полгруппы обычных людей и какие-то мелкие твари - вдоль по горящему ручью вниз.
Если следовать за магом, как и раньше, - это легче, потому как аура мага хорошо читается, а значит след не будет потерян. Но с ним, похоже, осталось только четверо. Пятерых же передали мелким. Непонятно, по согласованию - или здесь была потасовка: каменный пол не очень-то хотел говорить, что здесь произошло в подробностях, а давность произошедшего позволяла молчать эмоциональным остаткам аур группы. Поэтому Анна просто села на прогретый текущим ручьём рядом пол и сконцентрировалась. Кроме оценки, какая часть группы для неё ценнее, ей надо было дотошней допросить остатки аур - может быть, удастся узнать, опасны ли те мелкие существа. Ещё где-то недалеко, может быть, в метрах тридцати за стеной располагалось место силы, и уже здесь можно от него подпитаться. Само оно, даже если доступно, может охраняться такими монстрами, что риск того не стоит, а здесь - вполне безопасно.
Во всяком случае, девочка так думала, но вот Светлячок - вдруг беспокойно заюлил над её плечом в воздухе, чувствуя приближение человека, но Анна уже отключилась от внешнего мира, безмятежно впитывая силу от близкого источника.
Светловолосый человек с пистолетом заглянул в пещеру из коридора, увидев ручей текущей лавы, сидящую девочку лет десяти с каштановыми волосами в белом платье и висящий над нею магический огонёк освещения, который здесь уже и не был нужен, но она забыла его отключить.

Хоть Сейран формально и числился магом, к ней он имел весьма слабое отношение. Он умел хорошо телепортироваться и совершать рывки разной скорости и длины. Умел управлять светом - это наследственная способность его королевского рода и ставить щиты - базовая вещь, обеспечивающая выживание в бою. На этом его таланты и познания, кроме самых базовых бытовых заканчивались. Бывший принц был воином, политиком и дипломатом, пилотом. Магические же науки его не привлекали и не увлекали, поэтому в своих изысканиях он полагался на совершенно другие свои таланты и навыки.

Помещение выглядело темным и освещалось лишь текущей лавой, придающей помещению багровые отсветы. Здесь было жарко. Очень, очень жарко. Но при этом темно. Однако в этой темноте под светом небольшого люмуса сидела девочка. 

Этого ещё не хватало.

- Эй! Девочка! - окрикнул её легионер, опуская оружие и заставляя обернуться на свой голос. - Как тебя зовут?

Вот теперь, когда он привлек к себе внимание, мужчина показал жестом на себя.
- Я Сейран. Центурион Коалиции Рас. Я прибыл сюда на сигнал бедствия и ищу всех, кто попал сюда или пропал без вести. Идём со мной, я отведу тебя в безопасное место.  Потому что здесь точно не безопасно.

Откуда девочка взялась здесь, в этом месте? На корабле, который совершал перелёт, должны быть лишь только рабочие? Может, это чья-то дочь одних из тех, кто прибыл?
- Где твои родители? - задает он следующий весьма очевидный вопрос. - Ты знаешь, где их искать?

Разумеется, центуриону можно было не поверить, учитывая, сколько проходимцев до него могли тоже прикрыться благими намерениями. Но его форма легионера была слишком характерной, чтобы действительно кто-то мог случайно достать её в этом месте. Оставалось надеяться, что он своими словами не вспугнёт её также как Глория. И она не решит от него убежать. По крайней мере, мужчина не совершил ни одного шага и ни одного резкого движения в её сторону, показывая, что не представляет угрозы. 

И только Анна решила, что надо идти за магом - он вероятней кого бы то ни было ответит на большинство её вопросов, как откуда-то из глубин донеслось:
- Эй! Девочка!
Что это?
- Как тебя зовут? - тот же голос. Да это же не из глубин - это она в глубине. Надо выходить из транса.
Центурион Сейран заявил, что здесь не безопасно - и уж он-то точно сможет отвести её в безопасное место.
- Где твои родители? Ты знаешь, где их искать? - эти вопросы ей довольно часто задают взрослые, и все получают одинаковые ответы.
- Я Анна. Родители далеко. Я постоянно их ищу, - тихо ответила девочка. Она безэмоционально смотрела на "спасителя", но при этом хотя бы встала. Огонёк над ней весело кружил против часовой, ощущая положительные эмоции солдата, отчего даже пританцовывал, нарушая ровность кругов.
«Светлячок, успокойся», - подала Анна сигнал другу, и тот тут же застыл на месте.
Но непонятный союзник - всё же лучше, чем никакой. Тем более, группа разделилась, а вдвоём они смогут больше, чем она одна.
- Ищете всех? - решила уточнить девочка. - Пятеро пошли туда, - она показала пальцем в проход, откуда только что вышел Сейран, - пятеро - туда, - показала дальше по течению ручейка лавы. - Точнее их повели. Какие-то мелкие существа. Я пойду за пятёркой в темноту. Меня интересует один из них. Не знала, что они успели послать сигнал бедствия. Я очнулась в капсуле. С тех пор иду по их следу. А безопасных мест здесь нет. Даже это - не безопасное, раз отсюда уводят людей какие-то карлики непонятно куда.

Ответ девочки смутил Сейрана... Потому что он не понял, что значит это "далеко".
- Хорошо, Аня. Я не понимаю, говори лучше прямо: они потерялись здесь, на планетоиде, или где-то в другом месте? - отсутствие конкретики нужно было в срочном порядке разрешить, иначе без ответов на свои вопросы, мужчина не сможет продвинуться дальше.
- Да, - кивнул он на вопрос о том, всех ли он ищет. - Мой корабль получил сигнал от транспортника, что направлялся к этому планетоиду, но, когда я прибыл на место, корабль уже вошёл в атмосферу и разбился. Одного мужчину, Глория, я уже нашёл и поместил в безопасное место, защищенное от радиации и монстров.  Сколько всего было людей на корабле до того, как он потерпел крушение?

Пока не сходилось число пострадавших. Точнее, сходилось. Если учесть, что Глорий - тот, который успел уйти со второй группой, вырваться и сбежать. Но наличие девочки делало это число большим. Одиннадцать, включая её саму. Или кто-то что-то не договаривал?

- Давай так. Я отведу тебя на свой корабль, он экранирован от излучения, а также имеет продвинутую систему защиты. А дальше уже сам продолжу поиски? - мужчина выслушал предположение девочки о том, что она хочет за кем-то идти, но в спасательных протоколах нельзя заниматься спасением гражданских и позволять им гулять там, где вздумается. Особенно в местах с повышенной опасность и риском погибнуть. - Не переживай, я разберусь. Идёт?

Сейран попытался улыбнуться, хотя улыбка в этих обстоятельствах вышла весьма напряженной. Возможность телепортации в этой пещере была сильно ограничена. Чтобы её телепортировать, её нужно вывести наружу. А значит, опять потратить время, которого и так не было. Надо было найти обе группы, а, как известно, за двумя зайцами погонишься - ни одного не поймаешь. Ещё главное, чтобы девочка не напугалась и не начала капризничать. В общем, работы предстояло много. А время, время, как всегда, было ограничено.

- Родители потерялись давно и не здесь, - поморщилась Анна непонятливости спасателя. - На корабле было много людей. Точнее знает экипаж. На корабль мне идти ещё рано - я не получила все ответы. Так что идите спасать, кого Вам там надо, а я пойду, - она усилила свой защитный кокон, чтобы солдат не смог её ухватить за руку, если захочет остановить, и пошла мимо него в тот проход, из которого он сам вышел.
За проходом был зал, в котором за то время, пока она просидела в трансе, появилось новое - старик в церемониальном балахоне в наручниках-блокираторах магии. А ещё она смогла идентифицировать свежий скелет человека, лежащий возле стены, на который она в прошлый раз совсем не обратила внимание, - одна из пяти аур людей, бежавших в компании вместе с магом, оборвалась здесь.
Девочка, увидев старика, нахмурилась.
"Да ведь это - недостающее звено!" - поняла Анна.
 - Ты кто такой? Почему подтёр свою ауру? Тебе есть что скрывать? – секундное молчание. – Ты их куда-то вёл! – догадалась она по лицу допрашиваемого. – А довёл – подтёр ауру и сбежал! О чём ты договорился с карликами?
 - Хватит! – в панике закричал Виктор, прикрываясь руками от ведьмы. – Я же тебе ничего не сказал! Как ты всё узнала?
 - Ты привёл пятерых к тем карликам. Говори! Что они тебе обещали? – Анна зажгла в своей ладони огонь не меньше тридцати сантиметров в высоту, приблизив руку с лицом к допрашивемому.
 - Не-ет!
 - Я вижу на тебе противомагические кандалы. Но мне-то ничего не мешает делать с тобой всё что угодно... Хочешь, я подпалю тебе пятки, чтобы ты всё рассказал?
 - Я расскажу! Я не знаю никаких пятерых!
Анна почувствовала неуверенность в своей правоте и прицепилась к его поправке:
 - Сколько их было?
 - Десять! Я вёл десятерых! – Виктор до ужаса боялся злую ведьму, мучившую его угрозами, казалось, сильнее, чем была бы сама пытка. К тому же, она водила своей огненной рукой вдоль его тела, и жар пламени ощущался, как никогда ранее.
- Дальше!
 - Я встретил их возле входа в пещеру, уже внутри. Их вёл какой-то слабенький маг.
- К кому ты их вёл?
В зал пещеры вошёл Сейран.
 - Гоблины! Это обычные гоблины! - крикнул старик в ответ.
 - Гоблины? Хм-м-м... - задумалась она на секунду. - Что они тебе пообещали?
 - Ничего! Еду, воду, кое-какое серебро, - поправился Виктор, когда после первого ответа его ногу опалило огнём. – Я женат! Мне надо кормить семью! У меня двое детей... Пожалейте...
- А ведь он врёт про детей, - спокойно и даже как-то отрешённо сказала Анна Сейрану, поняв по глазам жулика, когда он соврал. – Ты совершенно не умеешь врать – и всё равно врёшь, так зачем это делаешь? Может, тебе нравится боль от огня? – перешла она снова на угрожающий громкий шёпот. – Скольких людей ты уже так передал гоблинам?
 - М... м-м-мало? – как-то неуверенно ответил Виктор.
По пещере разлетелся дикий ор, переходящий в визг. Похоже, Виктору всё-таки не нравилась боль.
 - Ты забыл, что не умеешь врать?
 - С-сотня, н-больше сотни, - быстро поправился предатель собственной расы, как только пламя приблизилось.
 - Всё, - сказала Анна Сейрану спокойно, потушив огонь в ладони, - теперь его можно добить. А ещё лучше – оставить здесь, учитывая вон тот свежий скелетик. Скоро их здесь станет два.

(офф: так как мне не дали прервать эти "милые" занятия, которые я бы обязательно прервал, сделаем вид, что я куда-то отошёл)


- И какие ответы ты намереваешься здесь получить? - строго спросил Сейран. Он вообще не любил, когда с ним спорили и перечили ему. Причем, с таким видом, словно ничего за это не будет. Разумеется, он ничего плохого не сделает ребёнку. Но это не значит, что он не может применить иные меры, которые никак не повредят её здоровью. А ещё прочитает лекцию или нравоучение, что для младых умов - та ещё разновидность пытки.

Разумеется, он пошёл за ней. Но отправился не сразу. Туда, откуда он пришёл, он ещё вернётся. Сейчас его интересовало то, куда, по словам девочки, увели вторую часть группы. Он прибавил себе света, потому что света здесь было категорически мало, а сейчас его интересовало то, что можно было найти. Не сказать, чтобы зацепка была серьёзной. Но в затоптанном мусоре он сумел рассмотреть небольшое драгоценное украшение - сережку с каким-то белым камнем. На брильянт не похоже. Скорее, обычный фианит или подобная разновидность. Да, Сейран в силу своего происхождения разбирался в этих нюансах, хотя специалистом не был. Он подобрал эту сережку. Серьги - всегда парный аксессуар. Поэтому они точно не перепутают, если найдут останки...

Хотя хотелось бы, найти ещё живых.

В этот момент Сейрана привлек крик. Душераздирающий крик мужчины. И он поспешил обратно, вскоре застав сцену: милая девочка Аня пытала пламенем того старика.
- Гоблины! Это обычные гоблины! - застал он их разговор в этом моменте. А Анна так деловито показывала ему, что добыла столь ценную добычу.
- Хватит! - прервал её "веселье" легионер, ни разу не одобрявший методы пыток. Не потому, что он был белоручкой и боялся замарать руки в крови. Нет. Ему доводилось отправлять людей на пытки ещё в свою бытность принцем Элиотом. И он вполне без прекрас знал, что такое - спускать живьём шкуры с людей в пыточных застенках. И вот как раз равно на этом основании он знал, что пытки - это не то, что нужно применять к людям, чтобы выудить из них информацию. Тем более, ребёнку, которая возомнила себя взрослой. Были иные методы получения информации. И если бы уж надо было опуститься именно до этого варианта, то Сейран бы сделал это не на глазах Ани. - Я и так знал, что он врёт. Что ты здесь устроила?! Кто тебя вообще научил пытать людей?!

Разумеется, она могла ему возразить, что это на пользу дела. Но Сейран парировал категоричным: "И чем ты теперь стала лучше местных обитателей? Забыла, что убивая дракона, сам становишься драконом? Ещё одна такая выходка, и я тебя запечатаю и телепортирую на корабль, где ты будешь сидеть до моего возвращения. А ты..."

Теперь он обратился к замученному деду. 
- Теперь с тобой. Можешь умолять кого хочешь, но ты останешься здесь до тех пор, пока я не найду всех участников. Если к моему возвращению ты будешь жив - твоё счастье. Но я передам тебя властям. Будешь доживать свои остатки в тюрьме и не факт, что с комфортом. Если нет... То разделишь судьбу того бедолаги.

- Идём за той группой, которую увели гоблины. Я нашёл женскую сережку, - говорит Сейран, показывая Ане находку. Очень хотелось надеяться, что инцидент с ней исчерпан, и она поймет, что с легионером не надо спорить. Он непримирим в своих подходах. Но если она не будет ему перечить, то у них есть шанс сработаться.

Несмотря на идеально проведённый допрос, с получением честных ответов, между прочим, Сейран явно оказался высокоморальным белоручкой: накричал на Анну, однако при этом сравнив с уважаемым всеми магическим животным – драконом, и пригрозил «запечатать», чего бы это ни значило. Вторая его угроза – телепорт – всё равно так как надо не сработает под землёй, это было очевидно по странному течению магической силы в этих пещерах. Так что угрожает он – явно для острастки.
Разумная девочка во время воспитательной речи только послушно молчала и делала вид, что она вообще тут не при делах и оказалась тут совершенно случайно. Даже глазки потупила, виновато устремив взор в пол, где при свете Светлячка разглядывала муравья, деловито нёсшего вкусную крошку в родной муравейник.
- Идём за той группой, которую увели гоблины, - решил вдруг легионер.
«Правильно! Оба пойдём за теми, кого явно не собираются убивать, потому что повели живыми, - а остальные полгруппы пусть умирают от каких-то людоедов, как вот этот вот, от которого остался только скелетик. Идеальное решение!»
Но Анна посчитала, что прямо сейчас высказывать всё это не имеет смысла, так как строгий солдат явно считает её провинившейся (в чём?) и потому не станет слушать разумных доводов. Надо его исподволь навести на эту мысль, чтобы он считал, что сам к ней пришёл. Чуть позже, когда остынет.
Они шли вдоль огненного ручья под уклон, Анна глазела по сторонам, как в музее, но благодаря привычному уверенному шагу не отставала от длинноногого легионера.
Так они минули несколько развилок, но след аур похищенных и гоблинов шёл строго по ручью лавы.
- А что будет с теми пятью, – ой, четырьмя, один же из них теперь скелет – которые побежали от гоблинов назад? – невинным голоском спросила девочка. – Они могли просто заблудиться в темноте – их-то найти, наверно, проще, чем...
- Где-то здесь место магической силы, - почуяла Анна. Это ощущение уже стало более знакомым, чем родной дом. - Забавно, я думала, оно не совсем тут. Как будто переместилось...
Здесь проход делал заметный поворот, из-за которого к ним выполз громадный глаз, опутанный мясными щупальцами.
- Оп-па, - озадаченно произнесла Анна. – Так это не место силы, а просто могучий монстр! Пошли другим путём, пока он не заметил, - девочка развернулась, чтобы побыстрее уйти, но было уже поздно.
Монстр их не только заметил, он понял, что надо защищать территорию. Он сконцентрировался и обдал путников таким ярким первородным светом, что ослепил бы любого, а обитателя подземелий, не видящего Архея, – уж тем более. Анну спасло то, что она уже стояла спиной, к тому же зажмурила глаза. А вот Сейрану – как будто наплевать.
После первой вспышки Глаз ещё раз напрягся и выдал луч света ещё ослепительней прежнего. Но окончилось тем же. Сейран просто купался в нём.
- Источник силы внутри монстра. Любопытно, - раздумывала Анна вслух. – Не хочешь себе такой трофей? С ним станешь намного сильнее!
Третья вспышка получилась хуже первой, и монстр, разочарованно гульпнув, стал ждать, что предпримут враги. Показывать им спину – это самоубийство. А его проверенное не раз оружие вдруг внезапно дало осечку.
- У тебя есть солнцезащитные очки? А то я чуть не повернулась к нему лицом – он едва не поймал меня, - пожаловалась девочка. – Ну что, вырежем ему такой полезный артефакт? Любой маг будет безумно счастлив получить его.

- Тогда уж, тремя. Один уже у меня на корабле, он сумел выбраться, - ответил Сейран. - Шансы, что погибнет та или вторая группа - пятьдесят на пятьдесят. Не уверен, что гоблины будут милосердны к своим жертвам. Среди них могут быть распространены жертвоприношения. Я бы хотел помочь всем... Но в данном случае раздвоиться не могу. Остается надеяться, что они смогут продержаться до моего прихода или как Глорий - выбраться самостоятельно. Тем более, что по пути сюда я не встретил чудовищ.

Сейран не любил выбирать "меньшее из зол". И никогда не руководствовался циничным принципом прагматизма "лучше спасти пятерых, чем троих". Спасать надо всех, пока есть такая возможность.
- А они могут увести их так далеко вглубь горы, что мы потом их уже никогда не найдем. Поэтому сперва они.
Увы, бывают ситуации, в которых нет правильных или неправильных вариантов. Но самое худшее решение, которое может принять командир - это не плохое решение, это, как раз-таки, нерешительность, которая заставит лишь потерять время, ресурсы и из плохой ситуации лишь выйти на ещё более худшую.

Монстр, на которого они наткнулись, назывался "Злобоглаз". По крайней мере, он относился к этому семейству, согласно монстрологии. Не весть какие физические хищники, не стойкие, если знать их слабое место и суметь его поразить. Не обладали крепкими когтями, быстрыми лапами, рогами и хвостами, зато они обладали самым огромным спектром магических способностей, которые и делали их смертоносными. К тому же, имели сильный иммунитет к магическим атакам. Центурион тут же накинул на свою спутницу щит, а себя укрыл следом.

Теперь понятно, откуда такой сильный магический всплеск. Почему-то монстр решил, что ослепить их светом - будет самое эффективное. Да, для тех, у кого глаза привыкают к темноте - временное ослепление - замешательство и потеря времени, за которое с ними могут расправиться. Но Сейран, сам управлявший светом, был невосприимчив к этой способности как раз именно поэтому. А вот за Аню он такого сказать не мог, поэтому помимо щита накинул на неё купол, защищавший бы её от сильного проникновения света: он пропускал достаточно, чтобы она видела, но недостаточно, чтобы сжечь её сетчатку глаза. Примерно как маска сварщика.

- Не о том думаешь! - ответил строго ей легионер, давая понять, чтобы она сейчас не об артефакте думала, который можно с него вытащить, а о том, как защититься и выжить. Никто не делит шкуру неубитого медведя. - Бери пистолет. Они крайне устойчивы к магии. Твоя задача - стрелять ему в глаз по моей команде. Всё остальное - предоставь мне. 

Сам же Сейран воплотил меч, приготовившись к физическому противостоянию. Однако и злобоглаз окружил себя тонким, едва заметным магическим щитом. Увы, если их спектр сил равный, то магические атаки светом не смогут нанести ему урона. Да к тому же, даже если бы и могли, сила от них не столь велика будет, как от простой физической атаки. Этим-то и брали злобоглазы.

Сейран тут же ринулся навстречу монстру, рубанув его мечом. Но два точных и сильных выпада налетели лишь на магическую стену, так и не достигнув цели. Впрочем, никто не говорил, что будет просто. Это будет совсем не просто.

Злобоглаз: здоровье - 18/1 (при попадании в глаз, нужно поразить 1 раз), модификатор защиты 26. При пробитии щита появляется возможность нанести урон. Модификатор атаки: 23.

Щит на Ане: 30. 

 - Бери пистолет, - решил легионер. - Они крайне устойчивы к магии. Твоя задача - стрелять ему в глаз по моей команде.
«Он мне доверил пистолет!» - Анна сняла его с предохранителя, передёрнула затвор, поставила ноги пошире для устойчивости – отдача при её весе будет мощной – и взяла оружие двумя руками, навела его на монстра, положив палец на спусковой крючок. Осталось дождаться команды – видимо, от этого что-то зависит.
Вместо того чтобы воплотить себе какую-нибудь базуку, Сейран сделал себе меч – ох уж эти мужчины, только дай им возможность повыделываться! Он рубанул монстра мечом два раза, но тот был не дурак – поставил магическую стену.
Теперь стало ясно, зачем нужна команда: стрелять нужно ровно тогда, когда рухнет защита монстра. Только вот наш воин её пробить не смог.
Что плохо для глаза? Да любое физическое воздействие! Продолжая держать на прицеле монстра правой рукой, Анна провела левой ладонью вверх – под монстром выросли сталагмиты (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=18336).
 - Иургх! – заорал глаз от боли, и его едва заметная световая защита моргнула.
Он было поднялся чуть выше над землёй, снимая себя с земляных шипов, но магичка подняла ладонь ещё – и шипы подросли, протыкая монстра всё больше. Защита твари опять моргнула и пропала совсем – непросто поддерживать заклинание, будучи израненным, а уж когда тебя нашампуривают всё больше, вгоняя оружие сантиметр за сантиметром – тем более.

А девчонка казалась не по годам смышленой. Вместо того, чтобы попытаться атаковать монстра магией, она использовала её, но лишь для того, чтобы ткнуть монстру в глаз шипами-сталагмитами. Увы, такая атака не могла пробить его защиту, однако доставляла определенный дискомфорт.

И тогда Злобоглаз обратился в её сторону. И вокруг Ани завертелся воздух, поднялась пыль и грязь, стягиваясь в одно кольцо. Искажение гравитации, которое должно было буквально перемолотить её как в огромном блендере, обрушилось на неё шаром, поглотив в самый эпицентр. Однако щит, наложенный Сейраном ранее, выдержал эту атаку. И не смотря на то, что в неё швыряло притяжением всё, что могло быть поднято - камни летели как пули, давление норовило сдавить как сдавливает консервную банку давление толщи воды, щит сумел выдержать такое давление, хотя изначально просел по своей защите. Впрочем, не причинив девочке никакого вреда.

- На меня! Смотри на меня! - перед его большим глазом мельтешил Сейран, отвлекая его внимание от Анны. И легионеру это удалось. И теперь уже на центуриона обрушилось две подобных атаки - искажений гравитации. Благо, что  теперь он использовал выращенные Анней сталагмиты для маневра и ушёл от его двух направленных атак, обрушив на монстра свою.

И в этот момент щит под тяжелым ударом меча едва натужно треснул.

- ОГОНЬ! - крикнул он девочке, пока Злобоглаз открылся. То, что он восстановит свой щит очень быстро - это как пить дать. Но сейчас у них появилось мгновенье, за которое они смогли бы успеть. Пистолет уже был переведён в режим уничтожения. И в момент, когда грохнул выстрел, вылетела заряженная пуля с разрывным эффектом. Всё, как Аня и хотела - взорвать Злобоглаза.

Этот выстрел буквально разорвал его изнутри, после того, как пробил глаз.
Чудовище накренилось, после чего осело на пол и упало лицом, или то, что было похоже на морду, вперёд. Под ним разлилась лужа крови.

- Если хочешь, можешь попытаться извлечь из него глазной нерв, - сказал Сейран, осматриваясь. Ведь именно глазной нерв злобоглазов составлял ту важную часть, из которой делали артефакт. - Но я бы не стал. Злобоглазы всегда живут колониями. Если мы не хотим нарваться на их клан, нам лучше идти дальше и не задерживаться здесь.

- Если я тебя спрошу: почему ты такая не по годам умная и смышлёная, ты мне ответишь? - спросил ей Сейран, впрочем, решив не допытываться. Захочет - расскажет. Нет - так нет. Но эти слова она может расценить в свой адрес как комплимент с его стороны.

Вернув пистолет хозяину, девочка присела над тушей монстра.
- Если хочешь, можешь попытаться извлечь из него глазной нерв, - разрешил легионер.
«Что значит «если хочешь»? Свой собственный источник магической силы! Шутить он вздумал. Уж с таким-то я...»
Не имея нормального инструмента для разделки туши, Анна увеличила один из своих аккуратно подстриженных ногтей до полноценного стального пинцета и полезла под слой кожи, убирая в сторону мозги и целые слои мышц, которых в головах других существ значительно меньше. Впрочем, здесь и не голова – а целое тело в ней.
Измазанная по локти в крови, но довольная как слон после купания девочка баюкала на руках Глазной нерв, забыв про всё на свете.
- Нам лучше идти дальше и не задерживаться здесь, - напомнил Сейран, итак недовольный долгой остановкой.
- Да, конечно, пошли, - кажется, теперь, когда мечта её сбылась, Анне уже ничего больше и не надо.
Они двинулись в путь дальше по лавовому ручью.

Сейран было хотел ей предложить ножик, но девочка так была увлечена своей добычей, что сама справилась, переоборудовав под нож свой ноготь. Честно? Легионеру было всё равно до этих артефактов и реликтовых штук, которые так манили любителей наживы и приключений. Наверное, виной тому было простое объяснение: тот, кто рожден с платиновой ложкой во рту, инкрустированной бриллиантами на кончике, не удивляется каким-то таким вот штукам. А ещё они устраивали каждый год королевские охоты на разного рода таких вот чудищ. Для него это слишком обыденное зрелище. Равно, Как не имел потребности потом загонять всё это добро перекупам. Но видя её детский, почти щенячий восторг своему новому приобретению, мужчина не стал мешать. Лишь наблюдал за тем, чтобы сюда не стеклись ещё злобоглазы.

- Хм... Я бы дал тебе тридцать лет, - честно и совершенно искренне ответил Сейран, понимая. - Плюс-минус пару лет. 
На самом деле тут скорее играл фактор большого общения с людьми, нежели проницательность легионера. Хотя с расами долгожителями угадывать по внешности и возрасту - все равно, что тыкать пальцем в небо. Но число "тридцать" - по хьюманским меркам, возраст зрелости. Уже совсем далеко не детства. Он хотел бы ещё послушать её историю плутания по планетам, но тут их прервали.

- Мы пришли спасать наших, а не устраивать геноцид, - сказал он, набрасывая на них невидимость. И дальше уже перешёл на шепот, прижимая её за плечо к себе поближе, чтобы не убегала, и он сам чувствовал, где она находится.  - Постараемся услышать, что они говорят, и узнать что-нибудь о наших пострадавших. И, если ничего, то пройти мимо. 

Он прижал их к стене в пещере, держа её обеими руками, перекрестив ладони на уровне запястий у неё на груди. Легионер редко прибегал к невидимости и тактике скрытия. И всё же в некоторых моментах, таких как этот, она была просто жизненно необходима.

И, каким бы враждебным не был местный народ, Сейран искал лишь тех, кто причастен к преступлениям. Нападать и уничтожать без суда и следствия - не его метод. Метод уничтожить работал лишь с отъявленными негодяями, вина которых не доказана - утверждена. И на которых у него получена ориентировка "если невозможно взять живым - устранить".

(офф: это потом я для чистоты эксперимента залез в профиль и увидел, что ей почти 40 х)))

Легионер так прижался к стене пещеры, будто пытался слиться с ней воедино. Ещё и Анну с собой прихватил. Девочка нахмурилась.
 - Тебя кто-нибудь учил скрываться на местности? – поинтересовалась она для проформы.
Раз уж он уже наложил заклинание на себя – ей теперь осталось позаботиться о себе. Ползти вдоль стеночки, притворяясь ветошью, Анну не прельщало нисколько.
Маленькую девочку никто не воспринимает всерьёз – а потому ей дают задания с нормальной оплатой лишь после магической проверки настоящего возраста, если вообще доходит до этого этапа. Так что гораздо проще прокормить себя воровством, а в этом ремесле скрытность – первое, что нужно для успеха.
Анна изменила (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=18419) цвет платья и сама стала цвета окружающей земли – так что её стало лишь немного заметно, когда она двигается. А если не двигаться – то фокус и вовсе теряется. Так можно прислоняться к стене или ложиться на землю лишь в крайних случаях, а в остальном - спокойно ходить или перебегать от укрытия к укрытию.
Девочка заглянула за поворот развилки - при слабом освещении шахтёры дробили пустую руду. Надзирателей даже и не видно. Впереди, в основном проходе, тоже. Здесь он вместе с ручьём лавы плавно делал поворот, как было уже не раз. Но звуки добычи доносятся не только из развилки, здесь они слышны отовсюду.
«Пустить бы разведчика - но магическую тварь могут скорее заметить, чем замаскированного мага. Это, конечно, зависит от того, есть ли у них какой-никакой колдун или нет.»

То, что Анна не ответила на его предположения о её возрасте, означало только две вещи: он или угадал, или она просто не захотела об этом говорить, потому что он затронул какую-то неприятную тему. А потому легионер не продолжил эту тему. Подумав, что добытчики сейчас придут сюда, Сейран ошибся. Нет, судя по всему, не придут. И его меры предосторожности... Нет, не оказались лишними. Предосторожность никогда не бывает лишней, как бы Ане не хотелось с ним поспорить.

"Говори тише, если скрываешься, а ещё лучше - перейти на мыслесвязь," - их разговор могли услышать. И этого ещё не хватало. Разумеется, Сейран не обладал навыками скрытностями, но, если не бренчать и не громыхать, были все шансы пройти мимо добытчиков незамеченными. А на "мелкую", нет, не по возрасту, а потому что она реально была маленькой, легионер наложил пространственный маячок, чтобы не потерять её в этой заварухе. И только после этого отправился, чтобы посмотреть на добытчиков.

Увиденное заставило Сейрана изрядно удивиться. Почему-то он ожидал увидеть здесь гоблинов или ещё какой-то другой подгорный народец, добывавший ресурсы горы. Но никак не.. людей? Похоже, вот зачем тот дед провожал сюда выживших - он продавал их в рабство.

Ну, и тяжкий же грех на сердце ты взял, старикан...

"Надо их всех освободить. Однако сейчас прерывать их работы опасно. Я не могу их отправить без сопровождения обратно. Там ещё остались злобоглазы и ещё не пойми какая дрянь. Надо найти их надзирателей".

И как это сделать, не выходя из своего режима скрытности? На ум пришла одна хитрость. Центурион достал из кармана сережку - ту самую, что уже нашёл ранее. И, подойдя недалеко к одному из рабочих со спины, бросил её на каменистый пол. И громком крикнул.

- Золото? Это золото?!

Мужской голос из темноты не известно кому мог принадлежать. Вряд ли надзиратели знали всех своих пленных по голосам. И вряд ли они заинтересованы, чтобы что-то драгоценное осело в руках каторжников. Теперь рабочий, который якобы его сейчас "найдет" вряд ли будет поднимать и прятать его подальше. Он дождется, когда его заберут. Мужчина с киркой, за спиной которого и грянул голос обернулся и, никого не увидев, глянул себе под ноги, действительно найдя там украшение. Но так и не поняв, кто это крикнул.  Однако поднимать украшение побоялся. Сейчас ведь прибегут надзиратели.

"Говори тише, если скрываешься, а ещё лучше - перейти на мыслесвязь", - услышала Анна у себя в голове. «Ого, а он неплохой маг, раз умеет такое. Значит до этого – притворялся?»
Сейран тоже заглянул за угол, посмотрел на шахтёров. "Надо их всех освободить. Однако сейчас прерывать их работы опасно. Я не могу их отправить без сопровождения обратно. Там ещё остались злобоглазы и ещё не пойми какая дрянь. Надо найти их надзирателей."
«Да, злобоглазы не объедают людей до скелета», - сейчас, когда произносить слова стало необязательно, девочка могла вкидывать в мыслесвязь свои обычные мысли, а уж в мыслях она – та ещё болтушка.
Легионер что-то им подкинул и закричал:
- Золото? Это золото?!
Неизвестно, чего он ожидал от каторжников, но небритый шахтёр с обвисшей кожей, обнаруживший у себя под ногами серёжку, тут же отправил её в рот.
- Ты чего кричишь? – начали окружать его соседи.
- Да показалось, извините, - быстро нашёлся тот.
- Тише ты, а то накажут, - велел старший шахтёр и пошёл обратно махать киркой – у него была хоть какая-то надежда на жилу, в отличие от остальных.
На крики действительно пришли гоблины – аж пять штук. Низкорослые, зеленокожие и почти все лысые.
- Ты говорить? Кто разрешить? – угрожающе начал единственный волосатый из этой пятёрки. Остальные только стояли вокруг него с каменными копьями в руках и зыркали по сторонам.
 - Я? – искренне удивился шахтёр, хранящий серёжку за щекой. – Это не я! Я машу киркой. Это где-то в той стороне! – он махнул рукой в один из ходов, где работало не меньше пяти шахтёров.
- Я тебя больно наказать, если ты врать! – заявил старший гоблин.

"Зачем ты её взял?!" - подумал Сейран, но заставить его выплюнуть уже не смог бы. Ему нужно было лишь выманить их надзирателей, посмотреть, куда они вернутся и что начнут делать. И они, к слову, таки выманились. Однако ложное срабатывание сейчас лишь приведёт к возможному конфликту.

- Но я не...
- Ты врать! - старший гоблин достал плетку-скорпион - той, которой обычно ещё шкуру сдирают. - Ты будешь наказать!
А легионер так надеялся, что байка всё же прокатит... Но то ли действительно - он был смекалист, то ли просто нужно было выместить злобу за то, что их заставили идти вглубь, но как только старший достал плетку и приготовился к наказанию, как всех пятерых накрыло сияющей магической полусферой.

"Ты можешь заблокировать звук в округе, чтобы никто не слышал, как они будут кричать?" - спросил он у Ани. Если нет, то просто отрежет их своей пространственной магией. Только резерва тратить на них не хотелось совершенно. После чего он вышел из своего состояния невидимости и достал меч. Нет, не потому, что он собирался устроить им пыточную, подобно тому, что сделала Анна. Но разговаривать он будет с ними жестко. 

- Легионер Коалиции Рас, Сейран. Вы обвиняетесь в похищении и насильственном удержании людей, применение пыток и убийствах, - последнее он добавил от себя, блефуя. Очевидных доказательств кроме тех, что он уже представил, не было. Однако, видя обращение, не факт, что они не забили насмерть парочку, а может и больше, рабочих. - В ваших же интересах не сопротивляться, иначе вы будете уничтожены. А затем досконально изложить мне: где, сколько и как вы набирали людей, где содержали, и куда увели группу новеньких. Я хоть и не тороплюсь, но, желательно, побыстрее. Я пришёл освободить узников. Всех до единого.

- Ну так вот. Я слушаю, начинайте, - с требованием он обратился к гоблинам.

"Ты можешь заблокировать звук в округе, чтобы никто не слышал, как они будут кричать?" – спросил воин.
- Никогда не делала, но попробую... - стоило легионеру подойти ближе к группе гоблинов, Анна возвела вокруг них сферу (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=18501). По образу функционирования это похоже на защитную – но не пропускать она должна звуковые волны. И, естественно, невидимая.
Он что-то говорил, обращался, похоже, ещё и к шахтёрам, которые, работая в других проходах, его не только не видели, но теперь ещё и не слышали.
«А теперь можно проверить, что там у старшего шахтёра», - девочка юркнула в правый ход, вскоре различив тлеющую лампу. При её неверном свете ещё крепкий бородач отковыривал глыбу. «Навряд ли он тут что найдёт», - поняла Анна, сделав анализ руды на глаз.

- Выплюнь. Она мне ещё пригодится. Я ищу в том числе девушку - владелицу этого украшения, - велел воин в белом, но ушлый каторжник лишь молча недоверчиво на него покосился.
Сейран ещё что-то говорил гоблинам – но те плохо понимали человечий язык.
- Быр героп ферыго! (Вы убить наглеца!) – крикнул старший гоблин на местном наречии своим людям – и те кинулись выполнять приказ.
Беда невидимой тюрьмы в том, что она не ощущается немагами. Поэтому гоблины, уткнувшись в преграду, стали бить её копьями (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=18502), а старший из них – саданул своей садистской плёткой (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=18503).
Тюрьма ещё держалась – но с таким успехом ей оставалось недолго: всё-таки рушили её сразу пятеро.
А каторжник, улучив момент, когда на него никто не смотрит, незаметно улизнул вместе с киркой незнамо куда.

Разбираться с каторжником не было ни времени, ни желания. Пока не было.
Мужчина видел, как гоблины вовсю пытались прорваться сквозь тюрьму, но если примитивные копья лишь скребли стены "тюрьмы", то вот плетка главаря, похоже, была каким-то артефактом. И очень дорогим, по меркам этого зеленокожего народа.

И почему так всегда? Сейран всегда старался предлагать мир. Он не приходил отнимать жизни. Он лишь собирался восстановить в правах угнетенных. Но желания именно "стереть в лица земли" у него не было. Как раз по причине того, что он и без этого видел их слишком много. Так много, что не передать. И потому он не хотел увеличивать число смертей добровольно. Преступник должен понести заслуженное наказание. А вор должен сидеть в тюрьме. Однако последние никак не хотели с этим соглашаться. Они ставили на кон свои жизни так, словно у них были где-то запасные.

Кстати, несмотря на примитивные копья, не стоило недооценивать их опасность. Как только тюрьма рухнет под ударами плети, впятером они превратятся в приличную угрозу.

Пятеро. Ровно столько, сколько его призрачных клинков. Из-за спины воплотились тонкие аналоги его клинка, похожие скорее на сосульки, сотканные из света. Стоило только гоблинам прорваться, как их встретили пять клинков. Учитывая их разницу в размерах, каждое лезвие было соразмерно копью гоблина, прошивая их насквозь.

Вот и все. История в очередной раз закончилась так, а не иначе.
"Ты где?!" - спросил центурион Аню по мыслесвязи. "Проход чист".
Коротко. По-военному прямо. Как отчёт.
Однако Сейран не ждал, что каторжники возьмут и пронесут его на руках. Никто не знал, как исстрадалась и извратилась их психика за то время, что они пребывали здесь. Нельзя было исключать и фактор Стомкольского синдрома, когда, чтобы выжить, психика жертвы адаптируется под обстоятельства и начинает сопереживать логике своих угнетателей. Поэтому пока он был настороже, бросая взгляды на тех, кому обещал свободу, ожидая возможной ответной "благодарочки".

(офф: так как я не с компа, и пишу посты по памяти, то без дайсов, и без аваторок. Как есть возможность выйти в интернет и положить пост - выкладываю. Приношу извинения за неудобства).

"Ты где?!" – раздалось в мозгу девочки, что увлеклась, рассматривая искорки в руде и определяя, близко ли жила - или это опять обманка.
 «Ой. Я отошла», - опомнилась она.
 "Проход чист", - добавил легионер.
 «Сейчас-сейчас», - Анна быстро вернулась к своей сфере закрытого звука.
Сейчас в ней нужды больше нет - всех пятерых гоблинов безжалостный воин положил как одного. На каждом из них было по аккуратной сквозной колотой ране в районе солнечного сплетения. Тот шахтёр, кстати, куда-то сбежал.
«Теперь – куда?» - спросила девочка по мыслесвязи, раз уж убрала свой звуконепроницаемый купол. Она подняла руки, растопырив пальцы, жестикулируя, хотя губы её не шевелились. Со стороны выглядит комично, если послано не тебе. «Ты, кажется, хотел найти тех пятерых с корабля? Сюда они не заходили. Пошли дальше, вдоль ручья лавы», - махнула рукой на выход с ответвления шахтёров, откуда они сюда завернули. И первой пошла туда.
Уже при свете ручья она слегка пригнулась, осторожно ступая, чтобы не наделать лишнего шума, и озираясь по сторонам. Пещерный ход расширился, постепенно превращаясь в вытянутый зал. Сталагмиты и сталагнаты образовывали колонны, за которыми стало удобно прятаться, чем Анна не преминула воспользоваться – это гораздо проще, чем идти вдоль стеночки, не говоря уже об эффективности.
- Где там Быргеропф? – раздался тихий голос на гоблинском.
 - Наверняка снимает кожу с нерадивых рабов своей плёткой, - ответил первому собеседник. – Ты бы сходил, а то у нас их так скоро не останется...
 - Ещё чего! Не пойду никуда. Сам иди, - огрызнулся первый и замолчал.

Сейран был не просто легионером - простым солдатом на службе, в первую очередь он был воином. С определенным кодексом чести и понятиями. Он знал, что приемлемо в бою и на войне, а что - нет. И поэтому в схватке с врагом решал вопрос быстро и максимально эффективно. У него не было цели заставлять павших мучиться от боли и до последнего вздоха агонизировать. И не издевался над поверженным врагом. Более того, каждому он предлагал сдаться, бросить оружие и уйти в свой дом с миром, если это касалось рядовых солдат и  служивых, взявших оружие не по своей воле, а по служебным обязанностям. Это и его службу принципиально отличало от убийц, которые работают по найму и за деньги.

Пока Аня где-то бегала, Сейран поднял плетку - оставшуюся от главаря убитых. Трясти сережку он не станет, куда убежал каторжник - он тоже не знал. Однако, он им уже озвучил свою позицию: он пришёл их освободить тоже. Вот только если они захотят остаться в этом руднике рабами - это их право. Никого за шиворот он выволакивать не станет. В конце концов, он уважал свободу выбора. Пусть и такую.

"Знать бы, куда..." - честно ответил Сейран, понимая, что дороги он не знает. Придется идти на ощупь и разведывать всё самостоятельно. А плетку он прихватил. Нет, ни как трофей. А как назидание будущим сорвиголовам о том, что смерть постигнет их тоже, как и этого владельца. Так что пусть выберут мир и идут мимо. "Хотел. Но помимо них я освобожу всех, кого встречу. Чтобы два раза не вставать".

Последнее - была отсылка на старый анекдот, и неизвестно, знала ли его Анна. Но это его долг, поэтому спецоперация по спасению будет расширена.

Лава продолжала мерно течь дальше, образуя изгибы и повороты, а вот пещера начала расширяться. И они услышали голоса. Аня первым делом спряталась - и это правильно.  А вот легионер прятаться не собирался. Легионер извлёк пистолет, переводя его в режим удержания. А сам вышел на "свет", точнее того, что тут можно было назвать освещенностью, и демонстративно бросил плеть перед их носом в ручей лавы - чтобы не было соблазна поднять.
- Он мертв! - командным голосом ответил центурион, давая понять, чтобы и эти типы не дергались. Оставалось надеяться, что за время общения с людьми, хоть немного, но всеобщий они выучили. Если нет... Переговоры рисковали зайти в тупик. - Будете оказывать сопротивление - последуете его примеру. Нет? После всех ответов отпущу с миром. Легионер Коалиции рас Сейран.

В немаленьком зале расширившейся пещеры было светло не только от ручейка лавы - ещё там горел как минимум один костёр.
Храбрый легионер вышел на свет и бросил плеть Быргеропфа в лаву.
- Он мёртв!- громко сказал воин. - Будете оказывать сопротивление - последуете его примеру.
Человек с пистолетом выглядел грозно - но он был один. А вот гоблинов, даже у этого костра, - гораздо больше. А в стороне от них было ещё пяток костров, и это при условии, что за сталагнатами нет других.
Гоблины привыкли людишек брать в плен. А если уж он один - то и вовсе нечего бояться. Что им сделает эта стреляющая штука, когда их - толпа?
- Че-его-о? - изумился один.
- Чё он сказал? - не понял другой.
- Схватить его!
- Убить его!
- Пытать его! - Разогревали смелые гоблины друг друга.
Все с копьями, серпами, кривыми кинжалами и прочим немудрёным, но эффективным оружием. У части из них, несмотря на характерную для этой пещеры жару, была даже какая-никакая броня: кожаные наплечники, наручи или поножи. Похоже, они просто привыкли к такому климату и таскали её для придания носителю статуса и уважения.
Двое даже кинули в него свои копья (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=18795), тем самым лишившись основного оружия, тут же выхватив из-за пояса по кинжалу.
Первое копьё было брошено опытным воином - оно, несмотря на приличную тяжесть и кривизну древка, летело прямо в цель.
Второе (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=18796) кинул молодой воин - но тоже не сплоховал.
Остальные ринулись в атаку.

Сейран, конечно, знал, что гоблины не самый умный народ. Но не настолько же! К тому же, тот же мужик как-то с ними торговал. Значит, договаривался! Хотелось процитировать классику: "И что же вы никак не научитесь?!" Легионер не хотел бойни, он не хотел её учинять, учитывая, что этот народ в силу своей изолированности и дикости вряд ли знаком с порядками других стран: свободами, там, демократией. Не устраивать же им за это геноцид, в конце-то концов.

Раз дипломатия здесь не работала, то должна была сработать дипломатия другого рода: кто сильнее, тот и прав. В диких племенах это отличное средство, чтобы в случае войны не допустить гибель всех с обеих сторон. Некоторые даже выставляли друг против друга самых-самых лучших бойцов своих армий, чтобы по итогам их боя признать ту или иную сторону победительницей. Это, конечно, лучший вариант, но такое, надо отдать должное, всё же бывало не так часто.

"Сейчас будет темно, оставайся на месте", - передает он Ане, которая к тому моменту спряталась, давая понять, что сейчас будет нечто. Когда копье выбило оружие из рук Сейрана, он, решив, что не собирается сражаться с ними, несмотря на всё их желание, просто наведёт на них мрак.

В глубине пещеры, куда и так не проникал свет Архея, стало ещё темнее. Костры как будто потухли, а свет, который давал ручей лавы, тоже потух, оставляя гоблинов в такой тьме, хоть глаз выкалывай - всё равно светлее не станет. А сам тем временем он отступил подальше, успев схватить пистолет. Он сгущал мрак постепенно: не сразу, оставляя перед собой пространство со светом, после чего тьма, словно густой туман, сомкнулись, оставляя лишь жару, дыхание, крики и... Чувство нарастающей паники.

Однако, справедливости ради, панические крики подали всего лишь двое, судя по переполоху в этой темноте. И тут же получили подобие пинка и подзатыльника - собратья не оценили их трусость. Однако в бой рванулся один - тот, кто с успехом бросил копье и выбил его из руки легионера. Бросился по наитию вперёд в ту сторону, где его в последний раз видел. Все остальные боялись ступить и шагу. В этой темноте легко было свалиться и искупаться как в лавовом ручейке, жар от которого продолжал неумолимо печь, так и наступить в костёр. Некоторые, судя по окрикам и воплям - уже наступили, думая, что раз погас свет, то и погасли и костры. Нет. Просто Сейран заставлял буквально высасывать из пространства любой свет словно вакуум.

Тот, что самый смелый и крепкий, таки смог напасть, но его оружие разило лишь воздух - легионера в том месте уже не было, а он лишь молотил тьму - всё, что ему оставалось.

"Сейчас будет темно, оставайся на месте", - услышала Анна знакомый голос в голове.
«Этого ещё не хватало...» - нахмурилась она. Всё, что не можешь понять, - плохо. Потому что из-за этого становится неясно, что делать. А бездействовать - не наш метод.
Гоблины, нащупав, хватали головни из костров, пытаясь осветить себе хоть что-нибудь, но проклятие Сейрана высасывало освещение в принципе.
 - Дынгеопф! - раздалась команда на гоблинском. - Твоя группа бежит за помощью!
Слепо озиравшиеся вокруг одного из костров - того, что скраю - послушно ощупью побежала за подмогой.
- Остальные - собираемся в центре, - раздался тот же голос. - Да обходите костры, олухи! - в ответ на вой забывшего о собственном огне. Ориентируясь на память и звуки, они собрались в одну кучку и выставили оружие наружу, чтобы напавший, кто бы он ни был, не смог взять их тёпленькими и беспомощными. Они ворчали, ругались, но действовали сообща и без лишней суеты.
«Я знаю, чем смогу помочь!» - догадалась Анна, перебрав в уме заклинания, в которых необходимо видеть врагов и друзей.
Она просканировала (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=18899) зал пещеры на магические возмущения. Любая живая тварь, особенно достаточно большая, тем более разумная, их вызывает. А маг, сотворивший такое со светом, - тем более. Теперь все разумные существа "видны" как на ладони. Более того - их перемещения тоже. И даже предметы в руках. Хоть неразличимы цвета - это не важно, главное - не задеть своих.
«Теперь - держитесь!» - Анна опустила руки распростёртыми пальцами на землю (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=18900) - и стоящие в одной группе гоблины почувствовали, как у них земля под ногами ходит ходуном. Кое-где пласты поднялись, калеча ноги недомерков, - вот здесь уже у них началась паника, несмотря на окрики главаря.
(https://pic.maxiol.com/thumbs2/1766345145.3169389764.1.jpg)

Легионер оценил их воинский дух. Разумеется, он мог ошибаться, но они отличались от того, с плеткой, который готов был забить насмерть с изуверской жестокостью пленного раба только за то, что тот посмел крикнуть. Эти были похожи на воинов. Оставалось надеяться, что воинский дух в них так же присутствовал. Как и понимание собственного и чужого достоинства.

И как такой же воин, как они, он не собирался устраивать им подлую резню, пользуясь темнотой. Такую тактику он мог бы применить к террористам - людям, давно потерявшим человеческий облик. С ними Сейран, обычно, не церемонился. И, по хорошему, стоило просто взять Аню и обойти их. Если бы мужчина знал, что это сработает, он бы так и сделал.

Вот только это не сработает. Когда тьма рассеется, они поднимут тревогу и снова нападут. И на этот раз нападут с особой жестокостью. Нужно было что-то другое. Нужно было понять, как их заставить уступить, при этом не убивая. Предлагать вариант "просто сдаться" - не вариант. Воины не сдаются без боя.

А что ещё он мог предложить народу со столь примитивной культурой?

Хм... Они должны быть суеверны.
Это характерная черта существ с относительно невысоким уровнем развития. У них всё просто: если гремит молния - значит, демиурги гневаются. Если трясётся гора - значит, это опять же связано с какими-то их личными ритуальными традициями. Может, стоило воспользоваться этой особенностью?

- Слепота ваша - за жестокость вашу. Вы забираете чужеземцев и заставляете служить себе. Демиурги гневаются! Отпустите их - вернётся зрение ваше!

Как бы в подтверждение этого самого гнева, под ними задрожала земля, заставив их переполошиться. Но, похоже, то ли всеообщий, на котором говорил Сейран, они упорно не понимали, и чужой голос для них звучал как невнятное бормотание. Или у них были свои - отличные понимания о верованиях, которые шли вразрез со сказанным. Похоже, они не поверили.

Да неужели без боевого столкновения никак не обойтись?! У легионера, который хотел всячески избежать кровопролития, похоже, не оставалось иного варианта, кроме как начать бой.

Что же. Тогда не остается ничего другого!

Покалеченные от землетрясения гоблины кричали, остальные, слыша, но не видя боль товарищей готовы были уже бежать наутёк, чтобы их не постигла та же судьба.
- Не паниковать! – рявкнул на них главарь. Гоблины на удивление послушались и стихли. – Вы слышали, откуда идёт голос? – это он про внушение на всеобщем. Раздались подтверждающие звуки. – Осторожно и все вместе продвигаемся туда. Там враг! Убьём его – колдовство исчезнет, и мы снова сможем видеть!
- Да! – обрадованно крикнуло сразу несколько глоток, и вооружённая кучка зеленокожих, старательно обходя расщелины от магического землетрясения и костры, двинулась на голос «пророка».
«Что мы тут застряли? Давай я их просто добью», - предложила Анна легионеру.
Она выставила перед собой руки (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=19041) напряжёнными пальцами вверх и стала медленно опускать их вниз - над головами гоблинов начали вырастать сталактиты. Хоть они и слышали это, но уже привыкли к посторонним звукам, при которых ничего не видно.
Осталось спустить на них заклинание – но миротворческие принципы центуриона Коалиции Рас могут помешать этому.
Главный гоблин громко принюхался:
- Н-нх, н-нх. Я его чую. Чужак, прилетевший на наши земли, желающий обмануть нас и ограбить, забрать всё себе, после чего спокойно улететь домой! Он прямо перед нами. Нам осталось не так много – и мы искромсаем его!

Как у неё всё просто...
"Нет", - ответил ей по мыслесвязи Сейран. Четко, ясно. Непримиримо. И тому приказу было два обоснования: во-первых, он не позволит молодой девчонке марать руки в крови. Кровь - не водица. С рук так легко не смывается. Для этого есть специально обученный и на это поставленный человек - он. И, даже если этот народ совсем на тебя не похож, но от того, что он - другой, не означает, что его кровь менее ценная чем твоя и ничего не значит. Во-вторых, бить подло из темноты он не будет воинов. Это удел слабых и трусов. Он - принц-рыцарь. И он примет этот бой с открытым забралом. Раз уж иначе никак не получалось... Иногда добродетель становится злом без рассудительности. Раз воины хотят воевать - значит он будет с ними воевать. Иное будет неправильным. - "Их убью я. Пока заблокируй проход в ту или иную сторону. И закрой себя щитом. Это важно!"


Центурион прекрасно понимает, что своим голосом выдал своё местоположение. И слышал, как они переговаривались между собой, координируя свои действия. И слышал их шаги. Они пытаются к нему подобраться и окружить.

И он обернёт их план против них же.

Тем временем он сам извлекает из пространственного кармана гранаты. Связкой, выдергивая чеку, но не отпуская скобу, которая активирует детонацию. Как только он её отпустит, через несколько секунд грохнет взрыв. После чего "пускает свет". Он стоит. А они смотрят на него, наступая с оружием. Под его ногами лежит небольшая горка чего-то, похожее на странные черные овальные фрукты - если они никогда не видели, как выглядит стандартная граната. После чего отпускает скобу и роняет к этой куче пятую.

- Простите, парни, но на войне как на войне,  - после чего телепортируется из зоны поражения, оставляя обратный отсчёт тикать. "Три, два, один". Взрыв одной провоцирует взрыв всей остальной связки.

БАХ!

Оглушительный взрыв и грохот прокатился по пещере, многократно усиливаясь и отражаясь от сводов стен, и от того становясь совсем нестерпимо громким. Телепортируется на точку между первым и вторым костром. Теперь, когда свет вернулся, всё стало вновь почти отчётливо видно. А мужчина, переведя пистолет в режим уничтожения, направил в оставшихся разрывной патрон, и накладывая на себя щит.

Да. Он будет воевать против них открыто. Потому что так велел его кодекс чести. Наверное, бесполезный и пустой в чужих  глазах, но который он не мог предать в собственных глазах. Иначе он предаст себя. Иначе после этого он в собственных глазах станет абсолютным ничтожеством.


(офф: я не стал прописывать итоги действий, чтобы ты сама решила, как лучше хочешь обыграть сцену. Но крит выстрел на 40+ точно снёс у них много человек).

"Их убью я. Пока заблокируй проход в ту или иную сторону. И закрой себя щитом. Это важно!"
Блокировка прохода – это и есть щит. Значит нужно сделать один кокон - на всё поле боя (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=19057), второй - только для себя (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=19058).
Вообще-то в защитной магии Анна не то чтобы сильна. Она просто не думала, что ей это пригодится. Как раз личный кокон получился хиленьким, поэтому девочка зашла за массивный сталагнат и присела.

И вот к ним вернулось зрение. Враг – от он, прямо перед ними.
 - Вперёд! – скомандовал главарь.
Все кинулись, но враг нагло исчез. Раздался взрыв, некоторые успели лечь.
 - Динамит, он оставил динамит!
А сзади их уже обстреливал другой – такой же, причём стрелял очень точно.
 - Не стрелять, добрый человек! – взмолился главарь на ломаном всеобщем, один из немногих оставшийся в живых. – Сидаюся! – и действительно, поднял руки вверх, полностью отдавая себя в руки врага. Он стоял на коленях и жалобно смотрел прямо в глаза. Даже слезу пустил.
«Какой толковый малый, - присмотрелась Анна к хитрому гоблину. - И тактику проявлял, и знает, что в какой ситуации делать. Интересно, а он имеет большой вес в своём племени?»
Вокруг него лежали и стонали посечённые осколками товарищи, невредимыми остались ещё двое. Они тоже, по примеру главного, подняли руки вверх, но не понимали изменений в его поведении, потому их лица были нейтральны.

Сейран демонстративно поднял пистолет вверх, после того, как услышал призыв "сдаюсь", но внимательно следил за зеленокожим, понимая, что это может быть подлый обманный манёвр. Но по регламенту войны и военных действий, если противник выкинул белый флаг, его нельзя добивать. Этим-то солдаты принципиально отличались от наёмных убийц, хотя кровь проливали и те, и другие.

- Ты понимаешь меня? - спросил он у него, после чего кивнул в сторону раненных. - Я вас пощажу. Но если ты задумаешь меня обмануть, ни тебе, ни твоим братьям не жить. Так что если хочешь, чтобы твои братья остались в живых, тебе лучше меня не дурить. Понял?

Он тоже умел ставить ультиматумы.

После чего опустил дуло пистолета вниз. 
- У вас есть те, кто может оказать им помощь? - он слышал эти душераздирающие стоны и крики раненных, и честно - это последнее, чего бы он хотел добиться. Но ему просто не оставили иного выбора. После чего просто включил свой коммуникатор и показал один из космических штабов Коалиции рас, висящих над одной из планет. Масштабное космическое сооружение, поражающее воображение. И от него отлетающие космические челноки. И нет, это не фото из секретных архивов. Это фото из рекламной акции рекрутинга новобранцев. Мужчина показал на себя пальцем и, пытаясь объяснить гоблину буквально на пальцах, потом ткнув пальцем в экран, начал говорить. - Я. Отсюда. Нас много. Нас очень много. Больше.

Конечно, на одного нападать проще. Особенно толпой. Но он надеялся, что самый умный окажется действительно умным, чтобы понять, что если они потревожат такой большой муравейник, то из него выбежит очень много муравьёв-солдат. И их число несоизмеримо больше, чем гоблинов, живущих под этой горой. И тогда просто местные штурмовики не оставят здесь камня на камне.

- Они знают, что я здесь. Я пришёл за чужеземцами. Не за вами. Отдайте мне их. Я заберу их всех и уйду. Без войны. Нет войны. Нет раненных. Нет убитых. Мир. Иначе война. Они всё равно заберут своё, но вы погибните. Понимаешь?

Центурион как мог пытался говорить на максимально простом и понятном для гоблина языке, пытаясь хоть на этот раз устроить мир. Он не использует сложных словесных конструкций и пытается доходчиво объяснить ему, что надо отдать пленных. Сейран сдержит своё слово. Он просто выведет всех отсюда. Да, он понимал, что сложно расставаться с ресурсом, который уже давно считается своим на уровне скота. Но...

- Даже рабов принято отпускать раз в пять-десять лет.

Он прекрасно знал, что некогда было узаконено рабство. Но даже там при таком общественном строе, где к рабам относились как к бесправной вещи, все равно действовали подобного рода послабления. Рабы могли выкупить себя, получить свободу за давностью лет или выиграть её в бою или на ином другом турнире, да просто быть отпущенными своими хозяевами. Даже в таких местах находилось место для благородных поступков.

- Ты понимаешь меня? Дальше какая-то абракадабра на всеобщем. Понял? – спросил в итоге воин в белом.
Мекиропф дураком не был и сразу закивал головой – дескать, всё понятно.
Человек обещал мир и грозил войной, обещал жизнь и грозил гибелью.
- Понимаешь? – снова закончил он свою речь словом, которое гоблин не забыл.
Естественно, тот опять закивал головой – кто знает этих психов...
Затем человек поразил совсем уж невозможным:
- Даже рабов принято отпускать раз в пять-десять лет.
Мекиропф округлил глаза от невиданной наглости и старательно закивал головой:
- Согласен, Мастер!
- Согласен, Мастер! – повторили за командиром двое уцелевших гоблинов, которые ни слова не поняли.

- У вас есть те, кто может оказать им помощь?
Анну взволновала эта фраза. Они итак очень сильно задержались и здесь, и ранее в других местах.
«Магический след пятёрки, кроме того, что смешался с другими, затухает и становится всё менее заметен.»
Она вышла позади сдавшихся гоблинов.
- Мек ри офы ыгопыне порикемы. (Вряд ли они изобрели медицину.) Скорее всего, оставляют раненых умирать. А если кто-то всё-таки выживает – считают это благословлением богов, - Анна говорила на гоблинском, основываясь на наречии, слышанном от четырёх здешних гоблинов, которые вообще что-либо при них говорили. На слух непосвящённого получалась какофония звуков, но раз уж Сейран его понимает – то это идеальный вариант, ведь нужно, чтобы и эти твари её поняли.
- Керор мек, кемопекофкое мефоке. (Никак нет, человеческая девочка), - удивившийся поначалу новому врагу, Мекиропф слегка обернулся, не забывая держать руки вверх, чтобы кто-нибудь вдруг не посчитал, будто он передумал. Несмотря на страшный акцент и несусветные ошибки в произношении, её речь всё же понятна. – Мы молимся за тех, кто был ранен в бою. Это помогает им выжить.

Если до этого у гоблина получалось водить Сейрана за нос и убеждать, что он "его понимает", то после той реакции, которая неподдельно выдала все эмоции, легионер понял: договориться не удастся. Он просто тратит время. Зря тратит.

И даже теперь, несмотря на всё их активное "согласие", первичные реакции нашего тела выдают все наши истинные мотивы. Нет. Они не отпустят своих пленников. И своим несусветным упрямством подписывают сами себе приговор. Мужчина вздохнул про себя, не выдав того, что он понял, что его водят за нос.

В этот момент появилась Анна. И говорила она на их наречье.
- Ты знаешь их язык? - спросил Сейран несколько удивленно: откуда она его могла выучить? Впрочем, сейчас это действительно мало чем вообще могло помочь. Но стоило ей появиться, мужчина снова поднял дуло пистолета, наводя на гоблинов и давая понять: дернутся в её сторону - убьёт. Поэтому руки держать вверх. - Ладно, нам нужно идти дальше...

Мужчина кивнул ей в сторону прохода, перекрытого шипами сталагмитов и сталагмитов, мол, надо открыть проход, а этих оставшихся "мимиков" центурион предусмотрительно накрыл куполом невидимой тюрьмы.

- Молитесь, говорите? Вот и хорошо. Молитесь о том, чтобы они были живы. Это - чтобы вас ничто не отвлекало. На обратом пути выпущу вас.

Не собирался он доверять этим гоблинам. Однако раз они подняли руки и сдались в плен, он обязан их пощадить. И он сдержит своё слово. А вот подставляться по-дурацки под их подлость не собирался ни сам, ни собирался подставлять Анну. Ещё не хватало, чтобы в один удобный момент их заманили в ловушку или воткнули копье в бок. Никогда не надо недооценивать врага, даже если он тебе кажется простым, предсказуемым и примитивным. Твоя заносчивость тебя погубит. 

- Идём, - кивает он Ане и двигается в сторону дальнего прохода. 

 - Мекригынропф, – обратился гоблин к девочке, судя по тому, как она с ними разговаривала на их же языке.
 - Я? Слушаю тебя, воин, - быстро сориентировалась Анна. Назвалась груздем – полезай в кузов. Раз заговорила по-гоблински – будь готова к тому, что они дадут тебе имя, следуя своей гоблинской логике.
- Не ходи за ним, Мекригынропф. Он приведёт тебя в плен к гоблинам. На рудниках ты не выживешь. Оставайся здесь – у меня для тебя есть интересное предложение...
- Ты знаешь их язык? – спросил легионер.
Девочка удивилась:
 - Говорить на гоблинском довольно просто – это ж дикари, - быстро ответила она на всеобщем, чтобы главарь зеленокожих не понял. – Стоит только послушать одного из них – и сможешь изъясняться так, чтобы тебя поняли.
 - Ладно, нам нужно идти дальше. На обратом пути выпущу вас, - решил Сейран.
 - Оставишь гоблина здесь? Вряд ли они станут слушать людей... - усомнилась Анна.
Белый воин первым вошёл в проход, куда течёт тот же лавяной ручей, что показывал им верный путь чуть ли не с самого начала.
Вот тут-то на Сейрана и упала с потолка ловчая сеть – сначала обычная, а сверху ещё и магическая: сбежавший перед битвой Дынгеопф со своей группой привели подмогу, которая и устроила засаду.
Неведомые маги не спешили показываться на глаза: они явно посмотрели отсюда на возможности чужака и сделали выводы.

Гоблин что-то говорил Ане. Что-то, что явно предназначалось для её ушей. И это привлекло внимание Сейрана. Раз уж они могли выражаться на всеообщем хоть чуть-чуть, то следовало говорить с тем, кто может тебя застрелить, так, чтобы было понимание. Однако...

Впрочем, теперь уже благородства от них он точно не ждал. Шансы своим противникам он давал всего лишь один раз. Что он сказал, оставалось только догадываться. Наверняка гадость какую-то. По крайней мере, для центуриона это явно не несло ничего хорошего. И ладно, останься оно только оскорблением в его спину. Хуже... Если там было что-то другое.

- Они заперты в тюрьме надежно. На обратном пути посмотрю на его поведение, - центурион начинал злиться. Он терпеть не мог, когда его доброту воспринимали как слабость. А о заботу вытирали ноги. Поэтому он не стал продолжать разговор. Понимает? Отлично. Потому что они, по его мнению, понимали только язык силы.

Он помнил, что он, вроде бы, звали на помощь. По крайней мере, часть гоблинов убежала. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что они вернутся. Нет, был, конечно, вариант, что они где-то засядут и будут бояться. Но увидев их ослиное упрямство, легионер был готов к тому, что его встретит там целое небольшое войско. Или, зная их подлую натуру, скорее всего, это будет какая-то засада.

Вопрос только в том, какая.

Заметив краем глаза, как в его сторону летит ловчая сеть, Сейран на полном ходу бросился вперёд и кувырком через голову перекатился вперёд, уклоняясь от сети, которая упала за ним. Хороший приём. Скорее всего и сеть антимагическая. Попадись он в такую - её только рвать. Но хватило бы ему силы?.. Впрочем, сейчас это неважно. Он отправил пулю в то укрытие, откуда прилетала сеть. Разрывной снаряд рванул с таким грохотом, что смёл большую часть из них. Следующий полетел в противоположную сторону: вряд ли они засели только в одной позиции. Скорее всего, его будут зажимать с двух сторон. Поэтому пришлось стрелять наугад.

"Вот же подлое племя", - негодование внутри себя превращалось в утробное рычание разъяренного зверя. Обычно, Сейрана редко можно было застать в таком расположении духа. Но это были те редкие моменты, когда у них получилось вывести его из себя. И разозлить.

Сейран споро увернулся от обеих сетей, расстрелял разрывными снарядами возможные места скопления засадных.
Осела пыль. Никого. Ни звука.
Подошла Анна.
- Кого стреляешь? Тренируешься? Не засыпь нас тут...
Через несколько ответвлений в стороны они вышли к огромному залу. Лавовый ручей вытекал сюда, образуя небольшой водопад, собираясь в озерцо, после чего тёк дальше – через весь зал. Кое-где на потолке висели слабо мерцающие зелёным камни. Тут была построена настоящая деревня: круглые домики, сложенные из булыжника с помощью замазки, крытые плитами в качестве крыши, местами ютились друг к другу, образуя несколько площадей и кривые улочки между ними. Отсюда, с высоты уступа, всё это казалось игрушечным макетом – но жители ходили настоящие: маленькие зеленокожие и повыше, светлокожие, как хуманы, - хватало всяких. Из зала также вело несколько проходов дальше, причём в разные стороны.
(https://pic.maxiol.com/thumbs2/1767347584.3169388736.1.jpg)
 - Конечно, нам нужна самая большая площадь, - подала голос девочка. – Только  на такой могут продавать рабов.

К путникам, будто только их и ждали, подбежал худющий старичок и, ничуть не запыхавшись от бега, рёк: - Наш славный король Буневыропф приглашает вас, дорогие гости, к себе на торжественный ужин, устроенный специально в вашу честь!

(https://pic.maxiol.com/thumbs2/1767348381.3169388736.1.png)

- Они решили устроить нам засаду, - ответил спокойно легионер, оценивая обстановку. Его голос оставался спокойным. Но Аня уже могла услышать в нём очень холодные и нехорошие нотки. Центурион внимательно и очень хмуро осматривал место, куда они пришли. Они находились на верху, откуда открывался обзор на город гоблинов.

- Да, ты, разумеется, права. Вот только наша маскировка не спасёт от того, чтобы нас не заметили по сути туда или обратно... - мужчина опустился на колено, оценивая обстановку. Можно, было, конечно, попробовать. Возможно, могло даже получиться, если использовать крылья и темноту. Но охрана наверняка уже в курсе, что прибыли чужаки. Во-вторых, даже если они проникнут на рынок рабов, этих рабов надо будет ещё оттуда как-то выводить...

И это ведь не зачищать штаб-квартиру наркоторговцев или торговцев оружием, как они зачищали в том году логово торговца живым товаром и оружием. Разумеется, враги были сложнее и опасней, чем гоблины. Но... Каждая пуля, которая была выпущена, и которая была получена, была полностью заслуженной. 

Если только не вернуться назад и не заказать под эту гору отряд штурмов с переговорщиками от Коалиции, чтобы вытащить всех, кто застрял в этом городе. Но это уже не его полномочия в одно лицо... 

Словно слыша его терзания, судьба посылаем им.. человека?! 

- Неучтиво нынче встречает гостей Его Величество Буневыропф, - вытягивается в полный рост легионер, вдруг понимания, что это шанс на то, чтобы сменить ситуацию и полностью перевернуть расклад на шахматной доске. - Вели передать, что к Нему прибыл Его Высочество Принц королевства Иллирии - Элиот Маэль Эна-Конде со своей компаньонкой - леди Анной. 

Сейран прекрасно понимал, что в этом моменте можно было засмеяться так, что надорвать живот. Какой-то вояка, даже если высокий по положению страж, посмел назваться таким высоким званием. Но в этот момент он снимает с правой руки перчатку, демонстрируя своё драгоценно кольцо лорда очень большого денежного номинала на указательном пальце. Современные люди действительно не придавали значения тому, на каких пальцах носить кольца. Но в королевском этикете средневековых эпох на указательных пальцах массивные кольца носили высокородные лорды. 

После чего он снова надел перчатку на руку. 
- Пусть нас встретят со всеми почестями, как положено. В противном случае, это будет расценено как оскорбление. 

- Конечно-конечно, Ваше Высочество. Леди Анна, - тут же раскланялся старик. - Сию же минуту пошлём мальчика, чтобы известить Его Величество об этом радостном событии.
Сам же он стал показывать путь высоким гостям, по которому можно пройти ко дворцу короля. И как только заметил раба – послал его с докладом куда следует.
Дворец этот, конечно, лишь назывался таковым – на деле это просто был самый большой дом из булыжника в деревне.
В большой шикарной по местным меркам комнате их усадили за стол, который тут же стали заполнять всяческими угощениями.
Лепёшки, мясо, пироги, компоты – еда горячая, напитки холодные, всё как положено.
Анна ела за обе щеки, хватая то одно, то другое – только успевали подносить.
- Этот компот забродивший, – с набитым ртом она показала на один из кувшинов, – его не пей.
- Ешьте, ешьте, гости дорогие! – створки ворот открылись, и первыми показались носильщики. На носилках они пытались протиснуть в зал зеленокожее настолько толстое существо, что трудно представить, будто эти невысокие гоблины могут распухнуть до таких размеров. Слои жира больше напоминали пирамиду: книзу побольше, кверху поменьше, а венчал эту зелёную пирамиду жира огромный лысый кочан. Голос у жирного кочана оказался соответствующий – высокий зычный, привыкший отдавать команды, а не встречать гостей. Сейчас король умильно улыбался, что должно было выказывать высшее почтение.
- Ох, плохо мне! – пожаловалась Анна. – Я объелась, - она громко отрыгнула, чтобы показать хозяину, что его ужин удался.
- Вижу, леди Анна хорошо воспитана и знает наши традиции, - уважительно отозвался король, на котором, кстати, не было короны.

"Будь осторожна. По правилам гостеприимства почётного гостя запрещено брать плен, наносить увечья и убивать пока мы на территории хозяина. Однако мы не знаем, насколько здесь соблюдается этот закон. И знают ли о нём вообще. Нас могут как попытаться отравить, так и заставить подпасть под ментальный контроль разума", - предупреждает её Элиот. Вообще, с этими законами гостеприимства вроде всё понятно, но, как обычно, есть нюансы. Например, в некоторых местах это понимают буквально, что переступивший через порог гость является персоной неприкосновенной. Но стоит ему только переступить порог обратно, как эти законы тут же перестают действовать. А тем временем, прежде чем вернуть перчатку на руку, мужчина пальцами левой руки поправил кольцо, активируя защиту разума от чужого ментального воздействия. И заодно преобразить их одежды. Что свои, что одежды Анны. Он буквально покрыл их россыпью множества мелких звезд, похожих на брильянты, но переливавшихся всеми цветами радуги "звездочками". Сделал ей светящуюся диадиму на волосы. Себе же просто украсил "живым отражением звездного неба" свой костюм легионера. Способность контроля света - показатель принадлежности к царскому роду в Иллирии. "К Королю не принято приходить в обносках и не торжественной одежде. Это неуважение. Переодеться у нас возможности нет. Поэтому так".

Несмотря на предупреждение, что еда может быть отравлена, Аня лопала за обе щеки. До мужчины не сразу дошёл смысл её действий, но и то, что она просто проголодалась с дороги, мужчину умилило. Однако сам он к трапезе пока не приступал. И вовсе не потому, что боялся отравиться. Просто первыми к трапезе приступают Король и Королева. Лишь после этого остальным дозволено начать трапезу. Возможно, у них это не так. Но если это не так, то мужчина принесёт свои извинения.

- Приветствую Вас, Ваше Величество, - с искренней радостью приветствует его Элиот, всё же питая надежды, что их конфликт интересов можно будет разрешить миром. Он оценил массивность гоблина, но судя по всему, похоже, массивность - показатель статуса в их обществе. Впрочем, как и во всех социальных обществах. Просто у каждого общества своя "массивность". Кто-то мерит её в стадах животных, кто-то - в деньгах, кто-то - в землях, кто-то - в военном потенциале. И почти всегда это неприкрыто подчеркивается. - Благодарю за роскошный приём, который Вы устроили в нашу честь!

Принц пока не спешил что-то говорить. Опять же, первое слово за Королём и хозяином. А мужчина пока не спешил играть на чужом поле, пока не понял, по каким правилам будет происходить эта игра.

"Будь осторожна. По правилам гостеприимства почётного гостя запрещено брать плен, наносить увечья и убивать пока мы на территории хозяина. Однако мы не знаем, насколько здесь соблюдается этот закон. И знают ли о нём вообще. Нас могут как попытаться отравить, так и заставить подпасть под ментальный контроль разума", - решил предупредить легионер девочку.
«Не надо всех дикарей судить по хуманам. Это гоблины, Сейран. У них кто силён – тот и прав. Кто поступил подло – достоин смерти. Просто делай как я – и король останется доволен. А довольный король – это мирное решение наших проблем», - терпеливо объяснила Анна.
- Приветствую Вас, Ваше Величество. Благодарю за роскошный приём, который Вы устроили в нашу честь! – Принц Света решил начать первым.
- О, приветствую вас, гости Царства Гоблинов! – опять вовсю заулыбался жирный король. – Вы ешьте, ешьте, не стесняйтесь.
Он внимательно смотрел на обоих, ему же – подносили фрукты, которые также лежали на этом роскошно накрытом столе.
Толстяк заметил диадему на голове Анны.
 - О, кстати, и принесите мою корону, она... ну, сами знаете, где, - он шевельнул одним пальцем, и тут же одна из служанок унеслась куда-то в дальние покои.
Анна, наевшись, начала смотреть по сторонам.
В углу стояла ёлочка. Король проводил их взгляды.
- Хуманы поставили. Ещё и лентами украсили. У самих лент нет - но для ёлочки где-то нашли. Они утверждают, что по календарю у нас январь. Как определили, если мы под землёй?..
- Красивая. Хорошо придумано, - оценила девочка.
- Ну хоть кто-то похвалил. Иголки с неё сыпятся... - вспомнил какой-то разговор Буневыропф. - Ну ладно, пусть стоит тогда.
Он ещё посмотрел на обоих гостей и что-то про себя решил.
- Что же, теперь давайте поговорим о деле! – велел король, когда церемонии закончились. – Я знаю, чего вы хотите. Итак, ваша цена?..

«Не надо всех дикарей судить по хуманам. Это гоблины, Сейран...» - поясняла ему Анна. И, эх, если бы это действительно так работало!.. Добродетель и её антипод - порок не имеют ни национальности, ни... Даже статичности. Если уж даже на звездах есть пятна, то даже самый добродетельный человек не застрахован от того, чтобы не совершить подлость. Под разными предлогами по разным причинам: объективным и не очень. Как и самый распоследний опустившийся способен на поступок. В наших силах лишь предсказывать общую тенденцию, характерную для того или иного общества или конкретного индивида. Но великое заблуждение - думать, что мы знаем его полностью. И даже самый предсказуемый человек может удивить, выкинув то, что от него никто не ожидает.

Однако мужчина спорить не стал. Он ценил важные и правильные указания своих союзников, и потому просто кивнул. Мол "понял, принял, следую".

После приглашения Его Величества к трапезе, мужчина взял голыми руками жирный кусок мяса и стал без нарочитой манерности его есть. Чтобы аж жир стекал по подбородку, после чего запил кубком вина, громко глотая каждый глоток, словно ел и пил как в последний раз.


Несмотря на диадиму Анны и корону, которую решили принести Его Величеству, создавать себе подобие диадемы принца Элиот не стал. Даже если он воскресил в себе прошлое - личность Элиота, которую скрывал ото всех как самый страшный скелет в шкафу, это не означало, что он имел право носить корону... Не после того, что случилось. В противном случае, это было бы насмешкой над тем горем, которое случилось с его страной.

На разговоре о ёлке и её убранстве Иллирийский принц лишь кивнул, продолжая есть как не в себя. Нет, он не наберёт пару лишних килограмм. С его работой ему это не грозит, равно, как грозило обратное - потерять эти килограммы, когда ему отрубят пару конечностей или выпустят кишки.
Однако, когда речь зашла о деле, Элиот вытер рот рукой, сыто икнув.
- Прежде чем перейти к делу, я бы хотел сообщить, что хочу передать подарок, достойный короля. 

Элиот запустил трехмерную голографическую проекцию, на которой рисовался ни много, ни мало - настоящий королевский трон.

- Он находится на моём корабле с собой, поэтому мне потребуются крепкие люди, чтобы они смогли доставить его сюда. 

Нет, это была не ирония, не иллюзия и не обман. На его корабле действительно располагался трон, расположенный в секции, куда никто кроме самого Элиота не имел доступа. Наследие его страны. И настоящая сокровищница. То, что от неё осталось... 

И принц прекрасно знал, что к Королю без подарка приходить не следует. И лишь после реакции Короля Буневыропфа можно было переходить к делу. Элиот Маэль не спешил. Каждый шаг должен быть точным и выверенным. 

"А ведь костяная корона даже идёт ему! - оценила Анна. - Всё-таки у гоблинов есть чувство стиля..."
Её вид говорил о том, что в их обществе презренные металлы пока ещё имеют меньшее значение, чем личная отвага в бою.
(https://pic.maxiol.com/thumbs2/1767598611.3169388736.2.png)
Под всеобщее чавканье король Буневыропф кивал и улыбался, не отставая от примерных гостей, - слуги ему подносили фрукты, которые он ел не менее грациозно: громко и смачно.
 - Прежде чем перейти к делу, я бы хотел сообщить, что хочу передать подарок, достойный короля, - Сейран показал голограмму с изображением слепяще-белого трона.
 - О! – король даже вскочил от удивления. Оказалось, он это может – с его-то тушей. – Это настоящее? Бриллианты, я вижу бриллианты!
Природное гоблинское чутьё говорило Буневыропфу, что его обманывают, и нет в зале никакого трона – но как же он прекрасен! Жаль, что его телеса лишь с трудом уместятся на таком троне!
- Он находится на моём корабле с собой, поэтому мне потребуются крепкие люди, чтобы они смогли доставить его сюда, - меж тем продолжил легионер.
 - Я отправлю лучших людей! – стал убеждать король принца. – Бриллианты тоже входят в цену?
Буневыропф сел обратно на носилки и оценивающе посмотрел на принца Иллирии свежим взглядом. - Элиот Маэль Эна-Конде, если меня не обманул мой слуга. У меня такое чувство, что за это Вы готовы попросить гораздо большее, чем собирались изначально... Речь ведь идёт о рабах? Или теперь – не только?
Он ещё время от времени позволял себе слабость перенести алчный взгляд на голограмму, но через миг уже снова смотрел на высокого гостя.

Боевая корона Короля гоблинов давала понять, что добыта она была в боях. Это отразилось в его прыткости, удивительной для его внешности. Хотя все трое прекрасно понимали, что внешность очень обманчива.

Элиот отправил в рот пирог с мясом, с удовольствием отметив, что Король остался доволен его подарком. А ещё ему явно пришлись по душе эти каменья. Усмехнувшись по-доброму, довольный произведенным эффектом.

- Разумеется, - отправляет он в рот пару крупных, сладко-кислых сочных фруктов. Удивительно, где здесь они их выращивают? По крайней мере, пока что принц не увидел плодородных земель внутри, хотя почвы вулкана довольно плодородны. Они полны магния и калия, что стимулирует рост культур. Однако внешняя среда была агрессивной с повышенным радиационным фоном.

А вот теперь можно было переходить к делу! Принц встретился взглядом с Его Величества.
- Если только о дальнейшем добром союзе между нами, однако, это лишь предложение. Поэтому, нет, только о рабах. Я хочу вернуть их всех. До единого. Разумеется, кроме тех, кто сам изъявит желание остаться.

Он не смягчает, не делает обтекаемых формулировок, характерных для политика. Не увиливает от ответа. Наоборот - почти прямолинейно заявляет о своих притязаниях. Элиот никогда не был сторонником подхода "проси больше - получишь меньше". Наоборот, он видел интересный парадокс жизни - те, кто не просили ничего, обычно, получали всё и даже больше. Однако, сейчас у него действительно не было какой-то лишней корысти и собственного интереса кроме того, чтобы больше не пролилось ничьей крови: ни людской, ни гоблинской. Он очень надеялся на мирное разрешение этого вопроса. И допускал мысль, что, возможно, не все гоблины были злостными притеснителями. Возможно, кто-то действительно сумел найти здесь свой дом.

Но теперь слово оставалось за Королём Буневыропфом. И пожалуй, это был самый напряженный момент их разговора.

 - Ха! Всех! – Буневыропф по достоинству оценил шутку.
Прошло время, прежде чем король понял, что это не совсем шутка, и смеяться перестал.
 - Ты зря потратил такой шикарный трон, принц Элиот Маэль Эна-Конде. Спасибо, конечно, за подарок, но... Понимаешь, в чём дело, принц, - начал он объяснять, как маленькому. – Они годами трудятся на хозяев. Хозяева их в ответ кормят, поят, дают кров над головой, защиту от разбойников... Они привыкли работать и не смыслят своей жизни без этого. Если его у них отобрать – они просто наложат на себя руки, - король развёл ладони в стороны, как бы говоря «так устроена жизнь».
Он и не знал, что принцы с других планет настолько несведущи в таких общеизвестных вопросах.
 - Годами, говорите, - подала голос Анна. – А если кто-то из них не всю жизнь был рабом и ещё помнит – каково это, быть свободным? Давайте лучше у них спросим, хотят они остаться рабами или вернуться в мир, где все равны и нет хозяев над рабами? Почему-то мне кажется, что вам просто жаль расставаться с дармовской рабочей силой...
Буневыропф ярко представил, как он сидит на сияющем троне – и правит... никем. Потому что король без рабов не имеет силы. Некому будет работать на шахтах, некому будет прислуживать, но самое главное – его возненавидят все, кто имеет сейчас рабов, а это каждый житель деревни. Хорошо, что такого не будет. Всё-таки эти гости совсем не понимают, о чём говорят.
 - Конечно-конечно, - ответил он. - Походите, поспрашивайте у рабов, хотят ли они променять сытую жизнь на неизвестно что.

Элиот прекрасно понимал, что просто ничего не будет. Скорее, он даже удивился бы первым, будь оно так. Политика - это прения, сверка ресурсов, торговля и договора под маской дипломатии, где каждая сторона пытается договориться на выгодных для себя условиях.  На более выгодных, чем вторая сторона. И лишь когда дипломатические варианты полностью исчерпаны, или одна сторона чувствует полное превосходство на второй, переходят к открытому противостоянию.

Принц услышал отсылку о том, как рабам предоставили условия, на которые они должны молиться. И ничем не обнаружил своего ироничного несогласия. К чему сейчас прибегать к скоропалительным аргументам и рассказывать, как ещё пару часов назад он получил ещё от свободных людей гражданского транспортника сигнал бедствия? А сейчас их уже будут продавать на пожизненное рабство на невольничьем рынке?

Анна же уже успела вовлечься в игру, где ей даже предложили походить и поспрашивать самой. Но Иллирийский принц изначально сам для себя отвёрг эту идею. Почему?

Конечно же, они не согласятся идти с ним! Они помнят о нависающих за сценой плетях хозяев, и что за каждое неправильно сказанное слово им точно отрежут язык. Или спустят шкурку. Поэтому, разумеется, они будут боготворить своих благодетелей.
Нет, чтобы такое прошло честно, они должны покинуть пределы горы и убедиться, что там, где они смогут себе позволить говорить, их не убьют за то, что они скажут.

Сложив пальцы в замок, он решает повысить ставки и на этот раз сделать последнее мирное предложение.
- Сундук. Драгоценных камней, золота и брильянтов. Я куплю их за эту сумму, - сейчас он откровенно играет на алчности Его Величества и его любви к драгоценностям, прекрасно понимая, что за истинные мотивы стоят за его решением отказа. Он боится, что его сожрут свои же, когда он заберёт у них то, что было куплено ими "по праву", и то, с чего они планировали в дальнейшем получать выгоду. - Я думаю, Вы же в курсе, что все эти люди являются поданными гражданами других королевств, империй и корпораций? Я искал своих людей, а нашёл их. И, согласно протоколу, уже оправил сигнал о том, где разбился корабль. И приход их сил сюда - всего лишь вопрос времени...

Принц Элиот не договаривает. Он уверен, что Король сам достаточно смышлён, чтобы сложить и закончить мысль Иллирийского принца. Они заберут своё. Рано или поздно. И цена на этот раз будет существенно отличаться. Или он получит свои драгоценности, сохранит народ и власть. Или... Он потеряет абсолютно всё.

 

- Сундук. Драгоценных камней, золота и брильянтов. Я куплю их за эту сумму. Я думаю, Вы же в курсе, что все эти люди являются поданными гражданами других королевств, империй и корпораций? Я искал своих людей, а нашёл их. И, согласно протоколу, уже оправил сигнал о том, где разбился корабль. И приход их сил сюда - всего лишь вопрос времени... – так Принц Света перешёл от пряника к кнуту, от привлекательной цены к прямым угрозам: «Не согласен – тогда отберём силой».
 - Я думаю, вы прекрасно понимаете, что стоит мне на такое согласиться – и придёт конец королевству гоблинов, - стал объяснять король элементарные вещи неразумным гостям. - И что же нам тогда делать? Сидеть на шикарном троне в обнимку с сундуком драгоценностей? Даже если лично меня такая цена устраивает – меня не поймёт ни один подданный. Так что не проще ли оставить всё, как было? Я конечно благодарен Вам за подарок, принц Элиот Маэль Эна-Конде. И поэтому возвращаюсь к предыдущему предложению: кто до сих пор считает себя гражданами других королевств, империй или корпораций – те могут идти на все четыре стороны. И прошу, не надо меня пугать силами коалиции рас. У нас давно всё договорено: заблудившиеся люди в любом другом случае не выжили бы в этой местности. Мы же – дали им защиту и кров, кормим, поим, заботимся... Уверяю вас, уже никто не хочет домой. Здесь – их дом. Если не верите – можете убедиться. Никакого давления. Всех всё устраивает. Поэтому если найдёте кого-то, кто полетит с вами, – я согласен на сундук, полный драгоценных камней, золота и бриллиантов. Жаль, что вы никого не найдёте – цена и впрямь хороша.

"У нас давно всё договорено: заблудившиеся люди в любом другом случае не выжили бы в этой местности".

"Ах, вот оно что", - что же, надо было отдать должное. Его Величество был хорошим риториком. И в умении заключать выгодные договора ему явно не было равных. Если отбросить всю словесную мишуру, суть, сводилась к следующему: с кем-то из кураторов, ответственных за эту зону космоса, с Королём была договоренность. Теперь понятно, почему на протяжении долгого времени на эти инциденты закрывались глаза.

Элиот услышал этот посыл и понял, что вызвать штурмов Легиона так просто не получится. Сначала надо будет прижать одну крысу. А ловить крыс со связанными руками и находясь вообще на другом планетоиде сложно. Да и на это уйдет столько времени... Увы, Принц знал, насколько неповоротливы большие системы в таких вопросах, особенно если шестерни давно проржавели и так просто вращаться не будут. За это время могло случиться многое. И сейчас это время было не на их стороне.

Ладно. Всё равно этот "силовой" вариант решения проблемы ему не нравился. Единственный его плюс заключался только в том, что он был простым. На этом эти самые плюсы и заканчивались. Не представляя интересы своего народа, Элиот-Сейран одновременно одинаково представлял интересы всех представителей рас Аркхейма. В этом плане он был абсолютно непристрастен и одинаково не желал крови ни первой, ни второй, ни третьей стороны. Он представлял и защищал интересы угнетённых. И ему неважно было, выходцами какой расы они были.

Взяв кубок с красным как кровь вином, мужчина задумчиво посмотрел на его содержимое несколько секунд, а затем осушил парой глотков.

- Я рад, что мы пришли к соглашению, - улыбнулся он предложению. - Я заберу всех, кто согласится. И на этом пути лично передам и подарок. И выкуп. Пусть даже если не согласится ровным счётом никто.

Хорошо, что сейчас на нём было это кольцо с защитой от чтения мыслей и любого ментального воздействия. Дипломату крайне важно не выдать свои мысли другим. Иначе... Это станет поражением. Вот и сейчас... Он выглядел как круглый идиот, который заведомо согласился на невыгодную для себя сделку. И пусть. 

- Замечательно! Замечательно, - широко заулыбался Буневыропф. - Я рад, что мы сумели договориться. Поверьте, для меня очень важно, чтобы каждый житель королевства, будь это даже самый последний раб, был счастлив. Так что вы можете сильно помочь в этом деле. Как соберётесь на свой космолёт, мой человек поможет вам безопасно доставить всех желающих туда и утрясти остальные наши договорённости... - из темноты вышел тот самый худющий старичок и поклонился Сейрану. - Что же, дорогие гости, прошу пировать, сколько угодно - но меня ждут дела. У королей не бывает выходных – постоянно дела, дела. Поэтому прошу меня простить, принц Элиот Маэль Эна-Конде, леди Анна, - он даже кивнул каждому, от самого короля получить такой знак – означает высшее почтение.
Рабы подхватили носилки вместе с толстяком и стали протискиваться в тот же проход, через который их и вносили.
«Предлагаю не откладывать, - передала Анна по мыслесвязи. – Мало того, что в деревне куча народу, что уже усложнит увидеть нужную ауру, так ещё и они были тут давно. Завтра может стать уже поздно обращаться к поиску по аурам. Я по пути сюда видела большую площадь. Думаю, рабов продают там.»

- Человек! – она щёлкнула пальцами старику, будто официанту. Тот, склонившись, подошёл ближе, показывая послушание. – Проводи нас на вашу площадь. Население должно видеть, что мы действуем с позволения короля! И кстати, как нам тебя называть? - Конечно-конечно, леди Анна! Я Матвей – все так меня зовут, и другого имени не знаю, - ответил старик, не забывая всё время кланяться.

(https://pic.maxiol.com/thumbs2/1767348381.3169388736.1.png)

Анна шла к площади, будто боялась опоздать.
- Ну-ка, все в стороны! Дело короля! - не забывал кричать Матвей.
Девочка, дойдя, взобралась на деревянный помост, что ныне пустовал, села по-турецки посреди него, закрыла глаза и погрузилась в себя. С минуту молчала.
- Седой потеряшка пошёл наверх, откуда мы пришли. Мы, видимо, с ним разминулись. Мужчину и женщину купили и повели в проход за моей спиной. Двух стариков купили другие – повели в проход по левую руку от меня, - говорила она, погруженная в медитацию.

- Благодарю Вас, Ваше Высочество за радушный приём и Ваше внимание, - поблагодарив и проводив Короля, соблюдя весь положенный церемониал, мужчина посмотрел на Анну. Та не только не растерялась, но ещё и потребовала очень правильных для их ситуации действий - легитимизации их действий в этой деревни от лица Его Высочества. Одно слово: леди. Если бы этого не сделала, это пришлось бы делать Элиоту. Но в этом плане его юной напарнице, и это сейчас не про её внешний вид, палец в рот не клади. 

"Ты абсолютно права", - так же по мыслесвязи отвечает мужчина. И на самом деле проблема, как казалось Иллирийскому принцу, заключалась не только и даже не столько в том, что рабов к тому времени продадут, сколько... Им сотрут память. Мужчина поднялся из-за стола и отправился следом за этим... "Матвеем".

И только когда они уже покинули "королевскую резиденцию", мужчина наконец-то снял с себя защитный ментальный покров.

"У меня есть одно предположение, почему рабы не хотят уходить сами. Но... Оно этот вариант не самый хороший для нас, однако это логично подтверждает ровно то, что говорил сам Король. Слышала, что сказал этот "Матвей"? Что другого имени он не знает. Подозреваю, что перед или после продажи им стирают память. Это объясняет, почему они не пытаются поднять бунт или сбежать при любой подходящей возможности. А так же, почему они не уходят "сами".

Некуда уходить, если тебе стёрли память.

- Скажи, Матвей, - властно обращается к нему Элиот. Его задача - подвести того к разговору о том, как на самом деле проходит легитимизация данной покупки. Возможно, этот рассказ даст им больше подсказок и зацепок, как поступить правильно.  - Расскажи, как проходит договор о купле-продажи раба? Что делает продавец, какие требования к покупателю? Кто ставит печать собственности?

Давая возможности Анне поискать потерянную часть группы, Иллирийский принц прижал палец к губами, обдумывая следующий план действий. Надо было найти ту женщину. Чью сережку он нашёл, и которую украл один из рабов. Но он запомнил, как она выглядела, поэтому парную он тут же обнаружит.

Первая часть плана: найти тех, кого привели сюда недавно. Вторая часть плана - узнать, через какие процедуры проходят рабы. Третья, придумать, как убедить на основе первых двух, тех, кого, возможно, насильно ввели в беспамятство, уйти с ними. Или разрушить эти чары.

- Пойдем за мужчиной и женщиной, - кивает он Ане.

Легионер по мыслесвязи предположил, что рабам перед продажей стирают память.
«Пусть строит версии, это его работа. Наше дело – найти.»
- Расскажи, Матвей, как проходит договор о купле-продаже раба? - начал расспрашивать Сейран. - Что делает продавец, какие требования к покупателю? Кто ставит печать собственности?
- Всё очень просто, - стал объяснять Матвей. – Если кто-то хочет купить раба, он подходит к продавцу с товаром, смотрит мышцы, зубы – всё, что говорит о его состоянии, и они начинают торговаться. Если договорились – продажа происходит. Нет – раба купит другой, менее придирчивый или жадный. Требования к покупателю – наличие денег. Нет серебра – никто ему ничего не продаст. Лично у меня нет никакой печати, я не совсем понял, про что Вы, Ваше Высочество.
Сейран выслушал размеренный бубнёж Анны про судьбу пассажиров корабля, которые были здесь.
- Пойдём за мужчиной и женщиной, - решил он.
Естественно, чтобы проследить за потухающими аурами, нужными из всего множества, понадобилось погрузиться в глубокий транс. В таком не услышишь вообще ничей голос – хоть даже будут кричать тебе в ухо. Поэтому девочка сидела точно так же, как и до этого. Её можно бы принять за статую, только едва заметное медленное дыхание может выдать, что это не так.
Получается, купивший мужчину и женщину ушёл с ними в левый проход, если смотреть от истока лавового ручья.
- В той стороне кончается власть гоблинов, - известил Матвей. - Король Буневыропф будет очень недоволен, если я отлучусь надолго без его ведома. Как только найдёте кого-то, кто отправится с вами, – обращайтесь, в нашей деревне меня всякий знает. А сейчас – прошу простить, дела! – развёл руками доверенный Буневыропфа и поспешил откланяться.

- Я о том, как сами жители не путают, кто чей раб? Что-то вроде документов, паспорта или удостоверения, подтверждающее принадлежность, - терпеливо объяснял Матвею Сейран то, что хотел узнать. Конечно, можно было спросить прямо. Но, как он понял, на прямые вопросы и предложения здесь никто не отвечает. Поэтому приходилось окольными путями рвать гланды через ж.. задний проход - или, как в простонародье называлось, заговаривать зубы. Будучи по натуре воспитанный в таком обществе, где вести куртуазные разговоры - обязанность каждого воспитанного при дворе, Сейран умел говорить ни о чём. Умел. Но терпеть не мог этим заниматься, предпочитая молчать. - Или как их находят, если те потерялись или решили сбежать? По пути сюда я видел логово злобоглазов. Смотрю, попасть на зуб чудовищам тут не такая уж и редкость.

Анна пока искала потерявшихся. И центурион не смел ей мешать. Зато с удовольствием присел на уши Матвею со своими разговорами.
- Разумеется. Но, позвольте мне один вопрос, - кивает он, однако очень вежливо и деликатно даёт понять, что не отпустит, пока не получит все ответы, как бы ненавязчиво преграждая путь. - Говоришь, там заканчивается власть Его Высочества? А чья начинается? Или дальше пустые земли?
Конечно. Были бы они пустыми, если бы были никем не заняты. Гоблины бы с удовольствием прибрали бы их себе. Значит, приходилось с кем-то соседствовать. Нужно было только понять: с кем именно. Быть может, это могло бы им помочь. А, может, и нет. Сейран всегда и во всём привык полагаться только на себя. И на своих соратников и партнеров, которые временно разделяли его путь. Но в целом, он привык идти по жизни один. Пожалуй, как и каждый из нас. И, как наверное, его маленькая спутница. Но прикинуться дурачком и простофилей - это не помешает.

- Благодарю за ответы, - впрочем, как и обещал, он не задержал. Получив скорый ответ на свой вопрос, центурион отпустил мужчину и посмотрел на Аню, ожидая, когда она закончит с поисками.

- Я о том, как сами жители не путают, кто чей раб? – пояснил Сейран. - Что-то вроде документов, паспорта или удостоверения, подтверждающее принадлежность. Или как их находят, если те потерялись или решили сбежать?
- Да здесь все друг друга знают! – заверил старик. - Если кто-то из рабов посмел сбежать – хозяин объявляет об этом, и беглеца ищут всей деревней. В итоге хозяин раба даёт награду нашедшему. Зачем рабу удостоверения?
Матвей искренне не понимал, почему такие благородные люди, которые, казалось бы, должны всё знать, не в курсе простых вещей.
- По пути сюда я видел логово злобоглазов, - рассказал легионер. - Смотрю, попасть на зуб чудовищам тут не такая уж и редкость.
- О, монстры постоянно нам мешают добывать ресурсы, - стал сокрушаться Матвей. – Странно, что после его атаки вы ещё можете видеть. У нас некоторые ослепли после встречи с ними, - теперь он смотрел на Сейрана с уважением, ведь глаз – достаточно опасный монстр, а эти двое – целы и невредимы.
- Позвольте мне один вопрос. Говоришь, там заканчивается власть Его Высочества? А чья начинается? Или дальше пустые земли?
- За ту территорию идёт война между орками и даурами. Мы давно перестали пытаться претендовать на неё – уж слишком сильны конкуренты. Да и зачем – нам пока хватает того, что есть, - объяснил старик.
- Благодарю за ответы, - отпустил его принц.
Матвей спешно раскланялся и быстро исчез из виду, смешавшись в толпе.
Анна сидела всё так же, будто уснула в этой нелепой позе.
- Эй, освобождайте помост! – к ним подошёл зеленокожий громила, явно не гоблин, держащий на плече боевой топор. – Нам пора вешать воров, а вы мешаете!
За ним вереницей стояло несколько человек, связанных одной верёвкой за шеи, за ними присматривали гоблины с копьями.
Сейран посмотрел на девочку – но та словно превратилась в статую.
- Это он! Это он пленил командира Мекиропфа! – один из гоблинов, странно похожий на сбежавшего перед битвой Дынгеопфа, громко закричал и стал показывать пальцем на легионера.
- Когда король узнает – он будет недоволен, - улыбнулся громила, показав ряды острых зубов.

Так... Он ничего не сказал о метках. Значит, магические метки у них не в ходу. И, судя по всему, память им тоже никто не стирает. И это тоже очень хорошо. Потому что работать со стёртой памятью будет очень-очень сложно.
- Он правда очень старался так сделать, - улыбнулся мужчина, однако, при всей показной веселости, не собирался раскрывать детали того, как они убили злобоглаза, и почему у Сейрана получилось не ослепнуть от его света. Информация дорого стоит. А информация в руках врага - оружие, которое он обязательно обернёт против тебя. - Но фактор неожиданности оказался на нашей стороне.

А вот информация про орков... Хоть пока и не имела однозначного подтекста, но почему-то центуриону казалось, что и не несла ничего хорошего. Вот только сейчас им столкновения с орками не хватало для полного счастья. Вскоре, как Матвей ушёл, к ним подошли ещё...

Зеленый громила походил на орка. И только было центурион хотел было задать, в чём конкретно обвиняются эти люди, которых собирались казнить. Как вдруг один из них заверещал. А до чего противно заверещал-то.
Мужчина скрестил руки и, вместо того, чтобы начать оправдываться, осадил его властным тоном: "Замолчи! Его Высочество уже в курсе всех дел. Как и вы теперь должны быть в курсе, что мы являемся его почётными гостями и почётными дипломатическими особами, которые на данной территории выполняем согласованную с Королём миссию. Или вы не слышали слова Матвея?"

Да и как бы то ни было. Незаконное убийство лорда простолюдином во всех феодальных сообществах жестоко наказывалось. Вынести смертный приговор лорду мог лишь король или судебные постановления высших инстанций. Если же самосуд или убийство по незнанию совершит простолюдин, то, обычно, его лишали головы следом. Это было сделано, чтобы народ не смел бунтовать против власти. Иначе опасный прецедент даст почву для очень нехороших мыслей. Особенно, если этот лорд был иностранным гостем.

"А теперь скажите мне. В чём обвиняют этих людей?"
Спросил он таким же непримиримым тоном, не меняя своей позы.

Легионер в белом скрестил руки и прикрикнул на Дынгеопфа, всё ещё тыкающего пальцем:
- Замолчи! Его Высочество уже в курсе всех дел. Как и вы теперь должны быть в курсе, что мы являемся его почётными гостями и почётными дипломатическими особами, которые на данной территории выполняем согласованную с Королём миссию. Или вы не слышали слова Матвея?
- Матвея? – наморщил лоб орк. - Это раб короля, что ли? Кстати, где он? – и заозирался по сторонам. – Не слышали мы твоего Матвея. Но вы всё же освобождайте помост, хоть почётные вы, хоть ближайшая родня, - но он на площади один, а вешать принято на нём.
- А теперь скажите мне: в чём обвиняют этих людей? – всё так же строго спросил принц.
- Извольте, "почётный" незнакомец, - серьёзно ответил громила. – Эта рабыня украла молоко хозяина, уничтожив доказательства на месте преступления, - показал он на грязную нищенку. – Этот раб украл козу хозяина и пытался с нею скрыться в переходах пещер, - на старика, которого едва держали ноги. – А этот раб украл серьгу высокого качества и пытался её спрятать. Хорошо, мы случайно обнаружили, как он рассматривал её и называл «наша прелесть!» Ваша почётность довольна ответом? Может, теперь вы освободите помост для справедливого суда? – прогремел он.
Дынгеопф только переводил взгляд с одного говорящего на другого, с трудом улавливая самую суть – они, будто издеваясь, говорили на всеобщем, который большинство гоблинов если и понимает, то лишь отчасти. И это в лучшем случае.

- С кем имею честь общаться? - Сейран старается звучать не надменно. Ему действительно нет резона унижать и возвеличиваться за счёт своего положения и статуса. Однако чужие поклёпы и необоснованные визги в свой и адрес Ани он будет пресекать. - Ещё не всё. Во-первых, я хочу узнать, как выглядела та украденная сережка. Опишите мне её. У меня сегодня тоже пропала одна. И я нигде не могу её найти. 

Тут легионер действительно задался вопросом: а не та ли самая эта сережка, которую он кинул в штольнях? И которую так и не успел забрать. Он помнил, как она выглядела. И теперь было интересно, совпадёт ли её описание с тем, что якобы было украдено. Если да... То это ложное обвинение. И, как следствие, скорее всего, ложные обвинения ко всем здесь собравшимся. 

- Во-вторых, мы с Его Величеством Буневыропфом заключили соглашение сегодня. Я покупаю всех рабов, которые откажутся от службы своим прежним хозяевам. И заберу их себе. И... - он посмотрел на эту несчастную троицу, приговоренную к казни. Скорее всего, от них просто решили избавиться просто потому, что они старые, дряхлые, не способные к работе, а не за то, что они совершили то, в чём сейчас их обвиняют. Лишние рты, в которых уже нет никакой нужды. Лишь кормить их - продукты переводить. Однако, почему не сделали это сами? Есть какие-то запреты в отношении рабов, где запрещается их убивать напрямую? Сейран не говорит прямо, что хочет их освободить. Он их именно покупает. Для каких своих нужд - это уже не чужих умов забота. - Раз я вижу, что прежним своим хозяевам они не нужны. Я заберу их себе.  Разумеется, если они скажут, что согласны пойти со мной. Таково было условия нашего соглашения с Королём. 

После чего переводит взгляд на орка и улыбается. Спокойно. Выдержанно. 
- Вы можете осведомиться у Матвея, слуг Его Величества или у Него лично, если моим словам вдруг не будет веры. Я никуда не тороплюсь. Я подожду. 

- С кем имею честь общаться? - первым делом решил осведомиться Сейран.
- Бхадур, наёмник, - без лишних споров ответил орк. - Временно работаю на гоблинов – пока мне платят. Кто-то перебил большую часть войска гоблинов, - поделился он, выделив интонацией слово «кто-то», - и меня наняли выполнять их функции. Работёнка так себе, но платят нормально. А вы кто такие, "почётные" незнакомцы? Хотелось бы знать, как могу к вам обращаться...
- Я хочу узнать, как выглядела та украденная серёжка. Опишите мне её. У меня сегодня тоже пропала одна. И я нигде не могу её найти.
- Да вот она! – орк показал на своё ухо. Там, действительно, красовалась знакомая серёжка. Да и раб, угрюмо ожидавший справедливого суда, тоже кого-то напоминал. – Только что потеряно – того не вернёшь. Я её честно заработал! – и он осклабился, всем своим видом показывая, что так и есть.
- Мы с Его Величеством Буневыропфом заключили соглашение сегодня, - стал рассказывать принц. - Я покупаю всех рабов, которые откажутся от службы своим прежним хозяевам. И, раз я вижу, что прежним своим хозяевам они не нужны, я заберу их себе. Разумеется, если они скажут, что согласны пойти со мной. Таково было условие нашего соглашения с Королём.
- К сожалению, они уже приговорены к смерти через повешение за свои преступления, - развёл руками орк. - Но Вы, разумеется, можете перекупить их, чтобы изменить уже готовое решение. Ведь, согласитесь, любой висельник согласится на что угодно, кроме исполнения приговора, - объяснил он.
- Вы можете осведомиться у Матвея, слуг Его Величества или у Него лично, если моим словам вдруг не будет веры. Я никуда не тороплюсь.
- Что Вы, что Вы! – Бхадур даже выставил вперёд руки, убеждая, что всё нормально. - Раз Вы говорите от имени Его Величества Буневыропфа, мы не можем не поверить такому надёжному источнику! Так какую Вы цену предлагаете за этих воров?

- Увы, это был я. К сожалению, мои требования и просьбы пропустить меня и леди Анну без боя закончились неудачей. На нас напали, пришлось дать бой. Я сожалею, что погибли солдаты. Тем же, кто сдался, я сохранил жизнь. Но если бы они согласились изначально, никто бы не погиб вообще. Я - Элиот-Маэль Эна-Конде. Принц Солнце. А это - моя компаньонка - леди Анна, - Сейран даже не думает скрывать, что это был он, тем более, что это не имело никакого смысла. Его уже "спалил" тот самый гоблин. Однако отступать от своей легенды-правды не стал. Если бы конфликт мог решиться только силами легионера Сейрана, ему бы не пришлось раскрывать своё инкогнито. 

- Я что-то не понял, - прикидываясь намеренно непонимающим, начал мужчина, а потом уже перешёл в режим мягкого давления. - Это как раз та самая серьга, которую якобы "украл" этот самый раб. Только он её не крал Я специально подбросил её ему под ноги, когда встретил его в шахте, чтобы тот обратил на неё внимание и поднял. А потом наши пути разошлись, так как на нас напали. Нет. Я не требую её вернуть. Однако... Получается, что его обвиняют ложно? Он не крал эту серьгу. А, учитывая, что она моя, то это мне принимать решение, как с ним следует поступать. В таком случае, смею предполагать, что обвинения остальных так же могут быть ложными? 

- Что же касается цены. Эта информация считается конфиденциальной. Если Его Величество Буневыропф сам не желает обнародовать детали нашего договора и сделки, то я тем более не стану этого делать. Это вопросы дипломатии. И если выгодополучатель сохранить это втайне, то никто не вправе требовать отчёта. А раз все причастные согласны перейти теперь под моё владение, то требую их отпустить. Немедленно.

Элиот действительно не видел причины, по которым эта информация должна стать достоянием общественности. Похоже, что Королю было выгодно скрыть, за сколько он продал этих самых рабов принцу Элиоту, чтобы потом среди собственного населения не поднялось волнений и шума. Если же нет, то секрета в этом никакого нет. 

- Увы, это был я. К сожалению, мои требования и просьбы пропустить меня и леди Анну без боя закончились неудачей. На нас напали, пришлось дать бой. Я сожалею, что погибли солдаты.
 - Ух! Лихо ты их! – восторженно похвалил Бхадур, махнув в воздухе кулаком для яркости эмоции. – Такую толпу завалить! И ведь – ни царапинки! – он придирчиво оглядел внешность Сейрана.
- Я - Элиот-Маэль Эна-Конде. Принц Солнце. А это - моя компаньонка - леди Анна.
 - Будем знакомы, - орк придирчиво посмотрел на девочку, до сих пор занимающую помост и тем самым мешающую ему выполнять своё дело.
- Я что-то не понял... - прищурился принц. - Это как раз та самая серьга, которую якобы "украл" этот самый раб. Только он её не крал. Я специально подбросил её ему под ноги, когда встретил его в шахте, чтобы тот обратил на неё внимание и поднял. А потом наши пути разошлись, так как на нас напали. Однако, получается, что его обвиняют ложно? Он не крал эту серьгу. А, учитывая, что она моя, то это мне принимать решение, как с ним следует поступать. В таком случае, смею предполагать, что обвинения остальных так же могут быть ложными?
 - Изначально было понятно, что у раба не может быть серьги, тем более, такого качества. Значит – украл, больше неоткуда взять. У кого? Явно у человека небедного. Если подобрал чужую серьгу – значит подтверждается, что украл. Теперь мы точно доказали, что он вор, хотя это было очевидно. Я – честно доказал, что вор является вором, значит украденная им вещь – моя! Таков закон. Остальные – тоже воры и должны быть повешены, ведь кража молока и коз – тяжкое преступление!
- Что касается цены – эта информация считается конфиденциальной. Если Его Величество Буневыропф сам не желает обнародовать детали нашего договора и сделки, то я тем более не стану этого делать. Это вопросы дипломатии. И если выгодополучатель сохранит это втайне, то никто не вправе требовать отчёта. А раз все причастные согласны перейти теперь под моё владение, то требую их отпустить. Немедленно.
 - Так дела не делаются, - орк даже руки вперёд выставил, чтобы остановить разбушевавшегося принца, который пытается что-то доказать по-своему в чужой стране. – Это – уже не рабы, а приговорённые к смерти. Вы вот с королём о чём договаривались? О рабах, правильно? Так вот, чтобы они снова стали рабами – приговорённых придётся выкупить, если будущему хозяину очень это хочется. Что согласные – тоже очевидно: любой приговорённый будет согласен на любые условия при сохранении жизни. Иначе бы они с нею давно расстались как-нибудь сами. Так что, если не желаете выкупать, – освобождайте помост, да побыстрее – у нас ещё дела есть, - Бхадур помахал рукой – дескать, давайте уже отсюда. Он смотрел прямо в глаза принцу, но в его глазах играла хитринка – орка явно забавляла ситуация.

На похвалу орка Сейран никак не отреагировал. Да, он победил. Но не чувствовал от этого чувства радости и превосходства. Он сделал то, что должен был сделать и выбрал тот путь, по которому должен был пройти. Ни больше, ни меньше. А вот сам орк был слишком... Хитроватым. "Плут", - он его уже начинал раздражать. Принц, разумеется, мог потягаться с риторикой, но обреченным на казнь вопросы правовых нюансов, достойных препирательств юристов, это не только не поможет, но и усугубит их и без того хрупкое положение. А заполучить ему их нужно любой ценой. Как говорится, кровь из носа, но нужно.

И здесь не только вопрос гуманности, который красной нитью проходил через все действия легионера и объяснял его мотивацию. Но и... Уже более корыстного подхода. Если он начнёт формировать вокруг себя группу освобожденных, то остальным рабам, которые не обречены на смертную казнь, будет легче соглашаться уходить с ним. Эффект "легкой руки" и "толпы". Быть первым во всём действительно сложно, даже в вопросах собственного спасения. Сложно переступить черту. Если они увидят, что уже есть другим, им будет проще.

- Получается, ты забрал мою "украденную" серьгу у этого человека, и тот приговорен к казни. Но от того, что ты её забрал, украденной она быть не перестала, а её законный владелец так её и не получил. По закону, если украденная вещь находится у перекупа или другого барыги, то он становится участником дела, пока не докажет, что она попала к нему законным путём. Следовательно, тебя должно ожидать тоже оказание? Давай сделаем так: твоя серьга - плата за свободу этого человека. Теперь к остальным. Какая плата тебе положена за их казнь?

Да начнутся торги. Принц намеренно отказался называть первым свою цену. Ему интересно было посмотреть на запросы этого самого Бхадура.

- Какая плата тебе положена за их казнь? – перешёл к главному Сейран.
 - Казнь воров – это моя работа. Меня наняли, чтобы я следил за рабами, охранял от опасностей и наказывал преступников. Всё это входит в оплату, - объяснил Бхадур. – Каждого из этих воров я готов продать тебе по пять золотых, - он поставил руки на пояс, ожидая ответа хитрого принца.

Анна блуждала во тьме. Она давно уже не видела ауры разыскиваемых людей, как и ауры других существ деревни. Её сознание провалилось дальше - темнота, вокруг - сплошь мрак и холод.
«Где я? Как я оказалась здесь?»
Девочка уже не помнила, с чего всё это началось, - слишком много времени прошло, так долго она здесь блуждала. Это был лабиринт, по которому приходится ходить с закрытыми глазами - потому что открывая их, кажется, что ты слепа. Здесь не работала магия - даже тоненького ручейка магической силы нет, ни капли. И она впервые в жизни почувствовала себя слабой.
Всё время было ощущение, что кто-то может её спасти. Но он не приходил.
«Почему он не торопится? Где он ходит? Я же тут одна - и погружаюсь всё глубже!»
Через минуту девочка уже и не помнила, куда она погружается, - и опять ходила в лабиринте тьмы. Он был бесконечен, как сама вечность, а её руки каждый раз натыкались на стены. Стены, стены, опять стены - везде стены. Препятствия. И никак отсюда не выйти.

- Золотыми? По рукам, сказал бы я. Да только где же я тебе их сейчас возьму? Или ты думаешь, что у меня во внутренних карманах припрятано по мешочку золота? Могу только археями по курсу золотых. Здесь с собой у меня только безналичный расчёт, - Сейран нахмурился. Дело совсем не в цене, который заломил этот пройдоха. После чего показал руку коммутатором, демонстрируя, что хоть сейчас готов перевести эти деньги. Если у того есть куда. Хотя вот с последним он сомневался. Как он понял, что здесь действует система безналичного расчёта и натуральный обмен. - Или тогда пойдешь со мной, там тебе по факту передам этим монеты, а ты мне рабов. Учти, что если ты их казнишь, то ничего не получишь.
А это - чтобы не смел его вдруг пытаться шантажировать. Если его действительно интересует выгода, он найдет, как получить свои деньги. Иначе бы не устроил этот цирк.

- Анна, - Сейран осторожно потряс девочку за плечо, совсем негромко, словно пытаясь разбудить, обращаясь к ней. Она уже давно сидела в таком положении. Но, насколько Сейран думал, что ей это нормально, и скоро она проснётся. А она всё не просыпалась и не просыпалась. - Эй, Анна! 
После чего снял перчатку с руки и приложил пальцы к шее, пытаясь прощупать пульс. Они её, случаем, не отравили? Может, она погрузилась в свою магию, и в этот момент начал действовать яд? Или она попала под воздействие собственной магии? Пульс был, но он был слабым. Она как будто холодела.

- Эй! Не смей умирать! - словно забыв об орке, центурион уложил девушку на помост, снимая с руки кольцо, и, надев массивное кольцо, которое ей было явно велико, ей на маленький пальчик, задействовав регенерацию. "Отравили?!." Паническая мысль носилась в голове. И, словно чувствуя, будто это недостаточно, активирует ещё и ментальный блок, надеясь, что это сможет ей проснуться от собственного сна и оцепенения. Дальше ему просто оставалось надеяться, что это поможет.

- Золотыми? По рукам, сказал бы я - да только где же я тебе их сейчас возьму? Или ты думаешь, что у меня во внутренних карманах припрятано по мешочку золота?
 - Конечно – как у любого торговца! – закивал орк. Гоблины тоже закивали, за компанию.
- Могу только археями по курсу золотых. Здесь с собой у меня только безналичный расчёт. Или тогда пойдёшь со мной, там тебе по факту передам этим монеты, а ты мне рабов.
- Я пойду с тобой, только если ты меня наймёшь, - ответил орк. – А пока – мне и здесь работы хватает. И приговорённые – никуда не пойдут, пока их не выкупят за честное золото. А до этого времени будут работать.

Анна снова наткнулась на стену, положив на неё руки. И заметила на одном из пальцев кольцо.
«Кольцо? Но я же никогда не носила кольца. Откуда оно взялось?»
От него веет теплом, оно придаёт надежду на будущее и уверенность в себе. «Так это ж кольцо регенерации!» - проснулась в девочке способность к анализу. Она почувствовала, что поднялась где-то на уровень выше. Вокруг – как будто всё стало не таким тёмным.
И тут Анна увидела ментальный купол. Почти прозрачный, слегка отливающий синевой, он охранял её от любого внешнего ментального воздействия.
«Это всё – мираж! Я где-то... в глубине. Надо выплывать.»
Девочка зажмурила глаза – но сквозь веки увидела, что вокруг посветлело. Ещё. Ещё сильнее.
Анна очнулась лёжа на помосте. Села. На руке действительно – кольцо. Рядом Сейран, на лице его – беспокойство.
Сняла явно чужое кольцо.
- Спасибо, - отдала принцу. – Нельзя было здесь уходить в медитацию. Проклятое место, - припозднившаяся характеристика этой площади сейчас как-то больше походит на оправдание, но и в самом деле стало легче.
На неё уже смотрит целая толпа, внимательней остальных – группа вооружённых копьями гоблинов и могучий орк. Причём он смотрит так, будто она ему что-то должна.
Девочка встала с помоста.
- А ты ещё кто такой и что тебе здесь надо? У нас – важное задание от самого короля Буневыропфа!
- О, проснулась! У меня тоже задание – и тоже от самого короля, - не растерялся орк. – Но раз уж твой товарищ вознамерился купить приговорённых к повешению – пойду давать им работу, пока он за них не заплатит. А вы – можете дальше валяться на помосте, раз он вам так понравился, – всё равно повешение откладывается.
От таких вестей собравшаяся толпа жителей явно расстроилась и стала расходиться.
 - Что я говорила, находясь в медитации? – повернулась Анна к Сейрану. – Я помню только направления... Один, - вытянула она руку влево, - двое, - прямо, - ещё двое, - вправо.
- Эй, а когда ты освободишь командира Мекиропфа? – визгливо спросил Дынгеопф на гоблинском, снова тыкнув пальцем в легионера. – Они так скоро с голоду сдохнут!

- Хорошо, - кивнул Сейран на условия орка. Он дал понять, что с собой у него золота нет. Не было, не возьмёт же он его из воздуха. Однако хорошо, что они сошлись на том, что казнь будет отложена. Тем более, что сейчас ему стало совершенно не до этого.

Сейран напряженно склонялся над девушкой, по какой-то причине запертой в теле ребёнка, испытывая почти экзистенциальный ужас от того, что она сейчас могла умереть. Для Сейрана это не просто смерть гражданского. Это ужас Элиота, который в очередной раз не сумел предотвратить трагедию локального масштаба.

Под действием кольца пульс стал выравниваться, как и выравниваться дыхание. Кажется, она начала розоветь, а веки подрагивать.
- Правильно, иди на свет, - зажег он перед ней небольшой шарик света, чтобы веки реагировали на свет. Тут, под горой, несмотря на кристаллы, было довольно сумрачно. А такой свет был настоящим. Это не люмус в привычном его понимании. Это буквально маяк для неё, указывающим кораблям, блуждающим в темноте, путь домой. И с каким же облегчением вздохнул, когда увидел, как она наконец-то открыла глаза. Он осел на погост рядом, буквально вытерев рукавом холодный пот, который прошиб его насквозь. - Ты не представляешь, как я рад, что с тобой всё в порядке. 

Только убедившись, что с ней всё хорошо - а на всякий случай он потрогал ей лоб и посмотрел глаза и кожу, чтобы отмести подозрение в отравлении, только тогда он забрал своё кольцо и вернул себе на указательный палец.

- Нет, ты ничего не говорила, - отрицательно качнул головой Сейран, наконец-то понимая, что можно спокойно выдохнуть. Нет, до полного спокойствия было ещё очень далеко. Но если бы он узнал, что Анну отравили, прямо здесь, на королевском приёме... Скорее всего, он просто бы взял меч и... За подобную подлость надо платить. Хорошо, что этого сценария не случилось, а её доверие не подвело. 

- Эй, а когда ты освободишь командира Мекиропфа?Они так скоро с голоду сдохнут! - честно? Этот визг его уже порядком достал. Сейран спросил Анну, что он сейчас говорил. И, только когда понял смысл просьбы, вдруг материализовал меч из пространственного кармана и его острие направил прямо под горло зеленого. Если не придавать значения его мечу, можно было просто считать его оружием легионера. Но теперь у него была возможность непосредственно рассмотреть его в непосредственной близости от своей головы. Белое как снег лезвие. И золотой кровосток. Бело-черный эфес также украшенный золотом и золотой звездой с двух сторон на невыдающейся гарде. Это явно не типовое оружие, а элитный клинок, сделанный под заказ явно не простому солдату. 

- Забыл, с кем говоришь? - так Элиот ему напомнит. Здесь ему не демократическое общество с их "высокими" гуманистическими законами и правами. Здесь тёмное средневековье, где право сильного и положение решает всё. Элиот жил и там, и там, поэтому хорошо впитал дух двух таких непохожих и непримиримых между собой эпох, по сути, соединив и объединив их в себе. - Ты говоришь с Его Высочеством. А не мальчиком на побегушках. Поэтому если хочешь сохранить язык и башку - заруби себе это на носу. Я отпущу вашего командира, когда сперва решу здесь все свои дела. Но если ты хочешь меня поторопить - ты мне заплатишь 20 золотых. Уверен, что за освобождение вас щедро и непременно наградят. В противном случае, я сделаю это лишь по пути обратно. 

Дав понять, что освобождение их командира не является его приоритетной целью, Элиот вернулся к Анне. Раз здесь всё завязано на натуральном обмене, он сыграет по их правилам и навяжет свои.

Такой благородный до сих пор и весь в белом пришелец вдруг вытащил меч из ножен и направил на гоблина:
- Я отпущу вашего командира, когда сперва решу здесь все свои дела. Но если ты хочешь меня поторопить - ты мне заплатишь двадцать золотых.
Дынгеопф тут же замолчал, забыв о сородичах, и зашёл за спину орку, сделав вид, что он тут ни при чём.
Сейран изъявил желание пойти за мужчиной и женщиной, и путники направились в левый проход, попрощавшись наконец с ручейком лавы, что продолжал течь практически по прямой, лишь слегка огибая деревню гоблинов.
 

Это просто безумие какое-то! Продают людей, как рабов, смотрят на них, как на вещь бесправную, ведут, куда им нужно... Спасшихся с потерпевшего крушение корабля рядом с ней остаётся всё меньше: то их было десять, пятеро, теперь остались вдвоём. Что стало с остальными?
Милэда долго не могла отважиться подкинуть вторую серёжку на тот случай, если их будут искать. А искать должны! Ведь корабль с пассажирами пропал в никуда! Целую экспедицию должны отправить. И вот, когда её и мужчину с седоватой щетиной купили натуральные орки и повели их из деревни гоблинов, она, пока все отвернулись и никто на неё не смотрел, сняла вторую серёжку и отбросила в сторону – а то найдут не те, кто нужно. Если обнаружат гоблины или орки – как тогда их найдут спасатели?

Как только гоблин замолчал, сделав вид, что он тут вообще не при чём, Сейран тут же убрал свой меч. То, что он был добрым, не означало, что ему можно было сесть на шею, ехать и ещё задорно пришпоривать. Такие наглецы ссаживались там же, где пытались сесть. Мужчина сказал, что отпустит? Значит, отпустит. От половины дня никто не умирал от голода. А если у них такие солдаты, что не могут прожить и пары часов без еды... То что же они за солдаты такие?

Однако не решался пока главный вопрос: где брать деньги в натуральной валюте?.. У него даже на натуральный обмен ничего не было. Драгоценностей на себе Сейран никогда не носил: во-первых, по уставу не положено, во-вторых, он никогда не был любителем цацок. А те артефакты, что были при нём - были исключительно функциональными, рабочими инструментами, лишиться которых - означало бы лишиться не только памяти о доме, но и снаряжения, выданного ему Коалицией. Утрата только одного такого пистолета будет грозить ему выговором с занесением в личное дело. Такие вещи не теряются. И обмену не подлежат.

- На местных чудовищ, что ли, сходить?.. - спросил он вслух, но скорее не у Ани, а просто, пытаясь понять, как ему разрешить возникшую дилемму. По крайней мере, этот тот единственный натуральный обмен, который он бы мог предложить местному населению. Ладно... Как-нибудь сторгуется.

- Смотри! Вторая серьга! - сказал мужчина и нагнулся за сережкой, поднимая её с земли. - Похоже, хозяйка их не теряет. Она просто пытается хоть как-то подать сигнал о помощи. 
Если одна сережка могла быть действительно случайно уроненной, то две - уже прямое свидетельство того, что хозяйка пытается как-то позвать на помощь и привлечь к себе внимание.

- Идём скорее в ту сторону, надеюсь, мы их нагоним, - сказал центурион, поторапливая Аню. - Если тебе вдруг тяжело идти - скажи мне, я посажу тебя себе на плечи.

Центурион и девочка беспрепятственно покинули деревню и двинулись в проход, ведущий в земли орков и дауров. Без освещающей путь лавы сразу стало темнее, и Анна снова зажгла своего светлячка, который тут же начал радостно кружить возле её рук и волос.
 - Я тоже без тебя скучала, - тихо ответила девочка.
Анна на ходу проверяла магические потоки и свои возможности в этом месте. Внешне это выглядело так, будто она просто сводит и разводит руки, задумчиво глядя на них.
- Смотри! – Сейран увидал в стороне что-то. И как различил в этой полутьме? - Вторая серьга! – он подобрал серёжку-близняшку той, что была у орка-громилы. - Похоже, хозяйка их не теряет. Она просто пытается хоть как-то подать сигнал о помощи. Идём скорее в ту сторону, надеюсь, мы их нагоним, - и действительно ускорил шаг. - Если тебе вдруг тяжело идти - скажи мне, я посажу тебя себе на плечи.
 - Не тяжело, я привыкла, - девочка тут же приноровилась к новой скорости, не отрываясь от своего занятия и лишь мельком взглянув на находку.
Так они дошли до небольшого зала, из которого вело два прохода: влево и вправо.
 - Ауры людей уже угасли, - известила Анна, - слишком много времени мы потеряли. Так что я теперь бесполезна. Куда пойдём?
Земля шла немного под уклон – таким образом влево придётся подниматься, а вправо – спускаться, что всегда легче.

Когда им пришлось покинуть деревню, стало темнее, что пришлось зажечь себе светлячка. Главное, не застрять здесь надолго. Темнота неполезна для стеллария. Сколько он уже вот тут так, под землёй? Часов двенадцать? Пока такое отсутствие света не критично. Но чем дальше, тем неприятней.

А ещё мысли о деревне с орками. Хотелось бы надеяться, что с этими парнями будет договориться проще. Хотелось бы надеяться, но легионер не думал, что будет проще.
- Смотри по себе. Если вдруг устанешь - ты говори. Мне действительно не тяжело, - улыбнулся центурион, который наконец-то мог снять с себя прошлое принца Элиота. Уж слишком тяжело ему давалось погружаться в прошлое. Носить этот титул после всего, что случилось, казалось чем-то непростительным.

Следующий зал опять предвещал развилку. Нет, Сейран никогда не страдал клоустрофобией. Но находиться в этом настоящем муравейнике ему было несколько не по себе. Особенно, если все проходы дальше будут одинаковыми, то был риск действительно потеряться.

- Налево пойдешь - коня потеряешь, направо пойдешь - жизнь потеряешь, - не удержался мужчина от того, чтобы не процитировать одну из сказок. После чего усмехнулся. - Не смешно. Сейчас очень бы желательно не ошибиться с направлением.


Поэтому центурион достал пистолет и включил режим сканирования. Но то ли горная порода не давала возможность провести нормально анализ, то ли ещё что... А результаты ничего не показали и нисколько не улучшили моральную дилемму. 
- Значит, направо. Попробуем спуститься и посмотреть, что там будет, -  улыбнулся мужчина. После чего первым направился в тот проход.

Носорог втянул ноздрями воздух – чуткий нос подсказал ему, что аппетитная трава где-то рядом, надо лишь зайти за сталагмит. Огромная шестилапая туша прошла по предложенному носом маршруту. Вот она! Вкуснейшая желтоватая пещерная трава, которую можно найти совсем нечасто, и только в подобных залах, усыпанных по потолку мерцающими зелёным камнями. Жалко, что эти камни не растут ниже – это ещё больший деликатес! Зверь сорвал крепкими зубами жухлую траву, старательно её переминая во рту. Он закрыл глаза от удовольствия, но вот уши настроженно навострились. Казалось бы – кого бояться зверю таких размеров в этих пещерах? Но двуногие не раз пытались убить его или его сородичей. Некоторым даже иногда это удавалось – им как будто нравилось испытывать судьбу. Вот и сейчас – чуткие уши различили звук шагов. Так ходят только двуногие – как раз те, кого стоит опасаться.
Носорог открыл глаза, уставившись в проход, откуда показались двое, щуплые, побольше и поменьше, в светлом.
 

Сейран и Анна вышли в очередной зал. В нём потолок был усыпан мерцающими зелёным камнями ещё чаще, чем в деревне гоблинов, отчего сразу стало светлее. Сталактиты и сталагмиты – казалось бы, ничего необычного. Но в одном из углов стоял громадный шестилапый носорог. Он перестал что-то жевать, а глаза его начали наливаться кровью. Зверина наклонил голову, мышцы его напряглись...

"О, нет... Только не это!" - стон глубокого, страдающего разочарования едва не вырвался из груди Сейрана, когда он увидел их противника, с которым придётся столкнуться.

Носорог. Здоровый. Шестилапый. Носорог. Почти вся группа этих существ относилась к травоядным мирным гигантам, которых, если разозлить, становились совершенно не мирными и опасными. И, как все родственники вида носорогов, имели в основном очень плохое зрение. Проще говоря, они были слеповаты. Скорее всего, и этот был тоже слеповатый. Однако свою подслеповатость они с лихвой компенсировали очень острым слухом и обонянием. Ну, тут уж у кого - как. Но к ним точно не следует подходить с наветренной стороны - учуют.

Будь это хтон или злобоглаз, как в предыдущем случае, то Сейран даже с удовольствием принял бой. Но мирных существ он любил и по возможности избегать встречи с ними. Не будь здесь потолка, он бы уже давно схватил Аню в подмышку и просто улетел. Достаточно было просто подняться на достаточную высоту, и такой противник не будет представлять тебе никакой угрозы. С этим же в этой зале придется повозиться.

Сейран ничего не стал говорить. Он лишь активировал крылья артефакта меча, из-за чего за его спиной появились две пары энергетических крыльев, пока что сложенные за спиной словно плащ, после чего буквально схватил девчонку в подмышку. Убегать от него и прятаться - бесполезно. Слепые, но не глухие. Даже если они полностью исчезнут его из-под его поля зрения, их выдадут их шаги, дыхание. В общем, куда бы они ни пошли - он их услышит. Можно, конечно, попытаться использовать сталагмиты как препятствие. Но масса животного подсказывала Сейрану, что и этот вариант здесь бесполезен. Он просто снесёт эту колону как ничего не значащую преграду.

- Не трогай нас, большой парень. А мы не тронем тебя, ладно? - с животными важно не совершать резких, панически-дерганных движений. Наоборот, он медленно поводил основаниями крыльев, словно готовясь их распахнуть в последний момент резко и сильно. - Видела когда-нибудь энсьерро? 

Только по одному этому слову можно было догадаться, что именно задумал Сейран. Ладно, там были ещё элементы корриды. Оставалось надеяться, что лишь элементы. И не придется наносить ему точного смертельного удара. Мужчина очень любил животных, даже монструозных. Чтобы их убивать. Животные - они не такие, как люди. Они даже более беззащитнее, несмотря на всю природную экипировку. И от того их ещё более жалко.

Теперь оставалось надеяться, что ему хватит пространства для маневра, а этот парень не смотрит наверх, потому что его тяжелый рог на носу заставляет клонить голову к земле.

Когда животное сорвалось с места, Сейран расправил огромным светящимся полотном правую сторону крыльев, словно огромное светящееся покрывало, играя на подслеповатости их противника. Светящееся покрывало позволит его силуэту временно затеряться на этом фоне, позволяя зверю ударить в эту цель. Сам же, уходя в сторону, взлетает, взмахивая теперь обеими парами и подлетая под потолок, чтобы улететь вместе с Анной.

Сейран, как только увидал носорога, схватил Анну подмышку, словно мешок с мукой.
 - Что за отношение? - возмутилась девочка.
У принца появились энергетические крылья за спиной, он что-то выжидал.
- Не трогай нас, большой парень. А мы не тронем тебя, ладно? - тихо проговорил он. - Видела когда-нибудь энсьерро?
- Это какой-то знакомый старый забытый язык. Отпусти меня.
Но он, словно заправский тореадор, стал играть крыльями, будто красной тряпкой для быка.
Из-за своего положения лицом вниз Анна упустила начало разбега животного, а Сейран внезапно взлетел над разогнавшимся носорогом. Тот со всего маху влетел в начало прохода, у которого только что стояли путники, и несколько крупных булыжников тут же завалили проход, не повредив при этом огромную зверюгу. Носорог вышел из груды камней и стал принюхиваться, высоко задрав голову, старательно втягивая воздух большими влажными ноздрями.
"Вообще-то я умею левитировать", - подсказала принцу девочка мыслесвязью, чтобы монстр не услышал.
Она немного расставила руки и попробовала удержать (https://arkhaim.su/index.php?action=dice&aid=20352) своё тело на воздухе. Не так уж много надо для этого – сотню раз так делала, нетрудно и в сто первый.
Носорог явно что-то учуял, он поднимал голову всё выше, вострил уши и смотрел в их сторону, но не мог понять, где они точно.

- В переводе на наш: "сбеги от быка", - коротко даёт ей пояснение Сейран, чтобы долго не рассказывать. Время на долгие рассказы и разговоры не было. Учитывая, как зверь вынес первый проход...

Ну, вообще отлично! Их теперь и заперли. И путь назад оказался завален. 

"Нам сейчас пригодилась бы не левитация, а что-то ментальное", - отвечает Сейран по мыслесвязи, отпуская Анну. Но если хочет дальше сама - то, кто он такой, чтобы дальше её удерживать? - "Зверюгу надо обойти, чтобы она не пошла следом за нами".

Крылья беззвучно хлопали, удерживая его на одном месте. Надо его как-то отвлечь, чем-то занять, а то он так и будет их преследовать. Центурион осмотрелся.
"Смотри, тут трава, попробуем её нарвать и накидать ему. Быть может, это переключит ему интерес и он не увяжется за нами на ближайшее время".

Мужчина стал нарывать пучками траву, которая росла поблизости к тем самым светящимся камням, после чего стал бросать эти пучки на землю, прямо под нос носорогу. Может, он их - своих противников и не видел, но теперь когда ему под нос стали шлепаться куски зеленого салата, быть может, это как-то поможет. По крайней мере, Сейран пытался оценить реакцию. Ментальной магии у него тоже не было, которая бы позволила его успокоить и усмирить. Попытаться его злить или атаковать - только сильнее спровоцировать и пробудить ещё больше агрессии. Тратить ресурсы на него тоже не хотелось  - в конце концов они не бесконечные. И лучше припасти их для врага, встреча с которым будет куда серьёзнее. Поэтому оставалось надеяться, что эта большая корова успокоится, когда получит свою порцию вкусного травяного салата.

"Если он успокоится и начнёт есть, в какой-то момент просто вылетим в другой проход".

- В переводе на наш: "сбеги от быка", - сообщил всезнайка.
«Только вот перед нами не бык...» - нахмурилась Анна.
"Нам сейчас пригодилась бы не левитация, а что-то ментальное", - заметил принц.
«Телепатией не владею. Может, нам с ним словами поговорить – вдруг поймёт?» - наивно предложила девочка.
Сейран заметил желтоватую траву, растущую прямо с потолка, вокруг крупного камня, одного из тех, что неплохо освещали зал зеленоватым мерцанием.
«Меня больше интересуют сами камни.» Анна приблизилась к небольшому и попробовала его раскачать, как зуб, чтобы вырвать с корнем из горной породы. Не слишком в этом преуспев, вырастила один из ногтей в полноценный нож и стала расколупывать им. Наконец, достав вожделённый камушек, она с торжественной улыбкой спрятала находку в складках платья.
Принц же в это время кормил местную шестилапую корову. Или единорога – это как посмотреть. В общем, их смесь. Носорог, быстро почуяв свежесорванную траву, не стал себя долго уговаривать и принялся её поедать. Было её не так много, так что, съев всё предложенное, скотинка посмотрела вверх, откуда падала манна небесная.
«Решил подружиться с большим монстром? А ведь он может нам пригодиться в будущем», - оценила Анна хитрый ход Элиота.

"Животные, если они не разумны, не понимают слова, они понимают интонации", - отвечает Сейран. - "Но явно не в состоянии агрессии".
А спровоцировать такого гиганта на агрессию могло вообще что угодно. Если одних травоядных страх заставлял убегать, то таких как эти бронебойные существа, он наоборот - словно подталкивал на агрессию с целью самозащиты. И порой лучшая защита - это действительно нападение.

Пока мужчина срывал со стен и потолков эту желтую траву, которой тут было не то, чтобы много, девочка, точнее, правильнее называть её "девушкой" начала ковырять этот светящийся камень. Сейран было хотел её помочь и выломать артефакт из горной породы, но, кажется, она справилась сама неплохо, опять прибегнув к своему "импровизированному" ножу.

"Продашь его, или чисто для себя собираешь?" - ему стало интересно, с какой целью он выковыривала эти ресурсы. Если с нервом глаза злобоглаза ещё было понятно, что для денег, то с этой светяшкой что она делать хочет? На этот раз ему действительно стало интересно.

"Вообще, отвлекаю его внимание от нас на еду. Еда все делает лучше, а окружающих - добрее", - честно признается центурион, вовсе не имея в этом жесте какого-то корыстного подтекста. В этом плане он человек простой: видит голодное животное - кормит голодное животное. В данном случае корыстный умысел только один - рассеять его внимание, и в этот момент улететь к выходу. Но Аня думала более прагматичными категориями. 

И... А почему бы и не попробовать? Дружба с животными у Сейрана складывалась как-то сама собой.

- Большой парень, ты ведь нас пропустишь? - решил на всякий случай спросить он, не будучи уверен, что зверь снова не рассвирепеет. Спрашивает ласково, явно пытаясь примириться и успокоить такое тревожное животное. Если начнёт фыркать и ругаться - значит, существо явно не настроено на диалог. Если останется мирным, то можно попробовать приручить немного. 

"Животные, если они не разумны, не понимают слова, они понимают интонации. Но явно не в состоянии агрессии", - сообщил наш специалист по древним языкам и животным.
"Продашь его, или чисто для себя собираешь?" - подал Сейран по мыслесвязи, увидав, что Анна спрятала свой добытый камушек.
«Изучу, конечно, он же явно магический, ты разве не видишь? - даже удивилась девочка. – По силе конечно это не нерв Глаза – но очень любопытно узнать, почему здешняя трава растёт только вокруг таких камушков, и за счёт чего они дают такой мерцающий свет.»
Шестилапый носорог тем временем тщательно вынюхивал землю у себя под ногами, чтобы точно убедиться, что он ничего не упустил из подачек с неба. Кажется, он уже совсем забыл, что ещё совсем недавно развалил целый проход из-за помешавших ему существ.
Оказалось, Сейран просто решил покормить животинку, а не приручить её. После такого чистосердечного признания Анна жалостливо посмотрела на добряка, но ничего не "сказала".
- Большой парень, ты ведь нас пропустишь? – ласково спросил принц носорога.
Тот сразу навострив уши поднял голову на звук, зафыркал носом и даже стал перебирать передними лапами, словно щенок.
 - Ты посмотри на эту ла-апочку! – сомлела девочка, вроде бы, вполне искренне. Она наклонилась над животным и даже немного приблизилась. – Так и хочется его погладить. Будем дружить?
«Лапочка», широко раскрыв глаза и рот, громко дышал, ожидая новых подачек. Только вот добрую половину потолочной травы Сейран ему уже нарвал, чтобы сорвать ещё – надо убить гораздо больше времени – потому что оставшаяся менее доступна, короче, растёт то тут, то там. Она как будто специально попряталась от внезапных хищников на траву и разбежалась кто куда.

"Вижу, просто интересно, что именно тебя заинтересовало", - отвечает Сейран, которому действительно заинтересовался научными изысканиями Ани. Магическими камнями центуриона тоже можно было вряд ли убивить. Наверное потому, что тут играл не вопрос того, за сколько это возможно продать, а именно сам факт исследования. А мужчина всегда относился с уважением к людям, которые хотят познать мир. Причем познать не через кровь и жертвы, не просто познать теорию, а своим, мирным и эмпирическим методом прийти к тем или иным заключениям. Он считал, что у таких людей всегда будет молодой и живой мозг, не знающий старения вопреки дряхлению и увяданию самого тела. - "Что ты ещё собираешь, если не секрет, разумеется?"

Мужчина сделал вид, что не заметил этого сочувственного лица. Ему это было давно привычно. Впрочем, он даже не пытался объяснить, почему он такой. Если можешь, если тебе позволяют возможности накормить голодного - накорми. Ключевое "если позволяют". Он не требовал отрывать от себя последний кусок, отдавать последнюю рубашку. А просто дать от излишков. Что ему, травы что ли жалко для носорога? Сам он эту траву вообще не ест.

- Мы пойдем дальше, - предупредил Сейран носорога всё тем же ласковым тоном. После чего, сорвав последний пучок, который на этот раз постарался спрятаться. Медленно и плавно спланировал вниз и протянул этот самый пучок на строго вытянутой ладони, закидывая ему в рот так, чтобы ему заодно пальцы не отчекрыжили. Он не хищник, конечно, но тоже если прихватит - мало не покажется. - Если пойдешь с нами, то, так и быть, пучки я тебе ещё накидаю.

Освободил он руки, не совершая резких движений перед животным. После чего сам пошёл к противоположному выходу, проверяя реакцию животному. Ане пока приземляться не советовал. Он должен был удостовериться, что носорог теперь точно не питает злых умыслов. С животными одновременно легче и сложнее. Никогда не знаешь, что может спровоцировать даже самого ласкового и ручного зверя. Что уж говорить про диких?

Но, кажется, тот вообще уже не собирался проявлять агрессии, так что можно было к нему повернуться спиной.